Смотри только на меня: Идеальные руки

Дата публикации: 28 Сен, 2009
Название: Смотри только на меня: Идеальные руки
Автор(ы): Yoru
Бета-ридеры(ы): Daoru
Жанр: yaoi
Фэндом: Naruto
Пейринг: Какаши/Ирука, намек на Саске/Наруто
Рейтинг: NC-21
Дисклеймер: отказываюсь от прав
Предупреждение: PWP, OOC
Размещение: где угодно, но только с моего разрешения
От автора: хочу сказать огромное спасибо моим музам Оленьке и Daoru. Спасибо, что верили в меня!

* * *

Часть первая: «Идеальные руки».

Жарко. Солнце даже сквозь плотную ткань занавесок обжигало тело. Мужчина, закутанный в белоснежную простыню, безмятежно спал. Его веки чуть подергивались, выдавая создаваемую сознанием иллюзию сна. Иногда с губ срывался неудовлетворенный стон, и он чуть морщился. Шрам, рассекавший переносицу, искривлялся, выдавая его недовольство. Черные волосы беспорядочно разметались по подушке. Одну руку он закинул себе за голову и беспощадно сжимал наволочку. Из груди вырывалось тяжелое дыхание. Время от времени он переворачивался в кровати, все больше сминая простыню, которая в летние дни заменяла ему одеяло. Как же жарко.
Он нехотя открыл глаза. Постельное белье неприятно льнуло к телу. Все еще хотелось спать. Мужчина с небольшим усилием поднялся в кровати и стал рассматривать часы, стоявшие на тумбочке. Почти девять. Он с негромким стоном упал обратно на подушку. Даже в выходной не может расслабиться. Все эта тяжелая жара, ни единого дуновения ветра; горячий воздух, насыщенный пылью. Он еще немного полежал на кровати, потом, скинув с себя простыню, сладко потянулся. Вытянув руки перед собой, он на секунду остановился. Мужчина придирчиво рассматривал кисти собственных рук. Печально вздохнув, он поднялся с кровати и направился в ванную. Не меньше получаса он наслаждался прохладным душем, пытаясь заглушить душащую жару. Но стоило лишь открыть дверь в ванную и тяжелый, обжигающий легкие воздух, снова ворвался в помещение.
Ирука стоял перед зеркалом и придирчиво рассматривал свое отражение. Он немного поморщился и стал расчесывать длинные, спускающиеся до плеч, волосы. На лице появилась улыбка. Прядь за прядью, он перебирал еще влажные шелковые волосы. Под глазами появились тени румянца. Немного замечтавшись, Ирука, на некоторое время, застыл с расческой в руках. Он закатил глаза, горячей волной по телу прокатились воспоминания недельной давности.
Мужчина бесцельно бродил по квартире из комнаты в комнату. Готовить он не стал, есть не хотелось. Он аккуратно убрал кровать, собрал разбросанные по комнате вещи и скинул грязное белье в корзину, находящуюся в ванной. Какое-то время он раздумывал над тем, что лучше одеть в такую погоду. Хотелось одеть что-нибудь легкое, несущественное, но, к сожалению, не позволял протокол. Ирука обреченно вздохнул. Кое-как он натянул на мокрое тело черную водолазку и матерчатые штаны классического пошива. На часах одиннадцать. Он снова оказался перед зеркалом. После нескольких минут упорной борьбы, он, наконец, собрал волосы в тугой хвост на затылке. Оказавшись в прихожей, внимательно огляделся. Ничто не предвещало пожара или потопа. Бросив мимолетную улыбку в пустоту комнат, Ирука вышел из квартиры и направился к академии, где его ждали кипы внеурочной бумажной работы.
Был конец июля, самый разгар летней жары. Уроков в академии не было. Люди прятались в спасительной тени от жалящих лучей солнца. Ирука медленно шел по улице, оглядываясь на открытые окна. У него были своеобразные каникулы, если не считать тех бумаг, что ему приходилось разгребать. Нужно было проверить работы поступающих в академию, разобрать списки студентов сдавших экзамены. Почему-то все это легло на мужественные, но хрупкие плечи Ируки. Он просто не смог отказаться, когда его слезно просили помочь разобраться с бумагами.
Целыми днями он пропадал в академии ниндзя. Такая однообразная и скучная работа несколько выматывала, но выбора у него просто не было. На миссии его не посылали, а заниматься летом было не с кем.
Этот день ничем не отличался от предыдущих, разве что жара стала еще более невыносимой. Ирука провел большую его часть в академии. Он монотонно изучал списки студентов, проверял тесты вступительных экзаменов. Иногда он вставал с места и подходил к окну. Облокотившись на подоконник, он долго рассматривал виднеющийся вдалеке дом. Всматривался в его открытые окна, как будто надеялся кого-то увидеть, потом снова возвращался к работе. Время тянулось медленно.

