Пенелоп и его Одиссея. Часть 3.

Дата публикации: 19 Июл, 2010

Страниц: 1

Больше месяца Эверетт тщательно игнорировал и избегал ненавистного «Рэйтона», даже в столовой пересев. На праве мистер Даблти пересесть не разрешил, но и тут Карлетто нашел выход: он просто не приходил на урок, а долги сдавал потом, это была жертва в пользу психического здоровья.

- Он от меня прячется, - хмыкнула Люси, снова не никого обнаружив справа от себя на экзамене по праву в конце октября. – Интересно, экзамены можно сдавать индивидуально?

Клейтон тоже задумчиво поднял брови.

- Экзамены одновременно сдают все курсы, неважно, по какому предмету.

- Почему так?

- Потому что учитель по предмету только один, предметов-то много. А если экзамены курсы будут сдавать в разное время, то кто-то кому-то может подсказать или вообще переписать ответы.

-  Понятно… Значит, ему не разрешат сдать его в одиночку?

- Если еще не сдал – нет, - Клейтон посмотрел в сторону двери, потом на часы. Мистер Даблти уже раздал листки с тестом на две страницы, рядом с Люси, перед пустующим местом тест тоже лежал.

Прозвенел звонок, как только стрелка подошла к одиннадцати. В дверь постучали, и Эверетт сразу вошел. Он только что ругался с директрисой на тему невозможности сдать экзамен отдельно. Вошел с таким гордым видом, как будто его пригласили на обед  к королеве.

- Извините за опоздание, мистер Даблти, - выдал он, а Люси поняла, что отвыкла от голоса. В столовой он сидел теперь слишком далеко, чтобы слышать, а в коридорах и гостиной делал вид, будто «мерзкого Рэйтона» не существует вовсе.

- Ты опоздал всего на пару секунд, садись, не задерживай остальных, - мистер Даблти пытался быть строгим с Эвереттом, но получалось плохо. Все же разные люди живут на планете, на кого-то обаяние Карлетто действовало.

Он прошел на свое место с таким лицом, как будто он – властелин мира, не меньше.

- Котлета возвращается, - буркнул Клейтон, почуяв гнилую землянику, тут же убившую весь кислород в радиусе четырех метров от Эверетта. А тот взглянул на Хомфри нежно.

- Кайф, да? – медленно, противно протянул, мимикой выражая, что вот уж ему-то точно в кайф.

«Тебе очень повезло, что у меня не осталось шрамов», - подумала Люси, но вслух не сказала.

- Сейчас кончу, - кивнул Клейтон, скорчив мину и дернув глазом, как будто у него нервный тик. Отвернулся.

- В твоем возрасте бывает, - отозвались ласково, парень кинул на скамью сумку, из нее выпал дневник. Он его взял и показал Люси. – Почитать не хочешь? Там еще много-много чего интересного, не пропусти, - Люси на него взглянула. Если бы ее фантазии могли воплощаться в жизнь, то сейчас бы у Эверетта заострились клыки, а с языка капнул бы зеленый яд. Да и сам язык стал бы тонким, черным и раздвоенным, плоским, как у змеи.

- Ты снова со мной разговариваешь? – усмехнулась она сипло, и ухмылка с лица транса сползла, оставив нездоровую мрачность. Он уронил дневник обратно в сумку.

«Как ты меня заебала…»

«Ну давай, скажи что-нибудь», - подумала Люси.

- Мечтай, - фыркнул Карлетто и не успел ляпнуть еще кое-что, как мистер Даблти вмешался. Ему надоело ждать, пока шепот на среднем ряду прекратится.

- Так, закрыли рты и приступили к тесту. Тест состоит из ста пятидесяти вопросов, на каждый – три варианта ответа. Вам, думаю, не нужно объяснять, что делать. Ответы, обведенные карандашом, не будут засчитаны, так что ручки в руки и вперед.

- Удачи, - сладко пожелал Эверетт, а Люси уставилась на список вопросов, ответов на которые не то что не знала… Даже не представляла. Права в школе Спрингфилда не было. Никогда. – Она тебе понадобится.

В конечном итоге «Луис» наплевал на тест, обвел все ответы наугад, посчитав в уме «Эники-бэники ели вареники…» и откинулся на спинку скамьи расслабленно. Рассматривая бок и спину транса. Легкая кофточка с рукавами, спущенными с плеч. Длинная юбка темных цветов. Все, как всегда, стилизовано под английскую готику средневековья.  Сложная коса, выбивающаяся прядь. Бархотка с теперь уже синим камнем, длинные легкие сережки из синего бисера, болтающегося на серебристых цепочках. Как хорошо, что в аудитории было очень светло, никакой темноты, даже намека на интим. Класс. Надо заметить, Люси начала привыкать к удушающему запаху духов, наверно, просто принюхалась уже и почти не замечала. Но задумалась на тему «Интересно, а шея у него на вкус, как эти духи?.. Бе, гадость, химия сплошная». Потом поняла, о чем задумалась, и чуть не сказала вслух: «О боже мой, мне мозги высосало».

Тут вдруг парень обернулся и улыбнулся, растянув губы так, что уголки рта чуть не достали до ушей.

- Закончил, Луис? – он выгнул бровь.

- Как видишь, - Рэйтон пожал плечами, развел руками над заполненным тестом, мол «все, что есть, -  все мое».

- Искренне надеюсь, что у тебя будет хотя бы… Один, - он выдохнул и поднялся, взяв свой тест и повесив на плечо сумку, увешанную всякой мутотенью, типа амулетиков и кроличьих лапок.

Люси помолчала, улыбаясь, подождала, пока он дойдет до второго ряда, почти спустится к доске…

- Я закончил, мистер Даблти, - сообщил Рэйтон, подняв руку с тестом.

- Эверетт, забери, пожалуйста, у Луиса заодно, - попросил учитель, и парень скорчил гримасу. Вдохнул, выдохнул, взял себя в руки и вернулся. Встал перед «любимым» Луисом, помолчал. И выдрал из руки тест. Затолкал рвущееся из горла «Вот сучка!» обратно и все же пошел к учительскому столу. А потом вышел из класса, подавив желание показать «Рэйтону» средний палец.

- Что в семидесятом?.. – зашипел Клейтон, умирая от волнения. Он не знал ответов на многие вопросы в тесте.

- Понятия не имею, - собираясь, сгребая книги в кучу, отозвалась Люси.

- Ты же сдал?..

- Посчитай считалкой, мне помогло в прошлом году на финальном по математике, - посоветовала ему девица, похлопала по плечу ободряюще и тоже вышла из аудитории.

- Время заканчивается, - сообщил мистер Даблти, прислонившись к столу бедром и скрестив руки на груди. На столе рядом с ним стояли перевернутые песочные часы. Время и впрямь истекало.

В коридоре Луис столкнулся с кучкой третьекурсников, некоторые из них просто млели по Рэйтону, как по секс-идолу этого года. У двоих из них были медальоны с фотографией «Луиса Великолепного».

- Привет, Луис, - улыбнулся один из них. Самый смелый, который чем-то напоминал Навиэля.

«Будущее поколение путан с кхм-кхм», - подумала Люси и тоже улыбнулась. Остановилась возле них, упустив из виду уходящего транса, который поправил косу и свернул за угол. Она-то не знала, что он как свернул, так там и остался, прижавшись спиной к стене и повернув голову, прислушиваясь к тому, о чем они говорят.

- Привет, парни, - Рэйтон встал в позу «Секс в чистом виде», поставив локоть на стену, а руку запустив себе в волосы. Сегодня распущенные, висящие неаккуратными, рваными, но дико соблазнительными прядями. – Чем вы тут занимаетесь? Разве у третьих курсов не экзамен?

- Нет, у нас последний был вчера, - ответил уже кто-то другой. – Мы просто обсуждаем Хэллоуин. У тебя же будет костюм?

«Костюм?..» - Люси задумалась, наконец, о празднике. Точнее, вспомнила о нем только сейчас. Через три дня чертов Хэллоуин, точно же…

- О да, - выдала она баритоном, а сама задумалась, что же делать. И тут вдруг поняла. «Эдвард Каллен спасает, как всегда», - хмыкнула мысленно. – Я буду вампиром.

Парни воодушевились.

- Классно! А я буду всадником без головы, - сообщил тот самый, смелый и похожий на Навиэля.

- А куда голову денешь? – Люси удивилась.

- Об этом я еще не думал, но все в процессе, - парень закатил глаза.

- А никто не знает, кем будет… - Люси взглянула в коридор, в котором уже даже аромата духов Карлетто не осталось, но все равно наклонилась и шепотом закончила. – Карлетто? Знаете же его?

Кто его не знал. Парни задумались, один хотел было сказать, но потом решил, что «нет, не то…»

- По-моему, он будет… Я точно не знаю, но в посылках на выходных был прозрачный пакет с костюмом… Невесты Дракулы вроде, - парень пожал плечами неопределенно.

«Все-то вы знаете, уроды», - подумал Эверетт, по-прежнему прижимаясь к стене и подслушивая.

Люси к ужасу своему, а потом восторгу заметила черный коготь, постукивающий нервно по стене за углом. У нее со зрением тоже все было в порядке.

- Да? А я-то думал, что ФРАНКЕНШТЕЙНОМ, - громко и выразительно выдала.

«Когда-нибудь она умрет от упавшего в ванну фена», - решил Карлетто, и карандаш, который он вертел в пальцах скрытой за углом руки, хрустнул, переломившись пополам.

Парни с третьего курса поржали над удачным сравнением, а Люси попрощалась с ними и прошла пафосным шагом по коридору до конца, свернула за угол и пошла дальше так, будто не заметила, что там стоит паршивец транс.

А он пошел было за ней, но столкнулся с библиотекаршей, вышедшей из своего зала с книгами, чтобы наведаться в столовую и поболтать с Линдой.

- Здравствуй, Эверетт! – обрадовалась она, обнимая парня, а тот продолжал смотреть вслед «Луису», уже поняв, чем займется завтра вечером. Завтра вечером Клейтон точно будет готовиться к последнему экзамену, тому, что будет в пятницу. Так что можно будет пошарить у них в комнате без особого вреда для здоровья и психики. Главное – чтобы мерзавка Рэйтон не вернулась раньше времени от своего сладкого любовничка с пушистыми патлами. Эти патлы Эверетт лично повыдергал бы и смазливое личико Фолбауту расцарапал бы, если бы устав школы этого не запрещал.

- Здравствуйте, мадам Плу-у-у-уф, - улыбнулся он, тоже обнимая дамочку.

- Как настроение? Как дела? Разобрался с тем, что тебя беспокоило? – она прищурилась,  а он сразу заикнулся, попытавшись возразить раньше, чем она договорила последнее слово.

- Я не… Я… В общем, вы тогда были не правы. История была, конечно, супер… Но это точно не мой случай. Ничего подобного. Никаких девиц, - заверил он.

- Ты уверен? – мадам Плуф удивилась, хлопнув ресницами за стеклами очков.

- На все двести, - Эверетт кивнул, прикусив губу, накрашенную черной помадой.

- Ну, тогда ладно, я вижу, ты сегодня в тонусе… Лучше всегда таким будь. А то, когда ты грустный, школа как-то тускнеет… Как мы будем тут без тебя… - она вздохнула. – Я побегу, а то все плюшки опять кто-то расхватает, - чмокнула Эверетта в щеку и правда бодренько убежала.

«Никаких девиц, мадам Плуф…» - подумал парень со вздохом. А потом довольно улыбнулся. «Сомневаюсь, что она еще девица».

* * *

Экзамен по математике в четверг был предпоследним уроком и выдался совсем иначе, чем экзамен по праву. Осенние экзамены не были такими уж сложными, но Эверетт загибался, не понимая ни черта, как из этой горы цифр получить правильный ответ. Задачи вообще ставили его в ступор.

Но что прекраснее всего, он сидел всего на один ряд ниже, чем Люси с Клейтоном. Девица уже сделала все задания и даже помогла, чем могла, брату подруги, не рискуя откровенно диктовать только потому, что учительница была мрачна, как горная вершина. И холодна точно так же.

Зато она любовалась на паникующего Карлетто уже примерно полчаса, подперев щеку кулаком и вздыхая.

«Он такая душка, когда бесится и паникует…»

Это были не настоящие воздыхания, а скорее просто издевки, приправленные хорошей дозой экстаза.

Сегодня Эверетт специально распустил волосы, чтобы можно было завеситься ими и коситься в работу рядом сидящего. Но рядом сидел такой же «Ц»эшник, как он, так что ничем помочь даже при желании не мог.

Парень уже чуть не окосел, а мозги кипели, заставляя голову нещадно болеть. И тут Люси увидела, как подлый транс вытащил из сумки учебник и положил себе на колени. Покосился на учительницу сквозь завесу из собственных волос и, поняв, что она смотрит в другую сторону, открыл учебник на нужной странице. Он, конечно, идиот-идиотом в точных науках, но списать с примера способен был отлично.

«Вот гад!» - подумала Люси, а себя пнула морально за то, что на экзамене по праву не догадалась достать учебник. «Подонок…»

Если бы они сидели не на трибунах, а за партами, она бы пнула его стул, и учебник с грохотом упал бы, скатившись с гладкой ткани юбки. Но это были именно трибуны, так что Люси прищурилась. Вырвала незаметно из блокнота Клейтона листок, скомкала его и кинула в Эверетта, когда жестокая математичка опять отвернулась к окну. Парень чуть сознание не потерял, захлопнув учебник и обернувшись. Уставился сначала на комок на полу, а потом на Люси.

Она ему показала кулак, потом пальцем указала на учебник. А он хмыкнул, подразумевая: «Да пошла ты».

Она выразительно глянула на учительницу и начала поднимать руку, Эверетт тут же поверил и сделал страшные глаза на тему «Ты не посмеешь! Где солидарность?!»

Солидарности на экзамене по праву Люси от него не дождалась, так что сейчас собиралась сдать с потрохами.
Парень отвернулся, выдохнул, облизнулся и подумал. «Если она вякнет хоть слово… В Хоули станет одним учеником меньше…»

- Миссис Шлахер, - Луис позвал математичку сексуальным голосом, и тут нервы у Эверетта не выдержали. Как и сосуды – на лист с экзаменом закапали красные капли, похожие на вишни. Он сначала моргнул непонимающе, а потом почувствовал очень такое неприятное ощущение. Схватился за нос, посмотрел на собственные пальцы, и математичка тут же обратила на него внимание.

- Мистер Карлетто, вам плохо?

- Нет, просто… - он в изумлении смотрел на собственную руку, испачканную кровью. Никогда раньше у него кровь носом не шла.

- Нервы, - вздохнула женщина. Вот ее-то Луис как раз и считал похожей на профессора МакГонагалл. – Сходи к медсестре, Эверетт.

- А экзамен? – он встал, зажимая нос и стараясь не капать на одежду. Хотя было бы пофиг, она все равно темная.

- Потом придешь и напишешь. После уроков. Один, со мной наедине, - пообещала ему миссис Шлахер и отпустила, выдав пропуск к медсестре со своей подписью.

Уже у двери аудитории Карлетто обернулся, глянув на заразу Люси. Та просто в возмущении была.

«Каков симулянт!!!»

А он даже помахал ей свободной рукой и вышел в коридор. Перспектива писать тест наедине с этой ведьмой, конечно, не прельщала, но все же лучше, чем завалить его вместе со всеми, где даже нет шанса на оправдание, типа «Она на меня давила».

 

* * *

Луис этим вечером изощрялся что надо. Они с Конни расслабленно валялись на все той же кровати с черным покрывалом, периодически меняясь местами. То Конни на Луисе полежит, то Луис на нем. Второе чаще, чем первое, разумеется. А еще Луис был в экстазе от того, что противный Карлетто, как ни будет стараться, а экзамен по математике сдаст в лучшем случае на шестерку. И то, если ему очень-очень повезет, и миссис Шлахер вдруг ослепнет и оглохнет, а он сможет достать шпаргалки или учебник.

По всей темной комнате раздавались шорохи одежды, которая постоянно задиралась или просто соприкасалась. Чмокающие звуки поцелуев и тихие постанывания-поскуливания, когда Луис увлекался и с удовольствием ставил засосы. Шея Фолбаута была, конечно, не такая белая, как у Эверетта, но кто вообще в этом мире может похвастаться кожей цвета бумажного листа? Зато у Конни вены на локтях не просвечивают, как у юного наркомана, в отличие от некоторых.

