Невинность. Часть 5.

Дата публикации: 26 Авг, 2010

Страниц: 1

В середине мая, ближе к двадцатому числу мисс Хадсон только поражалась, осматривая избитого Ланда в который раз. На теле не было и следа от синяков, только светлые шрамы от ссадин. Лицо же зажило вообще через полторы недели после инцидента, только палец остался проблемой. Но и им Викторио уже почти мог нормально шевелить спустя почти три недели.

- Как быстро на тебе все заживает, - улыбнулась медсестра, чуть не сказав: «Как на собаке».

- Благодаря вам, - выдал Викторио подхалимски.

- Да что ты… - старушка смутилась, но ей было приятно. – Ладно, давай, одевайся и беги на обед, а то опоздаешь.

- Спасибо, мисс Хадсон, - поблагодарил парень и принялся натягивать рубашку. Пиджак он носил просто с собой, перекинув через локоть. Было жарче, намного жарче, чем три недели назад.

Он дважды слышал от вездесущего Флориана, что «парочку» слышали еще где-то в лесу. Но ему было все равно. Правда с небольшим усилием, но все равно. Хэйдан растерял для него больше половины своей привлекательности, потому что никакая симпатия не стоила синяков и разбитого лица. Ромуальд вел себя так, будто ничего и не произошло, он не каялся и не стыдился, но и не делал из этого происшествия события века. Это было нормально, насколько понял Викторио, он был благодарен блондину за то, что как только новичок перестал лезть к Грэхэму, сам Ромуальд перестал цеплять новичка.

Даниэля Викторио вроде бы не простил. И это было бы здорово, если бы не одно «но».

Даниэлю было глубоко плевать на то, обижен новичок на него или нет.

Это было основной проблемой всех отношений в Стрэтхоллане для Ланда. Всем было наплевать. Ромуальд – Мистер Невинность, Хэйдан – Мистер Острый Язык, Лео – Мистер Язва, Габриэль – Мистер Сила и Справедливость. Даниэль – Мистер «Мне на все плевать», Флориан – Мистер «Хочу все знать».

И Викторио – Мистер Невидимка. Хотя, нет. Мистер Избитая Невидимка.

Перед тем, как он вошел в столовую, у стола «Сатурнов» остановился Ромуальд. Он только во второй раз, когда они с Хэйданом забрались на сеновал, нашел там выроненный раньше и потерянный в последствии брелок. Теперь надо было его отдать, безделушка наверняка была дорога новичку.

Так же дорога, как дорога была Ромуальду шкатулка и кольцо, которое будто приросло к пальцу. Без кольца он нервничал, ему было неудобно и неуютно, чего-то будто не хватало. Как кусок от души оторвали.

Хэйдану это льстило…

- Даниэль, - блондин позвал парня по имени, потому что у него сегодня было превосходное настроение.

Капитан Сатурна обернулся со взглядом «Это ты мне?» Ромуальд не стал злиться и напрягаться, просто протянул ему брелок, болтающийся на указательном пальце.

- Это что? – Даниэль приподнял верхнюю губу, тем не менее, взяв «подарочек».

- Отдай своему психопату, это его, - хмыкнул Ромуальд.

- Сам отдай, - пожал плечами Даниэль.

- Ты же его капитан, - Бликери не стал дожидаться дальнейших возражений и просто ушел к столу «Ночей», принявшись о чем-то шептаться сначала с Лео, потом с Хэйданом. Все трое, а потом и весь стол уставились на капитана Сатурнов, что он почувствовал сначала спиной, а потом, обернувшись, увидел.

«Сумасшедший дом», - подумал он, машинально раскручивая брелок на пальце и сильно сомневаясь, что Викторио вообще адекватно отреагирует. Он с того самого дня, с двадцать второго апреля буквально сдвинулся на собственной индивидуальности и сидел все за тем же столом «Плутонов» один.

Викторио вернулся от медсестры и прошел сначала к поварихе за подносом, а потом, не глядя на капитана, к «своему» столу. Даниэль не обернулся, но поднял бровь немного презрительно. Ну уж нет, первым он с ним ни за что не заговорит.

Еще чего.

Ромуальд облокотился о стол, задумчиво их изучая. Хэйдан просто светился, сегодня ему грозило великое событие – «любовничек» великодушно согласился заняться этим в кладовке. И даже при свете, учитывая, что там нет окна, а на ощупь «это» делать очень экстремально.

Габриэль, сидевший прямо напротив блондина, заметил, что тот смотрит куда-то ему за спину и обернулся.

- На новенького смотришь? – удивился он.

- Да нет, на капитана его. И на него.

- Зачем? – Хэйдан фыркнул.

- Да интересно просто, - пожал плечами Ромуальд, не став договаривать, что это похоже на то, что было между ним и Хэйданом в первые дни вынужденного знакомства. Правда у «Сатурнов» все куда менее романтично и куда более цинично. Оба такие… С характерами. И Викторио явно не такой наивный, каким был и еще немного остается Ромуальд.

Дело в другом – Хэйдан намного проще, чем Даниэль, в плане общения. И даже до Ромуальда это доходило.

- Зачем ты отдал ему тот брелок? – Грэхэм сделал вид, что ему вообще это неинтересно.

Лео поднял брови.

- Тот, который мы тогда…

Ромуальд не дал ему договорить, глянув на Габриэля, проверяя – не психует ли.

- Ну, да. Мы просто тогда немного похихикали над ним, и я забрал эту штуку. А недавно нашел и решил вернуть, пусть радуется, мелочь.

- Правильно, зачем он тебе, - вздохнул капитан, не став напоминать, что это тоже было в каком-то смысле воровство.

- Тогда почему не новенькому, а Даниэлю? – не понял Арнольдо, Эдвин на него покосился, как на идиота, а Даррен терпеливо объяснил.

- А ты как себе это представляешь? «Привет, Викторио, помнишь, я сломал тебе палец, отобрал брелок и избил при всей школе? Вот теперь хочу вернуть, на»?

Рыжий насупился, но понял, что это звучит как-то глупо.

Ромуальд усмехнулся.

- Вот именно. А если он отдаст, то я и ни при чем, вроде как.

Лео посмотрел на капитана «Сатурнов», который встал и пошел на выход из столовой. Он очень редко ездил по пятницам в город, хоть его и приглашала водительница, намекая на то, что за старшеклассника он сойдет вполне. Рост, внешность. Да и вообще, в июле ему уже будет семнадцать.

А вот Ромуальд с Хэйданом и остальными сегодня точно собирались прокатиться до города и потратиться на что-нибудь.

- Вот только он как-то не торопится, - усмехнулся Ромуальд, не понимая, чего Даниэль тормозит.

- А как ты себе это представляешь? – передразнил Хэйдан Даррена и сделал умное лицо. – «Привет, Викторио, я – предатель и козел, на, тебе передали брелок, но не скажу, кто передал»?

- «Предатель и козел»? – не поняли близнецы, да и остальные тоже.

Надзирательница сверкнула глазами в их сторону, услышав ругательства. И Хэйдану пришлось наклониться ближе к центру стола, чтобы всем было слышно.

- Да я бы на месте этого Ланда вообще никогда не простил его. Капитан, тоже еще. Капитан не стал бы выпытывать, что он там ночью видел и слышал, а потом не стал бы делать вид, что он тут ни при чем, пока лупят его подопечного, - он пожал плечами.

- Ты прав, - согласился Габриэль. Он тоже придерживался правила надзирательницы «Не надо делать – не нужно будет извиняться».

Даниэль сделал ошибку, разговорив новичка, но ошибок своих он не признавал никогда. Да и зачем? Кому легче станет от того, что он извинится? Не ему, это точно.

После обеда они уехали в город, Викторио же завистливо шатался по интернату, потом по двору, изредка трогая рукой воду в фонтане. Посмотрел на небо, понял по быстрой вспышке молнии над горами, что сейчас начнется дождь, и пошел в интернат. Все равно в спальне никто не сидел. Кто-то был у друзей, кто-то в библиотеке и в главном зале, кто-то клянчил у поварих сладенького. Даниэля тоже не нашлось, так что новичок случайно заснул, отвернувшись и уткнувшись носом в стенку. Разбудил его только сигнал приехавшего автобуса, так что он подскочил и сел обратно, поняв, что глупо радоваться приезду старших. Ну и что. Приехали…

Как ни противно признавать, когда они были в Стрэтхоллане, было куда веселее даже одному сидеть. Атмосфера менялась. Викторио поправил челку, которую недавно ровно и аккуратно подровняла интернатская парикмахерша, которой Ромуальд никогда не давался.

Парень пошел вниз спокойно и расслабленно, будто он просто гулял, ничего более. Пока не споткнулся на последней ступеньке и не увидел капитана, сидящего на подоконнике рядом с тем самым окном и крутящего на пальце ЕГО брелок.

- Эй! – возмутился Викторио, подскочив к нему. – Откуда он у тебя?! – не было пределу его негодования, это же надо, а! Отобрал Ромуальд, а теперь брелок вообще у этого… Предателя.

- Нашел, - пожал плечами Даниэль. В конце концов, Ромуальд отдал брелок ему. А Даниэль жил по принципу «Что упало – то мое», а значит мог теперь распоряжаться брелком, как хотел.

- Где? – не отставал новичок, практически преследуя его по коридору, по которому Даниэль пошел, чтобы уйти от надоеды Викторио.

Капитан просто не мог скрыть появившегося удовлетворения от того, что вредный парень первым с ним заговорил. Индивидуальность, как же…

- Какая тебе разница? – отозвался Даниэль небрежно, когда Викторио повторил свой вопрос раз в четвертый.

