Под звуки "Лунной сонаты"

Дата публикации: 25 Сен, 2009
Название: Под звуки "Лунной сонаты"
Автор(ы): Sleaping Earl
Бета-ридеры(ы): нет.
Жанр: яой, драма, фэнтези.
Рейтинг: PG-13
Предупреждение: нет.
Размещение: где угодно с этой шапкой.
От автора: Автору нравится Лунная соната... Да. Рекомендую прослушать её перед прочтением, хотя это и необязательно. Писалось давно, отрылось недавно. Немного подправлено, кое-где изменено, и отослано на растерзание читателям. P.S. Автор не думает, что секс помогает при потере зрения. Всё любовь, да, всё она.
Описание: Если вам посчастливилось спасти от гибели ангела, влюбиться в него и потерять.
Страниц: 1

* * *

Часть 1.

Передо мной лежал чистый лист бумаги формата А4. Абсолютно белый лист бумаги. Даже не мятый. Его только что достали из общей стопки. Рядом лежала ручка. Обыкновенная чёрная гелиевая ручка. Таких полно в любом канцелярском. Куда ни пойди – везде они.
А передо мной стояла задача. Трудная такая, тяжёлая, под центнер весом. И всеми своими формами она лишь показывала, что легко не сдастся. Такие задачи стоят до конца. Таких сломать трудно. Но не невозможно. Это плюс.
Задачу звали «Напиши рассказ». Я уже седьмой день подряд брался написать что-нибудь эдакое, для души, но в голову не лезло ничего, кроме кошки Марты со сломанной лапой, что привезли мне на позапрошлой неделе. Кошка очень громко вопила и царапалась. И её хозяйка тоже вопила и царапалась. А язык её, почище любых когтей будет… Чуть уши не завяли.
Вернёмся к рассказу. Ну так вот. Ровно восемь назад меня посетило вдохновение, что со мной, ветеринаром, редко случается. А точнее, никогда ранее не случалось. Моя голова просто не способна была придумать что-либо стоящее, так что я не пробовал писать. Ни разу. Я девственник в этом вопросе. Наверное, следовало спросить совета у более опытных писателей, но собственная гордость не расщедривалась на такие поступки. И вот я оказался в плену собственного характера, который, как я думал раньше, был весьма сносным.
И эта задача уже второй час насиловала мои мозги и мою бедную голову. Ну с какой стати, мне, обычному врачу-ветеринару, понадобилось садиться за письменный стол и заниматься сочинительством? Почему я не мог, ну, предоставить это известным писателям? Не знаю.
Факт остаётся фактом и вот сейчас, я сижу и насилую взглядом листок бумаги и чёрную гелиевую ручку заодно. А мысли в это время были далеко, там, куда даже я уже давно позабыл вход…
Мысли были разные… синие, белые, красные. Они тихо неслись в своём потоке, немного мешая процессу придумывания захватывающей новеллы, но всё же это был не торнадо и не цунами, так что и на том спасибо.
Прошло ещё примерно полчаса, хотя на часы я не смотрел, счастливые, как говорится в народе, часов не наблюдают. Мне надоело насиловать бумагу, а вдохновению – мой мозг, поэтому, оно ненадолго утихло. Я знал, конечно, что ему ещё предстоит вернуться и отыграться за всё, но пока, я мог вздохнуть с облегчением и крутануться на кресле у письменного стола. Затем, я в миллионный раз осмотрел свою квартиру, так и не найдя ничего особенного и замечательного. Всё было как всегда. Квартира моя была новой, отделанной, но скучной до безобразия.
Прихожая, ведущая прямо в гостиную и одна спальня. Естественно, ванная, кухня и санузел. Я не был недоволен своим жильём, но тут явно чего-то не хватало. Только вот чего, я не мог понять.
За окном продолжало темнеть… Зажглись фонари… Тихо жужжал компьютер, легко рассекал воздух вентилятор, поставленный в спальню, дабы принести хоть какое-то облегчение в летний день. Я взял свою небольшую спортивную сумку, запихнул туда полотенце, нацепил на себя наушники, положил в карман iPod. Закрыл входную дверь на ключ и пошёл по тёмной вечерней улице к морю. Ночь была тёплой и душной. Ветра не было. Мир замер. Где-то стрекотали цикады. Я это знал, но не слышал… В ушах играла «Лунная соната» Бетховена. Я не люблю классическую музыку. Предпочитаю рок или на крайний случай хард рок. Но «Лунная соната» - единственное произведение, в которое я влюбился ещё в детстве. Я услышал его на одном из тех светских приёмов, что так часто устраивали мои родители. Тогда, я впервые очутился на празднике. Меня облачили в костюм, весьма неудобный. Это я тогда так думал.
Мне было всего восемь лет. Я откровенно скучал, ведь тогда я не понимал, о чём разговаривают взрослые. Да и я как то не интересовался их темами. Внезапно, пианист заиграл эту мелодию. Всё в мгновение стихло. Шум голосов, звон бокалов, прекратилась суета официантов. Существовали только двое: я и эта музыка. Переливания нот и плавный тембр… Тихая и печальная, она пробудила в моём сердце что-то новое и я безоговорочно влюбился… Окунулся с головой в приятный мир танцующих нот, выпархивающих из под рук пианиста… Пропал там с головой…
Мелодия кончилась, гости восторженно захлопали… Пианист поклонился… Я спросил у своей матери:
- Что это была за мелодия?
- Это была « Лунная соната» Бетховена. Тебе понравилось?
- Да. Это было прекрасно.
- Я рада, - улыбнулась мама, гладя меня по голове.