Но у Конни не такие длинные пальцы, выглядящие не хрупкими, но ловкими.

Зато у него не огромная пасть, как у клоуна.

А еще Конни умеет двигаться бесшумно, возникая там, где его не ждешь. Он всегда спокоен, он не орет и не напрягает.

А противный транс постоянно что-то шипит, чем-то шуршит, травит своими духами и скрипит дверьми, когда входит в комнату или из нее выходит. Даже непонятно, почему дверь скрипит только при его появлении, тихо отворяясь при появлении других.

Но глаза у «Гермионы» не такие выразительные, а мимика не такая живая.

Хотя это можно отнести и к плюсам, он хотя бы не скалится постоянно и не кривит губы в усмешках.

В конечном итоге Люси дофантазировалась и додумалась до того, что услышав в очередной раз «Ммм…» от выгнувшего шею навстречу ее губам Конни, чуть не ляпнула: «Что-то ты притих, Карлетто».

Сама чуть не обалдела, если честно. И нарочно пальцы соскользнули с боков, на которых пока спокойно покоились, не заходя дальше. Руки поползли вниз, начиная стаскивать штаны, и тут уже сам Фолбаут очнулся, отодвинувшись, и выдал, что на сегодня цирк закрыт, дрессировщики свободны, тиграм надо отдыхать.

«Луис», безумно довольный собой и горящий заряженной энергией, удалился с почтением и решил вернуться в их с Клейтоном комнату. Брат Ким все равно готовится к сдаче истории и английского, экзамены по которым будут завтра. Так что можно побалдеть, раздеться и пошляться по комнате без тяжелой одежды.

Эверетт злобно копался у нее в ноутбуке, выискивая хоть что-нибудь, чем можно вредину Рэйтон подцепить, как на крючок. Ничего не было, ноут был чист, как монашка. А паролей парень не знал. В шкафу больше ничего интересного не было, зато была полка, на которой уже стояла коробка с тональным шампунем для временной окраски волос. Бронзово-рыжий цвет. Там же лежали белые джинсы, черная шелковая рубашка и упаковка искусственных вампирских клыков для Хэллоуина. Люси позаботилась о том, чтобы лихие первокурсники сбегали в магазин спецэффектов ночью. Они это и так часто делали, после чего на столах учителей оказывались отрубленные пальцы и руки. Ну, или ноги. А ради «красавца Рэйтона» почему бы и не сбегать?

Точно такой же набор клыков лежал и у самого Эверетта, но запакованный в прозрачную сумку с платьем и остальными штучками от костюма «Невесты Дракулы».

Он услышал, как ручка двери поворачивается, и остолбенел, примерзнув к стулу. Люси неожиданно вернулась раньше. Но ведь они с дурацким Фолбаутом только недавно заперлись в комнате?!

Видимо,  что-то заставило Рэйтон вернуться…

На удачу транса по коридору мимо комнаты Люси шел Саймон, и девица остановилась, чтобы с ним поговорить. В это время Карлетто с бешеными глазами и таким же бешеным сердцебиением вырубил ее ноутбук, закрыл все открытые дверцы и запаниковал посреди комнаты. Куда самому-то прятаться?! Под кровать?.. Нет, глупо, покрывала не такие длинные, чтобы его скрыть. Тем более, если она рухнет на кровать, она его придавит, и он умрет. А если под кровать Клейтона?.. Еще хуже, если вернется этот урод, а он-то потяжелее девчонки. Точно раздавит.

Шкаф?.. Слишком маленький, да и она, скорее всего, откроет его, когда войдет. Под стол? Тупизм. За стол?.. Придется отодвинуть. Черт побери, целая комната для двух человек, а прятаться негде!

Дверь начала открываться, Люси уже прощалась с Саймоном, и Эверетт выбрал лучшее из худшего – метнулся за занавеску большого окна за кроватью «Рэйтона». Между окном и кроватью еще был узкий проход, созданный из-за тумбочки, стоявшей в углу. Шторы были не такими уж тяжелыми, но зато темными и длинными. Вишневого цвета. Он нервно сглотнул и затаил дыхание, молясь, чтобы Люси его не заметила. Самое плохое – шторы не доставали до пола совсем чуть-чуть, и из-под них было видно острые носы туфель Эверетта. Оставалось надеяться, что «Луис» не настолько параноик, чтобы смотреть на пол под шторами.

В комнату вошел Луис, закрыл дверь, достал из тумбочки ключ и вставил его в замочную скважину. Повернул дважды, решив, что Клейтон, если придет, постучится. Не растает, не сахарный. Зато никто посторонний не войдет ненароком.

И не выйдет.

- Как вы меня все достали… - выдохнула басом уже Люси, рухнув на кровать так тяжело, что пружины скрипнули, а Эверетт, прекрасно видевший всю комнату через занавеску (правда, все в красном свете), еще раз сказал себе «спасибо», что не залез под кровать. Справа от него стоял шкаф, на который парень опирался, надеясь не упасть случайно от волнения. Лететь с высоты собственного роста в комнату бешеной психопатки очень не хотелось.

Люси дышала так тяжело, набегавшись по школе, что чужого дыхания (тщательно контролируемого и сдерживаемого) не слышала.

- Господи… Что Клейтон – зануда и нытик, что Конни – неженка и бревно, что Саймон – ласковая дура, что Навиэль – шлюха первоклассная, что Лесли – умница и хитрюга… Что это чучело Карлетто… - она встала с кровати, повернулась спиной к занавеске, а чучело возмущенно подумало: «Сама страшила».

Звонить подругам было невероятно лень, тем более она уже звонила им пару дней назад. Жалуясь на то, что «чучело» ее избегает и игнорирует, объявив бойкот, Люси скинула кеды, стянула милые белые носки. Расстегнула джинсы, в кои-то веки не низко сползающие, а нормально сидящие. Сегодня это было позволительно, на ней был длинный пиджак, и на зону «интереса» никто внимания не обращал.

У Эверетта сердце пропустило удар, он вздрогнул, вжавшись в стену и незаметно подняв руку ко рту. Закрыл его, боясь случайно что-нибудь сказать или просто выдохнуть громко. Господи. Перед ним никогда не раздевалась… девчонка. Да и смотреть, как раздеваются парни, Карлетто тоже не любил, поэтому в душ предпочитал ходить в одиночестве, не парясь отсутствием компании. В этом они с Конни были похожи.

Но Конни так поступал в силу скромности, да и Эверетт вообще сомневался, видел ли Фолбаут чужое тело без одежды хоть раз… Слава интернету, все, конечно, видели. Но в жизни? В реале? Вот так, на расстоянии вытянутой руки?.. Ну ладно, двух с половиной вытянутых рук. Но все же… так близко это было просто уничтожающе. Единственной женщиной, которая раздевалась совсем близко от него, была младшая сестра. Но это был такой ураган, слишком похожий на Эверетта внешне, чтобы обращать внимание. Да и ей всего двенадцать лет, какое там тело… Ни в какое сравнение не идет с вполне сформировавшимся телом восемнадцатилетней девицы. В том, что «Луис» старше, как минимум, на год, Эверетт не сомневался. Люси просто выглядела взрослее, чем девчонки старшекурсницы из соседней школы для девочек. Или просто внешность такая?..

Люси в это время наклонилась, стаскивая джинсы вовсе. Не парясь о том, что ее кто-то может увидеть. Да и кто может увидеть в закрытой изнутри комнате, где она одна.

Или не совсем одна.

До изящного стриптиза это было далековато, зато натурально и бесстыже. Совсем бесстыже.

«Так. Ладно. Это баба. Она просто раздевается. Она же не будет раздеваться догола?.. Все супер. Все нормально, веселее…» - подбадривал себя Эверетт, медленно вдыхая носом и медленно им же выдыхая, стараясь не шуметь и вообще не шевелиться. «Господи, совсем смешно будет, если у меня опять кровь из носа пойдет… С чего вообще она пошла?.. Никогда раньше не было такого. Блин, господи, она сейчас вообще разденется!»

Парню поплохело, белая кожа стала красной, он покраснел от корней волос до самых плеч, оголенных милой кофточкой. А Люси подпрыгнула на одной ноге, стянув штанину. Выпрямилась, откинула джинсы на пол, они упали прямо рядом с окном. Теперь Эверетт уже не покраснел, а побелел от ужаса. Похолодел.

Сегодня на «Луисе» в кои-то веки были не мужские трусы, а вполне женские. Обычные, безо всяких рюшек и бантиков. Черные, с лимонными отпечатками рук на заднице.

Эверетт закатил глаза. «Какая пошлость…»

Это было не просто непривычно, это было невероятно непривычно видеть, как красавец-парень раздевается и совершенно точно становится девчонкой. Даже после того, как Эверетт нашел библиотечную карточку, он все еще никак не мог представить, чтобы этот высокий, спортивный парень был девушкой. Теперь же и представлять не надо было, хоть он и пытался дышать ровно, но сердце билось даже сильнее, чем в тот раз, в аудитории во время просмотра фильма. Тогда «Луис» был слишком близко.

Теперь же они были одни в запертой комнате, а «Луис» планомерно раздевался.

Реакций от себя Эверетт не ожидал, но получил,  в очередной раз помолившись на свою любовь к узкой одежде.

«Что за черт?! Господи, прошу тебя, умоляю, пусть она оденется, пощади, пожалуйста…» - он чуть не застонал, зажимая себе рот уже двумя руками и почти съезжая по стеночке вниз. За занавеской было очень жарко, глаза заслезились (или он собирался рыдать от жалости к себе?), тушь немного поплыла.

Люси потянулась, зевнула. Почесала плечо и скинула сначала пиджак, а потом стянула футболку. Эверетт замер, непонимающе рассматривая вроде бы голый торс, но с… Темной «молнией» вдоль позвоночника. «Луис» протянул руку назад, нащупал тоненький замочек от «молнии» и потянул его вниз. Майка для пловчих расстегнулась со звуком «взззз…», и девица повела плечами, потом руками, стягивая этот маскировочный предмет.

«Так вот, почему у «него» нет груди…» - понял Эверетт и тут же вообще вспыхнул – «Луис» повернулся лицом к окну. Парню поплохело сильно, очень сильно. И не только из-за вида почти полностью голой Люси Рэйтон. А еще и из-за того, что рассеянный взгляд девицы шарил по окну. Она думала – задвинуть шторы, или не надо? Хотя с той стороны школы ничего нет, никто не может ее увидеть. Решила не задвигать, отвернулась и пошла к столу с ноутбуком. Села, поджав одну ногу.

Эверетт постепенно приходил в себя, остывая. Подумаешь, девчонка… Их много. Подумаешь, почти голая. Он и голых видел. Не вживую, но все же.

Вживую все было страшнее, как будто чувствовалось притяжение чужого тела, которое пугало и заставляло сердце быстро колотиться, громко стучать. Так громко, что Эверетт, у которого этот грохот в ушах отдавался, боялся, что стук слышно и в комнате.  А еще это притяжение вызывало жар, который сначала превращался в огненный шар внизу живота, а потом заставлял кое-что интересное сильно-сильно напрягаться. Слава плотным узким юбкам, слава. А вот уже реакция тела заставляла жар метнуться еще и вверх, опаляя горло, которое сжималось, лишая дара речи. И наконец, жар подкатывал к лицу, заставляя краснеть.

Сейчас жар проходил, потому что противный транс уговаривал себя успокоиться. Он закрыл глаза, медленно убрал руки от лица, опустил их, пользуясь тем, что Люси сидит к окну спиной. Вдохнул, выдохнул. Стало намного легче. А потом наконец вернулся разум (о боги!).

«Ну и что, что голая девка, в конце концов», - куда более цинично, чем пару минут назад, подумал Эверетт.  «Зато теперь я точно знаю, что груди у нее нет. Ну, почти нет… Да и того, о чем мечтает извращенец Вудс, тоже нет. Пусть обломится, придурок».

Вдруг в дверь постучали. Эверетт чуть не подпрыгнул от неожиданности, а Люси вздрогнула.
- Кто там? – тупо спросила на всякий случай низким голосом.

Клейтон хотел устало выдать «Я» голосом «Ну кто еще-то». Но решил, что рисковать не надо, а то, потом девица расслабится вообще и откроет дверь не тому человеку и не совсем в том виде, в котором надо. Страсть Люси к прогулкам по комнате голышом он уже знал и не раз был бит по роже.

Из-за молчания и повторившегося стука Люси заволновалась и вскочила со стула. Метнулась к маскировочной майке, застегнула ее, измучившись с «молнией» на спине. Потом натянула футболку и огляделась в поисках джинсов. Увидела их рядом с окном, метнулась туда, наклонилась, схватила… И уставилась на носы туфель. Секунду она думала о том, что у нее не только нет таких туфель, но она их еще и не брала в МУЖСКУЮ школу.

- Ну, ты откроешь, или как?! – возмутился Клейтон, и она отвлеклась. С сомнением посмотрела на занавеску не в силах поверить, что там может кто-то стоять. Натянула джинсы и метнулась к двери.

- Чего так долго? – парень поморщился. – В комнате опять этой гадостью прет. Откуда?

Люси принюхалась и тоже почувствовала запах духов. Эверетт примерз к стене.

Его спас пробегавший по коридору Навиэль. Он заглянул в комнату «парней» и с улыбкой сообщил.

- Идете играть? Или нет?

- Куда? Во что?  - Люси не врубилась.

- Но завтра экзамены, - напомнил Клейтон Вудсу. А тот закатил глаза.

- Я и не заставляю. Просто спрашиваю. Мы в гостиной, будем играть в «правду или дело», - пояснил он Луису. – Захотите – приходите.

- Ладно, мы придем, - усмехнулась Люси. Надо же как-то развлекаться. Но Навиэль еще что-то вспомнил.

- А…Вы не знаете, где Эверетт? Не могу его найти, а то без него скучно играть. У него всегда ТАКИЕ вопросы, - Навиэль хихикнул.

- Понятия не имеем, - с радостью от этого факта ответил Клейтон. – Ладно, скоро придем. Ищи своего Карлетто.

Дверь Навиэль закрыл и ушел, а Люси принялась натягивать носки и зашнуровывать кеды. Потом накинула на всякий случай еще и пиджак, который повесила недавно на спинку стула. Мало ли, что там в игре будет…

- Идешь? – на всякий случай уточнила у Клейтона, который положил учебники на стол и теперь рассматривал себя в зеркало. Сосредоточенно так.

- Угу, - он отвлекся от своего отражения и вышел в открытую для него дверь. Люси вышла следом, еще раз оглядев комнату. Странно, что здесь пахло духами противного транса.

Эверетт чуть не умер, выдохнув по-нормальному, глубоко вдохнув и наслаждаясь свободой действий. Вылез из-за занавески и помахал на себя рукой, ему все еще было жарко. А потом решил нарисоваться в гостиной и тоже поиграть. Раз уж его вопросы так доставляют хотя бы Навиэлю, играть стоит. Он по-тихому вышел из комнаты, закрыл дверь и пошел к гостиной с другой стороны, противоположной той, куда ушли Клейтон с Луисом. Чтобы ничего не заподозрили…

- А где Конни? – Люси удивилась, не обнаружив Фолбаута в кругу парней, сидящих на полу возле камина. Они отодвинули журнальный столик между двумя большими диванами и расселись удобно, в середине круга положив пустую стеклянную бутылку.

- Ой, он ненавидит все эти игры, - Навиэль хмыкнул. – Считает, что это – детские глупости.

«В каком-то смысле он прав», - подумал Эверетт, сидя возле дивана и привалившись к нему спиной. «Но в глупостях бывают недетские вопросы».

- Понятно… Жаль, что его нет.

- Ну расстаньтесь хотя бы на пару часов, а то приклеитесь друг к другу, - Лесли улыбнулся. Всем, конечно, было завидно, но приятно было посмотреть на такую парочку, как Луис и Конни.

- Ладно, - Люси махнула рукой. – В чем смысл игры?

- Кто-то крутит бутылку, на кого укажет горлышко, может задать вопрос кому угодно из круга. Но вопрос такой: «Правда или дело?» Если выберет дело, значит, можешь загадать ему что угодно.