- Ну… Это мой, вообще-то, - сообщил он, смутившись.

Капитан скептически поднял бровь и глянул на него слегка сверху вниз.

- Чем докажешь?

- Ну… Ну он просто мой! – возмутился Викторио, попытавшись выхватить брелок, но капитан просто поднял руку выше. Вечером пятницы он уже начал пользоваться правилом выходных и сменил неудобную форму на обычные штаны и черный пуловер.

- Ты издеваешься?.. – прищурился новичок, не собираясь прыгать, как собака, чтобы достать чертову побрякушку.

- Так заметно? – с совершенно спокойным лицом разочаровался в себе Даниэль. Потом вздохнул и кинул брелок зануде Ланду. – На, подавись ты своим брелком.

- Ну где ты его нашел, а?.. В конюшне? – Викторио не отставал от него, схватив развернувшегося парня за широкий рукав пуловера. И сам не заметил, как подсказал ответ.

- Может и там, - пожал плечами Даниэль. – Отстань, - тряхнул рукой, вырываясь.

- Чего ты злой такой, а?! – разозлился Викторио. – Я тебе что-то сделал?! И вообще, это я имею право обижаться, а ты – нет! – сообщил он.

- Да пожалуйста, - разрешили ему беспечно.

- Ну подожди… - парень был бы безумно рад, если бы кто-нибудь ему объяснил, зачем он задерживает своего капитана, уже получив желаемое. – Пошли, поговорим, а? – предложил он.

- Говори, - вздохнул Даниэль, повернувшись к нему нормально. Викторио заело.

- Эм… Ну я не могу в коридоре, вдруг кто-нибудь услышит, - выдал он неуверенно.

- Наверх я не собирался, - отбрил его капитан. Парень посмотрел по сторонам и увидел так удачно оказавшуюся рядом кладовку, маленькая дверь была очень кстати.

- Пошли, зайдем на пару минут? Поговорим и выйдем.

- С тобой? Туда? – фыркнул Даниэль. – Больше ничего не хочешь?

- А что, боишься, что приставать буду? – ухмыльнулся Викторио, так что капитан онемел. Бывало с новеньким такое – наивный-наивный, а как скажет… Даниэль открыл дверь и дернул за нитку под потолком, включилась лампочка, висевшая просто так, на проводе, безо всяких люстр. Кладовка была длинная и узкая, очень узкая, такая, что стоять вдвоем друг напротив друга было едва ли удобно. Но расстояние между ними было не меньше тридцати сантиметров.

- Ну, говори, - «позволил» он наконец.

- Нет, это ты мне скажи, где взял мой брелок, - Викторио так просто не отступал.

- Я же сказал – нашел. В конюшне.

- Что ты там делал? Ты же не ездишь?

- Это что? Допрос? – фыркнул парень недоверчиво. – Какая тебе вообще разница? Я тебе вернул его, успокойся и отвяжись. Тебе, я смотрю, и без команды очень даже прекрасно.

- И без капитана, - прошипел Викторио мстительно.

- Ты сам себе капитан, вот и давай, ноги в руки и вперед, - пожелали ему ласково, но ехидно.

Одновременно они услышали шаги, приближающиеся к кладовке, оба решили, что это учителя или надзирательница. Уборщица вечером не ходила, а если их здесь засекут учителя, будет сложно объяснить, что они тут делали. Вряд ли поверят, что просто разговаривали.

Поэтому оба «Сатурна» метнулись за высокую тележку на скрипучих колесах, стоящую в глубине кладовки. На полках тележки стояли в огромном количестве бутылки с моющими средствами и всякая подобная пакость. Свисали желтые резиновые перчатки.

Даниэль дернул за нитку, свет выключился, парни затихли, сидя за тележкой в глубине кладовки и надеясь, что никто не зайдет.

 - Ну мож… - «но уже выходить, я думаю» хотел сказать Викторио, но не успел, дверь открылась, и он машинально зажал себе рот рукой, выглядывая в щель между полками тележки. Включился тусклый свет, капитан «Сатурнов» примерз к стене и полу, надеясь, что его не заметят.

- Да закрывай ты ее… - зашипел Ромуальд, дернув дверь и повернув защелку. Вот надзирательница удивится, если попробует ее открыть снаружи.

Но старшеклассники точно знали, раз уборщицы сегодня уже нет, в кладовку никто не зайдет. Порог высокий, свет тоже не будет виден из-под двери.

Даниэль уставился на такого же ледяного от ужаса Викторио, сидящего напротив него на расстоянии, немного не достаточном для приличия. Чуть не усмехнулся – ну новичок «везучий». Второй раз уже натыкается на эту парочку. Капитан пошевелился осторожно, не понимая, чего это Хэйдан с Ромуальдом затихли, оперся рукой о ногу Викторио и выглянул между бутылками. Челюсть его едва не осталась на этой самой полке, когда глаза зафиксировали происходящее и отправили сигнал в мозг.

Целуются. Точно. Ромуальд и Хэйдан стоят у стены и целуются, самозабвенно, надо сказать, просто лижутся. Грэхэм уверенно стягивает с шеи блондина галстук, а потом расстегивает путающимися пальцами жилетку, тоже ее снимает и оставляет лежать на полу.

Викторио подобрал момент, когда они снова увлекутся своими игрищами, и потянулся ближе к капитану, сидя на коленях и упираясь в пол руками. Чуть не свалился на Даниэля, который сидел истинно по-мужски – раздвинув ноги пошире и едва согнув в коленях.

- Чего тебе? – недовольно, только губами осведомился он, пытаясь отодвинуться, а новичок все равно прошипел ему прямо в ухо едва слышно.

- Пошли отсюда, скажем, что разговаривали.

- Отвали, я хочу посмотреть, - еле заметно махнул рукой капитан. Викторио опешил. Да что такого интересного в этом?! Хэйдан ему уже не нравится, Ромуальд – тем более…

«Понятно, все же тащатся от этого белобрысого. Ну и пусть пялится, мне-то что. Потом хоть не мне одному влетит», - решил он и успокоился, а Даниэль подвинулся ближе к тележке, не обращая внимания на сидящего так близко подопечного.

Хэйдан сполз вниз, уже расстегнув на Ромуальде рубашку и проложив по торсу дорожку из поцелуев. Встал на колени, пару раз нервно дернул за ремень, расстегивая его, а потом…

У Даниэля отвисла челюсть. Теперь уже буквально, он просто не в силах был удержать эту самую челюсть на месте. Викторио, смотревший все это время в сторону, все же не смог стерпеть и покосился. Тоже глазам не поверил.

Хэйдан вообще был смелым, в отличие от Ромуальда, который ограничивался чем-то скромным и максимально приличным. Насколько вообще приличным может быть «это». И сейчас Грэхэм в третий раз в жизни занимался «таким»…

«Они белья из принципа не носят?» - подумал Даниэль с ухмылкой, внимательно изучая лицо Ромуальда, который прижался к стене, чтобы не сползти на пол.

На самом деле не носили они его только в такие феерические дни, когда точно не знали – в какое укромное место завалятся, чтобы поизвращаться.

Звуки были потрясающие – едва слышное хлюпанье, шорох одежды и вздохи Ромуальда, который прижался затылком к стене и время от времени не просто постанывал, а даже жмурился и скулил. Выглядел он бесподобно, так что Даниэль взгляда оторвать не мог. Все, что делал блондин, казалось таким идеальным и безупречным, что обзавидоваться можно было. Левая рука, которую ни Даниэль, ни Викторио не видели, царапала ногтями по стене, а правая зарылась Хэйдану в волосы. Грэхэм наконец поднялся, без лишних церемоний поцеловал парня в губы, так и не закончив начатое.

Будто так и задумано. Руки Ромуальда зашарили на уровне пояса, расстегивая штаны Хэйдана, а потом блондин и вовсе прижался к нему вплотную, толкнув к противоположной стене и вжав в нее.

Целовались они бешено, это точно. Капитан Сатурна почувствовал, что что-то тут не так, покосился на почти совсем спокойного новичка. Викторио волновало только одно – если его опять засекут, будет плохо.

Даниэля волновала реакция собственного тела. Она была вполне оправданной, но ведь здесь Ланд!!

Что же делать.

Он покосился на лижущихся и медленно сползающих по стене парней, а сам легонько пнул коленом сидящего между его ног новичка.

Тот уставился на капитана недовольно, Даниэль сделал страшные глаза и опять одними только губами потребовал.

- Отодвинься, - снова толкнул коленом. Викторио пришлось немного отползти, сесть рядом и прижаться к стене, а Даниэль сдвинул ноги, чтобы ничего не было заметно.

«Ненавижу его, терпеть не могу, бесит, идиот…» - думал он о Викторио. Зато вот Ромуальда и Хэйдана он в этот момент обожал. Хэйдан что-то шептал, Ромуальд хихикал, потом ругался и шипел, но в конечном итоге они все же оказались на полу – Хэйдан прижался спиной к стене и раздвинул ноги, Ромуальд сдернул его штаны до середины бедер, мысль про белье у Даниэля повторилась.

Его совершенно не смущало то, что он видел. Викторио тоже. Их смущало разве что присутствие друг друга в одном помещении, потому что в одиночку они бы просто наслаждались зрелищем и получали извращенное удовольствие. Викторио снова автоматически вообразил себя на месте Ромуальда, а Даниэль, что было вполне логично, вместе Хэйдана пририсовал себя. Тем более, что с блондина стащили брюки, оставив их на одной ноге. И то, голая нога удачно оказалась  видна «публике».

Они опять о чем-то зашептались, рука блондина легла на достоинство Хэйдана, тот зажмурился, а Даниэль чуть не умер.

Будто рука коснулась не Грэхэма, а его.