Я отвлёкся от захлестнувших меня воспоминаний и обнаружил, что уже пришёл туда, где часто провожу ночи, особенно летом. Пляж, пустынный пляж. Ни души… На часах полночь, а в сердце свобода. Я скинул ботинки, и подошёл к воде. Накатившая волна намочила их, заодно оставив немного брызг на джинсах. Я поднял голову к небу… Там светились звёзды… А в ушах переливалась последним аккордом «Лунная соната». Тихо угасала мелодия, и внезапно началась следующая песня… Резкая, громкая и слишком неподходящая для такой ночи. Я вздрогнул от неожиданности и поспешил выключить плеер. Никакой больше музыки. Только шум прибоя, разбивающегося о камни, что лежали неподалёку, песня цикад и блаженная ночная тишина. Я лёг на песок, зарывшись в воспоминания… Тот день, когда я впервые услышал сонату… он был последним и самым счастливым… На утро, отец с матерью погибли в автокатастрофе… Я остался один…
Мелодия Бетховена, напоминает мне о том дне, радостном и прекрасном, но в то же время пробуждает память о гибели родителей. Поэтому, она так грустна…
Я встряхнул головой. Нет. Так больше нельзя. Я, ныне обеспеченный, довольный жизнью, двадцати семилетний мужчина, приятной внешности. Я не могу тут распускать нюни из-за того, что случилось 19 лет назад! Соберись, Алан, живи дальше! Живи! Чувствуй!
Но это были всего лишь слова, крики моего разума. Душа же прочно поселилась во мраке. Я бросил взгляд на звёзды и спросил:
- Могу ли я обрести счастье?
Молчание. Гробовая тишина. Уже не стрекочут цикады, и волны не шелестят о песок.
- Ну конечно нет! – в отчаянии прокричал я.- Какое вам дело до меня! Я всего лишь человек! Нас таких миллиарды! А я даже не могу справиться с собственными проблемами… не могу даже написать историю…
Плеск! Что-то рухнуло в воду, взметнув фонтан прозрачных брызг, засверкавших в серебряном свете луны. Белая пена начала медленно расползаться по поверхности моря и вскоре исчезла. Снова воцарилась ночная тишина.
Мне показалось, или то, что только что упало, было человеком? Я быстро разделся и вбежал в море, я боялся не успеть спасти его жизнь…
Нырнув в глубину солёной бездны, я открыл глаза и сквозь туманную дымку, пытался хоть что-то рассмотреть… Заметил чёрный силуэт. Схватил за руку. Рука? Значит, это всё-таки человек. Воздуха стало не хватать. Преодолевая тяжесть ноши, я потянулся вверх – к яркому лунному свету… Ещё чуть-чуть. Ах! Воздух с шумом вошёл в лёгкие, наполнив грудь блаженством. Я подхватил спасённое тело, так и не успев, как следует рассмотреть его лица… Медленно стал двигаться в сторону берега. Дыхание участилось… Было трудно грести, но я всё же дотянул до берега… Вытащив тяжёлое тело на берег я сумел как следует его рассмотреть. Юноша… Пятнадцать или шестнадцать лет. У него была белоснежная кожа, в свете луны ещё более белая. Обнажённое и отлично сложенное тело… Лицо, без единого пятнышка, светлое и чистое. Тёмно-синие волосы до колен, острый подбородок, закрытые глаза, алые губы… и … белоснежные крылья… Ангел… ко мне явился ангел… Слегка дрогнули пушистые ресницы… Распахнулись глаза… Светло-голубые, без единого намёка на зрачок. Такие прозрачные и глубокие, что в них нельзя было не утонуть… В его глазах плескалась луна…
- Кто вы? – тихо прошептал он.
- Меня зовут Алан. Я тебя вытащил из моря…
- Наклонитесь поближе, - попросил ангел…
Он протянул руку ко мне, и я понял, что он слепой… Парень ничего не видел. Абсолютно ничего. Вокруг него всегда была ночь… Но это лицо… не влюбиться невозможно…
Я взял его руку в свои ладони и сказал, наклонивший к самому его лицу:
- Всё в порядке, сейчас я отведу тебя к себе домой, а там поговорим.
Я достал из сумки полотенце и накинул ему на плечи. У меня была идея отдать ему свою футболку, но я отмёл её сразу же после того, как вспомнил, что крылья будут наверняка мешаться…
Я довёл его до своей квартиры. С меня капала вода и я достаточно продрог. Мелкой дрожью трясло и моего ангела…
- Сейчас в тёплый душ и под одеяло, - сказал я и бережно повёл спасённого в ванную. Он до сих пор не проронил ни слова…
- Что случилось? – спросил я, глядя на то, как ангел с недоумением трогает свои крылья, покрытые мокрыми каплями. А они были и вправду прекрасны. Не очень большие и не то что бы маленькие, они так удивительно смотрелись на фоне его белоснежного тела, что я невольно почувствовал стыд, зато, что слишком долго любовался этой прелестью.
- Что это? – спросил ангел.
- Это крылья.
- Скажи, какого они цвета?
- Белого, как снег, - ответил я.
- Снег? А что такое снег?
- Снег – то, что падает с неба зимой.
Ангел улыбнулся.
- Выходит, я тоже снег? Я тоже упал с неба.
- Наверное, - хихикнул я, - ты – снег, который падает летом.
- У тебя есть имя? – спросил я.
- Нет. А у тебя?
- Есть, конечно. Алан.
- Красивое. А мне можно имя? – любопытно спросил ангел.
- Нужно, - улыбнулся я. – Какое же имя тебе придумать?
- Феликс… - прошептал он.
- Что это за имя такое? – недоумённо произнёс я.
- Не знаю. Но оно мне нравится. Можно, оно будет моим?
- Давай. Если тебе нравится, то я не против.
Тем временем, я вытащил его из ванной и хорошенько вытер полотенцем. Затем, выдал ему пижамные штаны и сказал:
- Я уложу тебя на диване, в гостиной, ладно? Больше спальных мест нет.
Он кивнул.
Я проворочался часа два в кровати, так и не сомкнув глаз. Вопрос «Как он там оказался?» упрямо лез в голову, оттесняя все другие мысли. Я посмотрел на часы, циферблат которых слегка светился приятным зелёным светом. Три часа ночи. Ну что же, поспать, сегодня не удастся?
Дверь в комнату заскрипела. Я повернулся. На пороге, держась за стенку, стоял Феликс.
- Можно к тебе?- спросил он.