- В пределах разумного, - сразу добавил Навиэль, вспоминая прошлый год со вздохом.

- А если выберет правду, то можно задать любой вопрос. Если задаешь вопрос, а спрашиваемый отказывается отвечать, то он должен снять что-то из одежды. Сережки-колечки-бархотки, - на этом месте Лесли взглянул на Эверетта. – Не считаются. А то мы так до утра не разденемся.

Люси усмехнулась и хлопнула в ладоши.

- Ладно, все понятно. Начнем? – она потерла руки хищно.

- Я кручу первым, ибо моя идея, - Навиэль протянул руку к бутылке.

Горлышко остановилось на Эверетте, как назло. Он сначала поднял бровь удивленно, а потом посмотрел на всех по очереди. Остановил взгляд на Люси.

«О, ну конечно, сейчас выдаст…» - подумала она, приготовившись снимать пиджак.

- Правда или дело?

- Правда, - «Луис» пожал плечами.

- Когда ты лишился девственности? – Эверетт усмехнулся.

«Пусть только дурацкая бутылка остановится на мне…» - злорадно пожелала Люси, но ответила.

- В прошлом году, на Рождество, - и улыбнулась нежно, Эверетт отвернулся с видом: «Подумаешь». Она протянула руку и раскрутила бутылку. В этот раз горлышко остановилось на Лесли.

- Эверетт… - он осклабился, а трансу стало не по себе. – Правда или дело?

- Правда.

- Тебе нравится Луис? – Люси чуть не подавилась, но было нечем. К счастью. А Эверетт округлил глаза.

- Нет, - даже передернулся. – Тем более, он же занят, - ехидно напомнил о Конни, а сам понял, что впервые в жизни нарушил правило игры «отвечать только правду».

Бутылка остановилась, указывая горлышком на Люси. Если бы она знала, что почти все ученики Хоули отлично умеют крутить эту бутылку так, чтобы она останавливалась там, где им хочется, она бы поняла, почему именно на нее указало в этот раз.

- Эверетт! – радостно выдала имя.

«Вот черт…» - он вспомнил, что у нее есть на него компромат.

- Правда.

- Сколько раз ты занимался сексом с парнем? – четко выговаривая каждое слово, спросила девица. Точно зная ответ. «Нисколько». И зная, что он может просто отказаться отвечать.

- Я не буду отвечать, - он покачал головой, и Навиэль пихнул его в бок локтем.

- Тогда раздевайся!

Транс закатил глаза, но все же стянул с себя кофточку с рукавами-фонариками. Оставил ее лежать на диване, а сам скрестил руки на груди.

Люси пожалела о том, что задала этот вопрос, теперь даже посмотреть в сторону противного Карлетто было трудно – накатывали всякие мысли не особо адекватного содержания.

- Знаешь, забавно смотришься… - Навиэль протянул с ухмылкой, рассматривая совершенно плоскую грудь Эверетта, впалый живот с болтающейся в пупке сережкой и тонкие, изящные руки. Острые плечи и так все видели каждый день. Юбка с мужским торсом реально выглядела очень оригинально, если не сказать больше. Странно.

- Отстань, - на него шикнули, скулы Эверетта слегка порозовели. Может, потому, что на лицах всех сидящих в кругу плясали блики огня в камине, а может, потому, что он просто смутился.

«А напряжения вовсе нет», - ехидно подумал Саймон, подвинув бутылку к Луису. Он-то прекрасно видел, какой становится атмосфера в комнате, где эти двое находятся одновременно.

Люси старательно раскрутила бутылку, так что горлышко остановилось на Навиэле. Он осклабился довольно, сразу взял бутылку и принялся ее тискать, как живую зверушку. Покрутил в руках, посмотрел на всех и остановил взгляд на мрачном Клейтоне, который не был фанатом игры, но отказываться не стал.

- Клейтон. Правда или дело?

- Ну, правда… - Хомфри почувствовал, что грядет катастрофа.

- Окей… Если бы ты был геем…

- Нет! – Клейтон возмутился сразу же и почти вскочил, но Люси усадила его обратно, дернув за рукав.

- ЕСЛИ БЫ, - Навиэль с нажимом повторил. – Если бы! Ты был геем. И выбирал бы из нас всех…

- О боже… - парню стало плохо. Это издевательство.

- Кого бы ты выбрал? – весело закончил блондин, хлопнул ресницами томно.

- Чисто внешне?.. – зажмурив один глаз и слегка скривив губы, уточнил Клейтон.

- Чисто внешне. Ты нас как будто не знаешь, - Навиэль положил бутылку на место и развел руками, мол, все в твоих руках.

Клейтон посмотрел на Саймона, подумал, что его бы не выбрал. Потом на Люси. Стало смешно, а она одарила его таким мрачным взглядом, что если и хотелось когда-то в страшном сне или горячке, то сразу расхотелось. Потом глянул на Карлетто, который опять выразительно выгнул бровь с видом: «Не смотри на меня, Хомфри-придурок». Клейтон изо всех сил попытался представить себя вместе с врединой трансом, но нет, ничего не вышло. Взгляд двинулся дальше, останавливаясь на Лесли, который сделал насмешливое лицо. Типа: «Я, что ли?..» Клейтон быстро отвел взгляд. В глаза Миллимана нереально было смотреть долго, сразу появлялся комплекс неполноценности, и набрасывалась неуверенность. Взгляд в итоге снова остановился на Навиэле.

- Тебя, наверно, - вздохнул парень, а Вудс просиял. – Но только внешне, - напомнил Клейтон.

- Да-да-да, - хихикнул блондин и раскрутил бутылку. Горлышко остановилось на Лесли, он сначала хотел тоже задать какой-нибудь поверхностный вопрос, но решил, что ему хочется кое-что знать. Покосился на Эверетта и понял, что не только ему захочется услышать ответ.

- Луис. Правда или дело?

- Правда, - для дел было слишком мало алкоголя в компании. Его вообще не было.

- Ты любишь Фолбаута? – вопрос прозвучал неожиданно спокойно и четко, Лесли уставился на Рэйтона в упор. А «он» сначала моргнул тупо, опешив, а потом усилием воли заставил себя не коситься в сторону Эверетта.

- В каком смысле «люблю»? – попытка выкрутиться казалась такой перспективной. – Мы встречаемся всего пару месяцев…

- В прямом смысле, - Лесли не любил, когда ему морочили голову. – У вас все серьезно? Ты собираешься с ним встречаться до конца года, может, и дальше? Или это просто интрижка? Просто увлечение? Вы спите?

- Уже два вопроса, - скромно уточнил Луис, остолбенев от последнего. – Но я на оба отвечу, раз ты так хочешь. Нет, мы не спим. Нет, я не думаю, что это настолько серьезно, чтобы встречаться после выпускного.

- Поматросишь и бросишь? – фыркнул Миллиман. – Вы все такие.

«МЫ ВСЕ ТАКИЕ?!!» - Люси очень хотелось рявкнуть: «ЭТО ВЫ ВСЕ ТАКИЕ», но она не стала, конечно.

- Тебе-то какая разница, Миллиман? – усмехнулся Эверетт. – Влюбился, что ли?

По нему не было заметно, но оба ответа его так удовлетворили, что транс был готов сейчас хоть в детском саду вечерок подработать. А ведь он терпеть не мог детей.

- Мне просто интересно, - ответил Лесли задумчиво, отдав бутылку Люси. – Я думаю, что не стоит морочить ему голову, если он не настолько тебе нравится. Или если нравится кто-то другой, - это уже был такой толстый намек, что Люси не понравился сам тон. Она прищурилась и довольно грубо ответила.

- А я думаю, что это не совсем твое дело, Лесли. Это всего лишь игра, так что лучше не лезь в чужие отношения, ладно? А то слишком уж ты напоминаешь феминистку, озабоченную судьбами всех девственниц мира. Бережешь чистоту и непорочность Фолбаута?

- Извини, не думал, что тебя это так заденет, - Лесли опустил взгляд, не выдержав психического давления, которым от «парня» так и перло.

- Хватит ругаться, а? – попросил Навиэль, подпихнув «Луиса» ногой. – Крути уже.

Люси раскрутила несчастную бутылку, и горлышко удачно указала на самого Вудса. Он улыбнулся и уставился на Эверетта, который в этот момент задумчиво трогал когтями собственные губы.

- Эверетт.

- А? – транс отвлекся от созерцания каминного экрана и обратил внимание на блондина.

- Правда или дело?

- Дело, - пожал плечами Карлетто. Раздеваться ему уже больше не хотелось, а нарваться на дурацкий вопрос, который Навиэль обязательно задаст, было бы просто глупо.

- О… Какой ты у нас смелый… Он у нас каждый раз вот так вот, первым выбирает дело, - «по большому секрету» сообщил Вудс Луису.

- Ну? – поторопили его.

- Чего «ну», а? Чего «ну»? Поцелуй Хомфри, а потом будешь «ну»кать, - хмыкнул Навиэль. У Эверетта челюсть отвисла. Он страшным голосом выдал тихо.

- Нет… Никогда, - покачал головой.

- Я, кстати, тоже против, вообще-то! – возмутился Клейтон, опять пытаясь вскочить, но Люси его опять осадила с улыбкой. Ей было интересно, решится ли вредина трансвестит на такую жертву.

- Тебя не спрашивают, - отмахнулся Навиэль.

- Вот именно!  Почему меня не спросили?! – Клейтон бесился в пустоту, его никто не слушал.

- Давай, ты выбрал дело, - Вудс хладнокровно кивнул Эверетту и указал взглядом на беснующегося Клейтона.

- Ладно. Но просто так, - уточнил транс, встал на четвереньки и подвинулся к Клейтону. – Если ты думаешь, что мне это доставляет, ты очень ошибаешься, - прошипел он. – Закрой глаза!

Люси сидела совсем рядом и теперь воспользовалась возможностью посмотреть на него без кофты и не спалиться. Белая кожа, немного торчащие ребра, впалый живот. Сейчас, когда он стоял на четвереньках, три цепочки от сережки в пупке болтались в воздухе. Она посмотрела на изгиб его позвоночника, взгляд скользнул по длинной юбке… «Луис» отвернулся к камину, краснея.

Клейтон зажмурился, а Эверетт не удержался от издевки. Он заправил волосы за ухо и хихикнул.

- Да ты не бойся, Хомфри, это не больно, - и без предупреждения, закрыв глаза, прижался своими губами к его.

Клейтон чуть не умер, ему показалось, что его поцеловала лягушка. Слава богу, это был не засос, а то он не пережил бы.

- Как-то вы без огонька… - вздохнул Навиэль разочарованно, а Эверетт усунулся обратно. Вытер губы тыльной стороной ладони.

- Фу, Хомфри, ты противный.

- Ты еще хуже, - сообщили ему, чуть ли не отплевываясь.

Эверетт взял бутылку и раскрутил так, что попало на Саймона. Он вздохнул, а ведь так надеялся, что обойдется без него…

- Ладно… Луис, - он улыбнулся вполне нежно. – Правда?

Люси кивнула. Никогда не выбрала бы дело с этими извращенцами.

- Ты хоть раз фантазировал о том, чтобы заняться Этим с кем-нибудь из нас? – это было так ядовито сказано, что даже Навиэль позавидовал.

- О да… - Луис сделал сексуальное лицо. – С тобой, Саймон, очень хотелось бы, - выдохнул он страстно. – С тобой, Лесли… С Клейтоном НИКОГДА. С тобой, Навиэль, очень-очень… А лучше просто оргию. Вот, - народ засмеялся, а Эверетт фыркнул, отвернувшись.

«Как это пошло…»

Наверно, фыркнул он только потому, что его в список участников оргии не внесли.

- А Эверетт? – Саймон вспомнил о нем.

- А мне девочки никогда не нравились, - пожал плечами Луис, и все опять дружно похихикали над трансом.

«Было бы вообще странно, если бы они мне нравились», - похихикала про себя Люси.

Лесли посмотрел на Карлетто с такой невыносимой тоской, окинул его взглядом, почему-то изучил каждую торчащую косточку (которых было немало) и все изящество в целом. Никто этого не заметил, а он вдруг резко встал и пошел на выход.

- Ты куда? – удивился Навиэль, перестав смеяться.

- Вы превращаете нормальную игру в какую-то пошлость и глупость, - отозвался он, махнул рукой и ушел.

- Он прав, - согласился Эверетт, встал, натянул свою кофту и тоже пошел к двери.

- Ну, вы скучные… - вздохнул Навиэль, посмотрев на остальных. – Нас мало. Вот дебилы, а! – возмутился поведению Миллимана и Карлетто. От Эверетта он ожидал таких заявлений, но от Лесли -  никогда. Лесли был умницей, но не занудой.

- Да ладно, - Саймон тоже поднялся. – Завтра экзамены, лучше еще раз пролистать учебник, - он тронул Клейтона за плечо. – Пойдешь еще в библиотеку?

- Угу, - парень поднялся и пошел за ним.

- Они меня бесят, - пожаловался Навиэль Луису. – Не умеют развлекаться. Слава богу, хоть бал в честь Хэллоуина скоро, - он воодушевился.

- Кем будешь? – улыбнулся Рэйтон.

- Ленор, - прищурился Вудс. – Маленькой мертвой девочкой, помнишь ее?

Люси обрадовалась, вспомнив.

- О да! Комиксы про нее и мультики!

- Я их обожаю, - признался блондин, вставая с пола и возвращая бутылку на каминную полку, вдруг еще кто захочет поиграть. – Думаешь, мне пойдет?

- О да, только чучело не забудь достать и заколки с черепами, - Люси засмеялась, Вудс наклонил голову к плечу и посмотрел на смеющегося Рэйтона. «Он такой красивый», - подумал скромно.

- Чучело уже есть, платье тоже… А заколки, наверно, придется клянчить у Эверетта, у него с черепами точно есть. Пойдем, посмотрим хотя бы телевизор? А то скучно сидеть в комнате, твой Хомфри ушел в библиотеку. Вот зубрила, - Навиэль вздохнул.

- Он такой. Ладно, посмотрим телевизор, - Луис невольно, сам от себя не ожидав, обнял местного красавчика за плечи и повел в сторону зала с телевизором. Большим и плоским, стоящим на старинном столике. Странное сочетание модерна и старины.

* * *

Пятница стала роковым днем для всех старшекурсников, которые не готовились к последним двум экзаменам. И Эверетт даже решил не пакостить гадкой Люси, а гадкая Люси решила не сдавать противного транса. Они сидели вместе на истории, потому что мадам Прескотт решила, что будет справедливо посадить их рядом. Ведь ученики, которые терпеть друг друга не могут, не станут друг у друга списывать?

Она ошиблась, потому что уже через пятнадцать минут после начала экзамена «Луис» качнул ногой, задев ногу Эверетта. Тот сначала вздрогнул, а потом покосился на нее вопросительно.

- Кхм… - выразительно выдал «Луис», подвинув руку так, что стало видно пустое место в тридцатом и тридцать первом вопросах. Эверетт вздохнул и тоже подвинул локоть, Люси уставилась на точно такое же пустое место в его тесте.

«Блин…» - мысленно обиделась на вредного Карлетто. Как он мог не знать?!

Эверетт помолчал еще минут двадцать, заполняя оставшиеся вопросы в тесте, Люси занялась тем же, пропуская уж совсем сомнительные номера. А потом принялась вертеть ручку в пальцах и смотреть по сторонам. Отсаженный от нее Клейтон со спокойным видом отдыхал, уже все закончив. Ему и Саймону завидовала почти вся аудитория, вот уж кто трясся над экзаменами, так это они. Но докричаться и дошептаться до брата Ким не вышло бы, он сидел слишком далеко.

Эверетт вдруг сильно пихнул «Луиса» локтем в бок, так что «парень» от неожиданности выронил ручку. И уставился на транса недовольным взглядом на тему: «Офигел что ли?»

- Я подниму, - вдруг выдал он ласково и наклонился под стол, долго там шарил в поисках ручки, а потом вылез, держа в другой руке учебник по истории.

- Спасибо, - выразительно выдал Луис и забрал ручку. Покосился в учебник, который Эверетт открыл, листая на нужную главу.