В момент «икс» Викторио опять зажмурился, не в силах выносить этого. Ну как Хэйдан может любить какого-то белобрысого садиста?! Ну он же, Викторио, раз в пятьсот лучше!!

А вот Даниэль только прикрыл глаза, убрав выбившуюся прядь за ухо. Едва сдержал рвущееся наружу томное «ммм», копия которого вырвалась-таки у Хэйдана. Тот вообще был при смерти от удовольствия и резкости ощущений, затуманенным взглядом изучая Ромуальда, сидящего верхом на нем не просто вплотную, а очень даже плотно. Блондин разыгрался и сначала поцеловал «любовничка» в губы, потом перешел к уху, скользнув по щеке губами, прикусил мочку, облизал ее и, наклонив голову вбок, принялся целовать шею Хэйдана прямо под ухом. В самом нежном месте, так что рыжий еле сдержал стон, дернув резинку на волосах Ромуальда и откинув ее подальше, чтобы не мешала. Он любил, когда эти самые волосы были распущены и закрывали их лица, как светлые мягкие занавесы.

Даниэль чуть не заругался, когда самое откровенное стало невидно – Хэйдан просто стянул с плеч блондина рубашку, но снимать ее Ромуальду было очень лень, она так и осталась на уровне локтей, обнажая половину спины и плечи, но зато спустившись и закрыв самую интересную для капитана Сатурна часть. Викторио был благодарен Ромуальду за его лень, потому что его эта картина бросала то в жар, то в дрожь, ненормальный жар, заставляющий коситься на сидящего рядом капитана. И ненормальную дрожь при воспоминании о драке во дворе.

А Даниэль внешне казался совершенно спокойным, Ланд ему завидовал. Это же надо такую психику устойчивую иметь. Сидит и даже дышит ровно, едва слышно.

Знал бы он, каких это стоило усилий капитану - не начать сорванно вздыхать в такт извращениям Хэйдана и Ромуальда, которые никого вокруг вообще не замечали. Блондин чуть отклонился, рукой опираясь о колено Грэхэма, а тот подался вперед, рукой обхватил парня за пояс и увлеченно принялся целовать оказавшиеся рядом ключицы, ямку между ними, бледную грудь, так что Бликери просто с ума начал сходить. Потом он приподнялся, устроившись поудобнее, локти поставил на плечи Хэйдану, ладони прижались к стене, а рыжему стало куда удобнее двигаться. Как он и любил – резко и сильно, пальцами сжимая бедра Ромуальда, оставляя синяки, но их блондин потом мог закрыть штанами. А сейчас он об этом не волновался, только громко дыша, иногда срываясь то в скулеж, то в привычное хныканье. Левой рукой он теперь держался за плечо Хэйдана, вздрагивая и почти по-настоящему на нем подскакивая, как на лошади. А правая рука локтем упиралась в стену. Выгнутая шея была прямо перед лицом Грэхэма, так что он периодически прихватывал ее губами, касаясь еле выступающего кадыка. И не удержался, оставил совершенно жуткий засос прямо посреди шеи.

Это было катастрофой, но Ромуальд не заметил, просто закрыв глаза и приоткрыв рот, царапая стену ногтями. Теперь уже было совсем не больно, удовольствие и жар затмили даже неприятные ощущения, появившиеся поначалу. А еще он привык к Хэйдану и перестал так уж сильно его стесняться, делая, что на ум придет.

В том числе и то, чего раньше никогда бы и ни за что не сделал.

Начал просить.

Даниэль в очередной раз помолился, чтобы это не оказалось его извращенным сном, но это просто не могло быть правдой. Ему не верилось, что такие ледяные и презрительные «Ночи» делают «ТАКОЕ» в кладовке, пока никто не видит. Хэйдан, встрепанный и почему-то злой. Или возбужденный до злости. И Ромуальд, вообще неженка и ледышка, сходящий сейчас с ума, шипящий, вздыхающий, сам двигающийся в такт чужому телу. Выражение лица у него было неповторимое, хоть и казалось вполне логичным для ситуации – глаза закрыты, рот приоткрыт.

- Еще… О, господи… Боже… Еще!.. – он вздохнул, носом ткнувшись Хэйдану в волосы, так что тому стало жарко. Грэхэм озверел. А что? Раз уж Ромуальд впал в сексуальное буйство, ему-то почему нельзя?

Викторио медленно, но верно залился краской. От воротника рубашки до корней волос, так что Даниэль, покосившись на него, усмехнулся беззвучно.

Ромуальд не понимал сам, чего же он хочет. И хочется, и колется, что называется – еще не до конца завелся, но все это уже причиняет боль. Так что, когда в ответ на очередное «еще» Хэйдан резко дернул его вниз, надавив на бедра, блондин зарычал, зажмурившись.

Раскатистое «Ыр-р-р» заставило Грэхэма ухмыльнуться, испытывая такую невероятную нежность вперемешку с неадекватной страстью, что он не знал, чего там больше – любви или даже ревности к каждому столбу? Хэйдан готов был убить даже Габриэля, если бы тот посмотрел на Ромуальда как-то не так.

Это точно любовь.

- Злишься? – ехидно осведомился он, опять нарочно сделав побольнее. Ромуальд чуть отстранился, вцепившись руками ему в плечи, и взглянул так, что Хэйдан убедился – очень злится.

- Ну? Скажи что-нибудь, - провоцировал он нарочно. Ведь надо как-то Ромуальда развращать, а то он навечно останется скромником.

- Пошел ты… - прошипел блондин, чувствуя, что вот еще чуть-чуть и…

Даниэль затаил дыхание, глядя на них, Викторио психанул. Ненавидел он этого Ромуальда в такие моменты. Все внимание ему!! И ладно бы только от Хэйдана, он же его парень, но почему даже капитан?!

- Врежь мне, ты же хочешь, - усмехнулся Хэйдан.

Рычание повторилось, Ромуальд мучился, не решаясь. Ведь это вообще дикость.

- Бешеный ты мой извращенец… - ласково протянул Хэйдан и захихикал, гладя его одной рукой вдоль позвоночника, а вторую так и не убрав с голого бедра.

- Сам такой! – рявкнул блондин.

- Нет, это ты извращенец… Это же тебе всегда мало, ты даже «еще» просишь, - продолжал издеваться Хэйдан, планомерно его доводя. Замерев и не шевелясь. – А еще мне интересно, как ты теперь будешь прятать вот это?.. – он убрал руку со спины Ромуальда и потрогал большим пальцем засос прямо у него на горле. Блондин вытаращил глаза, поняв, что там остался след.

- Черт… - вырвалось у него, а Даниэль чуть не хихикнул задушенно, Викторио злорадно подумал: «Так тебе  и надо, гад».

Капитан же думал о другом.

«Так вот, какие у них отношения…»

- Ну! – громким шепотом «крикнул» Хэйдан, так что Ромуальд вздрогнул. – Чего замер? Давай, шевелись, - он подал бедрами вверх, блондин машинально двинулся, а потом понял, что над ним издеваются. Не зло издеваются, но это его все равно вывело из себя.

От звука пощечины вздрогнул не только Викторио, но даже Даниэль, не ожидавший такого чувства, вложенного в этот удар. Голова Хэйдана вполне отчетливо мотнулась, но он даже не схватился за лицо. Хихикнул.

- Ну вот. Меньше злишься?.. – уточнил он, подавшись к нему, приблизив лицо к лицу Ромуальда.

Вторая пощечина той же рукой была менее звонкой, зато Бликери ухмыльнулся.

- Просто класс, - поделился ощущениями.

- Какой ты злой, - пожаловался Хэйдан фальшиво, улыбнулся. Блондин улыбнулся в ответ, но как-то кровожадно. Сжал пальцами подбородок Хэйдана и чмокнул его в губы. Хэйдан приоткрыл рот, так что туда сразу скользнул чужой язык, теперь Ромуальд уже точно не злился, он замер, а потом вздрогнул и вздохнул в рот Грэхэму, так что тот замычал, чувствуя чужие судороги всем телом. С удовольствием прижал Ромуальда к себе и тоже не выдержал.

«Конченые… Извращенцы…» - подумал Викторио.

«Он бесподобен…» - решил Даниэль, глядя на Ромуальда и мечтая, чтобы когда-нибудь такое досталось и ему.

Потом понял, о чем мечтает, ужаснулся, но не так сильно, как должен был бы. Покосился на злого, как черт, Викторио и решил, что сходит с ума. Очень сильно сходит с ума, не надо было смотреть на то, чем занимается эта парочка, когда их «никто не видит». Теперь невозможно будет избавиться от мыслей об этом и воспоминаний.

Он повернулся к Ланду и толкнул его в плечо, одними губами опять спросил.

- Как будем вылезать?

Одновременно вдыхая и выдыхая поглубже, чтобы успокоиться хоть как-то.

Викторио промолчал и отвернулся, капитан обозлился. Вот же тварь такая этот новичок. Что не по нему – сразу обижается.

Собрались «извращенцы» очень быстро. Ромуальд поругался на вполне определенную тему, застегнул штаны и поднял с пола резинку для волос. Прибрал их, связал в приличную петлю и выглядел почти так же, как всегда. Не считая нездорового румянца, влажного тела под сухой одеждой и ненормально блестящих глаз. Они с Хэйданом быстро выскользнули из кладовки, ничего за собой не оставив и даже выключив свет. Даниэль встал, отряхнулся и пошел на выход, убеждая себя, что все в порядке. В конце концов, пока парочка собиралась, он и правда успокоился, а Викторио дернул его за рукав уже у двери. Остановился и, пользуясь темнотой, чтобы не смущаться, приблизился к капитану совсем близко. Шепнул.