Семь часов. Ирука потянулся. Зажмурив глаза, он закинул руки за голову и откинулся в кресле. Сейчас он мысленно составлял план вечера. Поход в магазин, ужин, ванная, постель и.… На «и» его мысли остановились. Может все-таки придет? Мотнув головой, он попытался выбросить все неприятные мысли из головы. Через полчаса он оказался на улице. Душно. Тяжелый воздух будто прилипал к телу. Пыль на дороге вздымалась от легкого прикосновения ноги.
Ирука шел к своему дому, держа в руках два пакета с едой. В магазине, в сознании снова всплыло то самое «и». Пришлось покупать еду на двоих, со стороны Ируки это было практически бессознательное действие. Он убеждал себя в том, что его не волнуют эти отношения, что он не нуждается в них, и, вообще, это неправильно. На работе было проще, там он был занят бумагами, списками и прочей канцелярской утварью. Но, наедине с самим собой, он всегда мысленно возвращался к одной и той же теме. Терзаемый внутренними противоречиями он почти подошел к своему дому, когда откуда-то сбоку послышался знакомый голос.
- Ирука-сенсей! – он развернулся на возглас. Неподалеку стояли трое шиноби. Один из них, высокий светловолосый мужчина, приветливо махал Ируке.
Внутри все затряслось. Ну почему всегда так? В горле пересохло, так что стало тяжело говорить. Ирука, пытаясь хоть как-то прийти в себя, приветливо заулыбался и направился к ожидающим его ниндзя.
- Ирука-сенсей, рада вас видеть, - заулыбалась девушка. Хотя выражение ее лица нельзя было назвать приветливым, еще несколько секунд назад она орала на стоящего рядом с ней парня.
- Добрый вечер, Ирука-сенсей, - облегченно выдохнул Сидзуми, появление мужчины спасало его от дальнейших разбирательств с Сакурой.
- Сакура, Сидзуми, я тоже рад вас видеть, - он нервно сглотнул, - Какаши-сенсей, давно не виделись.
- Привет, - копирующий ниндзя приветственно поднял руку в фирменном жесте, его глаз был немного прищурен. Он с интересом рассматривал сумки с продуктами в руках Ируки.
- Ждете сегодня гостей, Ирука-сенсей? – Какаши с интересом уставился в книжку с ярким запрещающим знаком «Детям до 18..».
- Я…? – Ирука непонимающе уставился на светловолосого мужчину. Потом резко покраснел и завел руки за спину, тщетно пытаясь спрятать купленные продукты, - да, нет, просто решил пополнить свои запасы.
- Вы выглядите уставшим Ирука-сенсей, вы не заболели? - девушка озабоченно всматривалась в лицо шатена.
- Со мной все в порядке, - мужчина нервно рассмеялся.
- У вас какой-то нездоровый цвет лица, - констатировал Сидзуми. В силу профессиональных качеств медики рассматривали Ируку как потенциального пациента. Парень с девушкой мимолетно переглянулись.
- Ему просто надо больше бывать на воздухе, он все время проводит в помещении, - произнес Хатаке, хотя, со стороны могло показаться, что кроме происходящего в книге его больше ничего не интересовало.
- Да, наверное, - Сакура задумчиво посмотрела на Ируку. Внезапно ее лицо изменилось.
- Си-дзу-ми-кун, - она медленно повернулась к парню. Вид у нее был устрашающий, так что все трое мужчин немного попятились в сторону, - так о чем ты забыл мне рассказать?
Длинноволосый парень, кажется, даже уменьшился в росте под ужасающим взглядом розоволосой девушки. Ее выражение лица не предвещало ничего хорошего.
- Нам пора, - Какаши, не дожидаясь ответа парня, потащил оцепеневшего Ируку прочь, - Увидимся, - руки сложились в привычном жесте.
Сакура с Сидзуми не обратили внимания на удаляющихся мужчин. Они были полностью поглощены друг другом. Даже когда старшие шиноби отошли на приличное расстояние, они все еще слышали их гневные возгласы.
Какаши уже давно отпустил его руку, но Ируке казалось, что он все еще чувствует прикосновение его тонких пальцев. Они шли рядом, под ногами вздымались клубы пыли. Один квартал оставался до дома.
- Ты выглядишь взволнованным, - произнес копирующий ниндзя. Хотя он и не отрывался от своего чтива, от него невозможно было что-то скрыть.
Ирука растерянно засмеялся, ну что он мог на это ответить? «Какаши-сенсей, это из-за вас. Нет. Какаши-сенсей, поужинаем вместе? Нет. Какаши-сенсей, я не могу забыть…». Шатен удрученно опустил голову, пытаясь скрыть свое смущение. Какое-то время они шли молча.
- Ну, все, пришли, - Какаши остановился у большого дома, в котором жил Ирука.
Шатен взглянул на своего спутника и хотел что-то сказать, но Какаши его перебил, пробормотав что-то про резиденцию и про задание.
- Увидимся, - Хатаке улыбнулся на прощание и, не спеша, направился в противоположную сторону.
- Увидимся, - Ирука уставился в след удаляющемуся Какаши.
Теперь все надежды на «и» испарились. Поднимаясь к себе в квартиру, Ирука старался найти плюсы в сложившейся ситуации. Внутри что-то сжималось, словно от боли. Это только к лучшему. 