Потом взял ручку и обвел нужные даты в незаполненных вопросах, подвинул тест ближе к Рэйтону. Тот радостно обвел те же самые.

- Мистер Карлетто, что это у вас там такое? – прищурилась мадам Прескотт, поднимаясь по проходу к их ряду, а Эверетт похолодел. Он сидел почти у самого края, ближе к проходу уже никого не было, а если учительница заметит учебник, напротив его фамилии в оценках будет стоять ноль.

Люси выдрала у него из руки книжку, сунула между бедер и сдвинула ноги, благо на ней были джинсы, а не неудобная длинная юбка.

- Ничего, мадам Прескотт, - улыбнулся Эверетт сладко, продемонстрировав пустые колени.

- Прошу прощения, - кивнула дамочка и вернулась за свой стол. Люси одарили скромным и неуверенным взглядом на тему: «Ну, типа спасибо…Но ты не думай, что мы помирились». Она наклонилась пониже и сунула учебник обратно к нему в сумку.

Когда прозвенел звонок, пришлось тащиться в другую аудиторию, более просторную и с более высокими трибунами. Эверетт отсел на свое место на втором ряду. С любимыми «Ц»эшниками. А Клейтон вернулся к Люси, высоко поднял брови, как бы молча спрашивая, что там такое произошло.

- Что? – переспросила девица, делая вид, что дура дурой.

- О чем вы там шептались с НИМ? – как идиотке пояснил парень.

- Достали учебник и тупо скатали пару вопросов, - она пожала плечами.

- И поэтому ты так радуешься? Такое ощущение, будто тебе чек на миллион подарили.

- Отстань, Клейтон! – буркнули на него и дали подзатыльник.

«Как будто я не вижу», - фыркнул парень мысленно.

Лесли покосился на него в который раз, завесившись своими красивыми, волнистыми волосами. Каштановые, красивого оттенка, они не были совсем прямыми, но не вились кольцами. Скорее просто спокойными волнами обрамляли сердцевидное лицо, но не доставали до плеч. Едва до середины шеи.

Все же он считал Клейтона симпатичным. Намного симпатичнее остальных парней на курсе. Луис, конечно, тоже ничего, но не того типа. Высокий, худощавый, с чертами лица, как у конченого подонка… И плюсом ко всему - слишком наглый. Это Лесли не нравилось.

А вот Клейтон был прекрасно сложен, на его взгляд, отлично чувствовал свое тело и не шатался неуклюже, как многие «активы» Хоули. Не сутулился и двигался плавно. Когда Луис в очередной раз дал ему подзатыльник, Лесли чуть не психанул. «Он ему что, слуга, что ли?!» - подумал о Клейтоне.

Черные бесовские глаза, широкая переносица и едва вздернутый кончик носа, это делало его похожим на парня-фэйри. Как фея, только парень. В этом они с Ким были очень похожи.

Клейтон был чуть ниже этого новенького Рэйтона, возможно, чуть сильнее его. Во всяком случае, он был обаятельнее, его улыбка располагала и заражала весельем.

«А еще он натуральнее, чем натуральный апельсиновый сок…» - вспомнил Лесли и усмехнулся, издеваясь сам над собой.

- Мистер Миллиман, где вы витаете? – писклявым голосом осведомилась маленькая дамочка сорока лет, одетая во все розовое. Розовый костюм со свободной юбкой и коротким пиджаком странно смотрелся на ее круглом теле.

- В голубом раю, - фыркнул Рэйтон, надменно взглянув на Лесли. Со вчерашнего вечера он окончательно разонравился Луису. В основном из-за того, что слишком серьезно относился к отношениям, к своей неприкосновенности и лез не в свое дело.

- Как смешно, ха-ха, - буркнул Лесли.

Клейтон промолчал, отвернувшись вовсе, ему это было параллельно.

- Так вот советую не смеяться, а вспоминать правила орфографии, пунктуации… - опять завела свою шарманку учительница английского и литературы.

- Что будет в тесте, мисс Закари? – вернул ее внимание к тесту Саймон.

- Там будет текст, который я буду вам диктовать. А после него разборы предложений. Будет очень много сложноподчиненных.

- Господи… - Эверетт закатил глаза и откинулся на спинку скамьи.

- Что-что, мистер Карлетто? – быстро повернулась к нему мисс Закари.

- Ничего.

- Он у нас не любит сложно подчиняться. Он любит подчиняться легко и доступно, - начала провоцировать Люси, Эверетт открыл было рот, чтобы тоже что-нибудь выдать, но тут же его закрыл, поняв, что над ним издеваются.

«Сама дура», - подумал он.

«Ишь, какой терпеливый стал…» - вздохнула Люси.

- Ты вырабатываешь у него иммунитет к издевкам, - сообщил Клейтон, оценив выдержку Эверетта, которая еще в сентябре не сработала бы и двух секунд.

- Ну, или просто выношу ему мозги.

- Было бы, что выносить…

- По-моему, он недавно делал уборку в комнате.

Клейтон поднял брови, не понимая, как это связано с издевками и мозгами.

- Пылесос к уху приставил наверно, и мозг всосало, - пояснила Люси нарочно громко, а Эверетт закрыл глаза и принялся считать до десяти. Он спокоен. Совершенно спокоен…

- Так! Тишина!!! – заверещала мисс Закари так, что транс поморщился. – Взяли ручки, выкинули из головы всю чепуху, которой она забита, и слушаем! Внимательно! За каждую ошибку буду снижать по три балла!

- Сколько всего баллов?.. – ехидно уточнил Карлетто.

- У тебя будет всего три, если не перестанешь пререкаться!! – взвизгнула дамочка еще раз, и он затих.

Текст оказался даже слишком легким, только руки под конец экзамена у всех отваливались. И тут, вдруг, учительница резко подобрела.

- Итак, экзамен закончен, оценки вы узнаете в понедельник. В гостиной, как обычно, будут висеть результаты. А у нас осталась пара минут, и я хотела бы вам напомнить о творческой работе, которую вы все писали в начале этого месяца… Вам было задано стихотворение о любви. Кстати, Навиэль, о том, как нехорошо скачивать чужие стихи из интернета, я с тобой потом поговорю.

Вудс вздохнул обреченно. Он надеялся, что она не узнает, но все напрасно, как всегда. Мисс Закари вездесуща, как липкий сироп.

- У меня есть несколько любимых стихотворений из тех, что вы мне сдали… Но больше всех мне понравилось одно. Не шик, конечно, с точки зрения настоящей поэзии, но лучше среди ваших «произведений» я ничего не нашла. Хотите, я вам его зачитаю?

Это был вопрос ради вопроса, потому что зачитала бы она его все равно, так что по аудитории пронеслось унылое «да-а-а-а…»

- Отлично! Так и знала, что вы любите поэзию. Вот… Замолчали все!!! – крикнула она высоким голосом, и все снова притихли. – Слушайте. Это так красиво… Прямо как… Как первая любовь!

- Кого это так стукнуло… - задумчиво протянул Клейтон. Учительница шикнула на него, вдохнула поглубже и завела.

- Как случилось все это, не знаю,
Чем завлек ты меня, не пойму...
И сказать я тебе не решаюсь,
Что люблю, почему-то люблю.
И стараюсь забыть я твой голос,
Проходя, не смотрю на тебя,
Но все чаще теперь понимаю,
Что ты стал уже частью меня.
Это ты никогда не узнаешь,
Этот стих я, конечно, порву.
Только трудно, пойми, когда знаешь,
Что другому ты шепчешь: “люблю”.

Мисс Закари закончила выдавать текст с придыханием, достойным самой Монро, и победно улыбнулась. Мол, учитесь!!!

- Какие чувства, вы заметили?! Вот, как надо писать! В вашем возрасте – это лучшее, на что вы способны.

- Слюни какие-то, - буркнул Клейтон, а Лесли потускнел. Ему стих почему-то понравился.

- А по-моему, красиво, - пожала плечами Люси, еще раз вспоминая слова.

- Автору я поставлю десять баллов, но они отправятся уже в следующий триместр.

- Кто автор-то? – Навиэль был скептичен, как никогда. Вот уж ему-то с интернетским стишком не светило ничего, кроме выговора и воспитательной беседы.

- Сейчас посмотрю, - дамочка прищурилась, глядя на край листка, рассмотрела среди завитков имя и фамилию. – Автор – Эверетт Иллирия Карлетто.

- Эверетт?! – Клейтон уронил челюсть.

- Иллирия?! – у Люси глаза на лоб полезли.

- Двойная фамилия у аристократов, ты не знал? – пояснил Навиэль.

Стук помешал ответить «А-а-а-а…»

Эверетт стукнулся лбом о парту, дыша в нее и не веря своим ушам.

«Позор…» - пронеслось у него в голове. Нет, даже не так. «П-О-З-О-Р».

Он наконец поднял голову, тряхнув волосами.

- Я скачал его. Как Навиэль, - выдал он, решив, что лучше лишиться оценки, чем позориться. Он не думал, что стих будут читать ПРИ ВСЕХ.

- Вот и не ври, я проверила тысячу раз, потому что не верила, что кто-то из  вас может такое написать! – хихикнула мисс Закари. – И почему ты врешь? Очень красивое произведение. Мне нравится. Все, кому нравится, поднимите руки! Живее!

Руки подняла добрая половина аудитории, среди них была и рука «Луиса», и рука Лесли. И руки Навиэля, Саймона. Клейтона пихнули в бок, и он тоже поднял.

- Жизнь – дерьмо, Клейтон, - прошептал Рэйтон парню на ухо.

- Почему?

Люси промолчала.

«Не ожидала, что ему ТАК сильно кто-то нравится. Да уж…»

Эверетт закрыл глаза ладонью, чувствуя, как краснеют и становятся горячими скулы.

«Будет просто чудо, если эта дура не догадается… Но она не настолько тупая, к сожалению», - подумал он. В стихотворении не было ни одного местоимения в третьем лице, сплошь обращение на «ты». И ведь ни мисс Закари, ни кому-либо из аудитории и в голову не пришло, что обращение к какой-то дурацкой девчонке, а не к парню. И слава богу.

Прозвенел звонок, и все сорвались с мест. Первым, надо сказать, сорвался с места именно Карлетто, выбегая из аудитории и побыстрее стремясь скрыться в своей комнате. Но когда он проходил по лестничной площадке между первым и вторым этажом, его кто-то окликнул.

- Эверетт!!! – женский писклявый голосок даже Люси поверг в ступор, она остановилась, схватила Клейтона за рукав и поставила рядом с собой возле перил на лестнице.

Транс не успел обернуться, как на него налетело что-то быстрое и невероятно громкое.

- Элли… - он закатил глаза, складывая руки на груди и пытаясь просто переждать, пока его закончат обнимать. Младшая сестричка обнимать не переставала, она крепко обхватила его за пояс и прижалась щекой к животу, выше просто не доставала.

- Здравствуй, сынок, - мать чмокнула его в обе щеки по очереди, аккуратно, чтобы не смазать темную помаду. Отец просто кивнул, с улыбкой наблюдая за затянувшимися обнимашками брата и сестры.

На самом деле это был такой хитрый стратегический ход официально неженатой четы Карлетто. Эсмеральда и Эдмонд нарочно отослали драгоценного сыночка учиться в закрытую школу, чтобы с родной сестрой он поменьше виделся.

Ибо роковая разница в возрасте – пять лет, а это их немного пугало. Как бы сам Эверетт не пошел по стопам папочки и спустя пару лет не начал вздыхать по младшей сестрице. Они только не предусмотрели, что в мужской школе Эверетт стал вздыхать по мальчикам и теперь сам больше напоминал старшую сестру, а не брата.

- Это кто? Предки его?.. – Люси шепнула Клейтону, а он кивнул, рассматривая семейку.

Огромные ворота школы были сейчас открыты, в них постоянно кто-то заходил.

- Накануне праздников всегда приезжают предки. У обычных учеников никто не приезжает, так не принято, а вот аристократишки эти… - он фыркнул. Еще несколько семей уже собирались в холле. – Завтра Хэллоуин, так что директриса пригласила всех родителей посетить бал в честь праздника. Сейчас ты видишь ежепраздничную встречу поколений Карлетто, - шепотом продолжал издеваться Хомфри. – Вот этот мужик – его папенька, Эдмонд Карлетто.

Люси рассмотрела красивого высокого мужчину с идеально белой кожей. Он был одет в такой неброский темный костюм, что эта показушная простота просто кричала о своей запредельной цене. У него были длинные волосы, связанные в низкий хвост, и мужественное лицо. Ровный нос, прямо как у Эверетта. Но рот у него был совершенно нормальный. Люси просто не видела, что именно у Эдмонда такой неповторимый, светло-зеленый цвет глаз.

- Рядом с ним – его младшая сестра, а по совместительству еще и жена, и любовница, Эсмеральда Карлетто.

Эсмеральда Карлетто красовалась в длинном вечернем платье с разрезом от середины бедра так, будто это был ее ежедневный наряд. Впрочем, так оно и было. Внушительный бюст, острые плечи и ключицы, белая кожа. И огромный рот, переплюнувший по размерам даже рот Джулии Робертс. Волнистые каштановые волосы спускались по плечам.

- Красивая какая… Даже несмотря на… - Люси кашлянула тихо, Клейтон понял, о чем она.

- И приклеилась к нашему Волдеморту, как пиявка, его младшая сестрица – Элеонора. Она приезжает на все праздники, делает вид, что настоящая душка и паинька, а потом пакостит исподтишка. Так что берегись, - Клейтон вздохнул, а девица поняла, что он уже сталкивался с изощренными пакостями этой маленькой миленькой девочки.

Маленькая миленькая Элеонора была одета в фиолетовое платье, белые колготки и фиолетовые туфельки с бантиками. На голове у нее были два пушистых каштановых хвостика. Единственным брюнетом (да и то, крашеным) был Эверетт, который смотрел на свою семейку, как на предмет, которого стоит стыдиться. Немного, но стоит.

И тут появилась директриса, она выплыла из своего кабинета и сразу пошла не к кому-то там, а к семейке извращенцев.

- Эсмера-а-альда, Эдмонд… Как приятно вас видеть, так скучала, - искренне заверила она, расцеловалась с матерью Эверетта, смутилась от удовольствия, когда его отец поцеловал ей руку. Потрепала Элли по волосам и повела старшее поколение Карлетто в другой корпус школы, куда ученики не заходили.

- «Э» у них семейный фетиш? – уточнила вдруг Люси.

- Чего? – брат Ким не врубился сначала.

- Ну, имена у них такие… Эсмеральда, Эдмонд, Элеонора, Эверетт…

- Если хочешь знать, я спрашивал у этой мелкой в прошлом году об этом. Их единственного по понятным причинам деда зовут Эммет, а бабушку – Эмма. Не сомневаюсь, что и пра-пра-пра-кого-то звали на «Э».

- Обалдеть, - протянула Люси и решила тоже спуститься к оставшимся вдвоем брату и сестре.

- Это твоя сестра? – решила она все же не терять тонкую нить дружбы (или чего-то похожего на дружбу) между ней и противным трансом.

- Да. А ты кто? – ответила за него Элли.

Люси моргнула пару раз, потом присела на корточки перед мелкой врединой.

- Я – Луис. А ты – Элли, я слышал.

- Мы с ним дружим? – Элли задрала подбородок, посмотрев на брата. Эверетт задумался и вздохнул.

- Дружим, - отвернулся, рассматривая остальные семьи и однокурсников, которые обнимались с родителями.

Элли состроила глазки Луису, убрав руки за спину и пошаркав ножкой по полу.

- Сколько тебе лет, Элли? – Люси улыбнулась.

- Двенадцать. А тебе семнадцать, - сообщила девочка уверенно. Ну а сколько еще могло быть однокурснику брата?

- Точно.

- А тебе нравятся девочки или мальчики? – вдруг выдала Элли, а «Луис» опешил. Ничего себе вопросы. Хотя вполне понятно, у нее же брат такой… Забавный.

- Элли, - он на нее уставился страшными глазами, но затылок Элли зрением не обладал.

- Мне нравятся мальчики, - ответил «по большому секрету» Луис, но тут же взял Элли за маленькую бледную ручку. – Но ты мне нравишься больше всех, - подмигнул. Элли отскочила весело, повисла на руке Эверетта, потянула его вниз, дергая так, что парень дергался автоматически.