- Тебе он тоже нравится?

- Кто? – фальшиво устало уточнил парень, прекрасно поняв, о ком Викторио говорит.

- Ты понял.

«Нет, не понял» значило бы «Я тупой», поэтому Даниэль вздохнул и вынужден был ответить.

- Не твое дело.

Викторио обиженно вздохнул, так что капитан почувствовал его дыхание где-то у себя возле шеи, носом Викторио как раз уткнулся бы ему в кадык, если бы в упор прижался. Но он, ясное дело, прижиматься не стал.

- Да пошли вы все! – не выдержал он. – Бесите со своим Ромуальдом уже! А ты-то чего там ловишь? – фыркнул он. – Хочешь его? И не получишь, - зашипел он в темноте, так что Даниэль закатил глаза.

- Да ты не волнуйся так, все равно на него не похож. И не дотянешь никогда.

- Да ты тоже на Хэйдана не очень-то смахиваешь, - сообщил ему Викторио ехидно.

- Ну конечно! – фыркнул капитан. – Тебе же только таких, как он, подавай! – он цинично засмеялся.

- А тебе только беленьких и доступных, пальцем помани – прибежит, - парировал новичок, тоже засмеявшись назло.

- Ты ему завидуешь, что ли? – поймал его Даниэль на этом факте.

- А ты завидуешь Хэйдану? Хотя, да. Конечно. Завидуешь, а как же? Он и красивее, и Ромуальда дерет, как хочет, просто класс!

- Да иди ты, - Даниэль его толкнул, но кладовка была не такая широкая, чтобы упасть, так что Викторио только стукнулся спиной о противоположную стену. Но сразу же вернулся обратно, схватив Даниэля за пуловер на ощупь. Увидеть его никакой возможности не было, так что новенький просто поднял левую руку и дотронулся пальцами до лица капитана. Тот остолбенел, не понимая, какого черта происходит, но догадка была ужасной. На грани фантастики.

- Что ты делаешь, мать твою?! – зашипел он, пытаясь отдернуть эту руку, которая тронула его щеку, потом пальцы подвинулись и нащупали край рта. Рука развернулась удобнее, а Викторио решил, что уж капитан-то его бить не станет. Не может же он так резко разозлиться?..

- Я тебе вообще не нравлюсь? – уточнил он неожиданно серьезно, а до капитана дошло.

«Господи, да он же завидует Ромуальду на самом деле… Всерьез завидует», - фыркнул он мысленно. «Вот, кто здесь настоящий извращенец и «такой», значит».

- Вообще, - мрачно заверил Даниэль, вспомнил свою кузину и решил соврать. – У меня вообще девушка есть. Закончу школу и женюсь на ней.

Он даже подумать не мог о том, чтобы на ком-то жениться. Ему не нравились девушки, сегодня он понял это особенно четко. Если бы ему нравились девчонки, он никогда бы не решился смотреть на парней, делающих «это» и не засмотрелся бы на одного из них.

Большой палец Викторио так и остался на краю губ капитана, так что парень приподнялся на цыпочки и шепотом выпалил, так что Даниэля обожгло чужим дыханьем.

- А мне плевать, - и быстро поцеловал, наклонив голову так, чтобы не столкнуться носами. Прихватил губами чужие губы, зажмурился и почувствовал, что сейчас опять разревется, как дурак. Отшатнулся и хотел красиво выскочить за дверь, дернул за ручку, но дверь не открылась.

«Вот черт», - мысленно выругался парень, дернул еще раз, Даниэль протянул руку и повернул защелку, так что створка чуть не стукнула Викторио по лбу, наконец открывшись. Он отвернулся, чтобы не смотреть на капитана, и наконец вылетел в коридор, чуть не столкнулся с Флорианом, который шел мимо, разочарованный тем, что «парочку» видели в интернате, и они не прятались. Но тут же вытаращил глаза, уставился на новичка, пробежавшего к лестнице, протопавшего по ступенькам, как слон. Сплетник затих на подоконнике, вроде бы просто глядя в окно, но когда Даниэль вышел из кладовки и посмотрел по сторонам, проверяя, все ли чисто, у капитана Венеры чуть не отвисла челюсть, мозг переклинило от такой сенсации.

Неужели?!

«Не может быть», - парень аж дыхание задержал, а Даниэль прошел мимо него, демонстративно не замечая. Но не по лестнице наверх, а по коридору к выходу.

На ужин он не пошел, было стыдно, так что Флориан обломался без вечерней порции издевок над ним. Даниэль вообще сидел так, будто ничего и не случилось, только огрызнулся, когда капитан Венеры решил пристать.

- Ну как, обсудили свои секреты с новеньким?.. – вкрадчивым шепотом осведомился он.

- А ты все никак не можешь уговорить хоть кого-нибудь обсудить секреты с тобой? – усмехнулся капитан Сатурна, наматывая на вилку холодные спагетти и явно не собираясь их есть. Это был какой-то бред, как мог истеричка Ланд его поцеловать? Он и лицо трогал только затем, чтобы точно знать, где губы. Да уж… С его неуклюжестью это было правильное решение.

«Венеры» мрачно замолчали, а их капитан вообще оскорбился, буркнул что-то, вроде «Да пошел ты» и замолчал, уставившись в свою тарелку. Даниэль ткнул в самое больное место.

Флориан не понимал, в чем дело. Он же симпатичный? Симпатичный. Совсем не похож на Ромуальда, но у того настоящая английская красота – холодная и правильная, как изо льда высеченная. Один нос чего стоит. Флориан не хуже, хоть и совсем не напоминает англичанина. Больше как-то француза или даже валлийца. Ему тоже уже почти восемнадцать, у него такое наследство, о котором многие только мечтают, у него такая родословная, что тот же Ромуальд наверняка обзавидуется, если узнает.

У него нормальный характер, он не забитый и не скромный, он никогда не бравировал своей непорочностью, как это делал Бликери, в итоге потерявший предмет своей гордости. Флориан же по-прежнему оставался чист, как запрещенный препарат. Судя по всему, звание «Мистер Невинность» нужно теперь было отдать ему. Вот только на Ромуальда тут же нашелся претендент, а вот Флориан остался за бортом. И даже «сверху» быть не получается, малолетки все либо страшные, либо убегают, как ошпаренные, как Викторио, к вот таким мрачным отморозкам, как Даниэль. Ну что он в нем нашел? А что Хэйдан нашел в Ромуальде?

Жизнь так несправедлива!!!

- А где наш одинокий волк? – пропел Лео, с удовольствием поглощая рагу, облизываясь и закрывая глаза. Вот что-что, а поесть он любил.

Ромуальд покосился на стол «Плутонов», не нашел там Викторио и пожал плечами.

- Шляется где-то. Спит, - фыркнул он, предположив самое банальное, что могло быть. – Ты за него не волнуйся, он умеет найти себе приключения на задницу.

Хэйдан усмехнулся.

Когда Даниэль пришел в спальню «Сатурнов», Викторио и правда усиленно делал вид, что спит. Сопел, дышал ровно-ровно и лежал вообще расслабленно.

Только глаза закрыть забыл.

Лежал и моргал, глядя на огонек свечи на тумбочке.

- И что это значило? – уточнил Даниэль, поняв, что в спальне пока никого, кроме них, нет.

- Ничего, - буркнул новичок, пытаясь отвертеться от объяснений. И потом срок давности преступления уже истек, надо было раньше реагировать.

Даниэль молча разделся и лег на свою кровать. Закрыл глаза, полежал, а через пять минут услышал наконец.

- Ну извини, я не хотел. Точнее, хотел, но извини, если тебе было противно.

- Ты делал это с парнем?

- А?! – Викторио опешил, чуть не сев резко на кровати.

- Что слышал. В своем приюте, в Норфолке. Ты уже это с кем-то делал там?

- Мне всего пятнадцать, если ты не помнишь, - напомнил Ланд немного ехидно. – Так что не надо думать обо мне так.

- Откуда ты вообще взял все это? – капитан повернулся к нему и уставился в упор. – Мальчики, секс, все такое?

- У нас в приюте, если хочешь знать, это считалось нормальным. У нас был директор… - Викторио вздохнул. – Он сам любил таких, как этот ваш Ромео. Поэтому я думал, что он такой же, как и те старшеклассники.

- А ты сам? Такой? – усмехнулся Даниэль.

- Нет, - парень сразу помотал головой отрицательно. А потом решил, что раз уж все так вышло, нет смысла утаивать что-то. Какая разница, в конце концов? Если тебе нравится человек, этот человек всегда замечает это, так что бесполезно скрывать. Поэтому Викторио намного проще было просто сразу признаться, чем мучиться, как тот же Ромуальд. – Просто ты мне нравишься. Сначала мне нравился Хэйдан, потому что… Ну… Потому что он красивый, наверно.

- А потом – я, потому что некрасивый, - сарказм у капитана был непередаваемый.

- Ты не понимаешь этого, - махнул рукой Ланд и улегся спокойно.

- Ну так объясни, - спокойно потребовал Даниэль.

- Что тебе объяснить? И вообще, какая разница, если ты мне нравишься, я тебе – нет, тебе нравятся девчонки. Все, дело закрыто.

- Вас там и правда дико воспитывали, - вздохнул капитан. – Допустим, я наврал про невесту.

- Зачем?! – Викторио наконец сел и возмутился.

- Какая разница? – Даниэль пожал плечами. – Захотел и наврал. Хотел понять, чего тебе от меня надо.

- Понял? – с ехидцей осведомился парень, обидевшись.

- Примерно. Хочешь ты Хэйдана, а он тебя не хочет, поэтому ты лезешь ко мне, - капитан нарочно сделал вид, что ему скучно, и зевнул.