Внезапный грохот вывел Ируку из состояния легкого транса. Мышцы неприятно заныли. Он сидел в горячей ванне. Вылезать не хотелось.
Жара наконец-то спала. В открытые окна дул несильный ночной ветер, воздух был насыщен вечерней прохладой. Закинув голову назад, мужчина бесцельно исследовал потолок. На душе было как-то тоскливо. Он чуть больше продвинулся в ванной, так что уровень воды приблизился к носу. Волосы он распускать не стал, не хотелось мочить. Ирука сидел так какое-то время, иногда задумчиво водя рукой по гладкой водной поверхности. Его взгляд неотрывно исследовал собственные руки. Широкие ладони, короткие, чуть припухшие от жара воды, пальцы. Даже собственная форма ногтей раздражала Ируку. И снова непонятный шум вывел мужчину из хрупкого душевного равновесия. Он не спеша вылез из воды, потом тщательно вытерся, не оставляя на теле ни единой капли. Когда он одевался, за дверью раздался неясный звук. Накинув на себя легкую хлопковую рубашку, Ирука выглянул из ванной. Теперь он четко понимал, что кроме него в квартире есть кто-то еще. Этот кто-то сейчас с неимоверным грохотом хозяйничал на кухне. Ирука бесшумно подкрался к приоткрытой двери. Увиденное повергло его в легкий шок, он застыл в дверях.
Светловолосый мужчина поочередно заглядывал в пустые кастрюли, стоявшие на плите. До хозяина квартиры ему, казалось бы, не было дела.
- А мне показалось, что ужин был на двоих, - разочарованно протянул Хатаке Какаши, закрывая последнюю кастрюлю.
- Как… Как ты… - Ирука недоуменно разглядывал неожиданного гостя.
- Через окно, - Хатаке улыбнулся, - я думал, ты меня ждешь, - он лукаво прищурился, наблюдая, как краснеет Умино.
- Тебе показалось, - буркнул Ирука, не в силах скрыть свое смущение. Развернувшись, он направился в спальню. На несколько секунд остановившись, он оглянулся и через плечо добавил:
- Ужин в холодильнике, если ты голоден.
Неприятно было признавать, но он все-таки приготовил ужин на две персоны, опять же, практически бессознательно. Гордо прошествовав в комнату, Ирука остановился у окна. На полуторной кровати лежала любимая книга Какаши с ярким запрещающим знаком. С улицы приятно дул прохладный ветер. Сейчас он мысленно ругал себя за то, что оставил окно открытым. В глубинах подсознания, он понимал, чем это чревато. Фактически он просто оставил открытой парадную дверь. Он с грохотом закрыл окно, потом небрежно задернул шторы.
- Значит, все-таки ждал… - тихий голос заставил его вздрогнуть.
Ирука почувствовал, как сзади к нему прижалось теплое тело, чужие руки обхватили талию и сомкнулись на открытом животе.
- И вовсе нет, - обиженно прошептал Ирука. Его бросило в жар. Мужчина попытался разорвать цепь объятий, но копирующий ниндзя только усилил хватку.
- Ты не умеешь врать, Ирука-сенсей, - немного ехидно заметил Какаши. Произнося это, он медленно водил губами по открытой шее шатена. Ощущение было сродни прикосновению шелка, из-за маски на его лице. Холодное и обжигающее одновременно.
- Знаешь, - Хатаке внезапно отпустил его, давая возможность развернуться, - я действительно голоден, - он медленно стянул с себя маску.
Ирука нервно сглотнул. Он второй раз в жизни видел лицо копирующего ниндзя. Четкая линия губ, немного острый подбородок, длинный вертикальный шрам, рассекающий бровь и щеку. Сердце забилось чаще, с каждым ударом наращивая темп.
- Какаши-сен… - он хотел что-то возразить, но договорить не успел. Какаши приник к его губам. Переплетая его пальцы со своими, он завел ему руки за спину, подавляя сопротивление. Мысли Ируки стали медленно перемешиваться, сознание окутывал туман. Еще немного и здравый смысл оставит его, предавая тело во власть инстинктов. Хатаке медленно водил языком по его губам, иногда чуть прикусывая их.
Он немного потянул его за руки, заставляя выгнуться и запрокинуть голову. В этот момент Какаши углубил поцелуй. Он искусно ласкал его рот. Щекотал небо, вынуждая отвечать на поцелуй. Выгибаясь, Ирука все больше прижимался к его телу. Внутри медленно разливалось что-то теплое, обволакивая внутренние органы, все больше затуманивая разум.
- У тебя сбилось дыхание, - Какаши оторвался от его губ и стал медленно целовать шею, потом ключицу. Рубашка мешала. Расцепив замок пальцев, Хатаке заставил его сбросить с себя верхнюю часть одежды. Он медленно провел ладонями по линии плеч. Вдаваясь подушечками пальцев в мягкую кожу, он провел руками по ребрам. Когда копирующий ниндзя спустился к бедрам Ирука вздрогнул. Это неслучайное прикосновение немного привело его в чувства. Он попытался оттолкнуть Какаши, но тот, видимо, уже просчитал все возможные действия со стороны Умино. От его хищной улыбки у Ируки закружилась голова.
Через несколько минут неравной борьбы, Ирука оказался на кровати. Руки его были связаны. Происходящее превращалось в какую-то изощренную игру. Хатаке не был груб, даже нежен. Его тонкие длинные пальцы изучали открытую часть тела Ируки. С губ шатена сорвался негромкий стон, когда Какаши, с нескрываемым удовольствием, провел влажную дорожку по упругим мышцам живота. Он покрывал его тело влажными поцелуями, заставляя содрогаться. Иногда, он несильно прикусывал загорелую кожу, так что оставались неяркие красные пятна. Он наслаждался тем, как Ирука реагировал на его прикосновения. Наслаждался его мягкими, бархатными стонами. Одной рукой он проник под ткань штанов. Какаши игриво водил кончиками пальцев по тонкой коже. Иногда, как будто случайно, он задевал чувствительную головку возбужденного члена. С очередным случайным касанием Ирука громко, с надрывом, застонал.
- Не надо… я… я… - он не мог подобрать слова, в висках бешено стучала кровь. Сквозь раскрасневшиеся губы, вырывались тихие, рождаемые желанием стоны.
Копирующий ниндзя придвинулся к его лицу. Несколько секунд он просто всматривался в затуманенные карие глаза. Большим пальцем он накрыл его припухшую нижнюю губу. Теперь у Какаши сбилось дыхание. Это лицо, искаженное тенью эйфории, выводило его из равновесия. Ему нестерпимо захотелось слушать эти сладкие стоны, чувствовать, как его тело дрожит от наслаждения. Он резко втянул в себя терпко-сладкий запах его тела. Облизнув губы, Хатаке провел кончиками пальцев по его скуле. Потом стал медленно стягивать с его волос резинку. Какаши содрогнулся, когда почувствовал, как в сладостной ломке выгибается под ним тело Ируки. Когда он снова прикоснулся к его члену, Ирука жалобно заскулил и отвернулся, надеясь больше не встретить взгляд копирующего ниндзя. Его взгляд обжигал. Страсть, нежность, доля похоти. Все это сквозило во взгляде разноцветных глаз. Открытое прикосновение ввергало Ируку в легкую панику, поэтому, Какаши продолжал медленно поглаживать сквозь одежду его возбужденный орган.
- Тебе стыдно, Ирука-сенсей? – он прошептал ему это в открытые губы, заставляя повернуться лицом к нему. Зрачки Ируки виновато сузились, под глазами залегли тени румянца. Почему даже в такие моменты Хатаке Какаши не терял своей проницательности.
- Не надо, - Хатаке закусил его нижнюю губу и чуть потянул, - сосредоточься на чувствах, на ощущениях.
Ирука закрыл глаза, его трясло. Он чувствовал, каждое его прикосновение, каждое случайное касание. Его разгоряченное тело. Его теплые влажные губы. Через несколько минут, он почувствовал, как Какаши медленно стягивает с него хлопковые штаны. Ткань мягко скользила по коже бедер. От этого он только сильнее зажмурился. Не видеть, только чувствовать.
Внезапно все прекратилось. Умино потребовалось несколько секунд, что бы почувствовать, что Хатаке нет рядом. Нехотя он открыл глаза. Какаши стоял напротив кровати и медленно избавлялся от своей одежды. Ирука нервно сглотнул. Он не мог оторвать от него взгляда. Медленные уверенные движения рук Хатаке гипнотизировали его.
Черная, подчеркивающая линии стройного мускулистого тела, водолазка упала у ног копирующего ниндзя. За ней последовали черные с повязками на коленях штаны.
Ирука рефлекторно облизнул пересохшие губы, наблюдая за тем, как Какаши опускается на кровать. Ощущение его нагого тела порождало внутренний трепет, вызывая непреодолимое желание прикоснуться к нему. Сквозь полу прикрытые веки шатен наблюдал за действиями Хатаке, сопровождая их тихими хриплыми стонами.
Копирующий ниндзя медленно водил языком по груди шатена, по очереди останавливаясь на упругих сосках. Целовал живот, иногда оставляя бардовые засосы.
Какаши обхватил руками его бедра, заставляя тем самым согнуть ноги в коленях, потом немного приподнять таз. Он ласкал его ягодицы руками. Целовал нежную кожу внутренней стороны бедер.
Он аккуратно обхватил его напряженный член. Несколько раз провел тонкими пальцами по стволу, касаясь головки, потом приник губами к пульсирующему органу. Ирука чувственно выгнулся, издав громкий стон. Губы Какаши рассекла довольная улыбка. Он медленно взял в рот головку и стал ласкать языком напряженную плоть. С каждым разом он все глубже вбирал в себя член Ируки. Сладострастные стоны ласкали слух.
Изогнувшись всем телом, Ирука дернул связанные руки на себя. Теперь он понял, насколько фиктивными были его путы. Он был связан, но не привязан. Первое, позволяло преодолеть то расстояние, что разделяло их, и было призвано подавить сопротивление Ируки. Через мгновение Какаши почувствовал, как путаются в его светлых, практически белых волосах, пальцы шатена. Прикосновение связанных рук было нервным, практически неосязаемым, нежным. Оно выдавало его желание, выдавало немую просьбу продолжать.
Какаши продолжал двигаться, немного увеличивая с каждым разом темп. Одной рукой он гладил бедро Ируки, другой безжалостно впивался в ребра любовника, повторяя собственные движения. Пальцы Ируки путались в его волосах, что еще больше распаляло Хатаке.
Ирука разочарованно застонал, когда копирующий ниндзя оторвался от пульсирующего члена.
- Подожди, еще рано, ты не должен кончить, - хрипло произнес Какаши и игриво потерся губами о член Умино. Он тяжело дышал. Прелюдия немного затянулась. Он протянул руку к губам Ируки.
- Оближи, - с надрывом произнес Какаши, забираясь двумя пальцами в мягкую полость рта любовника.
Ирука послушно принял в себя его пальцы и стал, немного посасывая, ласкать их языком. Какаши сдавленно застонал. Отняв руку от лица Умино, он несильно надавил влажными пальцами на кольцо тугих мышц. Немного выждав, он ввел сразу два пальца сквозь кольцо ануса. Ирука на мгновение напрягся, ощущая в себе продолжение идеальных рук. Какаши растягивал его. Он чувствовал, как дрожит шатен. Его прерывистое дыхание казалось Хатаке практически осязаемым. Он не спеша двигался внутри него, наблюдая, как меняется выражение его лица. Минутная боль плавно перетекала в острое наслаждение.
Самообладание копирующего ниндзя таяло с каждой секундой. Жарко. Хатаке судорожно выдохнул и извлек пальцы из тела шатена. Чуть придерживая бедра Умино, он скользнул сквозь кольцо связанных рук. Ирука судорожно обхватил любовника за шею.
- А теперь смотри на меня, - произнес Какаши. Ирука приоткрыл глаза, - всегда смотри только на меня. – Режущая боль волной прокатилась по телу Ируки, когда Какаши стал медленно вводить свой член сквозь узкие мышцы. Он медленно проникал все глубже, пока тело Умино полностью не приняло его.
Шатен несильно закусил губу, пытаясь подавить приступ боли, столь неожиданно поглотившей его. Его глаза были широко открыты. На лице Какаши застыло напряжение, желание, которое невозможно подавить. Выждав несколько секунд, он медленно почти до конца вышел из Умино, и, резким толчком, снова погрузился в него. Ирука вскрикнул. Тело будто покалывало. Наслаждение и боль волнами сменяли друг друга. Какаши больше не останавливался. Его тело сотрясала сладкая судорога. По напряженной спине стекали прозрачные капельки пота. В шею вонзались пальцы связанных рук. Ирука с каждым новым толчком стонал все громче. Он выгибался, стараясь прижаться ближе к горячему телу любовника. Подавался ему навстречу бедрами, заставляя входить глубже, сильнее. Больше не было запретов и не было конца их страсти. Из уст Какаши вырывались хриплые, сдавленные стоны. Ирука вторил ему. Быстрые, сильные толчки. Бессознательная, животная страсть, такая, что сжигает тело изнутри.
Их напряженные тела трепетали в преддверии грядущего экстаза. Соприкосновение разгоряченных тел, ощущение твердого горячего члена внутри узкого прохода мышц.
Еще…
Прикрытые веки затуманенных глаз, раскрасневшиеся губы, рождающие сладострастные стоны.
Еще…
Соприкосновения бедер, вонзающиеся в кожу пальцы. Невозможно остановиться. Еще несколько сильных, глубоких толчков.
Ткань ночной тишины разорвали громкие стоны двух мужчин. Какаши последний раз вжался в бедра Ируки. Умино с громким стоном выгибался под ним. Он чувствовал, как внутри его заполняет что-то теплое, вязкое. Хатаке, чуть щурясь, смотрел в искаженное экстазом лицо Ируки. Он провел тонкими пальцами по собственному животу, смазывая матовую жидкость спермы Умино. Поднеся руку к губам, он соблазнительно облизнул кончики пальцев. Потом, ощущение, теплых, нежных губ Какаши. Глубокий, трепетный поцелуй. Ощущение собственного семени во рту. Ирука только сильнее прижался к телу любовника.
Какаши медленно вышел из него, не разрывая поцелуя, потом, как будто нехотя, развязал ему руки. Они какое-то время смотрели друг на друга, не в силах совладать с дыханием.
Прибывая в легком состоянии эйфории, Хатаке лег на спину рядом с Ирукой. Грудь тяжело вздымалась, выдавая пережитое наслаждение. Шатен, чуть помедлив, прильнул к телу Какаши. Лежа у него на груди, он слушал, как, уменьшая темп, перегоняет разгоряченную кровь сердце. Вдыхал запах атласной кожи. Нежные прикосновения Какаши успокаивали. Он медленно гладил его по волосам. Прядь за прядью он перебирал их, массировал шею, у основания черепа. Размеренное дыхание Ируки сейчас походило на мурлыканье. Сознание медленно окутывало пеленой сна. Осталось только одно всепоглощающее желание. Навсегда остаться в плену идеальных рук.