Я почувствовал растерянность. С одной стороны он незнакомый парень, невесть откуда свалившийся и я знаком с ним от силы часа три. Но с другой, отказать столь прекрасному созданию было нереально.
- Иди сюда… На голос, - мягко позвал его я. – Ложись. Вот так. Лицом ко мне, чтобы крылья не мешали. Прости, но лучше их расправить. Молодец. А теперь, закрывай глаза и спи.
После этих слов, я почувствовал сладостное тепло и сам провалился в объятья Морфея.
Чьё-то горячее дыхание… Прямо в лицо… Приятно…
Я открыл глаза и увидел спящее лицо Феликса всего в паре сантиметров от моего. Господи… Я спал в одной кровати с парнем! Что со мной твориться? Я знаю его меньше дня! Но… он такой ребёнок. Наивный и добрый. А ещё слепой.
Прикосновение тёплой руки заставило меня вынырнуть из раздумий, и я тут же встретился взглядом с Феликсом. Он улыбался, тем временем гладя меня по щеке.
Его рука начала медленно обводить контур моего лица, коснулась ушей, зарылась в чёрные волосы, игриво пробежалась по подбородку, очертила линию губ и легонько щёлкнула по носу.
- Что это было? – еле сдерживая улыбку, притворно сердито спросил я.
- На тебе нет маски, - серьёзно сказал ангел.
- Маски, что ты имеешь в виду? – не понял я.
- На лице людей может быть маска. Я не вижу масок, потому что слеп. Но могу легко её ощутить, если коснусь лица даже одним пальцем. Маски на лицах – значат то, что человек на самом деле не тот, за кого себя выдаёт. Его улыбка может быть притворной, и на самом деле он не желает никому добра. Таких людей стоит обходить стороной. Но человек не способен распознавать маски. Он лишь может почувствовать неладное в сладковато-приторном голосе другого человека. На тебе нет маски. Это значит, что тебе можно доверять. Я рад, что меня спас именно ты. Людей без масок становится всё меньше и меньше.
- Маски, говоришь, - задумчиво протянул я. – Можно считать это комплиментом?
- Что-то в этом роде… хотя, я сказал правду. Я никогда не вру.
С этими словами Феликс встал в кровати и медленно двинулся в сторону прихожей.
- Ты куда? – спросил я.
- Надо кое-что выяснить. Я вчера так и не успел.
Я проследовал за ним.
-Что это? – спросил Феликс, касаясь рукой невысокой дверцы в прихожей.
- Это дверь в небольшую кладовку.
- А что там?
- Всякие старые и ненужные вещи, - отмахнулся я.
- Нет, там грустные воспоминания, которые так и не получается выбросить, так ведь?
Его слова повергли меня в шок. Он был безоговорочно прав. Там лежали некоторые мамины и папины вещи, а так же, мои старые игрушки. А ещё там стояло то самое пианино. Он прочитал это у меня в душе. Он удивителен.
- Скажи, можно я разберусь. Мне хочется познакомиться с воспоминаниями. Им там очень грустно, - попросил Феликс.
- Эмм, да, наверное… - промямлил я. – Сейчас схожу за ключом. Куда же я его положил.
- Он в комоде, что стоит в твоей спальне. Первый ящик справа.
- Как ты узнал… - у меня пропал дар речи.
- Просто мне пришло это в голову. Не волнуйся, я не лазил туда… От тебя так и разит удивлением, - ангел улыбнулся.
Я бросил мимолётный взгляд на часы. Ой! Кажется, я опаздываю на работу…
- Мне пора идти! – сказал я, спешно натягивая на себя джинсы и откидывая куда-то в сторону пижамные штаны.
- Куда?
- На работу.
Феликс подбежал ко мне, чуть не врезавшись по дороге в торшер, и крепко схватил за руку.
- Не хочу больше оставаться один! – чуть не плача, прокричал он.
- Слушай, мне и вправду очень надо на работу. Давай, вместе позавтракаем, а потом я открою тебе кладовку, и ты сможешь разбирать вещи, что там лежат. Я уйду на работу и скоро вернусь – у меня сегодня короткий день. Ладно?
- Хорошо… - прошептал он, - Только обещай, что вернёшься! Я не хочу долго оставаться один!
- Обещаю! – улыбнулся я.
Как я и обещал, я вернулся домой пораньше и тихо отворил дверь. Феликс тут же высунул голову из кладовой, и сказал, улыбнувшись:
- С возвращением!
Давно мне никто не говорил таких слов.
- Ага. Ты весь день просидел там?
- Да. Тут столько всего интересного! – восторженно заговорил ангел. – А ещё я нашёл пианино! Это ведь так называется? Инструмент, издающий такие восхитительные звуки?
- Фортепиано, или просто пианино. Да, ты прав, - согласился я.
- А ты умеешь на нём играть?
-Нет, к сожалению.
- А я вот немного умею. Правда, только одну единственную мелодию. Она была первым, что я услышал в своей жизни. Можно, я сыграю? – попросил он.
- Да, конечно. Я послушаю.
Я подошёл к двери и заглянул внутрь маленькой комнатушки. Там не было лампы, но это совсем не мешало Феликсу ориентироваться в пространстве. Тот свет, что падал из прихожей, позволял мне увидеть несколько распакованных коробок, из которых были выложены мои старые игрушки. Тем временем, ангел подошёл к фортепиано, откинул крышку и бережно положил руки на клавиши. Его крылья, аккуратно сложенные, теперь слегка расправились. Его пальцы начали играть. И весь мир погрузился в музыку. Я отлично знал мелодию, что вытекала из-под его пальцев. Он играл «Лунную сонату». Бережно выводя каждую ноту, закрыв свои невидящие глаза, слегка наклонив голову в бок. Пёрышки на крыльях подрагивали и слегка светились, неярко, но очень приятно. Опять эта грустная мелодия, опять нахлынувшие воспоминания. Танцующие звуки под мелодичный вальс сонаты, забытая навсегда, правда и такая явная ложь. Мальчик играл, и я, утонул в его музыке.