- Да думай ты, что хочешь. Я уже сказал, что мне никто не нужен. Перебьюсь как-нибудь и без вас.

- А в кладовке ты был решительнее, - чуть не засмеялся Даниэль. Ему было смешно выслушивать в один и тот же день сначала «А мне плевать», а потом «Перебьюсь без вас».

- А там темно было, - фыркнул Викторио, найдя оправдание.

- Если я свечу задую, хочешь сказать, ты продолжишь?

- Вот и продолжу, - пригрозил мальчишка, точно зная, что не продолжит. Решимость решимостью, а он не настолько смелый. Тем более, кажется, капитан издевается.

- Вот и давай, - Даниэль приподнялся на локте и дунул на свечу, спальня погрузилась в темноту.

- Не здесь же, - выкрутился Ланд, отвернувшись к стене. Открылась дверь, и Даниэль ничего не успел сказать, вошел Кевин, а за ним и остальные парни из команды.

Даниэль сам не понял, зачем сейчас допытывался ответов на глупые, в общем-то, вопросы. Уж точно не из праздного любопытства.

«Он мне не нравится», - убеждал себя капитан, но все равно кошачья мордашка из головы не шла. А уж его выходка в кладовке – тем более. Даниэль не хотел, чтобы его так же, как Хэйдана, мучили. Поведение Грэхэма казалось капитану «Сатурнов» каким-то глупым. Разве можно так любить человека, что выполнять все его прихоти и приказы? На просьбы-то Ромуальд был не горазд.

А уж если такой, как Викторио, сядет на шею, так и вовсе не избавиться будет от этого статуса ломовой лошади. Даниэлю этого ужасно не хотелось.

Но это были доводы разума и психики, крики характера и возмущение сущности. Чувства и эмоции заслоняли их просто безбожно, говоря только, что Викторио ему нравится. И внешне, и по характеру, хоть он еще и малолетний максималист, который никак не может повзрослеть. Да, в общем-то, и не собирается взрослеть, такие, как он, очень долго живут мечтами и фантазиями, желаниями. Высказывают свое мнение, даже если не спрашивают, несут, что на ум придет, не заботясь о последствиях. Это было здорово.

У капитана просто из головы не шел тот голос, та интонация, с которой Викторио сказал «А мне плевать». И как он его поцеловал, а потом сбежал по-дурацки.

Единственное, что лечило от этого сумасшествия – сон, в который Даниэль все же провалился часам к двум ночи.

* * *

В субботу с самого утра была катастрофа и паника, Хэйдан то и дело шарахался от Ромуальда, который в ярости искал, чем бы закрыть шею. Как он ни старался, а ворот рубашки «удачно» открывал бордовое пятно, над которым смеялась уже почти вся команда, за исключением Габриэля, серьезного, как всегда, скромных Гарольда и Робина. И, конечно, Арнольдо, который мрачно смотрел на Хэйдана, в конец обнаглевшего по его мнению.

- Идиота кусок… - прошипел блондин в очередной раз, распустил волосы, посмотрел в зеркало. Да даже волосами невозможно было закрыть. – Дурак! – он толкнул Хэйдана и снова принялся переодеваться. С огромным облегчением нашел водолазку и натянул ее. Удовлетворенно засучил рукава, снова забрал волосы. Теперь было даже прилично. Ему еще повезло, что это случилось перед выходными, а то бы пришлось отчитываться перед мисс Бишоп за «ТАКОЕ». Об этом Ромуальд даже думать не хотел.

- Ну вот, проблема решена, - вздохнул Габриэль, уже сомневавшийся, что слизняк не начнет драку по этому поводу.

- Я же не нарочно, - довольно фальшиво раскаялся Хэйдан, рассматривая его. – И вообще, рубашки тебе не идут, а так – очень даже хорошо.

- Ну спасибо, - с сарказмом отозвался блондин. А потом посмотрел на Эдвина, Арнольдо и Даррена. – И вообще, что-то давно мы не играли в «слабо»… Даже как-то скучно стало.

Бывшие «Нептуны» покосились на «Марсов» и потом снова на своего бывшего капитана. Они не были уверены, что нынешний капитан разделит их извращенную любовь к подобным развлечениям.

- Что еще за «слабо»? – выгнул бровь Габриэль.

Звонок на завтрак уже прозвенел, по коридору протопали чьи-то ноги, но парни никуда не двинулись, решив не торопиться. Ромуальд сел на кровать и пояснил.

- Берется какой-нибудь ящик или коробка, туда скидываются бумажки с именами всех, кто не входит в нашу команду… И капитан вытаскивает, не глядя, одну бумажку, а уже потом на «слабо» предлагает кому-то устроить пытку для того, чье имя попалось.

- Почему пытку? – капитан прищурился, а вот Хэйдану эта идея понравилась. Близнецам тоже, а Лео вообще решил, что игра великолепная. Особенно учитывая, сколько недругов у их команды.

- Потому что без пытки не интересно, - пожал плечами Ромуальд. – Ты согласен? Тянуть-то тебе придется теперь.

На Габриэля уставились все. «Нептуны» ровно и спокойно, а «свои» умоляюще. Только Хэйдан хмыкнул.

-  А почему бы и нет? Поиздеваемся над кем-нибудь до выпускного? – предложил он, и капитан наконец сдался.

- Ладно, вечером тогда, - кивнул он и первым вышел из спальни. Ромуальд проводил его взглядом, думая только о том, что Габриэль не такой зануда и праведник, каким кажется. Он смотрел ему в спину, но не видел, хотя со стороны это выглядело, будто блондин рассматривает капитана. Темные штаны, намного уже, чем форменные брюки. Фирма «какая-то там», подарок родителей. Светлый тонкий пуловер с «V»-образным воротом, открывающим смуглую мощную шею. Спина у капитана была ровная, так что пуловер натягивался между лопаток, обтягивал широкие плечи. Горой и громилой Габриэль не был, с его фигурой он мог податься хоть на телевидение, хоть в модели мужских деловых костюмов, но родители ни того, ни другого не одобрили бы. Надо что-то более серьезное, не смотря на привлекательную внешность. И тем лучше, жена будет довольна, когда она будет, конечно.

Ромуальд вздрогнул и перевел взгляд на Хэйдана, щелкнувшего перед его лицом пальцами.

На немой вопрос «что?» рыжий ответил прохладно.

- Чего ты пялишься на него?

- Я не пялюсь – это раз, - блондин сначала начал оправдываться, а потом тоже сделал спокойное лицо и встал, подвинулся очень близко, так что кончиком своего носа чуть не коснулся кончика чужого. – И не указывай мне, куда смотреть – это два.

Лео на них посмотрел и решил, что не все так гладко в «этом» мире. Ромуальд заметил его взгляд и посмотрел на всех ни капли не смущенно.

- Идите, мы догоним, - «разрешил» он, пользуясь статусом заместителя капитана. Парни с охотой убрались, не испытывая никакого желания наблюдать такую сцену.

- Это что – ревность? – усмехнулся блондин, когда они остались вдвоем.

- А до тебя дошло, наконец? – уточнил Хэйдан, скрестив руки на груди.

- Ревность – это смешно, просто глупо уже как-то выглядит, - сообщил ему Ромуальд ехидно.

- Если нет повода. Не давай повода, не будет ревности, - пожал плечами Грэхэм.

- Да какой повод?! – парень всплеснул руками и хлопнул себя по бедрам. – То, что я на кого-то смотрю, так это ничего не значит, здесь, если ты не заметил, мужской интернат. Мне вообще с закрытыми глазами ходить?

- Есть разница между «просто смотреть» и тем, как смотришь ты, - пояснил Хэйдан. – На Гарольда ты так не смотришь, а вот мистер Капитан у нас чем-то явно отличился. Нравится он тебе, да?

- Да не нравится мне он, успокойся, - вздохнул Ромуальд, сам начиная злиться.

- По взгляду твоему все понятно, - Хэйдан его отодвинул и пошел к двери, Флориан, согнувшийся перед замочной скважиной, отпрыгнул к стене, но когда снова зазвучал голос Ромуальда, сплетник вернулся на место.

- И что не так с моим взглядом?.. – вкрадчиво уточнил Ромуальд, прищурившись.

Габриэль понял, что надзирательница опять странно смотрит на два пустых места за их столом, подумал, что это уже выглядит очень странно. Пошел за заболтавшейся парочкой, чтобы о них снова чего-нибудь не подумали.

- Я бы тебе сказал, да не буду, - усмехнулся Хэйдан, качнувшись к парню, но тут же отклонившись на случай удара. Ромуальд захихикал, рассматривая его. Смех этот похож был на тот, с которым он разговаривал с Викторио.

- Чего ты шарахаешься-то? Говори, что с моим взглядом не так.

- А то что? – Грэхэм снисходительно на него глянул.

- Если ты меня не любишь – скажи сразу, - мрачно попросил Ромуальд, а рыжий чуть не застонал. Ну как этот кретин может пороть подобную чушь?! Если его ревнуют, значит любят, что же он глупость несет.

- Люблю.

Флориан за дверью поморщился от зависти, но прилип к двери еще надежнее, прислушиваясь и глядя одним глазом в скважину.

- Тогда говори, что тебя не устраивает, - привязался Ромуальд.

- Взгляд твой. Не смей смотреть на Габриэля так же, как на меня, - Грэхэм не удержался и схватил его за плечи, тряхнул. – Потому что не он с тобой «это» делает, а я, - напомнил он ехидно.

Флориан чуть не запищал он восторга. Какие новости!!!