- Ладно, мы пойдем, - Люси улыбнулась и потащила Клейтона подальше.

- Что за концерт? – фыркнул он.

- Зато теперь она не будет нам с тобой пакостить, - пожала плечами девица.

- Ты слышал, что он сказал?! Я ему понравилась. А ты нет, понятно? – Элли дергала уже стонущего от тоски брата за руку всю дорогу до его комнаты, где он собирался спрятаться.

- Пойди к родителям, а? – попросил он.

- Нет, не пойду. Ой, как тут у тебя красиво… - она залезла на его кровать с ногами, потрогала руками плакаты на стене. Прыгнула пару раз на пружинящем матрасе и слезла, пошла рыться в шкафу.

«Зарежьте меня», - взмолился Эверетт мысленно.

* * *

- Кем завтра будешь на балу? – Люси подкралась к Конни сзади и закрыла ему глаза руками. Парень чуть не умер на месте от испуга, но тронул ее руки, опустил их и повернулся. Он стоял в гостиной, рассматривая итоги экзамена по физике. Все было удовлетворительно, это радовало.

- Догадайся, - вздохнул он, сдув с лица непослушную прядь. Вьющуюся и мягкую.

- Гермионой? – «Луис» захихикал.

- Угу. Мантия и палочка уже есть, - заверил ее Фолбаут и обнял за шею. На его талии тут же сомкнулись руки Рэйтона, они пошушукались пару минут. – Кстати, директриса будет какой-то ведьмой. А Даблти ни за что не догадаешься, кем.

- Ну? – Луис аж заинтересовался.

- Дракулой. Его кое-кто уломал, хотя уламывать долго не пришлось.

«Невеста Дракулы и сам Дракула… Да уж…» - подумала Люси неприязненно по отношению к мистеру Даблти.

- Обалдеть…

- А ты кем? – вспомнил, что еще не спросил, Конни.

- Эдвардом, конечно. Кем еще я могу быть, - отодвинувшись, Люси приосанилась.

- Он был рыжий, - напомнил Конни.

- Сегодня вечером покрашусь, - она беспечно махнула рукой. – На танец тебя можно будет пригласить? – уточнила тихо и на ушко парню. Он прикусил губу.

- Нет, извини. Я не танцую, -  сунул руки в карманы.

- Почему?  - Луис поднял брови.

- Не умею, да и не люблю. Тем более, там будут медленные танцы, а женских па я не знаю, - фыркнул Конни. – За женскими па лучше к Вудсу обратиться или вон, например, к Карлетто.

С последним они переглянулись случайно, и Конни получил очередную дозу ненависти во взгляде. Хотя он сам тоже был от Эверетта не в восторге, прекрасно поняв, кому его стихотворение на английском было посвящено. А еще Лесли сказал ему о том, что было вчера вечером, когда все играли в «правду или дело». Поэтому особой радости от встречи с Луисом сейчас Фолбаут не испытывал.

- Ты ревнуешь? – Луис притворно удивился и заморгал.

- Ничуть, - Конни отвернулся и столкнулся взглядом с одним из тех старшекурсников, что сидели в Хоули уже шестой год. Они дважды оставались на третьем и на четвертом курсах. Взрослые и красивые  (с последним сложнее) парни. Один из них смотрел на Конни пару секунд назад, но когда парень обернулся, тут же отвел взгляд.

- Ты смотришь на того урода? Кто это? – Луис начал психовать.

«Только попробуй сорваться у меня до Рождества!» - подумала Рэйтон, злясь на Конни, вдруг начавшего показывать характер.

- Я просто смотрю, понятия не имею, кто это. Они же в другом корпусе живут, - пожал плечами парень.

- Ты чего сегодня такой унылый, а? – его опять попытались обнять, но Конрад отодвинулся.

- Не знаю. Настроения нет. Извини. Я пойду в библиотеку лучше, а то тут шумно, - он отодвинулся, улыбнулся неискренне и ушел быстро.

«Что за хрень такая?!» - Люси просто в шоке стояла. Потом посмотрела на кучку второгодников. Даже третьегодников уже. Уничтожила взглядом того гада, он взглянул на нее немного свысока, но заметил, что Рэйтон выглядит странно старше семнадцати лет. Отвернулся к своим друзьям, что-то им сказал, и парни пошли подальше от гостиной «малолеток». Они просто стояли и высматривали самых симпатичных «зайчиков», чтобы завтра кого-нибудь затащить к себе в корпус. Навиэля в гостиной не было, к сожалению, он искал заколки с черепами и куклу вуду. Лесли куда-то подевался опять, Эверетт стопроцентно пошлет к черту, еще и импотентом уродским обзовет. Саймон вечно делает вид леди-первоклассной, поэтому даже подходить стремно, точно отошьет. А Конни ушел. Хотя вот именно готичный Фолбаут со своей показушной невинностью старшекурсника по имени Алан и интересовал. Он решил заглянуть в библиотеку, чтобы поговорить с Конни и сообщить ему, что неопытный и мелкий Рэйтон ни черта не понимает в парнях. Не умеет с ними обращаться, а вот он(!), Алан, - просто супер-мачо и лучший парень на свете.

Причем сам Алан сильно сомневался, что будет врать по поводу симпатии к Конни, он ведь такой хорошенький. Пушистенький и милый. Особенно, когда морщит нос.

Эверетт же сидел на диване, прилично сдвинув колени и поставив на них локти. Закрыл лицо руками, а рядом с ним, поджав пятки под задницу, сидела Элли и ерошила братцу волосы. Просто запустила в них две руки и наводила из гладкой идеальной прически полный бардак, уговаривая поиграть с ней.

- Элли! – Люси пожалела беднягу и решила его спасти. – Удели мне немного внимания, видишь, меня отшили. Неблагодарные… - пожаловалась вроде бы в шутку, но, в самом деле, серьезно. Девочка тут же отвлеклась.

- Ой, жалко… А хочешь, я буду с тобой танцевать завтра? Я умею! – заверила она.

- О, круто! Я так рад… Все  мне будут завидовать, что у меня такая красивая подружка. Будешь моей подружкой? – Луис подвигал бровями.

- Буду. Слышишь, Эверетт?! Я буду его подружкой! – Элли тут же переползла на диван к Люси.

- Я украду ее у тебя? – пафосно уточнил «Рэйтон», собираясь утащить девочку куда-нибудь и поиграть, например, в прятки. Вот только Элли будет прятаться, маленькая поганка, а Луис не будет искать. А сам скажет, что просто не смог найти.

- Да хоть убей, - буркнули глухо, не убирая рук от лица, в ответ.

- Пошли, Луис! – Элли потянула «нового парня» подальше от гостиной.

* * *

Лесли лежал и тосковал в комнате. Народ уже раза по три сходил в столовую к Линде, что-то съел. А он тут мучается. Из головы не пропадает картинка вчерашнего вечера. Сначала Эверетт снял кофту, а под ней оказалось идеальное, по мнению Лесли, тело. Худощавое, даже костлявое. Ни грамма лишнего.

А он? Он сам, Лесли Миллиман? Обычный парень. Ну да, худой, но не настолько. У него  совсем плоский живот, но он не такой впалый и идеальный, как у Карлетто. Ребра не так торчат. Плечи не такие острые, ключицы тоже. А руки? Такое ощущение, что у Эверетта трицепсов вовсе нет, он так похож на девушку. У него тонкая кость.

А у Лесли? Обычная кость. И трицепсы есть. Небольшие, конечно, спортом он не слишком увлекается, изящен от природы… Но не так, как Эверетт!!!

И еще не мог Лесли забыть того, как Клейтон с трансом целовались. Пусть и не по-настоящему, и никому из них не понравилось, но ведь целовались. А Клейтон натурал…

Лесли безумно хотелось похудеть на килограмм. Лучше на два. Можно на пять. В идеале – на десять, тогда он будет просто супер, такой же, как Карлетто, даже лучше.

Не есть – это пытка. Настоящая пытка, издевательство над собой. Но самобичевание перед зеркалом помогает. Еще лучше помогает взгляд на Карлетто, который всегда расслаблен, всегда уверен, что выглядит потрясающе. Ему, кажется, вообще наплевать, что его почти никто не любит. Он в открытую грубит самому красивому парню, ходит, как королева, по школе. И не смотрится в юбке и своих эротичных кофточках нелепо, нет, он наоборот выглядит, как настоящая Пиковая Дама. Идеал.

Как бы Лесли хотелось быть таким же. Не внешне, но хотя бы телом, фигурой. Иметь такую же тонкую талию, худые ноги.

Он был очень красивым, самым красивым из всех пассивных «зайчиков» старшего курса. Но почему-то был уверен, что Эверетт намного лучше. Если нет, то почему им увлекся новичок? Красавчик же, хоть и не во вкусе Лесли, но красавчик. И увлекся не Миллиманом, а Карлетто. Это заметно, видно невооруженным взглядом.

- Эй, ты долго тут сидеть будешь? Там предки собираются в зале, все украшают, я собираюсь гирлянды вешать. Пойдешь? – в комнату заглянул Навиэль, который тоже, вообще-то, жил в этой спальне. У него в руке был вишневый пирожок, надкушенный и аппетитный.

- Нет, не хочется. Меня тошнит, - отмахнулся Лесли, отвернувшись от него, повернувшись носом к стенке. Обнял подушку.

- А, ну ладно… Подожди, сильно тошнит? Может, таблетку? – Навиэль забеспокоился.

- Да нет, все нормально. Пройдет, - Лесли повел плечом неопределенно.

- Окей. Я тогда пойду. Захочешь – присоединяйся.

- Угу, - буркнул Миллиман и стиснул зубы. От пирожка так вкусно пахло. У него нюх за последний месяц дико обострился, прямо как у собаки. Или у вампира. Запах еды убивал, но Лесли из принципа не ел ничего, кроме  пары ломтиков огурца в день. Или морковки. Или еще чего-то такого из рациона кроликов.

Дверь закрылась, а он прошептал в стенку.

- Да уж, меня тошнит… Безумно тошнит. От голода, - закрыл глаза и решил, что надо поспать. Это был такой принцип. «Хочешь есть? Попей воды. Не хочешь пить воду, хочешь есть? Поспи».

Пару раз Лесли срывался и набрасывался на все, что было в столовой, с аппетитом крокодила, но потом косился в сторону Эверетта, который ежедневно хрустел салатиком с видом, будто этого ему вполне достаточно… И тошнота подкатывала к горлу, Миллиман втихушку убегал из столовой, чтобы сунуть два пальца в рот в туалете.

Это было настоящей пыткой. Ну почему Эверетт так спокойно грызет капустные и салатные листья, огурцы и помидоры, а ему хоть бы хны? Он не стонет, что хочет есть, он вообще, кажется, совершенно наелся этой гадостью. Иногда спокойно берет тарелку с пудингом или шоколадку, причем это никак на нем не отражается.

Ни единого лишнего миллиметра. Вот ублюдок.

А Лесли мучается, считает гребаные калории, потом смотрит на себя в зеркало, повернувшись боком. И все равно живот не впалый.

Да если Карлетто ляжет на спину, под ребрами будет яма настоящая. А у Лесли равнина.

Вот черт…

Вчера он не завтракал. На обед был такой же салатик, как у Эверетта. Лесли не ужинал. И сегодня не завтракал и не обедал. Вот сейчас Навиэль кусает свой вишневый пирожок, а у Миллимана текут слюни. Но тошнит, даже странно.

После месяца такой пытки он заходит в столовую, смотрит на еду и понимает, что по торту ползают какие-то жуткие черви, пицца – разлагающаяся рана с ужасными кровавыми прожилками колбасы. Его начинает мутить, голова кружится, сознание темнеет, и он убегает из столовой. Это заметил даже Клейтон, но не сказал Люси, чтобы не отвлекать ее. У нее и так проблемы с этим дурацким планом Ким, Анжелы и Матильды. Да еще и Эверетт постоянно рядом, они друг друга скоро испепелят искрами, которые от них так и разлетаются в разные стороны. Так что ей не до Лесли.

Нет, Клейтону тоже плевать, конечно… Но все это странно. Раньше Миллиман был куда аппетитнее, даже на мужской взгляд. Симпатичная мордашка, сексуальная родинка на скуле, томный взгляд. Нормальный цвет кожи. Его было бы приятно потрогать, наверно…

 Об этом Хомфри старался не думать. Ведь он не гей.

Но он не мог не заметить, что теперь Лесли был бледным, под глазами залегли темные тени, он стал мрачнее и злее. Причем не таким злым и ядовитым, как Карлетто, а просто злым. И сильно похудел, но все равно с лицом «Меня сейчас стошнит» убегал из столовой.

Утешало одно – на Хэллоуин Лесли, как и все остальные пассивные парни школы, собирался быть в женском образе. Приклеенный на шею шрам, плетка на поясе, топор в руке и белое платье с пышной юбкой. И металлическим каркасом под юбкой, чтобы быть как перевернутый бокал.

Жуткая диета стала плюсом в том смысле, что платье на Лесли сидело идеально. А ненормальная, нездоровая бледность очень шла к образу Елизаветы Батори. Не хватало только прирезать какую-нибудь девственницу прямо на балу.

 К сожалению, девственниц в школе Хоули не было.

* * *

- Эй, - протянул Алан, возникнув из-за стеллажа с книгами. Конни поднял голову, уставился на него.

«Тот парень из гостиной», - подумал он и не подал вида, что смутился.

- Что читаем?.. – Алан был симпатичным, это факт. Но не красавцем, тоже факт. У него были коротко стриженые волосы и черные брови. Длинные черные ресницы. Тонкие губы, сжатые в нитку, будто их вовсе нет. И неприятный, липкий взгляд.

Конни, молча, поднял книгу со стола, продемонстрировав обложку. «Патология человеческого зла».

«Впечатляет», - подумал Алан, взял свободный стул, развернул его и оседлал задом наперед. Сложил руки на спинке и поставил на них подбородок.

- А почему не в зале, там же праздник готовят?

- Праздник будет завтра, а помогать мне лень.

- Ленивый, значит?

- Выходит, что так, - Конни повел плечом и попытался сосредоточиться на книге. Получалось плохо.

- Я Алан, - догадался представиться третьегодник.

- А я Конни, - фыркнул парень в ответ, Алан смутился, ему это не понравилось. Он не любил смущаться. Фолбаут уточнил, намекая, что пора оставить его в покое. – Это все, что ты хотел сказать?

- Нет, я хотел спросить, не хочешь ли ты завтра пойти на бал со мной?

- У меня есть парень, - пожал плечами Конни, впервые за долгое время радуясь, что Луис существует.

- Ты его отшил, я слышал.

«Ушастый какой…» - вздохнул Фолбаут.

- Я не танцую.

- Я тоже. Я просто спросил, не хочешь ли ты пойти со мной.
- Ты слышал ответ, - прием с «ну, как хочешь» не сработал, Алан буркнул про себя: «Вот гаденыш».

- Но если ты вдруг поругаешься со своим прекрасным парнем… Я всегда к твоим услугам, - сообщил слащаво и встал со стула, развернул его, как надо, задвинул за стол.

- Я запомню, - кивнул Конни, провожая его взглядом.

«Топай-топай», - подумал скептично.

«И все равно вы поругаетесь», - почему-то был уверен Алан, уходя и чувствуя взгляд в спину.

* * *

Люси отвязалась от надоедливой малявки Элли, оставив ее снова мучить Эверетта, а сама скрылась в комнате. Села за ноутбук и позвонила подругам.

- Господи, мы чуть не спятили… Как дела-то?! – возбужденно начала голосить Матильда, пока Анжела с Ким только подвигались к экрану.

- Отвратительно… Хотя, как сказать. Конни меня отшил.

Она поджала губы и отвернулась. Было обидно. Подружки замолчали, потеряв дар речи.

- В смысле «отшил»? – переспросила Анжела спокойно и вкрадчиво.

- В прямом. Вчера мы играли в «правду или дело», а сегодня дурацкий Миллиман рассказал ему, что я сказала.

- А что ты сказала?

- Я сказала, что не люблю Конни всерьез, что не собираюсь иметь с ним ничего серьезнее, чем школьная интрижка. Даже вряд ли буду мутить с ним дальше Рождества.