Всё кончилось неожиданно. Ударилась о стенку последняя нота, слегка хлопнула крышка фортепиано.
- Тебе понравилось? - робко спросил ангел.
- Просто…восхитительно, - прошептал я.
- Спасибо, - просиял Феликс.
-А сейчас надо что-нибудь придумать с едой, - воодушевился я, и мы прошли на кухню.

Часть 2.

- Алан, ты в последнее время какой-то слишком задумчивый, - протянула Ребекка, пытаясь заглянуть мне в глаза. – Что-то случилось?
- А? Нет, ничего, - я был где-то далеко в мечтаниях.
Мы сидели в маленьком уютном кафе. Оно находилось недалеко от работы, к тому же, у нас сейчас был обеденный перерыв. Это кафе было из разряда тех, куда никогда не устанешь ходить. Белые вазочки со свежими цветами на столах, приятная тишина в зале, услужливый персонал.. Тёмные стены, свечи на столах и практически полное отсутствие электрического освещения, делали это помещение загадочным и романтичным. Я бы смог привести сюда Феликса. Он любит тишину. Пусть даже он не сможет в полной мере оценить красоту и загадочность атмосферы, пусть хотя бы её почувствует. Тут услужливый разум напомнил что Феликсу, с его-то крыльями просто так на улицу не выйти.
Я глубоко вздохнул.
- Эй, Алан, ты что, уснул? Ты слышал, что только что сказала? – прозвенел резкий голос Ребекки, моей коллеги, а так же хорошей подруги.
- А? Нет, извини, задумался немного. Ну, так что ты там говорила? – я попытался сделать внимательное лицо, но мысли уносили меня к Феликсу, так что я еле-еле мог улавливать нить разговора.
- Ты сегодня вечером свободен? – требовательно спросила Ребекка.
- Нет, я полагаю, - я никак не мог оставить моего ангела одного, да ещё и надолго.
- Что такое? Раньше, ты всегда был свободен вечером, - протянула подруга.
- Не могу я. Ко мне знакомый приехал. А он слепой. Я боюсь его надолго оставлять одного, - ну, я ведь не солгал?
- Так познакомь меня с ним. Мне очень надо с тобой поговорить!
- Феликс боится посторонних людей. А почему ты просто не можешь сказать всё прямо сейчас?
- Не могу. Давай, всё же встретимся как-нибудь? Это очень важно! – умоляла Ребекка.
- Ладно, я спрошу у Феликса…
- Ну ты прямо как восьмилетний мальчишка! Я спрошу у Феликса! – передразнила меня она.
- Я просто боюсь его оставлять одного. Он же слепой, я ведь говорил!
- Ладно, позвони мне сегодня вечером.
- Хорошо.
-От тебя чем-то странным пахнет, - возвестил Феликс, утыкаясь в мой свитер лицом, попутно обвивая талию руками. Это он так здоровался. Сначала, это объятие меня немного смущало, но я уже привык.
- Может, это духи Ребекки? – предположил я.
- Наверное. А что такое духи?
- Это ароматная жидкость, которой пользуются женщины, что бы приятно пахнуть. Но тебе духи не нужны, ты и так пахнешь, морем, - улыбнулся я.
Ангел просиял.
- Спасибо.
- Скажи, Феликс, - внезапно начал я, - ты сможешь завтра побыть один немного дольше? У меня встреча с Ребеккой. Она очень хотела поговорить.
- Ладно, - насупился он. – Только, возвращайся поскорее
Феликс спал со мной в одной кровати. Не потому, что мест больше не было. Просто, ангелу так больше нравилось, и я не мог ничего возразить. Часто, просыпаясь по утрам, я обнаруживал себя в его крепких объятиях. Тогда, мне всегда становилось тепло и приятно.
Сегодня, я проснулся раньше обычного. Солнце только всходило, и через большое окно в комнату падал свет, делавший лицо Феликса ещё прекраснее. Эти мягкие рассветные краски, слегка дрожащие, пушистые ресницы и приоткрытые губы. Я понял, что они сводят меня с ума… Мимолётный порыв, движение в его сторону и мягкое касание его губ, оказавшихся очень нежными и тёплыми. Я тут же отстранился, не желая будить его, нет, не желая спугнуть его, так внезапно проснувшейся в моём сердце любовью.
- Ты проснулся? – раздался его сонный голос.
- Да, а ты ещё спи. Я приготовлю завтрак, - я прикрыл его одеялом, которое сползло чуть ли не на пол. Он улыбнулся. Я нежно погладил его по голове и ушёл на кухню.
- Я сегодня вернусь поздно. Ложись спать без меня, - сказал я на прощание. Мне было больно от того, что он будет скучать, но я решительно приказал сердцу не волноваться и заверил себя, что всё будет хорошо.
- Ну, о чём ты хотела поговорить? – спросил я, нервно поглядывая на часы. Было уже довольно поздно – Ребекка никак не решалась заговорить на главную тему, и придерживалась самых обыденных.
- Эмм, ладно, я скажу. Вобщем, я тебя люблю, - внезапно выпалила она и покраснела. Я удивлённо смотрел на неё, так и не догоняя идею. Вместо смущённого лица Ребекки, я вдруг представил счастливое и наивное лицо Феликса. Вспомнил его улыбку, детскую непосредственность, смех, объятия, то, как нежно он касался своими пальцами моего лица, как радостно встречал меня каждый вечер. Я вспомнил, сколько счастья я получил от моего ангела за последние три недели, что он прожил у меня. Вспомнил и понял, что кроме него, не люблю никого на свете.
- Прости, - я опустил взгляд, - Но… давай лучше останемся друзьями.
- Ты меня не любишь? – всхлипнула Ребекка.
-Нет.
- У тебя ведь есть человек, кого ты любишь, так ведь? Именно поэтому ты витаешь в облаках! – рассердилась моя собеседница.
- Эй, полегче! Да, у меня есть тот, кого я люблю.
- Он – парень?
- Да.