Часть вторая: «Игра для двоих».

Когда я обнимаю тебя, мое сердце замирает. Твое теплое дыхание на моей коже. То горячее, плавящее чувство, что я испытываю, находясь в тебе. Ты позволяешь мне многое, даже слишком... Но я не могу остановиться. Твои волосы столь приятны на ощупь. Когда они черным шелком обрамляют твое лицо, я схожу с ума от возбуждения. Ты выглядишь так чувственно, даже немного распутно. Твои припухшие губы, шепчущие мое имя. Только мой! Я не перенесу, если на моем месте будет другой. Твоего тела не должны касаться чужие руки. Ты должен быть только моим! Я эгоистичен? Возможно. Я хочу, чтобы ты всегда смотрел на меня. Всегда смотрел только на меня...

- Ирука-сенсей, - светловолосый мужчина легонько потерся носом о мягкую щеку,- Ирука-сенсей, ты спишь?
Ответа не последовало. Какаши, улыбнувшись, коснулся губами переносицы шатена, тот немного поморщился и уткнулся носом в изгиб его шеи. Хатаке стал медленно выбираться из кровати. Он пытался действовать как можно тише и мягче, чтобы не разбудить Ируку.
Когда он, наконец, выбрался из постели, по телу прокатился неприятный озноб. Безвозвратно исчезало тепло подаренное телом любовника. Немного поежившись, Хатаке подавил в себе желание забраться обратно в постель. Перемещаясь в полу тьме комнаты, Какаши собирал разбросанную по полу одежду. Изредка он бросал взгляд на часы. Пять утра. Еще совсем темно. Завязывая бандану, копирующий ниндзя подошел к окну. Приложив немного усилий, он почти бесшумно открыл стеклянную «дверь».
В комнату ворвался холодный осенний ветер. Погода на улице с каждым днем ухудшалась. Конец осени - начало долгой холодной зимы. Моросил мелкий, почти незаметный дождь. Хатаке высунулся в окно. Все вокруг выглядело серым, безрадостным. Небо затянуло темной пеленой облаков.
- Не останешься?.. - слабо, сквозь сон, протянул Ирука и перевернулся на живот.
- Я думал, ты спишь, - тихо отозвался Какаши, игнорируя прозвучавший вопрос.
- Сплю, - Ирука уткнулся лицом в подушку, одновременно запуская под нее руки. Копирующий ниндзя, прикрыв окно, подошел к кровати. Он присел на край и медленно наклонился к шее Умино.
- Меня посылают на миссию, - он вдыхал аромат его волос. Стянув одеяло со спины Ируки, Какаши дотронулся губами до выпирающей лопатки.
- Я знаю, - протянул Ирука и зарылся лицом в подушку, так что произнесенные им слова сливались в одно. Ему было страшно представить на какие миссии отправляют Какаши. Эти шрамы. Кожа на его теле вся была изрезана не затянувшимися шрамами.
- Когда я вернусь, - Хатаке провел рукой по спине Ируки, потом, отбросив волосы на бок, прикоснулся губами к шее, - давай поужинаем вместе, у меня.
Ирука чуть приподнялся с мягкого настила и удивленно посмотрел на копирующего ниндзя. За два месяца, что минули с того жаркого дня, он ни разу не приглашал его к себе. Тем более на ужин. Ирука мысленно усмехнулся. Все их совместные ужины проходили одинаково и до трапезы, обычно, дело не доходило. Ужин плавно перетекал в ранний завтрак.
- Ирука-сенсей, ты слушаешь? - Хатаке чувствительно прикусил мочку шатена.
- Да, конечно, - Ирука развернулся лицом к Какаши, мысли в голове путались, - будь осторожен...
Ирука покраснел. Они никогда не говорили друг другу о своих чувствах. Не считали нужным. Достаточно было быть рядом, наслаждаться друг другом.
Какаши мягко улыбнулся. Умино выглядел так мило в такие моменты. Нежное, почти детское выражение лица. Какаши приник к его губам. Он был благодарен за проявление заботы, за ту сквозящую боль разлуки, которую Ирука не мог скрыть в дрожащем голосе.
Поцелуй был нежным, глубоким. Ирука с небольшим усилием перевернулся на спину и обвил руками шею Хатаке. Ему не хотелось отпускать его. Он инстинктивно сжимал Какаши в объятиях все сильнее, притягивая тело любовника ближе к собственному. Когда они, наконец, разорвали душащий поцелуй, Какаши хрипло произнес:
- Мне пора, - он медленно провел языком по его нижней губе, подразнивая шатена, - я уже опаздываю.
С Умино копирующий ниндзя стал чуть пунктуальнее относиться к чувствам других людей, но лишь чуть. Ирука виновато закатил глаза, изображая на лице искреннее раскаянье. Он расцепил руки, отпуская от себя Какаши.
Хатаке, прощаясь, прикоснулся тонкими пальцами к щеке Умино, тот, блаженно прикрыл глаза, наслаждаясь теплым прикосновением идеальных рук. Немного помедлив, Какаши поднялся с кровати и направился к «парадному входу». Улыбнувшись, он надел маску и, сложив фирменный жест, исчез в оконном проеме. В комнату ворвался порыв ветра. Закрывать за собой двери и окна не входило в привычку Какаши.
Раздосадовано застонав, Ирука откинул теплое одеяло и, встав с кровати, направился к окну. Мысленно он отчитывал копирующего ниндзя. И зачем, спрашивается, для кого, он сделал дубликат ключей месяц назад.
Какое-то время он стоял у окна, всматриваясь в окружающий мир сквозь линзу стекла. С каждым ударом сердца в душе рождались чувства боли, неясной тревоги. Бессознательно Ирука приложил ладонь к стеклу. Тепло человеческого тела и обжигающий лед прозрачной преграды. На ровной поверхности стала медленно образовываться пелена пара. Тоненькими трещинками она расползалась по стеклу в том месте, где была рука Умино. Теперь в мутном зеркале можно было разглядеть свое отражение. «Пожалуйста, только вернись…».
Шесть утра. Умино невесело вздохнул и начал собираться. До начала рабочего дня оставалось еще три часа. Но это даже хорошо. Стараясь не терять времени Ирука покинул свою квартиру и направился в цветочный магазин Ямонако. Он всегда покупал там белые хризантемы. Символ его преданности и скорби.
Сквозь серую пелену облаков пробивались редкие солнечные лучи. Все еще зеленая трава была покрыта серебристо-белым налетом инея. Холодный ветер пронизывал до костей. Иногда от его сильного порыва с деревьев золотым потоком срывались высохшие листья и медленно опускались на землю. Темноволосый мужчина отрешенно наблюдал за происходящим. Он стоял рядом с черным мемориалом. Высеченные на нем имена – имена героев, получивших это звание посмертно. В руках мужчина держал букет белых цветов. Ветер нещадно трепал волосы и врезался острым потоком в листья хризантем, пытаясь вырвать их из рук шатена.
Дань памяти погибшим. Его глаза были сухими, на губах застыла грустная улыбка. Окружающий его мир отошел на второй план. Но именно сейчас, здесь, он был не один. Иногда его губы шептали слова, адресованные погибшим.
Умино Ирука всегда разговаривал со своими родителями, когда приходил навещать их. Но сегодня, у него было нечто, о чем он хотел попросить…