- Ты спятила? – сделав лицо «Ну ты вообще», уточнила Ким.

- Я ответила правду, таковы правила игры же! – разозлилась Люси.

- Ну вот. Теперь он не будет такой идеальной жертвой.

- Мне плевать. Я не хочу больше, - Люси скрестила руки на груди.

- Что значит «не хочу»?! – заорала Анжела, распихав всех и подвинувшись ближе к камере.

- То и значит! Это просто глупо выглядит! Мстить геям за то, что они геи?! Нет, я понимаю, что кто-то из них нас с вами обманул, зачем-то встречаясь и прикидываясь нормальными! Но мстить надо им, а не кому-то, кто понятия не имеет об этом! Они здесь, в этой школе, вообще наивные ромашки, тем более, мы выбрали ц-ц-ц, как самую легкую добычу. А ц-ц-ц не то, что девчонок не  обманывает, он и с парнями-то не общается ближе вытянутой руки. Я просто издеваюсь над ним, и он это понял из-за Миллимана.

- Вот подонок… - протянула Анжела.

- И я тоже подонок. Он в меня не влюбился, телки. Вообще не влюбился. Он просто обалдел, что к нему вдруг начали так сильно клеиться, и позволил мне поиграться пару месяцев. Но если бы влюбился, было бы еще хуже. Вы только представьте… Ким, Анжела, вот вы умные, Мотю не считаем. Вы представьте, что вы – наивный парень, которому нравятся мальчики. Вы ни сном, ни духом даже о том, что можно кого-то обманывать. Не скрываете свою ориентацию и ждете принца на белом коне… А тут появляется какой-то урод или уродка, влюбляет вас в себя, вы все такие на подъеме, типа «Ура!!! Мечта сбылась!» а он вас бросает, сказав, что и не любил никогда.

Ким молчала, Анжела тоже. Она посмотрела на сестру, на Кимберли… И промолчала. Матильда же тоже помялась и выдала скромно, немного картаво.

- Неприятно…

- Нас же бросали козлы, - Люси поставила локти на стол, сплела пальцы и поставила на них подбородок. Посмотрела в клавиатуру. – А эти парни об этом ничего не знают. Конни – точно. Так что, если он даже и бросит меня завтра, что он, по-видимому, собирается сделать, то обидно не будет.

- А если не бросит, брось его сама. Только осторожно, - вдруг выдала Ким немного грустно.

- В смысле? – у Люси глаза полезли на лоб.

- Ты права, он такого не заслужил. Какое нам дело до того, кто нравится этим ц-ц-ц? У них и так жизнь не сказка, предки стопудово мучают из-за голубизны. Никто из них такого не заслужил. Надо было просто разбить морды тем, кто нас бросил, - Анжела фыркнула, сжав кулак. – Сделай так, чтобы завтра он на тебя обиделся и бросил? Он будет считать, что ты подонок, но не будет обижен так, как если бы ты бросила его.

- Ладно, - Люси улыбнулась, обрадовавшись, что ее поняли.

- Потупили, и хватит, - Ким улыбнулась в ответ. – Ведь мы же старше, чем они. Должны быть умнее.

- Это не факт, - Люси вздохнула.

- Что случилось? – интерес в глазах девиц снова заблестел ярче бенгальских огней.

- Наш страшный-нестрашный трансвестит, - прикусив губу, пояснила Люси. – На английском сегодня говорили про стихи. Мы их сдавали в начале месяца. После экзамена зачитали самый крутой. Прикиньте, он написал. Правда, там такая любовь… Короче, понятия не имею, в кого он так втюрился, но обидно. Шансов точно нет, - она вздохнула, посмотрев опять в сторону.

- Не тебе написал-то? – выгнула бровь Ким.

- Мне? Ага. Здравствуйте, приехали. Я его раздражаю, а он мне любовные стихи посвящать будет? Угу, как же.

- Ты не помнишь стих? – с интересом вдруг спросила Анжела.

- Ни строчки, но было красиво, - Люси прокляла свою девичью память.

- Жаль… Могли бы разобраться. А как там Клейтон? – Ким улыбнулась.

- Нормально. Бродит тут где-то, последние экзамены сдал стопудово на отлично, готовился так сильно. Вчера, когда играли, Карлетто его целовал.

У Ким отвисла челюсть.

- Моего брата?.. Я его убью…

- Брата или транса? – Анжела захихикала.

- Транса…

- Да ладно, они не всерьез, - Люси махнула рукой. – А еще я завтра буду Эдвардом Калленом. Сейчас, вот, пойду в душ, покрашусь тональным шампунем. Буду бронзово-рыжая.

- Круто, - оценила Матильда. Она обожала Каллена, еще одна полоумная фанатка.

- А Карлетто будет невестой Дракулы. А наш учитель по праву, который вечно ставит ему десятки, будет самим Дракулой.

- Думаешь, между ними что-то есть? – Анжела округлила глаза, как лемур.

- Вряд ли, - голосом «Да не дай бог» отозвалась Люси. – Просто он попросил его быть Дракулой. Так эффектнее, Дракула же не может быть семнадцатилетним пацаном.

- Зато Каллен моложе и красивее Дракулы, - интимным голосом напомнила Ким.

- И что? – Люси потянулась, достала упаковку с шампунем из шкафа и принялась ее рассматривать.

- Пригласишь своего страшного-нестрашного транса потанцевать.

- Тут танцуют медленные танцы. Сначала вальс, или что-то такое. А потом просто медляки, - Люси была уверена, что идея бредовая.

- Ну во-о-от! – воодушевилась Анжела, сверкая глазами и скалясь. – Ты же танцевала с нами со всеми на выпускном! И вальс танцевала, и медляки!

- Угу, потому что твой парень нарочно попал под машину, чтобы с тобой не идти, - напомнила ей Ким.

- Да ну его. Но Люси умеет вести в танце. А медляки с ней вообще супер танцевать, она высокая!

- Он со мной одного роста, - отсутствующим голосом, не отвлекаясь от инструкции на шампуне, сообщила девица. – Ну, пара сантиметров разницы ничего не значит. Может, чуть ниже, но он всегда на каблуках. Так что рост мой не оценит.

- Плевать! Слушай, какая разница, а? Ты уже в мужской школе, учишься спокойно, почти совратила парня, а какого-то дурацкого транса боишься пригласить на танец?

- Дурацкий транс знает, что я девка, – это раз. Вся его семейка здесь в полном составе и будет сидеть за столом, смотреть на это – уже два. И он меня просто отошьет – это три.

- Его семья там?.. – Ким опять подвисла.

- И мать, и отец, и даже мелкая сестрица. Я ей, кстати, обещала потанцевать с ней.

- Вот и танцуй! А потом с ним! Ну не откажет он тебе, я уверена… Раз он такой страшный, не откажет!

- Он не страшный, сколько раз повторять?! – возмутилась Люси.

- Хорошо, не страшный, - утихла Анжела. – Своеобразный… На любителя…

- Так лучше, - девица успокоилась, а Анжела шепнула Ким на ухо.

- На любителя извращений.

Они похихикали.

- Ладно, хватит ржать уже, достали! – буркнула Рэйтон, и все сделали приличные лица. Умные даже. – Я пошла краситься, - она встала и потянулась выключить скайп.

- Не пригласишь его – значит слабачка! – крикнули ей напоследок и опять заржали.

- Вот и приглашу! – рявкнула Люси и, наконец, отключилась.

* * *

В субботу целый день кипела подготовка к Хэллоуину. Люси не рискнула высунуться из комнаты с бронзово-рыжими волосами, вообще ужасаясь тому, что получилось. Лицо выглядело таким бледным, что грима, кажется, не требовалось.

А Клейтон все же вышел, чтобы принести хотя бы пару пирожков из столовой. Там гудело все, Линда с остальными поварихами носилась по кухне, изредка, как гиппопотам, топая возле витрин.

Эверетт проснулся не так, как хотелось бы. Ему бы очень хотелось проснуться рядом с кем-нибудь, чувствуя чужое тепло…

Но проснулся он от того, что по его кровати прыгала Элли, прибежав из корпуса для тех, кто приехал навестить учеников.

Он выгнал ее, наорал, потом получил втык от родителей, наорал и на них, помирился, а потом бросился в душ, протискиваясь сквозь мокрые тела уже побывавших там. Наткнулся на Лесли, которого немного пошатывало от голода.

- Эй, Миллиман! – Эверетт удивленно поднял брови, закрывшись в любимой кабине. Брезгливо включил воду, чтобы смыть капли, упавшие на стены с чужого тела. – Ты прям, как скелет, заболел? – он хмыкнул, а Лесли передразнил его хмыканье и показал средний палец.

«Какие мы дерзкие стали», - подумал Карлетто, закатывая глаза.

Вечером, когда все уже собрались в зале, Люси наконец рискнула еще раз пробраться в душ, чтобы постараться отмыть такой яркий, красный оттенок. Получилось, но плохо, так что на бал Эдвард Каллен явился красный, как пламя. В черной рубашке, в белых джинсах и шикарных мужских туфлях.

- Мама, смотри, вот он хотел со мной танцевать! Правда, Луис?! – к нему бросилась Элли, выряженная в белое платье. Глаза у нее были подведены черным, так что выглядела младшая Карлетто просто милашкой.

- Обязательно потанцуем, как только все начнется, - пообещал Луис, оставив ее и поискав взглядом Конни. Тот стоял с бокалом чего-то шипучего (в Спрингфилде учителя ни за что не разрешили бы пить алкоголь, а вот в Хоули привезли еще с утра ящики с вином и шампанским). Сама директриса в образе темной ведьмы сидела во главе П-образного стола, составленного из нескольких столов по периметру большого зала. Наверняка раньше этот зал и использовали для таких больших приемов. Вся школа собралась, младшекурсники шныряли тут и там, тыря бокалы с шампанским. Были даже приглашенные официанты, бродившие по залу с подносами.

Подходить к парню Люси из принципа не стала, решив, что пусть начинает обижаться прямо сейчас. Она наоборот нашла взглядом Навиэля и пошла к нему, лавируя между людьми. Музыка играла пока что фоном, искусственная, из колонок, так что не мешала. Но в углу зала, на небольшом помосте уже собрались музыканты.

«Неужели будет живая музыка?» - подумала Люси, поражаясь размаху праздника. Под потолком висели гирлянды из бумажных летучих мышей, столы были накрыты бордовыми скатертями и усыпаны мелкими «привидениями» из фольги. Тыквы стояли тут и там, а огромная люстра создавала такую атмосферу, что в голове Рэйтон снова пронеслось «Точно Хогвартс…»

- Привет, Навиэль, - она улыбнулась, тронув его за плечо. Парень обернулся, держа под мышкой милейшее чучело кота с зашитыми глазами, улыбнулся тоже.

- Луис! – он уставился на Рэйтона, безусловно, более шикарного, чем какой-то Эдвард. Только волосы уж чересчур… Красные.  – Клыки отпад, - оценил, а Луис еще раз улыбнулся, так что клыки, выглядящие, как настоящие, тронули нижнюю губу.

- Ты тоже супер, - заверила девица, рассматривая блондина. На нем было непозволительно короткое черное платьице с белым воротничком, застегнутое на все пуговички. Пародия на одежду приютских девочек. А белые волосы распущены, только заколоты с одной стороны двумя заколками с вожделенными черепушками. Сандалии и белые гольфы. – Просто вылитая Ленор, - она заверила, они похихикали, и Вудса снова кто-то отвлек. – Еще увидимся, - пообещал Луис и снова двинулся по залу.

Лесли, бледный до серости, медленно передвигался по залу, осторожно шагая в своем огромном белом платье с черными бантами.  К нему Луис подходить не стал, обиженный на то, что Миллиман проболтался Конни. Конни же, делая вид, что не замечает своего «парня», отвернулся.

Директриса наконец дождалась, когда все соберутся, поднялась и постучала вилкой по бокалу.

- Тишина, пожалуйста! – попросила. – Итак, сегодня в школе Хоули мы счастливы видеть всех наших учеников и их родителей, собравшихся здесь, чтобы отпраздновать Хэллоуин. Этот праздник издавна, с самого создания Хоули считался главным после Рождества, так что я осмелюсь похвастаться… - она улыбнулась, родители, сидевшие с правой стороны П-образного стола, засмеялись.

- Похвастаться нашими декорациями. Вы не представляете, сколько тыкв и мышей ушло на то, чтобы украсить весь зал! А так же хочу представить вам ансамбль, который сегодня сыграет для нашего бала. Я надеюсь, вы успели повторить движения вальса? – она улыбнулась всем так заразительно, что Люси поняла – она обожает эту школу и эту директрису в высокой, ведьмовской шляпе. – А раз все уже собрались, я объявляю праздник Хэллоуина открытым! – кто-то выстрелил хлопушкой, и директриса уставилась на главный вход, расположенный как раз напротив ее высокого кресла во главе буквы «П». – А бал начнет самая лучшая пара по меркам Хэллоуина. Наш всеми любимый преподаватель - мистер Джонатан Даблти и его лучший ученик, - она взглянула на чету Карлетто. – Эверетт Карлетто.

Двери открылись, и на входе нарисовалась парочка, все ученики разошлись, освобождая зал.

- Граф Дракула, - нарочно хриплым голосом представился мистер Даблти, поправив директрису. Он поклонился, одну руку убрав за спину, а вторую вытянув и опустив. Его волосы были гладко зачесаны назад, костюм был достоин настоящего Дракулы. Люси округлила глаза, поймала, наконец, Клейтона и шепнула ему в ухо.

- Вот это праздники у вас…

- Я знал, что тебе понравится, - парень улыбнулся. Один его глаз закрывала черная повязка, на голове красовалась красная бандана, а вообще, Хомфри был пиратом. Полосатые гольфы, коричневые туфли с пряжками, расстегнутая белая рубашка и меч на поясе.

- И графиня Дракула, конечно же, - директриса улыбнулась, махнула ансамблю и села в кресло, поправив свое платье.

«Графиня Дракула» тоже вытянула одну руку вперед, второй придержала подол черного платья с тут и там приделанными алыми розами. Сделала реверанс и повернулась к «жениху».

- Леди Дракула, позвольте пригласить вас, - прохрипел мистер Даблти театрально и предложил Эверетту руку, затянутую в белую перчатку. Люси просто ни слова выдавить не могла.

«Я его не приглашу. Я под поезд брошусь, но ни за что не приглашу Карлетто на танец», - подумала она. Ей было слабо, учитывая размах его костюма.

- А ноги у него бе-е-е-елые, - хихикнул Клейтон, рассматривая и впрямь белые, гладкие ноги Карлетто. Платье едва доставало до колен, но было пышным, с кучей нашивок в основном красных оттенков. Высокий корсет закрывал грудь, плечи и руки были, как всегда, открыты.

- Неужели эпиляция?.. – хмыкнула Люси о своем, личном, взяв для смелости бокал с шампанским и потянув его ко рту.

Музыка, наконец, заиграла, и милая пара закружилась по залу, дотанцевав даже до той части стола, где сидела директриса. Она принялась хлопать, как только вальс разошелся. Потом захлопала веселящаяся Элли, которой просто дико нравилось платье братца. Затем его родители, а после – весь учебный состав зааплодировал мистеру Даблти.

Люси вспомнила слова Конни о том, что за женскими па можно обратиться к Лесли или Эверетту. Не смогла не согласиться, потому что даже в туфлях Карлетто умудрялся не спотыкаться, а будто плавать по воздуху.

- Видимо, его предки, когда он стал трансом, отдали его в школу танцев не на мужскую роль, а на бабскую, - шепнула она Клейтону, а он хмыкнул.

Музыка закончилась, и парочка замерла под аплодисменты посреди зала. Дракула наклонил свою невесту, обнажив ее шею, и театрально укусил.

На самом деле всего лишь сделал вид, но было, и правда, красиво.

Ансамбль снова заиграл, а мистер Даблти, поцеловав руку «невесты», ушел за стол к учителям. Эверетт скрылся где-то в толпе учеников, пробираясь к родителям и собираясь укусить хотя бы что-нибудь съедобное, а то с утра ничего не ел.

- Ну как? – немного запыхавшись, осведомился мистер Даблти у директрисы, а она и все учителя женского пола принялись расхваливать его.