- Не смей меня так хватать! – разозлился Ромуальд. – Не путай меня с девчонкой, даже если я делаю что-то, что должна делать девка! – он без проблем скинул руки Хэйдана с себя и отшатнулся. – И я тебе не подружка, понятно?.. – прошипел он для факта, напоминая. – Не смей меня ставить ниже себя и указывать мне, что делать, на кого и как мне смотреть! А вот это, - он отогнул ворот водолазки, показывая засос. – Вообще неуважение по отношению ко мне, - заявил. – Я не обязан постоянно скрывать это все только потому, что тебе хочется самоутвердиться! – Ромуальд выговорился и вдохнул поглубже.

А выдохнуть не успел, Хэйдан его опять схватил и сначала просто прижался губами к губам. А потом уже, когда Ромуальд расслабился и сдался, приоткрыв рот, Грэхэм увлекся.

Интернатский сплетник чуть не умер у двери, завидуя искренне, но более-менее светлой завистью.

Хэйдан блондина развернул и уронил на собственную кровать, так что Ромуальда придавило, и он заругался опять, выворачиваясь. Неубедительно выворачиваясь, надо сказать. Ладонь Грэхэма не настойчиво, но довольно нагло пробралась ему под водолазку и осталась на животе.

- Сейчас зайдет кто-нибудь, - предупредил блондин.

- Плевать. Я правда люблю тебя, не хочу, чтобы ты смотрел на кого-то еще. Вдруг ты уйдешь.

- Не уйду, господи, - закатил глаза Ромуальд.

- Ну вот и не надо тогда ни на кого смотреть. А за это я уже извинился, - Хэйдан поцеловал засос поверх ворота. – Это не неуважение, это мой способ выразить свое отношение, - умным голосом пояснил он.

- Какого черта ты здесь делаешь, мать твою? – Габриэль спокойно и довольно тихо осведомился, а Флориан примерз к полу, когда ему на плечо легла тяжелая ладонь. Он взял себя в руки, разогнулся и расправил плечи. Повернулся к капитану «Ночей» и поднял одну бровь.

- А что?

- Это наша спальня. Ты не в нашей команде, так что ты здесь делаешь? Опять подслушиваешь и подглядываешь? – Габриэль помнил этого противного сплетника еще мелким. Они вообще познакомились, когда им было по семь. Капитан «Ночей» тогда был почти квадратным и шебутным, а Флориан – скромным, зажатым и одиноким хлюпиком. Он вечно сидел один, над ним многие смеялись из других команд, потому что до пяти лет он со своим семейством скрывался от кого-то в Германии. Вернувшись, вступив в права наследников, они отправили сыночка в Стрэтхоллан, но у него был ужасный акцент, который и стал поводом для насмешек. Вместо «х» он говорил «хь», сильно картавил, а гласные говорил громко, гавкая.

Сейчас от хлюпика ничего не осталось, внешне Флориан сильно похорошел, английский выучил намного лучше, от акцента остались только лающие интонации.

Вот только характер стукача никуда не делся.

- Не твое дело, - улыбнулся парень и хотел обойти Габриэля, но тот сжал его плечо и никуда не пустил.

- Чтоб я тебя здесь больше не видел, понятно?

- Не тебе мне указывать, - гордым голосом с не менее гордым видом сообщил Флориан.

- Вали отсюда, - просто пихнул его Габриэль в сторону лестницы.

Парень пошел по коридору медленно, показывая, что плевать он хотел на указы этого гада.

- Быстрее! – прикрикнул капитан «Ночей».

- Ладно-ладно! – вздрогнув, огрызнулся Флориан. Повел плечом небрежно и спустился вниз по лестнице.

«Ой, подумаешь…» - фыркнул он мысленно. А Габриэль вздохнул и распахнул дверь спальни резко, как это сделала бы учительница. Сразу зажмурился и отвернулся, хотя ничего «такого» там не происходило.

- Если бы это была надзирательница, вас бы убили, - сообщил он, а Ромуальд оттолкнул Хэйдана, одернул водолазку и поправил волосы. Губы припухли, так что выходить было бы очень опасно.

- Мы больше не будем, - заверили они хором немного пристыженно.

- Конечно не будете. Флориан вообще за вами подсматривал и подслушивал. Уж постарайтесь не стать легендами интерната опять, ладно? – Габриэль разозлился в конец и вышел, чтобы успеть на завтрак. Не собирался голодать из-за этих идиотов.

Флориана он схватил за рукав и сдернул со стула, вытащил в коридор прямо из столовой на глазах надзирательницы и учеников. Женщина опешила, выглянула, но увидела, что парни не дерутся, и утянулась обратно.

- Слушай, ты. Если кому-нибудь расскажешь, я тебя…

- Что? – фыркнул Флориан насмешливо, рассматривая его. Шаловливым таким взглядом, прекрасно зная, что Габриэль ему ничего не сделает.

- Лучше не проверяй, - посоветовал парень, а Флориан покосился на его внушительный кулак, сжавшийся, но не двинувшийся в его сторону.

- Ничего ты мне не сделаешь, - нахально заявил, глядя на Габриэля, но тут же вздрогнул, когда капитан «Ночей» замахнулся на него, прижав одной рукой к стене, а вторую занеся для неслабого удара как минимум в глаз. – Ну? Маккавити, будь смелее, - фыркнул Флориан, не выдавая, что как-то немного паникует.

- Я тебе зубы выбью, - пообещал парень вдруг таким голосом, что капитан «Венер» поверил.

- Ладно, я буду вести себя хорошо… - заверил он елейным голоском. – Ничего не видел, ничего не  слышал, ничего никому не скажу.

Габриэль ушел наконец в столовую, отпустив его. Флориан обиженно надул губы, хоть сам этого и не заметил. Хэйдан с Ромуальдом появились через пару минут, такие спокойные и холодные, что парень засомневался – не показалось ли ему.

Нет, не показалось.

Ромуальд приложил холодный стакан к губам, делая вид, что увлечен компотом. А потом округлил глаза.

- А новенький-то кое-кого простил, - он показал взглядом на стол «Сатурнов». Даниэль и Викторио снова сидели друг напротив друга, но не разговаривали, уныло ковыряясь вилками в тарелках. Уже прогресс.

- Флориан их скоро доведет, я смотрю, - сообщил свое мнение Лео, усмехаясь.

- Бесит, - вздохнул Фил.

- Противный он, - согласился Дил.

Габриэль обернулся, дождался, пока капитан «Венер» обернется, и показал ему кулак. Флориан сделал хитренькое лицо и отвернулся, Габриэль прищурился. Этого гада сложно напугать. А жаль.

- Ой, а мы уже разговариваем, да? – Флориан приставал к «Сатурнам», Даниэль его игнорировал, а Викторио огрызнулся.

- Тебя не касается.

- Меня все касается, - отшил его парень. – Я вообще с твоим капитаном разговариваю. Так что, Даниэль, что же такое случилось, что вы помирились?..

Капитан «Сатурнов» наклонился к нему и прошипел.

- Отвали, - выразительно и четко.

- Не дождешься, - хмыкнул Флориан и принялся обсуждать эту новость со своей командой. Все охотно начали перемывать косточки «Сатурнам».

Когда Даниэль встал и пошел на выход, Викторио метнулся за ним, чуть опять не опрокинув стул, что вызвало на лице надзирательницы многообещающее волнение, как перед штормом. Шторм не состоялся, и «Сатурны» удалились вполне спокойно.

Ромуальд проследил за ними взглядом и невольно улыбнулся, опустил взгляд в тарелку, чтобы Хэйдан не подумал, что эта улыбка адресовалась кому-то конкретному.

- Ты со мной что, не разговариваешь? – уточнил Викторио, догнав парня уже во дворе.

- Чего? – Даниэль на него глянул немного скептически. – Просто проветриться пошел, - он пожал плечами и сунул руки в карманы, посмотрел на небо. Сегодня дождя быть не должно… Поэтому он пошел к озеру. Викторио приходилось за ним чуть ли не бежать, капитан ходил быстро и широким шагом.

- А чего ты злишься вообще?.. – начал ныть новичок, капитан отметил, что Викторио говорит в нос, когда ноет.

- Отстань, иди куда-нибудь.

- Куда идти?

- Куда хочешь, - Даниэль держался еле-еле, чтобы не разозлиться по-настоящему.

- А я хочу туда, куда и ты.

- А если я хочу утопиться?

- Ну так вот я тебя остановлю, - пообещал Викторио, обгоняя его и шагая задом наперед.

Шаги по причалу получились громкими, Даниэлю было интересно – новичок ухнет в воду, или успеет остановиться?

Он врезался спиной в лестницу на платформы и, ойкнув, наконец развернулся, пошел опять рядом с капитаном.

- Ты меня преследуешь? – Даниэль прищурился.

- Да, - спокойно признался Викторио, глядя на него нагло.

- Я уже сказал тебе, что мне ты не нравишься. Хватит с меня одного твоего выпада, отстань.

- Врешь ты все, - Викторио обнаглел в конец. – Я тебе нравлюсь, - он сунул большие пальцы в шлейки штанов, которые с него немного сползли. Потом облизнулся, опустив взгляд, прикусил губу. Снова глянул на капитана из-под своей челки. – И мне все равно, наврал ты про невесту свою или нет, - добавил напоследок.

- Назови мне хоть одну причину согласиться, - фыркнул Даниэль, развернувшись и уходя подальше с причала, а то уж слишком хорошо их было видно, если кто-то еще гулял возле интерната. Викторио пошел за ним, не отставая.