- Парень, которого я любила десять лет, оказался геем. И у него есть парень. Ладно, спасибо, что выслушал, - с этими словами она встала со стула, взяла свой пиджак и ушла из ресторана.
Может быть, мне было её жаль. Я тогда не совсем понимал, что только что сказал. По идее, я должен был признаться Феликсу, что люблю его, но я боялся… Как и тогда утром.
Открыв входную дверь, я тихо вошёл в прихожую и включил свет. На полу, свернувшись калачиком, положив руки под голову, лежал Феликс. Волосы растрепались и пряди рассыпались по полу. Крылья были аккуратно сложены за спиной. Он поднял голову и спросил:
-Алан, ты вернулся? Я не смог лечь в постель без тебя, поэтому, решил подождать в прихожей. Но я не заметил, как уснул, извини, - он начал подниматься на ноги.
Я подбежал к нему и, взяв за плечи, прошептал в самое ухо:
- Я люблю тебя.
- Ох, - от неожиданности выдохнул ангел, - я, тоже…
- Что? – я слегка опешил.
- Я тоже тебя люблю, -улыбнулся мой ангел, взглянув на меня своими слепыми глазами. – Только вот, - голос слегка задрожал, - я хочу увидеть, какого цвета твои глаза, хочу узнать, как выглядит снег и море, каково смотреть на звёзды! Но знаешь, когда я рядом с тобой, мне не нужно это всё. Я просто хочу быть рядом. Потому что люблю… потому что при звуках твоего голоса, у меня выпрыгивает сердце из груди, мне хочется петь, хочется броситься к тебе в объятия. Я не могу без тебя… я не мо… - я не дал ему договорить. Накрыл губы поцелуем, слившись ним в одно целое. Его губы, мягкие, податливые, как будто созданные для поцелуев. Я смаковал каждую секунду блаженства, упиваясь сладостью этого чувства и приятным ароматом морского бриза. Мир исчез. Были только я и Феликс. Только этот мир, для нас двоих, наполненный хрупким счастьем и любовью. Поцелуй, накрывший нас обоих с головой, лишив способности двигаться. Он принёс нам счастье…
Донести его до кровати, мягко уложить на подушки, залезть под тонкую белую футболку, прикоснуться прохладными пальцами возбужденной коже, Поцеловать в губы, опуститься немного ниже, попутно стягивая ненужную одежду с себя, и с возлюбленного. Прикусить мягкую мочку, прошептать нежные слова любви, удовлетвориться его нетерпеливым стоном. Я настойчиво продолжал ласкать его дальше, медленно, словно мучая. Он слегка прогибался, тяжело дыша и прося продолжать. Я снова запечатал его губы поцелуем, исследуя каждый миллиметр его рта, не прерывая при этом гладить его по животу, игриво опускаясь всё ниже и ниже. Расстегнуть пуговицу штанов, услышать недовольный, но очень тихий возглас, погладить его по голове, как бы успокаивая. «Не бойся, всё будет хорошо». Почувствовать его руки на щеке и успокоиться. Да. Люблю. Люблю больше всего на свете.
Когда, я проснулся, первым, что я увидел, было спящее лицо Феликса. Ангел лежал на мне, раскинув в стороны крылья, подобно покрывалу. Лицо светилось спокойствием и безмятежностью. Я начал туго соображать о том, что же произошло вчера. Тааак… Думай, вспоминай… Признание в любви, поцелуй… о, боги! Только тут я заметил, что Феликс, впрочем, как и я абсолютно без одежды. У меня перехватило дыхание… Что же я наделал? С маленьким, наивным и неопытным ребёнком! А тем временем этот ребёнок широко зевнул и открыл глаза. Удивлённо на меня посмотрел. Кажется, что-то в его взгляде изменилось. Робкий голос:
- Алан?
- Да?
- Я тебя вижу… - прошептал он. Как только смысл этих слов до меня дошёл, я резко вскочил с кровати, совершенно позабыв, что Феликс лежал на мне. Он тихо ойкнул и оказался у меня на коленях.
- Ты видишь?!
- Да, плоховато, правда, всё ещё темно.
- Глупенький, шторы задёрнуты, - я бережно опустил его на кровать и, надев штаны, которые валялись на полу, подошёл к окну. Яркий свет потоком хлынул в комнату.
- Ай-ай-ай! Ярко! – прохныкал ангел, закрывая ладонями глаза.
- Ничего, боль пройдёт, придёт свет… - прошептал я в его ушко.
Феликс лишь улыбнулся.
- Теперь я могу видеть тебя, Алан! Здорово! Ух ты, у тебя ореховые глаза! И тёмные волосы! Комната, оказывается большая! А небо, - он подбежал к окну, - голубое! А трава зелёная! – он громко и радостно рассмеялся.
- Ты знаешь цвета? Даже если никогда их не видел? – изумился я.
- Я всегда их знал… не знаю почему, то я точно знаю, что и какого цвета, - снова лучезарная улыбка.
- Кстати, - вдруг спросил он, - а что произошло ночью?
- Эм, знаешь…
- А, вспомнил! – радостно провозгласил он.
- И ЧТО именно ты вспомнил? – осторожно спросил я.
- Всё, - таинственно прошептал он и улыбнулся.
- Ах, ты, - я притворно рассердился и сгреб его в охапку, повалив на кровать
- Не сердишься? – осторожно спросил я, нависая над ним. Он лишь нежно посмотрел мне в глаза и сказал:
- Не сержусь. Я ведь люблю тебя, глупый. Как я могу на тебя сердиться? Кстати, а сколько сейчас времени?
- Полдень?! – заорал я , бросив беглый взгляд на часы. Слава богу, у меня сегодня работа с половины первого… Ой, чёрт, пора бежать!
- Извини, но мне, правда нужно бежать… - извиняющийся тон и робкая улыбка.
- Возвращайся скорее!
- Алан, вы сегодня прямо таки летаете. И работа у вас спорится, и улыбка с лица не слезает. Что-то радостное произошло? – спросила пожилая мисс Орнетт, приходившая каждую неделю, за уколами для своего больного кота. К слову сказать, она была весьма приятной женщиной, всегда обращалась ко мне на «Вы», хотя я бы сгодился ей в сыновья, если не во внуки.