- О, прекрасно… Вы, правда, были потрясающи. Да и Эверетт прекрасно танцует, вот везет же нам, что в школе есть такие юноши. Талантливые…

- Охренеть, трансвеститы пользуются популярностью, - заметила Люси, глядя, как Лесли приглашают и приглашают на танцы. Из всех пассивов только Саймон был в мужской роли Икабода Крэйна, главного героя «Сонной Лощины». Ему безумно шло, но он, как и Конни, не танцевал. Не любил.

- Ну а с кем еще танцевать-то? Не друг с другом же. Я вот никого не буду приглашать, так хоть поем, - фыркнул Клейтон.

- А почему бы и не пригласить? Вон, Миллимана только что оставили в покое. Ему, кажется, плохо, может, пойдешь, подхватишь даму в полуобмороке? – предложила Люси, хихикнув.

Лесли, и правда, было не по себе, голова кружилась, корсет стягивал до удушья. Он прислонился к колонне и взял бокал с холодным шампанским. Вот это был кайф.

- Да он сейчас оглянуться не успеет, его третьегодники утащат в свой корпус. Потом опять будет верещать, что его пытались совратить.

- Ну, как знаешь. Я пойду, брошусь Конни.

- Чего сделаешь? – Клейтон выгнул бровь, незакрытую повязкой.

- Брошусь Конни. Ну, сделаю так, чтобы он меня бросил, - пояснили ему со сладкой улыбкой. – Тем более Навиэль отказывается танцевать со всеми. Может, со мной согласится.

Она поставила пустой бокал на стол и пошла к Навиэлю, который стоял и ломался перед каким-то второгодником, отказываясь под предлогом, что ему не с кем оставить свою миленькую кошечку. Трупик кошечки, впрочем, не возражал, чтобы его оставили в покое и положили на место.

- О, Ленор, ты разбила мое сердце, склей его обратно, - «Эдвард» возник неожиданно и очень близко. Практически прилег на колонну вертикально, сползая по ней красиво.

- О, Эдвард, у тебя ж тут где-то Белла шлялась, - не менее трагично вздохнул Вудс, радуясь, что удалось отвязаться от второгодника.

- Беллы нет, осталась Гермиона. А она, как видишь, не танцует, - пояснил «Каллен», глянув на Фолбаута и вернув взгляд снова к Навиэлю. – Не окажешь мне услугу, разрешишь пригласить тебя?

- О, конечно, - чучело кошки оставили на усмотрение мисс Закари, которая взирала на «подарочек» с ужасом.

Луис повел Навиэля танцевать, причем полностью уверенный в своих силах. «Ленор» обняла его за шею, «Эдвард» обнял «Ленор» за талию. И пошло-поехало само собой.

- А почему Фолбаут не танцует? – не понял Навиэль.

- Не знаю, это ты мне скажи. Он сказал, что не умеет и не любит.

- Да ладно?! Он умеет прекрасно, - Вудс хлопнул ресницами. – Не знаю, что за бред на него нашел…

«А я знаю…» - вздохнула мысленно Люси.

Эверетт пытался отмазаться от сестры, но та звала его потанцевать.

- Ну как я буду с тобой танцевать, на мне же платье! – отговаривался он, ему поддакивала Эсмеральда.

- Ну и что-о-о-о… - ныла девочка. – Брат ты мне или не бра-а-ат…

- Меня усыновили… - тихо-тихо прошептал Эверетт и отвернулся.

- А Фолбаут не заревнует, что ты со мной танцуешь? – Навиэль подленько улыбнулся. Это в нем было – страсть везде быть самым лучшим и сексуальным. И ему это неплохо удавалось. Луис наклонился чуть ниже, к его уху, и шепнул.

- Я хочу, чтобы он меня бросил. Вот и танцую с самым красивым парнем в школе, понимаешь? – он хихикнул, а Навиэль порозовел. Прикусил губу.

- Ну тогда, может, я тебе помогу? – предложил он.

- Как? – Люси сделала вид, что не поняла, качаясь в ритм песни и обнимая парня достаточно крепко. Прижимая близко.

- Наклонись, и сделаем вид, что целуемся, вот он и взбесится, - пояснил Навиэль.

- Ну ладно… Но только сделаем вид, - Люси прекрасно знала, что Вудс не сдержит обещания, но решила все же поставить это никому не нужное условие.

- Окей, - Навиэль улыбнулся, а когда «Луис» наклонился к его губам, все же прихватил их своими. Сладко и влажно, потому что он только что пил пунш. Люси даже прибалдела от ощущения, совсем не похожего на поцелуи с Конни.

Но он ее как раз и отвлек, дернув за плечо и развернув к себе.

- Какого черта?! – никогда и никто не видел Фолбаута в такой ярости. Скулы покраснели, глаза горели, так что он стал вдвое симпатичнее, чем был на самом деле.

- Я… Мы просто увлеклись, - Люси сделала спокойный равнодушный вид. А Навиэль спрятался за ее спину и шкодливо лыбился, трогая губы пальцами.

- Увлеклись, значит?.. – Конни прищурился. Усмехнулся, посмотрев на кучку третьегодников у большого окна. Нашел взглядом Алана. – Ну что ж… Увлекайтесь дальше, желаю удачи. Без меня, Луис, - выдал он, развернулся и пошел было к третьегоднику, чтобы согласиться на танец и тем самым послать Рэйтона к черту… но остановился на полпути и улыбнулся.

- Хотя нет, подожди. Ты, скотина такая, лижешься с кем попало, а я просто тебя брошу?.. Ну уж нет… - музыка, казалось, тоже стихла, как и весь зал, уставившийся на эту сцену. Эверетт высоко и удивленно поднял брови, глядя на парочку.

«Если он ей врежет, это будет юмор», - подумал он, прекрасно зная, что у Фолбаута рука тяжелая.

Звук пощечины и вздох ужаса Навиэля подтвердили его догадки, Карлетто поморщился.

«Больно, наверно…»

«Луис» держался за щеку, волосы завесили ему лицо, но, в общем и целом, он был доволен. Возмущенная, но отмщенная «Гермиона» удалилась общаться с третьегодниками, которые могли по достоинству оценить ее стоимость на рынке девственников. Конни тоже был втайне доволен. Он обиделся на Луиса настолько, что до сих пор только и ждал повода расстаться с ним.

- Топай-топай, - хмыкнула Люси, принимая от Навиэля бокал с холодным шампанским.

- Приложи к щеке. Больно, да? – пожалел Вудс, трогая ее лицо пальцами.

- Да ничего. Все нормально.

- Он опсихел вообще, - Клейтон возмутился, подойдя к девице и рассматривая ее щеку. Ну, покраснела чуть-чуть, но скоро пройдет.

- Я ему изменил, - трагично буркнул Луис. – И был наказан. Это еще хорошо, что у него когтей нет, - она поморщилась, а Клейтон улыбнулся. Да уж, те четыре царапины он сам помнил прекрасно.

- Да, тебе безумно повезло, - ехидно согласился низкий чистый голосок с придыханием. Карлетто, как всегда, нарисовался там, где его меньше всего хотят видеть.

Музыка заиграла намного громче, чтобы больше не допускать скандалов и ругани, и все снова увлеклись друг другом, едой и болтовней.

Клейтон покосился на Лесли, который не мог даже сесть в этом платье, только стоять, потому что мешал огромный металлический каркас под юбкой. Он обмахивался веером, который был пристегнут к белой перчатке на его руке. Ему было жарко, плохо и вообще. Он не ел третий день, не считая месяца диеты до этого.

- Эй, вам не кажется, что Лесли нехорошо? – вдруг тоже обратил внимание Луис, кивнув на парня. Навиэль обернулся обеспокоенно, глянул на друга и пошел к нему быстро. Клейтон зачем-то пошел за ним.

«Натурал, натурал…» - подумала Люси не к месту, но в тему.

- Лесли? Ты как? Все окей? – Вудс к нему подошел и приложил ладонь ко лбу друга. Лоб просто горел, глаза у парня закрывались.

- Мне плохо. Очень, - сообщил он тихим голосом, прислонившись к колонне, но уже сползая по ней. Навиэль его не смог бы удержать в силу отсутствия мышц на руках.

- Эй! Эй, ты чего?! – он попытался парня подхватить, но не вышло, так что Клейтон уже забыл про свою ориентацию, про чужую ориентацию, и сам подхватил Лесли, который тут же повис безвольно, потеряв сознание.

«Ишь ты, хитрый какой, подхватили, так можно и в обморок упасть», - подумал Эверетт, расценив это как расчет. Но когда Навиэль подбежал к мадам Прескотт, зашептал ей что-то на ухо, дамочка встала и пошла за медсестрой, которая в это время стояла возле стола и хихикала с учителем физкультуры. Показала на Клейтона, в растерянности державшего «даму», которая была в состоянии куклы. Лесли утащили в медкабинет, а Люси удивилась.

- Что с ним? – спросила чисто риторически, ни у кого конкретно, потому что Клейтон и Навиэль унеслись за медсестрой и физруком, который унес Лесли на руках, как невесту.

- Выпил много? – предположил Эверетт, стоявший рядом, так что Рэйтон вздрогнула, не ожидав услышать ответ именно его голосом.

- Может, - Люси пожала плечами, а потом спросила будничным голосом, сама не веря, что решилась. – Потанцевать не хочешь? – не глядя на него. А Эверетт помолчал, слушая музыку. На помост вышла солистка ансамбля вместо солиста и тихо запела что-то готичное.

- Неужели ТЫ меня приглашаешь? – он тоже не смотрел на «Луиса», потому что боялся, что покраснеет. Сердце опять пропустило удар, как это бывало каждый раз, когда они оказывались слишком уж близко. Сейчас еще даже не оказались, а уже начиналась паника.

- Я просто люблю эту песню, - начала Люси, наклонила голову к плечу и посмотрела на него. – Ну, хочешь или нет? Я не буду уговаривать, - она хмыкнула.

- Ну, тогда да, конечно, - ехидно согласился он и принял протянутую ему руку, позволил утянуть себя в толпу. Конечно, в центр, зачем танцевать где-то на обочине.

Правую руку он положил «Луису» на плечо, а левую вложил в руку «парня». Люси же вспомнила, как танцевала с  Анжелой, и положила левую руку ему на талию. Так что пришлось шагнуть ближе, а не на расстояние вытянутой руки, как они стояли. Солистка, казалось, смотрела именно на них, потому что выбрала самую симпатичную пару. Более того, ей просто доставляло смотреть на «невесту Дракулы».

- Он обещал танцевать со мной, а не с Эвереттом! – Элли уселась на стуле обиженно, выпятила нижнюю губу и скрестила руки на груди. Эсмеральда удивленно глянула в центр зала и обнаружила, что ее сын и правда танцует с каким-то симпатичным юношей. Переглянулась с мужем и братом, улыбнулась уголками губ. Эдмонд вздохнул, посмотрев на «кавалера» Эверетта. Нашел его если не красивым, то очень симпатичным для парня. И достаточно высоким, да. Сойдет.

- Вот будет тебе семнадцать… - завела свою шарманку Эсмеральда, а Элли заткнула уши.

- Еще пять лет ждать?!

- Вот именно, через пять лет будут парни еще красивее. И у тебя будет самый лучший, - заверил ее отец.

- Вот именно, - поддакнула мать, и Элеонора успокоилась, принявшись фантазировать на тему будущего парня.

Эверетт на «Луиса» не смотрел, хотя чувствовал, что прижимаются они друг к другу довольно близко. Люси на него тоже не смотрела, глядя почти в сторону. Было безумно стыдно, а еще между ними повисло какое-то напряжение.

- Расслабься, - вдруг выдала она, сама не ожидав.

- А? – Карлетто очнулся, а потом выгнул бровь. – В смысле?

- В прямом. Чего ты паришься? На нас даже не смотрит никто, - Люси снесло башню, это понял даже вернувшийся из медкабинета Клейтон, стоявший у колонны. Он уже догадался, что когда девица паникует или волнуется, ей начинает рвать крышу, и она импровизирует без понятия о том, что будет дальше.

- Я не… - обычное красноречие и остроумие Эверетта куда-то подевалось, а Люси просто переложила его левую руку себе на плечо, а свою правую опустила однокурснику на талию. Притянула ближе, так что он вздрогнул и согнул локти, чтобы не вытягивать руки, как идиот.

«Что-то как-то очень близко», - подумал он, сглотнув нервно.

«Что я вытворяю», - подумала она, не веря, что это все происходит на самом деле.

- Твоя сестра здесь еще надолго? – уточнил «Луис» автоматически, шепнув это парню на ухо.

- До понедельника, - вздохнул он тоже в районе ее уха.

- Она меня теперь убьет. Жестоко, скорее всего…

- За что? – он усмехнулся.

- Я же обещал с ней танцевать.

- Ты обещала, - подтвердил он, вспомнив. Было все еще очень и очень сложно успокоиться, заставить тело не быть деревянным и просто прижаться поближе. Не-ре-аль-но.

«Это все просто не-ре-аль-но», - подумал Эверетт про себя.

- У тебя такие родители… - протянула Люси.

- Ужасные, я знаю, - быстро сказал он, соглашаясь заранее.

- Нет, просто очень… Необычные. Такие красивые, - выдала Люси вдруг честно, так что он удивился. – Мои совсем обычные. Да и у всех, кто тут сейчас есть, предки самые обыкновенные. А у тебя – нет.

Было странно разговаривать без ехидства и не стараясь уколоть. Или ударить побольнее. Но это было приятно, точно. Недоверчиво, на тупые темы, но приятно.

- Если бы ты жила с ними, ты бы так не думала, - заверил ее Эверетт, вспоминая ежегодные банкеты родителей. Это были просто готические праздники какие-то.

- Наверно… Слушай, можно тебя попросить? – «Луис» интимно говорил своим низко-сиплым голосом, так что Эверетт даже закрыл глаза, пользуясь тем, что Люси не видит его лица точно так же, как он не видит ее.

Он хотел сказать: «Смотря о чем». Но передумал.

- Ну, рискни, - хмыкнул.

- Покажешь мне потом свою татуировку? Просто заметила тогда, когда играли в четверг, но не рассмотрела.

- Ну… - транс просто не ожидал. – Ладно. Покажу потом. Как-нибудь…

- «Через годик»? – Люси ухмыльнулась.

- Ну, хочешь, прямо сейчас покажу? – он закатил глаза. – Платье придется снимать только.

- Тогда подожду, - пафосно заверили его.
Солистка перестала петь, но они еще не отодвинулись, когда свет в зале выключился, кто-то взвизгнул. Люси готова была поклясться – это был Навиэль. А за огромными окнами зала, где раньше темнела ночь, вдруг взорвались красные и золотые фейерверки.

В зале горели теперь только свечи, поставленные в тыквы.

- С Днем Всех Святых!!! – громко поздравила всех сразу директриса, перекрывая громкий слаженный «Ох…»

Тут же все начали повторять, поздравляя друг друга.

- С Днем Всех Святых, - выдал Луис.

- И тебя, - все еще не отрывая взгляда от фейерверков, отозвался Эверетт. Зато они, наконец, отодвинулись, и можно было расслабиться, не чувствуя дикой концентрации флюидов.

Ночь продолжилась уже не как бал и праздник, а просто, как фуршет. Огромный. Так что Навиэль вместе с Саймоном пробрались к центру зала и заговорщицким шепотом принялись совращать всех. Совращать, чтобы поиграть в прятки.

- Я пойду, - кивнул Луис, потом увидел Элли, которая держала за руку Саймона. – Она тоже идет?! – ужаснулся «парень».

- Ну конечно, - Навиэль улыбнулся. – Обалденно в прятки играет. Всех найдет.

- Это точно, - вздохнул Эверетт. Ему ни разу не удавалось спрятаться от нее. Ни играя, ни в реале. – Я тоже играю.

- Ладно, тогда дуйте в коридор первого этажа, мы скоро придем, - Навиэль подтолкнул их к выходу, так что Люси машинально взяла противного транса за запястье и потащила за собой из зала. Он сначала на автомате шел за ней, а потом уставился на их руки и опять смутился.

- Эй, вы куда? – Клейтон вытаращился на эту картину.

- В прятки играть, - бесцветным тоном ответил Эверетт, проходя мимо него. Еще в ступоре.