- Мама. Отец. Простите, что давно не навещал вас. Мне так о многом надо вам рассказать. За последние месяцы моя жизнь изменилась, и я счастлив. Но я пришел не поэтому. У меня есть просьба, хотя, нет, это скорее мое желание. Я не могу выполнить его сам. Есть один человек. Он мне очень дорог. Каждый день он рискует своей жизнью ради нашей деревни. Он замечательный, хотя, немного своеобразный. Пожалуйста, защитите его…

Склонившись над памятным камнем, Ирука положил к его подножию белые цветы. Снова пошел дождь. Почти неосязаемый, превращающийся в зыбкую пелену тумана. Вместе с ветром капли воды пронизывали тело, оставляя неприятное саднящее чувство. Еще немного постояв у мемориала, Умино направился прочь. Скоро девять. В академии начнутся уроки. Потом его ждала ежедневная, нудная, но необходимая бумажная работа. Отчеты, ведомости, списки. Время тянулось непривычно медленно.
День за днем – пасмурное небо.
День за днем – бумажная рутина.
От этого можно сойти с ума.
Пытка длинной в тысячи минут. Пытка длинной в семь дней.

Сизый сигаретный дым тоненькими струйками заполнял небольшое помещение. Тлеющие листья табака превращались в невесомую пыль пепла. Воздух смешивался с горьким, едким дымом. Внутренняя атмосфера книжного магазина была неотвратимо испорчена. В маленьком помещении становилось тяжело дышать. Большую часть комнаты занимали книжные прилавки и красочные транспаранты, представляющие новинки книжного мира.
«Приди, приди рай: Долги мужа» - гласил яркий плакат, размещенный на стекле книжного магазина. Мужчина, неторопливо докуривал сигарету и с малой долей интереса изучал сопутствующие надписи. На красочной картине была изображена полуобнаженная женщина с томным выражением лица. Рядом с ней находились двое мужчин: грозного вида самурай, пожирающий алчущим взглядом тело женщины и серый, ничем не выделяющийся мужчина, держащий в руках золотые пластины - рё. Муж и любовник.
«Новый бестселлер из серии «Приди, приди рай» от великолепного Джирайя-сама. Вы будете затянуты в мир прошлого. В мир благородных самураев и алчных купцов! Прекрасная Рёкома была продана собственным мужем в бордель, для покрытия долгов семьи. Но, именно там, она встретит непревзойденного Кадзивару-сана, давно и безответно влюбленного в нее. Ослепленный чувством страсти самурай выполнит любое приказание коварной проститутки. Любовь, ненависть, предательство! Все это в новой книге «Долги мужа». Книга не рекомендуется для прочтения лицам, не достигшим 21 года».
Пробежав взглядом последнюю строчку, Асума выпустил особенно большой клуб сигаретного дыма и закатил глаза. Последняя надпись особенно выделялась из общей канвы аннотаций.
Сарутоби докуривал уже вторую сигарету. Ему хотелось как можно быстрее покинуть это место, и сдать, наконец, отчет о проведенной миссии. Но, к сожалению, пунктуальность нельзя было отнести к числу добродетелей Хатаке Какаши. Особенно касательно составления отчетов. Копирующий ниндзя, уже который день, не мог дописать свою часть, и торопиться явно не собирался.
- Асума, смотри! Вышла новая книга из серии «Ича-ича»! – Хатаке резво перебирал разноцветные обложки. Со стороны было довольно забавно наблюдать как взрослый мужчина, словно непоседливый ребенок, скачет у прилавка, выбирая себе новую игрушку.
- Какаши, - Асума гневно нахмурился, кажется, его слова уже не доходили до Хатаке.
Выдернув из общей канвы нужную книгу, копирующий ниндзя, особо не церемонясь, открыл ее и стал жадно вчитываться в исписанные страницы. Различимый блеск в его глазах, позволял сделать вывод, что Джирайя снова превзошел себя.