- А много причин! – крикнул он, но добавил уже тише. – Я… Я красивый. Я лучше, чем кто-то там еще. А еще ты мне нравишься. И не потому, что Хэйдан меня не выберет, а просто так ты мне нравишься. А еще я никогда тебя не брошу, никогда не буду ни на кого больше смотреть. Вот. А еще… - он остановился, когда остановился Даниэль. Капитан стоял, со странным выражением лица изучая ствол дерева. Они подошли к лесу слева от интерната. Здесь лес был не такой светлый, как в той части, где любили «гулять» Хэйдан и Ромуальд.

- А еще я тебе никогда не скажу «нет». И «не надо» тоже не скажу. И «не так» не скажу. «Пожалуйста» я буду говорить только, когда попрошу о чем-нибудь. А…  - он не успел продолжить, капитан наконец развернулся, решившись, взял его мордашку в чашу из ладоней, чтобы было удобнее, и поцеловал куда неувереннее, чем это делал вчера в кладовке сам Викторио. Но новичок понял, что уж кто-кто, а Даниэль уже точно с кем-то раньше целовался.

С собственной кузиной, когда они были совсем мелкими. «Учились» делать «это», глупые малявки.

Целовать Викторио оказалось странно приятно, даже не смотря на то, что он такой зануда и нытик. Зато он не стоял столбом, а тут же повис у капитана на шее, обхватив ее руками. И не смотря на то, что он не говорил «не так» и «не надо», сначала все же хитрил, не поворачивая лицо и не давая целовать себя всерьез.

Стыдно ему, как ни странно, не было совсем, Даниэлю тоже. Капитан «Сатурнов» просто решил, что раз уж его так уговаривают, новичок действительно этого хочет. А раз хочет, так зачем смущаться?..

Ланду не верилось, что в кои-то веки целуют не чертового белобрысого, а его. И это не Ромуальда так сильно прижимают к себе, что становится жарко, не его хотят, а Викторио. Торжество было просто безумное, парень решил, что можно растаять. А Даниэль был в шоке. Новенькому всего пятнадцать. Ну, пусть почти шестнадцать, но это дела не меняет, он же еще совсем малявка на взгляд капитана, да и остальных. А вот желания и поведение у него далеко не детские, это убивало. И он ничего не сказал, не возмутился, когда Даниэль сжал его руки чуть выше локтей, дернул на себя и немного вверх, чтобы не надо было нагибаться. Викторио встал на цыпочки и перестал сопротивляться вообще. Руки у него были такие тонкие, что капитан буквально в кольце из пальцев их держал. Новичок, кажется, влюбился. Когда его отпустили, только перестав целовать, он уставился в глаза капитана и сообщил.

- А у тебя глаза зеленоватые, кстати. Я не замечал, - так откровенно, что Даниэль решил его не убивать за это. А когда он заговорил, Викторио еще вдруг понял, что у парня очень приятный голос. Ровный, не слишком тихий, но не чересчур громкий. Не резкий, не скрипучий, очень… Очень красивый.

- Значит, ты мне «нет» не скажешь? – уточнил капитан вдруг, по-прежнему сжимая его руки. А что? В конце концов, ему уже почти семнадцать, осталось всего ничего. И очень хочется…

- Не скажу, - покачал головой Викторио.

- А если я захочу с тобой заняться «этим»? – усмехнулся Даниэль.

- Чем «этим»? – парень состроил из себя дурака.

- Догадайся, - вздохнул Даниэль, а Викторио почувствовал – если будет придуриваться дальше, их тонкое перемирие сразу оборвется.

- Не скажу, - снова повторил. – А ты хочешь?..

- Еще бы, - голосом «а кто в моем возрасте не хочет» фыркнул Даниэль и отпустил его, отступив на шаг и рассматривая. – Тогда давай сделаем это. Докажи, что ты такой же, как Ромуальд. Или даже лучше, ты же грозился.

- Ладно, - кивнул Викторио сразу же, не подумав. Хотя, чего там думать, он бы все равно согласился. Смысл выделываться?

Даниэль не поверил своим ушам. Чуть не переспросил «Так просто?!» но потом обрадовался и смог контролировать речь.

- Замечательно. Значит, сегодня в десять. Да, в десять. После отбоя. Знаешь, где?.. – он сам задумался, а Викторио терпеливо ждал, пока он придумает, где же это можно сделать.

- Там, где они?.. – уточнил он ехидно.

- Нет, там неудобно, - махнул рукой Даниэль, думая, глядя по сторонам.

- Обо мне беспокоишься? – Викторио просто не мог без язвительности.

- О себе, - обломал его парень. – Точно! Спальня «Марсов». Она сгорела, туда все равно никто не заходит. Странно, что им это в голову не пришло.

- А вдруг учителя зайдут?..

- А зачем им ночью заходить в сгоревшую спальню? Тем более, подозревают они только Хэйдана твоего с Ромуальдом. А если они будут в спальне, так и вовсе тихо можно будет… Там есть кровать, уже ведь плюс? – капитан усмехнулся.

- Сгоревшая? – уточнил Викторио с сарказмом.

- Там мало, что горело, хоть одна целая осталась наверняка. А нет, так значит, на полу, - Даниэлю было, в принципе, безразлично, он просто издевался. – Или ты уже передумал? – он выгнул бровь.

- Нет, не передумал. Не дождешься, - Викторио решил не отступать. – В десять, значит? Когда ты придешь, я уже буду там, - заверил он и первым пошел к интернату, не веря, что на такое согласился. Хоть бы Даниэль был не таким, как Хэйдан. Очень не хотелось, чтобы все было так, как было у старшей парочки в кладовке. У них это было резко и грубо, но оба, кажется, получали удовольствие. Викторио же хотелось чего-то менее… Активного. Но все в руках Даниэля, отказывать он ему не станет.

* * *

Вечером, после отбоя, Флориан заметил, что новичок направился в душ. Сплетник тоже решил заглянуть туда, захватив зубную щетку и сделав вид, что очень-очень озабочен белизной собственных зубов. До десяти лет он носил пластинку, так что, как бы его ни дразнили, с зубами у него все было в порядке. Он их тщательно драил, взбивая такую пену из пасты, что приходилось отплевываться каждые двадцать секунд. А сам косился на скрывшегося в темном углу новичка. Тот расслабленно стоял, подставив лицо под воду, хлещущую из душа.

Как-то это все странно было на взгляд  Флориана. Ведь раньше Викторио не срывался так вдруг, в одиночку намываться?.. Сплетник усмехнулся, отплевавшись в очередной раз и прополоскав рот. Вышел за дверь ванной и остановился сразу за углом, решив понаблюдать. Новичок вышел почти одетый, но не на все пуговицы рубашки застегнутый, с еще мокрыми волосами только через  двадцать минут, так что Флориан устал уже ждать. Зато, когда парень прошел мимо него, не заметив, местное радио потащилось за ним, крадучись по коридору, как вор по дому антиквара.

И уж совсем у Флориана случилась рекламная пауза, когда парень, оглянувшись (сплетник едва успел остановиться у лестницы), зашел в комнату бывших «Марсов», на которой по-прежнему висела табличка с названием планеты.

«Какого…» - Флориан не понял, но подошел к двери спальни «Венер». Уже собрался открыть ее, но по лестнице поднялся Даниэль и тоже, обернувшись, проверив чистоту коридора, убедившись в безопасности, шмыгнул в спальню «Марсов».

«Нет, ну это, простите, уже вообще…» - подумал сплетник и пошел на цыпочках к такой популярной комнате, чтобы подсмотреть, что там происходит. Подслушать на крайний случай.

Пороги у комнат были высокие, так что огонек свечи, дрожащий в комнате, было видно, только если  усесться на колени на полу и заглянуть в замочную скважину. Сдать странных «Сатурнов» Флориан не боялся, надзирательница прошла по коридорам верхних этажей, где парни спали, еще полчаса назад, теперь она сама уже наверняка лежала в постели, вытащив вставную челюсть и кинув ее в стакан с водой. Так что парень увлекся наблюдением, изредка тараща глаза в шоке.

- Только не быстро, - Викторио решил, что это не отказ, а всего лишь просьба. Просить-то ему можно?

Они уже минут двадцать пять мучились, болтая на эту тему, будто обсуждали погоду. А потом Даниэлю надоело медлить, и он повалил парня на частично обгоревший матрас самой близкой к окну кровати. Осторожно сжал запястья, разведя руки парня в стороны, чтобы он не вырывался. Поцеловал сначала в губы, опять привыкая, потом в хрупкую скулу, потом в шею под ухом. Нет, идиотом капитан Сатурна не был точно. А Викторио не был трусом, так что на вопрос «Не боишься?» ответил вполне оптимистично.

- Только я знаешь, как хочу? – он вернул в свое распоряжение руки с еще забинтованным пальцем, взял ладонями лицо капитана и облизнулся. – Не так, как у них. Не так, как в кладовке они, и не так, как на сеновале.

- Я этого не видел, - сообщил ему Даниэль, хмыкнув, медленно стягивая уже штаны с парня. Викторио делал вид, что этого не замечает.

- Они молчали, а Хэйдан уговаривал его хоть что-нибудь сказать. Не знаю, почему. Наверно им было не по себе… Тебе сейчас не по себе? – он внимательно уставился на капитана. – Неприятно? Или все нормально?

- Мне отлично, - заверил его парень, ухмыляясь. – А тебе?

- Ну, пока тоже, но не думаю, что будет так же минут через пять, - философски ответил Викторио. – Я просто хочу, чтобы ты мне говорил, если что-то придет в голову. Это же не их глупые щенячьи нежности, да? – ему ТАК хотелось отличаться от Ромуальда, что про стыд Ланд забыл напрочь. В конце концов, Дэмиэн всегда говорил, когда по утрам малявки из первых классов таскали ему то влажное полотенце – положить на лоб, то пиво, украденное у дворника, что «Секс – это просто набор движений. Какой смысл волноваться из-за этого? Просто берешь и отрываешься, получаешь удовольствие по полной программе, а уж что он там о тебе подумает – его проблемы, а не твои». Потом он гоготал громко и сосал из бутылки пиво, пряча бутылку, если заходила учительница.