Клейтон ненавидел прятки, но решил, что надо за ними присмотреть на всякий случай.

- Я с вами, - потащился следом и догнал Люси, она обратила на него внимание и руку Эверетта выпустила.

«Вот ты урод», - подумал парень, обращаясь к Клейтону.

Собралось человек двадцать, остальные предпочли потусоваться в зале и халявно выпить.

- Значит так… Водить буду я и Элли, - Навиэль тронул плечо девочки и улыбнулся. Как ни странно, ему отлично удавалось найти с ней общий язык. – Прятаться можно только на первом и втором этажах, потому что дальше мне бегать лень. Да и места полно, вам хватит, - он фыркнул. – Считаем только до ста, а вы пока дуйте, прячьтесь.

- Считай единицами, - напомнил Эверетт Элли, которая тут же шаркнула ножкой и опустила глазки.

- А как еще? – Луис выгнул бровь.

- Обычно она считает: «Десять, двадцать, тридцать… Сто».

- Понятно, - девица усмехнулась.

- Кончайте болтать, а? Все, начали, - Навиэль отвернулся к стене, закрыл глаза, заставил отвернуться и жульничавшую Элли. Принялся считать громко, чтобы засуетившиеся старшекурсники не заподозрили его в обмане.

- Пошли, - шепнула Люси, опять хватая вредину транса за запястье и таща за собой.

- Куда, блин?!.. – зашипел он, тем не менее, тащась за ней. Тащиться приходилось быстро, почти бегом.

- Не знаю. Я не знаю эту школу, а ты знаешь, вот и скажи, где можно спрятаться, - пояснили ему. Эверетт выглянул из-за колонны, посмотрел в конец коридора. Туда, где стояли два дивана, шкаф с книгами, шахматный столик и висела картина.

- Туда? – повел плечом, предлагая.

- Найдут сразу, - Люси прикусила губу, осматриваясь.

- Нет, там за поворотом тупик, а в тупике есть такая штука… - он попытался объяснить, но забил. – В общем, пошли быстрее, - теперь уже он потащил «Луиса» по коридору, стараясь не ступать на пятки и не цокать каблуками.

Навиэль отставил одну ногу, уже задолбавшись считать. Дошел до семидесяти трех, вздохнул, отдышался и продолжил.

- Почти все пошли на второй этаж, - сообщила Элли шепотом. Она подглядывала, не до конца опустив ресницы.

- Отлично, - Вудс усмехнулся.

- За колонной пустое место, типа ниши, - пожал плечами Эверетт, подойдя к тупику, где не горел свет.

Люси заглянула за колонну. И правда, вместо стены там был узкий и не слишком высокий проем, непонятно, для чего сделанный. Может, раньше там стоял сундук или несколько сундуков. Но теперь поставили лишнюю колонну, которая в отличие от остальных была декоративной.

- Залезай, - подтолкнула транса к проему, так что он вздохнул и с некоторым усилием протиснулся между колонной и стеной.

Люси залезла следом, прижалась к стене и затихла. Пахло пылью и чем-то еще замогильным. Как будто они спустились в подвал, но это было только ощущение. Эверетт сполз было на пол, чтобы сесть, но ему иронично напомнили.

- А если здесь пауки?.. – и он вскочил на ноги моментально, отряхивая платье от пыли.

- Не вижу никаких пауков, - мрачно прошипел.

- Тебя я тоже не вижу, но это же не значит, что тебя тут нет, - сообщили ему. Хотя это было не слишком удачное сравнение. К паукам «Луис» не стоял вплотную.

Раздались шаги в тупике, и они оба мгновенно заткнулись, постепенно привыкая к темноте и начиная различать хотя бы друг друга.

- Нет никого?.. – Навиэль шепнул Элли, а она заглянула за все диваны, шкафы.

- Неа, - разочарованно протянула. – Ладно, пошли на второй.

Они ушли, а Люси не сдержала хихиканье, которое Эверетт невольно подхватил.

- Всегда знал, что она тупая, - сообщил он, собираясь выглянуть из-за колонны, но его схватили за юбку и дернули обратно, чтобы не сдал. Вдруг Элли не ушла.

- Зато теперь нас точно не найдут первыми, - логично сообщил «Луис».

Потолок немного трясся, Эверетт посмотрел наверх и вздохнул.

«Вот слоны».

Там танцевали оставшиеся ученики.

И тут вдруг хихиканье стихло, Эверетт уставился на колонну, опустив взгляд. Черт… Как же так. Они опять как-то слишком близко в этой дурацкой нише. Тесной и темной, такой темной, что он различает только очертания, да и то, потому что у «Луиса» на лице белый грим, а на ногах – белые джинсы.

Люси поклялась, что больше никогда не будет играть в прятки, потому что помимо воли покраснела, рассматривая белую шею, плечи и ключицы, которые открывало платье. Руки. Лицо, повернутое в профиль и выбеленное еще сильнее, чем оно есть, гримом.

Она подняла руку и дернула посильнее сначала за один клык, потом за второй, отдирая их от собственных зубов. Облизнула их. Оба клыка болели из-за специального клея.

Эверетт на это посмотрел и хмыкнул.

- Тоже неудобно? – отодрал от своих клыков точно такие же накладные, уронил их на пол, не особо заботясь о том, что это противоречит уставу школы. «Не мусорить» было написано где-то там.

- Типа того, - кивнул «Луис», снова привыкая к своим зубам. «Или не совсем…» - подумала Люси про себя.

Клейтона нашли первым, поэтому сейчас он помогал Навиэлю и Элли искать спрятавшихся. Зашел в тупик, посмотрел там же, где смотрела Элли.

У Эверетта сердце билось где-то в горле, воздуха стало как-то слишком мало, а ниша, кажется, нагрелась. И он совсем не был уверен, что так реагирует только на то, что по тупику кто-то ходит.

Клейтон шестым чувством чуял, что там кто-то есть, но никого не мог найти. Потом подошел к картине на стене и покосился за колонну краем глаза. Увидел голую ногу, обутую в красную «лодочку».
«Карлетто?!» - он прибалдел и собрался уже вытаскивать транса оттуда, но увидел еще одну ногу. Затянутую в белые джинсы. Вот тут Хомфри просто дар речи потерял.

Но заставил себя забить, сделать вид, что ничего не видел, и выйти из тупика.

Эверетт с Люси облегченно выдохнули.

- Я хочу тебе кое-что сказать, - наконец выдал он, кусая  губу и не решаясь.

- А? – девица ушам не верила. Если он сейчас скажет то, о чем она думает, мир взорвется. Это будет Армагеддон и вообще, все такое.

- Обещай, что не будешь бить по лицу, - попросили ее с усмешкой.

«Нет, это не то, что я думала», - поняла Люси, но осознала уже, что «это» будет неприятным.

- Посмотрим, - прищурилась.

- В четверг, когда мы играли в «правду или дело»… Помнишь? – уточнил Эверетт шепотом, чтобы очередной ищущий их не обнаружил.

- Ну.

- Перед тем, как вы с Хомфри пошли играть, ты закрыла дверь на ключ, - он буквально издевался над собой, заставляя себя признаться. Просто не мог делать вид, что ничего не было.

- Ну! – Люси уже начала злиться.

- Ты в комнате раздевалась, - последние пару букв Эверетт проглотил, по-прежнему не глядя на «Луиса». – И думала, что тебя никто не видит, и… - он замер, рассматривая колонну, и тут же почувствовал, как его за шею прижала к стене чья-то рука.

- Ты был там?! – Люси чуть не заорала шепотом.

- Я не хотел подсматривать, честно, - заверил он, повернувшись и теперь уже отчетливо видя лицо «Луиса» перед собой. Рука на шее немного расслабилась. – Я просто зашел кое-что посмотреть у тебя… В ноутбуке, - он скромно пояснил, и тут же снова вжался в стену, чтобы его не придушили. – А ты вернулась раньше, и мне пришлось спрятаться, - между каждым словом была такая пауза, что Люси даже прониклась его честностью.

- И ты, зараза, видел меня голой… - заключила она.

- Не совсем, - он все же ехидно уточнил, не удержался. – Кое-что на тебе все же было.

Люси замахнулась, но он быстро округлил глаза и напомнил.

- Ты обещала не бить по лицу!

Рука опустилась, вторая тоже, но Люси осклабилась.

- Ладно… Но раз уж такое дело… Раз уж ты знаешь обо мне то, чего знать не должен… Ты теперь обязан тоже ответить на любой мой вопрос. Честно ответить. И не отказываться от ответа, - выдала она.

- Ты еще не все обо мне знаешь? – он ухмыльнулся ядовито.

- Я уже извинялась за дневник, - она напомнила мрачно.

- Ладно, спрашивай, - он повел плечом, уверенный в том, что ничего такого запредельного она спросить просто не может.

- Кому посвящен стих с английского? – это было очень самоуверенно со стороны Люси. Вдруг не ей? Но очень уж хотелось знать. А Эверетт просто примерз к месту, уставившись на подлого «Рэйтона».

- Никому, - выдал наконец. – Это просто задание по английскому, вот и все, - пожал плечами.

- Ты достал врать! – рявкнул «Луис» и принялся вылезать из ниши, но его схватили за локоть, вернули обратно.

- Ну ладно, подожди! Подожди… - Эверетт прикусил губу и опять посмотрел куда-то в сторону. – Мы же сдавали эти стихи в начале октября еще. А тогда… В общем… Я не знаю почему, но меня так бесил твой дебильный Фолбаут… Просто раздражал.

- Я тебе нравлюсь? – выпалила Люси, глядя на него прохладно, делая вид, что ей плевать.

- Размечталась! – фыркнул Эверетт.

- Понятно. Я пошла, - она опять сделала шаг к колонне.

- А я тебе? – тихо и скромно спросили напоследок.

- Размечтался, - фыркнула Люси, обернувшись.

- Поцелуй меня, - ее тронули за руку, потянув обратно. Эверетт сам себе не верил, что только что это сказал, но все же слышал свой голос и вынужден был признать.

«Вырвалось…»

- Не хочу, - Люси хмыкнула, рассматривая его в упор. То глядя в глаза, то глядя на губы. И успела перехватить руку, которая уже почти отвесила ей очередную пощечину.

- Врешь! – обвинил Эверетт уже громко, но все еще не переходя с шепота на нормальный голос. Шепотом крикнул. И замер, забыв моргнуть и вдохнуть, когда к нему все же прижались ближе.

- Подожди, - пальцы свободной руки коснулись губ «Луиса», не давая возможности все же поцеловать.

Люси аж тряхнуло, потому что это было как-то слишком. Очень близко, очень жарко и не так, как с Конни.

- Почему? – она не поняла, какого черта еще нужно ждать.

- Просто… - он улыбнулся даже смущенно. – Этот момент… Перед самым поцелуем. Хочу почувствовать.

«Предвкушение иногда лучше, чем сам поцелуй», - вспомнила Люси, что ей когда-то кто-то говорил. Кажется, это была Ким. Пальцы с ее губ убрались, коснулись щеки, и девица наконец поверила, что это все происходит всерьез. Взаправду. Рукой очень осторожно и неуверенно тронула плечо теперь уже совсем не противного транса, большим пальцем провела по его ключице и наклонила лицо поудобнее. Эверетт закрыл глаза, сгорая от стыда, что выглядит совсем не так развратно, как его выставляют второгодники.

Если бы это было кино или мультфильм студии Дисней, то в этот момент обязательно взорвалась бы розовая вспышка, казалось Люси. Потому что было волшебно, просто невообразимо. Сладко и приятно, губы у Эверетта горели, а сам «Луис» задыхался от того, что все же решился. Отпустил руку парня и прижал его за талию к себе, а транс мгновенно обнял девицу за шею, сгибая локти и зарываясь пальцами в красные волосы. Люси вжала его в стену, как будто слегка приподняв, с нажимом напала, так что Эверетту только осталось приоткрыть рот и позволить себя целовать.

Это было не противно, как он думал, целоваться с девчонкой вовсе не значило нападать, можно было и принимать, задыхаясь без воздуха, отстраняясь, чтобы вдохнуть, и снова целуясь, как сумасшедшие.

И вдруг Люси ойкнула, отшатнувшись, а Эверетт схватился за губы. Обоих ударило током, непонятно только, от кого он прошел.

«Искра проскочила», - хмыкнула Люси мысленно. Ей сорвало крышу, как обычно, когда что-то переходило за рамки. Схватила смущенного до предела парня за плечи и стиснула их почти до синяков, снова впилась в губы, как будто три дня шла по пустыне, и теперь безумно хотелось влаги.

Эверетт радовался, что в нише темно, так что не видно, какого красного цвета стали у него скулы. И шея тоже, как только «Луис» скользнул губами по его подбородку, отвлекаясь ото рта и спускаясь к шее. Одна рука сорвала с «невесты Дракулы» бархотку, почти со злостью целуя и ставя засосы. Эверетт повернул голову, чуть запрокинув ее, подставляя шею.

- М-м-м… - вырвалось у него как-то невольно, само собой.

- Я нашла их!!! – взвыла Элли, заглядывая в нишу с фонариком, и Эверетт наконец открыл глаза, уставился на сестрицу. Люси отшатнулась, вытирая губы тыльной стороной руки.

- Молоде… - «ц!!!» Навиэль не договорил, остановившись возле прохода в нишу с отвисшей челюстью. – Вау… - протянул он тихо и почти спокойно. Выразительно.

- Это не то, что ты думаешь, - выпалил Эверетт машинально.

- Вы всего лишь помогали друг другу… снять клыки. Да. Точно, - кивнул блондин, посмотрев на эти самые клыки, в количестве четырех штук валяющиеся на полу. – Пойдем, Элли, они больше не играют.

- А кто водит-то? – прошипела Люси, вылезая из ниши в комнату. Эверетт выполз за ней.

- Клейтон и Саймон, - сообщили им ехидно. – Так что вы свободны, можете идти спать. Или не спать… Или все же спать, - Навиэль осмотрел их и хихикнул. – Удачи.

- А что вы тут делали? – Элли прищурилась, дергая брата опять за руку.

- Ничего, - буркнул он.

- Вы целовались, да? Да? У тебя вот тут и вот тут помада, - Элли показала на свои щеки, парень принялся стирать размазавшуюся бордовую помаду с лица.

- Иди играй! – он толкнул ее к Навиэлю и отвернулся от Люси.

«Черт… Как всегда… В самый неподходящий момент…»

- Ты доволен? – уточнил «Луис» немного ехидно, рассматривая красные пятна у парня на шее. А завтра они еще и потемнеют, станут вообще шикарными.

Эверетт вспомнил о том, что это он попросил его поцеловать. Смутился опять, но быстро вернулся в свое обычное состояние – холодное ехидство.

- Вроде того, - повел плечом. – Бархотку отдашь? – прикусил губу. Хотелось еще. И еще. И еще, и еще, снова, опять, побольше, посильнее. И это бесило…

- Отдам, - с довольным вздохом согласился «Луис» и сам протянул руки, отодвинул мешающие волосы Эверетта, застегнул бархотку у него на шее. Люси трясло и мысленно и физически. Правда, физически менее заметно, чем мысленно, но все же. Очень хотелось еще, просто тянуло к Эверетту. Хотелось схватить его, прижать к чему-нибудь и целовать-целовать-целовать, пока не начнет просить пощады или вырываться. А он долго не начнет, по нему видно.

«Самоконтроль – наше все», - вспомнила она, вдохнула, выдохнула…

- С Днем Всех Святых еще раз, - улыбнулась и заправила ту самую прядь, которая выбивалась из ровной прически, ему за ухо. Прядь снова оказалась на месте, но не беда, главным было – прикоснуться.

- И тебя, - Эверетт усмехнулся.

- Спокойной ночи, -  Люси все никак не могла заставить себя уйти. А надо было.

«Я ухожу. Точно ухожу. Совершенно точно ухожу. СЕЙЧАС», - решила она и развернулась, кивнув парню, пошла по коридору к лестнице.

- Сладких снов, - пожелали ей вслед. Вот уж кому-кому, а Эверетту сегодня сны точно будут сниться сладкие. Очень сладкие.

 

 

 



Просмотров: 13354 | Вверх | Комментарии (94)
Помочь проекту

Код баннера




Код баннера




Код баннера
SiteMap generator