- Да, случилось, - радостно ответил я.
- И что же, позволь полюбопытствовать?
- Я нашёл свою любовь…
- Прекрасно! Поздравляю, вас! Больше расспрашивать не буду, а то вы уж совсем засмущаетесь – рассмеялась Мисс Орнетт, весело мне подмигивая. Затем, она вышла из кабинета.
Следующей зашла девочка, лет десяти. На руках она держала маленького щеночка лабрадора. Сама же девчушка была светленькой, с карими глазами и одетая в весёлое розовое платье.
- Дядя, ветеринар, Роджеру нужна прививка!
Следом за маленькой девочкой, в кабинет зашла женщина, судя по всему, её мать и очаровательно мне улыбнулась. Я вежливо улыбнулся в ответ.
- Дядя, ветеринар, - позвала меня Анжелика, так звали девочку, - а у дяди есть домашние животные?
- Ну… - я не знал можно ли считать Феликса своим домашним животным, после признания, да и после той бурной ночи, скорее всего, делать это было категорически нельзя, но язык сам сболтнул:
- Птичка, небольшая.
- Да? А что за птичка? Попугай?
- Нет, не попугай. Если честно, сам не знаю что за птичка. Я его на улице нашёл.
- А ты его отпустишь?
- Зачем?
- Но ведь птичке с улицы захочется полетать! Она ведь не ручная, а дикая. Так что, дядя, отпустишь птичку домой?
- Обязательно, - улыбнулся я, но настроение испортилось. Анжелика была абсолютно права. Феликс – ангел и у него есть крылья, значит, он захочет вернуться домой или, по крайней мере, полетать. Я не мог насильно удерживать его. Не могу,… хотя хочу. Мне хочется оставить его рядом с собой, но это было бы слишком эгоистично. Мне нужно спросить его. Если он захочет улететь, я не буду его держать. Я не хочу, что бы ему было грустно. Ведь я люблю его.
Домой я пришел с тяжелым сердцем. Отшвырнул ботинки куда-то в угол и с хмурым видом прошествовал в гостиную, где на диване, обвив коленки руками, сидел Феликс. Он слегка шевелил крыльями. Завидев меня, он улыбнулся и протянул мне щётку для волос. Я всегда расчёсываю его локоны. Каждый вечер. Это стало подобием традиции. Мне нравится запускать пальцы в его шелковистые, синие пряди, от которых пахло морем.
- Послушай, Феликс. Можно, тебя кое о чём спросить?
- Да, конечно.
- Ты когда-нибудь хотел улететь?
- Улететь, куда?
- Ну, куда-нибудь, ведь, в конце концов, у тебя должен же быть дом! И ты ведь птица, а я держу тебя словно в клетке, даже на улицу выходить не разрешаю. Если ты чувствуешь себя некомфортно, ты не подумай, что я тебя держу, нет…
- Алан, - его серьёзный голос заставил меня замолчать, - ты ведь знаешь, что голуби и другие птицы, всегда возвращаются домой? Мой дом - здесь, - он взял мою руку в свои ладони.
- К тому же, даже не думай, что я тебя брошу и улечу куда-нибудь после того, как признался тебе в любви! Я буду с тобой до самой смерти, - прошептал он.
- Да что ты о смерти заговорил? Ты ведь не собираешься умирать?
- Нет, не собираюсь, - произнёс он так тихо, что я еле расслышал.
Тут у мне в голову пришла одна мысль!
- Феликс, хочешь, на следующей неделе, я покажу тебе мир, за пределами этой квартиры?
- Но мои крылья…
- Не волнуйся! На следующей неделе у нас проводится ежегодный маскарад. На улицу выходят все и большинство из них переодето в странных и мифических существ. Твои крылья посчитают всего лишь костюмом! Как тебе идея? А ещё, вечером покажут фейерверк.
- Никогда такого не видел! –помотал головой Феликс.- А это красиво?
- Очень…
- И мне можно будет пойти с тобой?
- Да.
- Ура! – ангел крепко ко мне прижался всем своим телом. Сдерживать чувства было невозможно. Я накрыл его губы поцелуем. А его глаза улыбались. Печальной улыбкой.

Часть 3.

В назначенный день, часов в восемь вечера, когда сумерки ещё не опустились на город, я и Феликс вышли из дома. На нём была белая рубашка, с прорезью на спине для крыльев, чёрные джинсы и ярко-синие кеды. Волосы он собрал в высокий хвост на затылке, закрепив его красивой заколкой в виде птицы. Две длинные пряди спереди были выпущены из общей причёски и ложились ему на плечи. Несомненно, он выглядел потрясно. Его крылья, вычищенные мной накануне, немного светились.
Я же решил не переодеваться в маскарадный костюм, коего у меня, впрочем, и не было, а просто ограничиться одеждой тёмных тонов.
- Мне страшно, - схватил меня за руку Феликс.
- Да не бойся ты, - успокоил его я, - ведь с тобой я.
- Тогда не буду.
Мы вышли из подъезда, выйдя на пустынную улицу. Солнце катилось к закату.
- Все люди в центре, - сказал я, и мы двинулись к главной площади.
Там царила жизнь. Толпы людей, разодетых во всевозможные костюмы, яркие огни ламп, весёлые крики детей, снующих туда-сюда, смех и шутки, водоворот красок и запахов. Всё это слегка одурманивало, приводило в пьянящий восторг.