« Он остановился, не в силах отвести взгляд. За деревянными решетками, окруженная невольницами, сидела женщина. Ее кожа, оттененная белой пудрой; коралловая линия пухлых губ – притягивали взор. Длинные черные волосы струились по плечам шелковыми прядями. От томного взгляда карих глаз замирало сердце, в бесчисленных попытках подчинить себе разум.
- Кадзивара-сан… Зачем вы здесь? – небесной трелью из ее уст звучали слова.
Как же он мечтал увидеть ее вновь, но не смел надеяться на благосклонность судьбы. И теперь здесь… Почему она здесь?
- Хотите хорошо провести время данна? Вам кто-нибудь приглянулся?
Оторопевший самурай медленно повернулся к хозяину борделя. В мозгу стала проясняться картина происходящего.
- Да… Я хочу ее, - он указал на сидевшую за решеткой женщину.
- Ооо, Рёкомо-чан, - торговец отдал несколько указаний и женщину увели из смотровой в помещение для гостей, - у вас отменный вкус данна…»

- Какаши, здесь не библиотека, - Сарутоби злобно уставился на напарника, показывая, что ему надоело ждать, - купи ее наконец и пошли!
- Да, да, - рассеяно пробормотал Какаши. Не отрываясь от чтения, и направился к кассе.
За прилавком стояли две симпатичные девушки. Все время две пары глаз неотрывно следили за копирующим ниндзя. Иногда они тихо перешептывались и мило хихикали. Хатаке направился к ним.
Через несколько минут, они стояли на улице. Над ними возвышалась яркая вывеска, указывающая на недавно открывшийся книжный магазин.
Сарутоби, закуривая новую сигарету, нервно поглядывал на поглощенного чтением Хатаке. «Теперь он точно не допишет отчет», - пронеслось в голове мужчины.
- Асума, я сам завтра сдам отчет, - Какаши перевернул лист только что купленной книги. Он как всегда предугадал мысли напарника.
- Увидимся, - копирующий ниндзя отрешенно помахал рукой и направился в сторону академии, не обращая внимания на удивленного Асуму.
- Хорошо, - он пробормотал это себе под нос, наблюдая за удаляющейся фигурой Хатаке. Теперь можно немного расслабиться. Сегодня можно было отдохнуть. Сарутоби облегченно вздохнул и выпустил из легких тонкую струйку дыма. Немного постояв у магазина, он медленно направился к резиденции Хокаге, нужно было отчитаться за успешно проведенную миссию.

« - Пожалуйста, оставьте свое оружие здесь, - владелец борделя слегка нахмурился, покосившись на оружие, - таковы правила.
Кадзивара Арата медленно вынул мечи из-за пояса и отдал их хозяину заведения. Мужчина быстро убрал оружие в неприметный шкафчик в прихожей и поманил самурая за собой.
- Прошу, данна, - хозяин вежливо поклонился, предлагая пройти внутрь здания.
Они шли по узкому коридору. Висящие на стенах лампы еле освещали им путь. Через пергаментные двери, испещренные бамбуковыми реями, раздавались приглушенные стоны. Стоны наслаждения, рождаемые грубыми мужскими голосами, переплетались с тонкими надрывными криками женщин. Все в этом месте было пропитано похотью, грязью, женскими слезами.
Наконец, хозяин борделя остановился у последней двери. С негромким шелестом заскользили створки бамбуковых дверей. По небольшой комнате волнами скользил золотистый свет пламени. Было неуютно, но довольно чисто.
- Пожалуйста, дана, располагайтесь. Рёкомо-чан сейчас приведут. – Глаза мужчины алчно заблестели, когда Арата медленно достал из мешочка у пояса золотую пластину. Немного повертев в руках осколок драгоценного металла, он передал ее торговцу живым товаром. Тот склонился в почтительном поклоне и исчез, оставив самурая наедине с самим собой.
Внутри душу самурая жгло нетерпение. Та, что когда-то отказала ему. Та, что так желанна им, теперь будет принадлежать ему, даже против своей воли.
Он медленно опустился на аккуратно убранные простыни футона и, облокотившись о стену, стал ждать появления женщины. Минуты тянулись как часы, а внутри все росло желание обладать, ничего не отдавая взамен. Когда стенания других посетителей стали раздражать Арату, в комнате, практически бесшумно, появились две фигуры.
- Рёко...
Губы женщины дрожали, зрачки глаз были чуть расширены. За спиной Рёко стояла высокая женщина. Ее худое тело иссушило время, но она все еще была привлекательна. Истинная гейша, помогающая содержать бордель. Она учила продавать любовь за деньги. Учила соблазнять мужчин и подчинять их себе.
- Рёко-чан, - низкий бархатный голос требовал от молодой женщины беспрекословного подчинения.
Рёкомо бессильно опустила руки, которые так отчаянно прижимала к груди. Неизбежность. Она старалась не смотреть на сидящего в полутьме комнаты Арату. Мужчина же не мог отвести от нее глаз. В горле пересохло, становилось тяжелее дышать с каждым вздохом.
Гейша стала медленно водить руками по телу брюнетки, одаривая при этом самыми недвусмысленными взглядами сидящего на футоне мужчину.
- Она приняла афродизиак, - женщина медленно вытащила деревянный гребень, сдерживающий большую часть шелковых волос Рёко. – Поверьте, дана, она доставит вам незабываемое удовольствие.
Женщина провела языком по открытой шее Рёкомо и стала развязывать пояс золотистой юкаты.
- Правда, Рёко-чан?..
Она медленно обнажила плечи молодой женщины, одновременно покрывая влажными поцелуями бледную кожу. Глаза Рёкомо скрыла пелена век. Длинные черные ресницы чуть подрагивали. С приоткрытых коралловых губ срывались тихие стоны.
Арату бросило в жар. Его грудь тяжело вздымалась, похотливое желание обладать этой прекрасной женщиной разрывало его тело изнутри. От возбуждения неприятно заныло тело. Но оторваться от представляющейся ему картины не было сил.
Золотая юката упала к ногам женщин. Белая, оттененная легким слоем пудры кожа. Приоткрытые пухлые губы. Коричневые ореолы сосков, вздымающейся в страстном порыве груди. Рёкомо громко застонала, почувствовав как руки гейши, спускаются к ее животу.
Кадзивара ослабил пояс кимоно. Разводя его полы в строну, он обнажил собственное тело. Перед глазами все плыло. Это хрупкое существо трепетало под натиском уверенных ласк женщины. Взгляд приковывал черный треугольник волос, скрывающий самое нежное и трепетное начало кареглазой японки. Будто угадав мысли самурая, гейша запустила пальцы между бедер Рёко и начала медленно двигаться. Девушка была на пределе. Препарат полностью подчинил себе ее разум, теперь она не могла думать ни о чем, кроме удовлетворения собственного сексуального желания.
- Рёко-чан... Иди ко мне, - хрипло произнес самурай, не в силах больше наблюдать за происходящим.
Женщина медленно подошла к Арате и опустилась на колени. Изогнувшись подобно дикой кошке, она приникла своим нежным, трепещущим телом к самураю.»

На этом месте Хатаке споткнулся и на мгновение взглянул в серое небо. Творения Дзирайи будоражили кровь, заставляя искать новых ощущений. Не в силах оторваться от книги Какаши немного ускорил шаг. До академии оставались считанные метры.