- Пойдём туда, - потянул меня за руку Феликс и, миновав огромное количество народу, протискиваясь сквозь толпу, мы вышли к небольшой сцене. На ней стоял мужчина, переодетый пиратом. Он держал в руке микрофон:
- Дамы и господа, вампиры и оборотни, ангелы и демоны, все, кто собрался на наш ежегодный маскарад! Добро пожаловать, всем! Итак, давайте же начнём конкурс на лучший костюм этого сезона! Правила просты! Желающие участвовать, запишутся у моей помощницы, Николь, - он указал на стройную, улыбающуюся девушку со светло-каштановыми волосами, одетую в костюм медсестры. – Затем вам всем выдадут листочек и карандаш. Опишите, на нём, как выглядит тот костюм, который вам больше всего нравится! Не забывайте, голосовать за себя тоже можно! Что бы вы не спутали, тех, кто участвует и тех, кто не участвует, вас проведут на площадку, что бы вы могли спокойно отдать свой голос! Через какое-то время, мы соберём листочки и положим в коробку, а наша очаровательная Николь подсчитает баллы! И уже через три часа вы сможете узнать победителей! У нас три призовых места! Надеюсь, вам повезёт! Удачи!
- Давай поучаствуем! – предложил мой ангел.
- Ладно, если ты так хочешь, - я не был фанатом конкурсов, но раз Феликсу захотелось, то я не буду препятствовать. Когда любишь, становишься мягче.
Мы ушли с карнавала до того как объявили результаты конкурса. Мне порядком поднадоела вся эта суета, да и Феликс с непривычки устал. Я решил отвести его на тот пустынный пляж. Там редко бывали люди, и ещё, оттуда открывался отличный вид на море.
- Пошли, - прошептал я своему ангелу на ушко, и мы двинулись в сторону выхода.
- Эх, там так шумно! – вздохнул Феликс, выбравшись из толпы и переводя дыхание.
- Этот маскарад довольно популярен, хотя я даже не знаю, в честь чего его устраивают, - пожал плечами я.
- А мы увидим фейерверки? – с надеждой спросил ангел.
- Конечно.
На том пляже совсем не оказалось народу. Это было немного странно, хотя основной люд был на центральной улице. Там рядом тоже был пляж, оттуда и запускали фейерверки.
Мы сели на песок, прохладный и сухой. Феликс положил свою голову на плечо. Я начал играть с его прядью волос. В лунном свете она сверкала и густой насыщенный цвет, становился ещё прекраснее.
- Алан, - позвал меня ангел.
- Да?
- Я хотел бы навсегда остаться с тобой, - грустный шёпот куда-то в темноту.
- О чём ты говоришь? Я ведь люблю тебя! Так почему ты говоришь так, будто завтра тебя уже не будет? – я немного возмутился.
- Да, и правда, завтра не будет, - печальная улыбка, - Завтра придёт… Но, боюсь следующая неделя уже нет…
- Не говори глупостей…Смотри, фейерверки запускают.
С нашего места на пляже мы отлично видели эти красивые огненные цветы, что на несколько секунд распускались в воздухе, а потом просто исчезали. Пусть они были далеко, но и так они оставались прекрасными и загадочными.
- Так вот он, какой, фейерверк…- произнёс Феликс.
- Ты грустный. Что-то не так? – спросил я.
- Да нет, всё нормально, - улыбнулся он.
- Ну, тогда… - я повалил его на песок и впился в губы. Он ответил, но вскоре упёрся ладонями в мою грудь и, оторвавшись от поцелуя, прошептал:
- Алан, ну не надо тут…
- Надо, надо, - ответил я, медленно, пуговица за пуговицей, расстёгивая его рубашку. Пальцы уже плясали по его нежной коже, слегка игриво, слегка напористо. Губы опустились ниже – к шее, и стали покрывать её поцелуями, едва касаясь.
- Алаааааан! – простонал Феликс, но отталкивать меня не собирался.
- Я люблю тебя…
Он уснул прямо там, на пляже. Я бережно подхватил его на руки и понёс домой. Мой ангел практически ничего не весил, он был лёгок, как пёрышко.
Уложив его в кровать, я сам прилёг рядом и начал рассматривать его спящее лицо, сквозь тёмную пелену ночи. Он слегка поморщился, сдвинул брови к переносице, на лице появилась грусть, и тут, внезапно, из глаза вытекла одна единственная, красная слеза. Оставив на его щеке кровавый след, она впиталась в подушку. Лицо Феликса приняло более или менее спокойное выражение. Будить мне его не хотелось, но я был встревожен этим. Глаза слипались, и я, наконец, погрузился в сон, тревожный и непонятный.
Когда я проснулся, его рядом не оказалось. Шторы были плотно задёрнуты, в квартире стояла гробовая тишина. Не жужжал компьютер, ни вентилятор, ни надоедливая муха.
Послышался скрип открывающейся двери, и мягкий голос фортепиано. Опять она. Лунная соната. Прекрасна и мелодична, медленна и печальна. Я снова закрыл глаза и начал засыпать под мелодичное переливание мелодии. Тут, она резко остановилась, жалобно пропищала какая-то нота, и раздался грохот. Что-то упало. Я мигом вскочил с кровати. Подбежал к кладовке. На полу, в полумраке комнаты лежал Феликс. Без сознания.
Волосы раскиданы по полу в хаотичном беспорядке, крылья неестественно вывернуты.
-Феликс, - я буквально подлетел к нему и перевернул на спину. – Феликс, что с тобой?
Он с трудом приоткрыл глаза и прошептал.
- Слабость во всём теле… ничего страшного.
- Как это ничего страшного? – возмутился я и, подхватив его хрупкое тело, понёс на кровать.
Ангел спал.
Очнувшись, он попытался встать, но сил не хватило.
- Алан, -позвал меня он.
- Да?
- Я скоро умру.
- Да что ты такое говоришь? – возмутился я. – Этот обморок всего лишь слабость, это скоро пройдёт, я знаю.
Его лицо было грустным и серьёзным. Глаза… Их ярко-голубой цвет потускнел.
- Я серьёзно. Я скоро умру.
Он не врал. Он не придумывал себе несуществующее. Он твёрдо знал, что говорит.
- Но почему? Ты ведь молод! Ты ничем не болеешь!