Ирука торопливо перебирал бумаги. За последнее время накопилось столько работы, что приходилось работать по выходным. Изумо с Котецу, как и всегда, отлынивали от своих прямых обязанностей, так что Умино приходилось делать работу сразу за троих. В голове все перемешалось. Отчеты, контрольные, списки, черт! Умино бессильно опустил голову на стол, решив сделать минутный перерыв. Мысли тут же перетекли в иное русло. Сегодня вернется Какаши. На лице появилась легкая улыбка. Ужин в его доме. И целая ночь впереди. Тихий стук в дверь вывел его из состояния задумчивости.
-Да, входите, - пробормотал Ирука, пытаясь придать лицу серьезный вид.
В кабинет не спеша вошел Наруто. Он был как-то непривычно бледен, на лице читалась болезненная решимость.
- Ирука-сенсей, - Наруто запнулся. Он стоял напротив стола, за которым сидел высокий темноволосый мужчина. Тот приветливо смотрел на парня и улыбался.
- Мне нужно с вами поговорить, - блондин чуть поежился. Умино Ирука был пожалуй единственным человеком, с которым он мог об этом поговорить. Человек, которому он мог открыться, не скрывая свои чувства.
- Конечно Наруто, я тебя слушаю, - Умино продолжал приветливо улыбаться. Блондин глубоко вздохнул, готовясь выпалить все на одном дыхании. Ну почему это так сложно сказать.
- Ирука-сенсей, я запутался, мы с Саске... – он замолчал, дверь в кабинет распахнулась и в аудитории появился Хатаке Какаши. «Черт. Только не сейчас! Только не он!»
Узумаки закатил глаза. Ему хотелось поговорить с Ирукой наедине, без лишних свидетелей. Тем более не хотелось начинать этот разговор в присутствии своего бывшего учителя, копирующего ниндзя Какаши. Взгляд этого человека был пронизывающим, изучающим, он как будто всегда заранее знал о чем думает собеседник и в чем будет состоять суть разговора. Конечно, большую часть времени Какаши изучал свою «обучающую» книгу, но это не уменьшало его проницательность, а тем более саркастичность.
- О, Наруто, привет! – копирующий ниндзя приветственно поднял руку и улыбнулся. Хотя последнее было лишь предположением, так как лицо Какаши скрывала черная маска, скорее улыбались его глаза.
- Какаши-сенсей, рад вас видеть, - оживился Ирука, Наруто немного удрученно кивнул. За прошедшие несколько минут он растерял всю решительность, да и желание говорить об Учихе тоже.
- Так о чем ты хотел со мной поговорить? – Умино снова обратился к Узумаки, излучая доброжелательность больше прежнего, кажется, с появлением Хатаке, у него немного поднялось настроение. В выходной день ему приходилось торчать в академии. Нужно было проверить кое-какие работы студентов, подготовить программу нового вводного курса, что явно не способствовало хорошему настроению.
Узумаки удрученно уставился в пол, стал рассматривать трещины в деревянном покрытии. В мозгу беспорядочно мелькали электрические импульсы, представляющие собой рой мыслей. Повисло неловкое молчание. Блондин сейчас походил на двоечника, который не выучил заданный урок и, теперь, пытался подобрать нужные слова, что бы оправдаться. Какаши молча стоял, облокотившись о стену у двери. Конечно же, он был полностью погружен в чтение новой книги.
- Может, тогда поужинаем вместе? – Ирука улыбнулся, понимая нежелание Наруто говорить при Какаши. Он оказался на удивление проницательным, но непредусмотрительным. Шатен покосился на Хатаке, но тот не предпринял абсолютно никаких действий.
- Да, - Наруто облегченно вздохнул, мысленно поблагодарив любимого учителя, - с удовольствием, тогда, увидимся, - он дружелюбно помахал рукой и удалился из аудитории, тихо ругая Какаши и его привычку появляться не во время.
- Я вам помешал? – Какаши закрыл книгу и направился к сидящему за столом Ируке.
Ирука чуть улыбнулся и стал сосредоточенно рассматривать разложенные перед ним стопки бумаг. Отвечать на вопрос он не стал, видимо считал, что комментарии излишни.
- А мне казалось, что мы сегодня ужинаем вместе... – Какаши облокотился на стол и вытащил листы из рук Умино, пытаясь обратить на себя внимание.
- Прости, - Ирука виновато улыбнулся, - у Наруто явно что-то случилось, он так подавлен, я беспокоюсь за него, - он посмотрел на Какаши, тот выглядел зловеще, глаз был хитро прищурен. Обхватив ладонью деревянную пластину стола, Хатаке постукивал по столешнице пальцами, выбивая при этом определенный ритм.
Одним резким движением он стянул с лица маску и приблизился к Ируке. Чуть отодвинув шатена от стола, Какаши преградил своим телом путь к возможному отступлению.
- Ну, прости, - Ирука нервно сглотнул, в такие моменты Какаши был непредсказуем. Выражение его лица не сулило шатену ничего хорошего.
- Мы можем поужинать завтра, - Умино еще больше вжался в спинку стула, с опаской вглядываясь в лицо Какаши.
- Ну, уж нет, я не намерен ждать, - Какаши хищно облизнулся, обнажая при этом свои ровные белые зубы. Через секунду он впился в губы Ируки. Перехватило дыхание. Это был страстный поцелуй изголодавшихся любовников. Какаши целовал его настойчиво, жадно, даже грубо. Он прижал Умино к стулу, не давая ему возможности освободиться. Язык белого клыка проникал все дальше в мягкую полость рта, подавляя всякое желание сопротивляться. С большим усилием Ирука оттолкнул Какаши, заставляя прервать поцелуй.
- Не надо, - у него сорвался голос, но Какаши не стал слушать его возражений. Он снова потянулся к лицу мужчины. Одной рукой он уперся в спинку стула, другую переместил на бедро Ируки, прижав большой палец к его внутренней стороне.
- Прекрати! – Ирука резко встал и отошел на несколько шагов от светловолосого мужчины, - нас могут увидеть! – он опасливо оглянулся на приоткрытую дверь.
- Здесь никого нет, - Какаши выпрямился и лукаво посмотрел на шатена, - я проверял, - он игриво подмигнул и перевесился через стол, который теперь был преградой между ними.
- Мы же в академии, - Умино выглядел немного растерянным, решительность любовника его пугала.
- Как будто меня это волнует, - Какаши безразлично пожал плечами. После этого раздался негромкий хлопок, теперь в комнате их стало трое. За спиной Ируки появился теневой клон, созданный Хатаке. Копия быстро схватила Умино за руки, не давая возможности сопротивляться. Мужчина удивленно уставился на Какаши, он явно не ожидал столь вопиющей подлости. Клон подтолкнул его к столу. Теперь шатен грудью лежал на недавно проверенных им работах. За руки его держал Какаши, а сзади стоял теневой клон.
- Хватит, - Умино резко выдохнул, у него сбивалось дыхание. Попытки вырвать из цепких рук были безрезультатны, оставалось уповать только на собственную убедительность. Какаши явно был сильнее его.
- А что...? – Какаши состроил дурашливую рожицу и прильнул к губам брюнета. Клон в это время накрыл Ируку своим телом, его руки забрались под водолазку, и стали беспощадно терзать упругую кожу на груди. Потом он больно сжал пальцами набухший сосок. Ирука застонал, отрываясь от губ Какаши.
- Прекрати... – он закатил глаза, когда клон сильно вжался в его бедра.
- Чувствуешь? – Какаши прошептал это ему в ухо, - Я не могу остановиться, - Ирука покраснел еще сильнее, ему в бедра упиралась твердая плоть теневого клона, а значит, Какаши чувствовал то же самое.
- Нас могут увидеть, - он не оставлял попытки освободиться, от объятий клона и его создателя.
- А тебя разве это не возбуждает? – Какаши медленно провел языком по высохшим губам мужчины, оставляя влажный след, - или тебе нравиться изображать из себя жертву?
Он удовлетворенно улыбнулся, наблюдая за тем, как меняется выражение лица Ируки. Теневой клон стал медленно ласкать мышцы на животе, потом перешел к бедрам. Ослабив ремень, запустил руку в штаны. Копия обхватила ладонью набухший член. Ирука приглушенно застонал. Какаши и его клон, улыбнувшись, переглянулись.
- Он нас обманывает, - промурлыкал клон в ухо Умино, и легонько обвел языком мочку. Он сказал это достаточно громко, что бы слышал Какаши.
- Он уже весь влажный, - копия продолжала ласкать член Ируки под тонкой тканью штанов и одновременно вжималась в него бедрами, не давая забыть о собственном желании.
- Тогда, нам стоит наказать его, - прошептал Какаши, легонько целуя губы Ируки. Тот тихо стонал, уже не в силах сдерживаться.
Иногда в стонах различались фразы умоляющие прекратить сладкую пытку, но это была уже игра, в которой участвовали трое или фактически двое.
Клон продолжал свои мягкие, немного настойчивые движения, давая создателю время насладиться выражением томительной страсти на лице Умино. Потом он пробормотал что-то себе под нос и стал стягивать с Ируки штаны вместе с нижним бельем, обнажая угловатые бедра.
- Наказать, - клон опустился на колени и провел руками по упругим ягодицам. Ирука вздрогнул, по телу прокатился электрический разряд, по коже побежали мурашки. Клон Какаши немного раздвинул упругие мышцы брюнета и чуть прикоснулся языком к влажной дырочке. Умино громко застонал в улыбающиеся губы Какаши, он уже предвкушал дальнейшее. Хатаке дразнил его.
Клон обвел языком анус и сжал ягодицы. Ирука нервно задрожал, инстинктивно расставляя ноги шире, давая копии полный доступ к острым эрогенным зонам. Какаши улыбнулся, теперь ждать осталось совсем недолго. Сдерживать Умино больше не имело смысла, шатен принял условия игры, предлагаемой Хатаке.
Для него открывался прекрасный панорамный вид. Копирующий ниндзя, теперь, сидел на стуле и наблюдал, как меняется в эйфории лицо Ируки, как стекают по губам капельки слюны, выгоняемые стонами.
Клон продолжал доводить Ируку до исступления. Он мерно работал языком, иногда пуская в ход пальцы. Он заставлял Ируку выгибаться и царапать деревянную поверхность столешницы на которой он лежал и за которую так цеплялся. Язык с небольшим нажимом скользил сквозь кольцо тугих мышц ануса. Одной рукой клон гладил его член. Поглаживая пальцем головку и спускаясь вниз, он чувствовал, как содрогается тело шатена. Слышались его нервные, алчущие стоны в преддверии финала. С внезапным хлопком все прекратилось. Умино раздосадовано застонал, умоляя продолжать. Его трясло, бешено пульсировала кровь в венах. Дрожа, он поднялся со стола и направился к сидящему напротив Какаши. Клон исчез. Копирующий ниндзя больше не мог смотреть на происходящее со стороны. Он прерывисто дышал, от тесной, душащей жилетки он уже избавился. Теперь, лишь черная ткань водолазки подчеркивала его мускулистое тело. Ирука медленно подошел к нему и нетерпеливо стал расстегивать ремень черных брюк, но Какаши не предпринимал никаких действий. Он внимательно смотрел на Ируку, будто ждал чего-то. Из этой игры для двоих, Хатаке всегда выходил победителем.
- Пожалуйста, - простонал Ирука, высвобождая твердый член из штанов, - Я так хочу тебя, - он встал перед Хатаке и избавился от остатков одежды. Умино снял даже повязку, будто сдавался на милость победителю. Снял черную резинку с волос. Он знал, что Какаши обожает его распущенные, растрепанные длинные волосы. Шатен не стал дожидаться очередной его колкости или издевки, не было сил терпеть. Он встал над Какаши и медленно ввел его член в свою влажную дырочку. Через секунду он почувствовал его руки у себя на бедрах, его горячее дыхание на своей шее. Какаши трясло точно в лихорадке. Он впился губами в кремовую кожу, оставляя яркий отпечаток. Из груди рвался победный стон. Ирука обвил руками его шею и, дождавшись момента, впился в губы любовника. Он страстно целовал его и ласкал языком полость рта. Потом, не в силах сдержаться, подался вверх и стал медленно двигаться, снова и снова насаживая себя на твердый член Какаши. С каждой минутой они увеличивали темп, приближая момент экстаза. Ирука отрывался от его губ лишь для того, что бы не задохнуться, выдохнуть стон и услышать его в ответ.
С губ Хатаке глухими, хриплыми звуками срывалось имя любовника, чуть приоткрытый глаз с нескрываемым восхищением наблюдал за Ирукой. Умино прижимался к нему все сильнее, оставляя на черной водолазке мокрые следы пота, капельками стекающего по разгоряченному телу. Он двигался все быстрее, вынуждая Какаши с каждым разом входить все глубже, сильнее. Они подавались друг другу на встречу в бешеной агонии, стремясь к обволакивающей нутро эйфории. Когда Ирука громко застонал и, изогнулся в мучительной ломке, Какаши сильнее сжал его бедра, заставляя не прекращать движения. Еще пара сильных глубоких толчков и он выдохнул звонкий стон в плечо любовника, прижимая его к себе еще сильнее, желая соединить их тела воедино в этот момент. Горячее, сжигающее чувство наступившего экстаза. Легкая дрожь. Следы прозрачно-матовой жидкости на черной ткани. Осколки сбивчивого дыхания, срывающиеся с опухших губ. Губ, шепчущих имена любовников.
- Ирука, - хрипло прошептал Хатаке и мимолетно прикоснулся к его губам. Он не отпускал его от себя, удерживая у себя на коленях, оставаясь внутри него.
Так близко, что слышен каждый удар сердца.
Так близко, что чужое дыхание смешивается с собственным.
Какаши забавлялся представляющейся ему картине. Он сидел, раскачиваясь на стуле, и наблюдал за тем, как поспешно одевался Умино.
- Теперь все заново делать придется, - печально вздохнул Ирука, когда, наконец, привел себя в порядок.
- Я помогу, - улыбнулся Какаши, довольно рассматривая Ируку. Он сидел в одной жилетке, испачканную водолазку пришлось снять.
- Ты уже помог, - саркастично улыбнулся Ирука и начал подбирать валяющиеся на полу канцелярские принадлежности.
Какаши встал с кресла и достал зеленую книгу с ярким запрещающим знаком - « Детям до 21». Убедившись в своей непригодности, он чувствовал себя ни к чему не обязанным. Он медленно обогнул стол и встал перед ползающим на полу Ирукой, тот выглядел очень забавно. Взъерошенные волосы, перекошенный ворот водолазки, красные щеки, немного дрожащие руки.
- Заглянешь ко мне вечером, - Какаши уже уставился в книгу, - на поздний ужин?
Умино переложил собранные вещи на стол и встал напротив Хатаке. Не раздумывая, он оставил влажный след губ на его маске.
- Посмотрим... у меня еще много работы, – он снова занялся уборкой.
Не отрываясь от книги, Какаши направился к выходу. У самых дверей он негромко сказал:
- До вечера.
- До вечера, - ответил Ирука, но копирующего ниндзя уже не было в комнате. Игра продолжается. Умино не сомневался, что этой ночью они будут вместе. Только до ужина, дело вряд ли дойдет...

Страниц: 1
Помочь проекту

Код баннера




Код баннера




Код баннера
SiteMap generator