- Я был рождён тогда, когда ты спросил у звёзд, сможешь ли обрести счастье. Я - создание из лунного света, из звёздной пыли и осколков чудес. Я не могу долго жить. Свет быстро гаснет, чудеса пропадают, пыль развеивается. Но… я так хотел быть с тобой. Твои слова, позволяли мне позабыть обо всём! Моё желание в том, что бы ты всегда был счастлив! Когда я умру, пожалуйста, не плачь! – из его глаз текли слёзы. Крупные и прозрачные они оставляли на его щеках мокрые дорожки.
- Глупый. Я ведь и вправду люблю тебя… Как я могу не плакать?
- Не надо по мне плакать… Жить – это прекрасно. Помни это! Живи! Пожалуйста, я всего лишь иллюзия…
Больше с постели он не поднимался. Его тело слабело с каждым днём. Я проводил с ним и день и ночь, разговаривая о жизни, рассказывая истории из детства. Он сказал, что так хочет узнать обо мне всё. Сердцу было больно. Оно сжималось каждый раз, когда я видел его грустные глаза, печальную улыбку, которую он мне дарил, что бы хоть как-то успокоить. Я знал, что по ночам, он не спит. Я тоже не спал, а лишь притворялся, не желая беспокоить его. Длинные, бессонные ночи, тихие разговоры дни напролёт, ожидание чуда и оттягивание конца.
- Алан, - испуганно прошептал он мне как-то утром.
- Что случилось? – я мигом уловил в его интонации тревожную нотку.
- Я ничего не вижу. Опять, вокруг лишь мрак.
Вот так он снова стал слепым.
И следующий день был последним.
Он уже совсем обессилел. Вечером, он попросил отнести его на тот самый пустынный пляж, где мы наблюдали за фейерверками в карнавальную ночь.
Тихий шелест ветра, шум волн, шуршание песка под босыми ногами.
- Алан, звёзды светят?
- Да, ярко-ярко.
- А луна?
- И луна тоже. Сегодня прекрасная ночь, - сказал я, держа его лёгкое тело на руках.
- Тогда, могу я тебя кое о чём попросить?
- Всё что угодно…
- Поцелуй меня…
Лёгкий и с привкусом солёного ветра и горечи, губы, нежные и холодные, последний взгляд в слепую глубину глаз.
- Живи… Люби… - последнее слово, сказанное шёпотом.
Он просто исчез. Прямо у меня на руках. Рассыпался на миллиарды маленьких светящихся осколков, оставив в руках свою одежду, которая всё ещё сохранила его тепло и запах. Он был ангелом. Промелькнул в моей жизни, оставив на ней яркую полосу счастья. Яркий цветок или просто Феликс.
Печаль? Нет. Я не чувствовал печали. Я снова ощутил то гнетущее одиночество. Из глаз потекли слёзы. Я горько усмехнулся. Когда в последний раз я плакал? Не помню уже. Тут, мне вспомнились его слова. Не плачь.
- Хорошо, не буду, - лёгкая улыбка, обращённая к пустоте.
Меня стало клонить в сон. Прижав к себе его белую кофту, я заснул прямо там, на пляже.
А когда яркое рассветное солнце разбудило меня своими тёплыми лучами, мне внезапно стало радостно. Правильно. Я не буду больше грустить. Я сохраню свою любовь к нему светлой и радостной. И пусть мы слишком мало были вместе, я никогда его не забуду.
Я буду жить.
Вместо эпилога.
- Ты как там? Нормально? Я тоже ничего. Прошёл вот уже ровно год. Я помню этот день. Нет. Ты не подумай, что я пришёл сюда грустить. Кстати, я завёл себе кошку. Назвал Люси. Она оказалась очень преданной. Вот, у меня на коленях сидит и мурлычет. Знаешь, Феликс, я скучаю. Ты велел мне жить. Но сейчас я скорее существую. Скажи, что мне делать?
- Эй, Роджер, ты куда? А-а-ай! – раздался чей-то знакомый и встревоженный голос за спиной. Из кустов вылетел огромный лабрадор и, прыгнув прямо на меня, стал яростно вылизывать лицо. Моя трёхцветная кошка зло зашипела. Ей было неприятно, что к хозяину ластится кто-то, кроме неё.
- Блин! Не надо… - я сердито отпихнул морду собаки и сел, тяжело дыша.
- Простите, пожалуйста, Роджера! Он очень дружелюбный, - сказал знакомый голос. Я поднял глаза. Парень. Семнадцать лет. Худой. Голубые глаза и длинные каштановые волосы. У него было лицо Феликса.
- Я очень сожалею! Он вдруг сорвался с места и как рванёт! – снова извинился парень.
- Да ничего страшного. Я люблю животных.
- Правда? Вы не сердитесь? – он улыбнулся так знакомо и тепло.
- Я ветеринар. Кажется, он меня уже знает.
- Вас ведь Алан зовут? Тогда моя сестра о вас рассказывала.
- Точно.
- Можно рядом с вами присесть? – поинтересовался он.
- Да, конечно. Как тебя зовут?
- Феликс.
- Как?! – сердце защемило смутной надеждой.
- А что-то не так?
- Все нормально.
- Можно спросить? Что вы здесь делаете так поздно ночью?
- У меня был тот же вопрос, - я улыбнулся. – Я разговариваю со звёздами. Где-то там должна быть душа моей любви.
- Понятно… А можно, я тоже поговорю со звёздами? – спросил он.
- Конечно. Кстати, я хотел прочитать звёздам историю. Может, прочитаешь за меня?
- Давайте!
Я протянул ему стопку листков. Это было моё первое и последнее творение. Я долго работал, не спал ночами, только писал.
Он взял листы и, откашлявшись, начал читать:
- «Передо мной лежал чистый лист бумаги формата А4. Абсолютно белый лист бумаги. Даже не мятый. Его только что достали из общей стопки…»
Феликс. Поистине, жить – прекрасно. И неважно, сколько препятствий мы встретим, нужно дорожить каждой своей минутой, ведь тогда, ты вновь обретёшь потерянное счастье. Феликс, я люблю тебя.
Страниц: 1
Просмотров: 2628 | Вверх | Комментарии ()
Помочь проекту

Код баннера




Код баннера




Код баннера
SiteMap generator