Да, Дэмиэн был прожженным и опытным, циничным придурком. Зато он был частично честным, когда рассказывал про «это», поэтому Викторио решил вспомнить его слова.

- Как скажешь, - Даниэль понял, почему Хэйдан стал спокойнее относиться к Ромуальду, а не огрызаться на каждую его усмешку. Как бы там ни было, сверху-то он. И он будет делать со своим парнем все, что захочет, так что можно позволить подстилающемуся отрываться хотя бы вне койки.

- Короче, не стесняйся, - фыркнул Викторио, когда его перевернули наконец. Он сам решил, что так ему будет удобнее и куда приятнее, чем задрав ноги на плечи капитану.

- Да ты тоже, - усмехнулся Даниэль, встав на колени и расстегнув свои штаны, в которых все стало серьезно, пока новенький рассуждал, лежа под ним расслабленно.

- За меня не беспокойся, - Ланд оглянулся и глянул на него из-под высохшей, пушистой челки. – Уж я-то стесняться не буду.

Флориану это видно было превосходно. Не крупным планом, конечно, но зато все целиком. Он ожидал безумного крика, который должен был разбудить весь интернат, но как только случилось «то самое», Даниэль запрокинул голову, а Викторио наоборот – опустился на локти и спрятал лицо в матрас.

Сплетник аж покраснел, увидев это. Посмотрел по сторонам – никого не было. И слава богу.

Капитану постоянно приходилось останавливаться, чтобы не опозориться раньше времени. А риск был огромный, потому что это было так… Щеки Даниэля горели, но говорить он не переставал, потому что Викторио не замолкал. Так он боролся со стыдом, который наконец пришел. Болтая обо всем, о чем можно было, они чуть ли не смеялись, как два идиота. Зато не было напряжения и стеснения. Викторио был очень и очень рад, что капитан периодически замирает. Пусть даже просто переждать, но это было огромным плюсом при всем том, что Ланд чуть не прокусил себе указательный палец от боли, которая нахлынула сначала и заставляла стратегически важное место просто гореть. Даниэль не стал его мучить, слушая реакцию и понимая, что приятно парню только, когда он делает «это» медленно.

- С ума… Сойти… - выдал он сквозь зубы.

- Это точно… - Викторио выдохнул и повернул голову, щекой прижимаясь к матрасу, приоткрыв рот. Влажное пятно от слюны на матрасе уже красовалось, ресницы намокли и слиплись от слез.

- Больно?.. – уточнил Даниэль через силу, проведя рукой по его выгнутой спине.

- Догадайся… - фыркнул парень и чуть не засмеялся.

- Зато мне прекрасно, - поддразнил его капитан и ради шутки шлепнул по заднице.

- Вот ты урод… - вырвалось у Викторио, который царапал ногтями жесткий матрас под собой. Ему «фееричный финал» не грозил, было слишком больно. Но это стоило того. В конце концов, белобрысый любимчик Хэйдана тоже не сразу начал от этого удовольствие получать, в этом Ланд был уверен.

- А ты очень хорошенький, - сообщил ему Даниэль, наклонившись, так что прижался грудью к спине зашипевшего парня. И шепотом выдал рядом с ухом. – Особенно в одном месте…

- Убейся, - посоветовал Викторио, раздвигая колени шире, надеясь, что будет менее неприятно.

Со стороны это все выглядело очень и очень привлекательно, совсем не так, как было для самого Викторио. Ему-то было больно, он едва терпел, отвлекаясь только на ехидство и разговоры.

А вот Флориан, смотревший на все это в скважину, и уже уставший стоять на коленях, уверен был, что новичок – настоящий извращенец и подстилка. Он смотрелся так, будто ловит невообразимое удовольствие от всего этого.

* * *

- Ну что, тяни, - Ромуальд улыбнулся, подняв одну бровь, так что опять стал таким привлекательным, что Хэйдан чуть не ударил кулаком стену. На такого Бликери никто не смеет смотреть, кроме Грэхэма. Никто!

Блондин подвинул к Габриэлю коробку с бумажками, на которых были написаны имена. Имена самих «Ночей» выгребли на всякий случай. Капитан закрыл глаза и сунул руку в коробку, все затаили дыхание. Отдал бумажную полоску Ромуальду, только потом открыл глаза. У блондина было такое выражение лица, что все – бывшие «Нептуны»  и бывшие «Марсы» полезли по кроватям смотреть, кто же там.

- Ну кто? – вздохнул Габриэль.

- Флориан Марвилл, - засмеялся парень, заикаясь, как всегда. Все «Ночи» захихикали. У Лео начался припадок злорадства, как и у Хэйдана.

- Ой, это будет нечто… Мы ему устроим сладкую жизнь, - выдал он.

- И какая пытка? – Хэйдан глянул на капитана.

- Придумывайте сами, - он махнул рукой, не собираясь в этом участвовать. Ромуальд сразу ухватился за возможность.

- Предлагаешь мне выбрать того, кто будет его мучить?

- Выбирай, - разрешил Габриэль великодушно.

- Тогда сначала я выберу пытку, - усмехнулся блондин. – Кто что предложит?

- Рассказать ему кошмар про грымзу, но не сказать всей правды? – пожал плечами Арнольдо, которому все же растрепали великую тайну. Эдвин кивнул, но Даррен возразил.

- Да он не поверит – раз, подумает, что это шутка – два, а если даже поверит – побежит звонить родителям и скандалить с грымзой. Он-то это умеет, у него все быстро.

- Черт… - Арнольдо вздохнул и отвернулся. – А сам ты что предлагаешь? – он глянул на очкарика ехидно.

- Пока не знаю, - вздохнул парень. Мелкие тоже молчали, идей у них не было. Ладно еще – пытка для кого-то обычного, а то – интернатский сплетник, который попортил всем столько крови. Прогадать и продешевить очень не хотелось.

- Лео? – Ромуальд глянул на рыжего.

- Напугать?  Как этого, новенького, у которого проблемы с речью и слухом, - он усмехнулся.

- Ага, конечно, - закатил глаза очкарик, помнивший этот случай в туалете. – Он нас сначала пошлет, так что адресом ошибемся, а потом грымзе настучит. Да и отлупить его не получится, они с Ромео одинаковые примерно.

Он покосился на блондина, тот задумался и кивнул, надул щеки, со звуком «пффф» выдохнул. Телосложение у него и сплетника было почти одинаковое. Разница только в том, что у Ромуальда плечи были чуть шире, да и кости чуть тяжелее. Но в любом случае, напугать и отлупить Флориана не вышло бы.

- Фил, Дил? – безнадежно позвал он. Близнецы переглянулись, а потом уставились на капитана, который изучал вообще стену.

- Он же «этот», - выдали они неуверенно, стараясь не обидеть ни Ромуальда, ни Хэйдана. А те наоборот заинтересовались, подвинувшись ближе.

- И что?

- Ну вот… - опять хором протянули парни. Фил улыбнулся немного загадочно.

- Можно устроить ему пытку тем, чего ему так хочется.

- Ударить по самому больному месту, - кровожадно улыбнулся Дил. И близнецы снова покосились на капитана. Ромуальд замер, у Хэйдана рот приоткрылся от такой идеи.

- Вы гениальны, - выдал он наконец. Гарольд перебил.

- А как вы собираетесь его пытать «этим», если… Если вы нормальные? – это звучало так наивно, что Ромуальд не стал огрызаться, а Хэйдан не решился сказать что-то похабное. Робин был поумнее, он тоже осмотрел Габриэля, не слушавшего весь этот бред.

- Вы думаете, он согласится?

- А он сам мне предложил выбирать, - пожал плечами Ромуальд. Он был в восторге от идеи. Сам знал, как может ранить такая вещь, ведь чувства теперь открылись ему со стороны совершенно беззащитной. Он понял, что когда человек влюблен, его можно взять и разорвать на мелкие клочки, если знать, на что давить. – Капитан, а, капитан? – задумчиво позвал он, а капитан не отреагировал. Хэйдан пихнул его в плечо.

- Алло, вам звонят, - тут Габриэль вздрогнул и обратил на них внимание. Оскал Ромуальда и странные улыбки парней ему не понравились.

- Придумали?

- А то, - Ромуальд кинул бумажку с именем обратно в коробку, закрыл ее и убрал под кровать. – Ты будешь пытать его, - сообщил он голосом, не терпящим возражений. Но Габриэль все равно возразил.

- Нет, сами придумали, сами и разбирайтесь.

- Ты согласился, потом вытащил имя, а потом предоставил мне возможность выбирать. Так что не отнекивайся, а то мы подумаем, что тебе… слабо, - последнее слово они с Хэйданом, переглянувшись, прошипели вместе и усмехнулись. В конце концов, игра так и называлась, теперь всем было интересно – а не слабо ли «великому и суровому Габриэлю-капитану» устроить пытку противному сплетнику?

Капитан его в этот момент готов был приложить лбом о стену, но не стал.

- Почему я?

- Потому что я так хочу. Все так хотят, - спокойно пояснил блондин, улыбаясь и щурясь. – Пыткой не поинтересуешься? Вряд ли она тебе понравится, но это будет смешно. Мне даже интересно будет увидеть лицо Марвилла, когда мы все расскажем ему, что это – всего лишь шутка.

- Мне уже не нравится, - заверил Габриэль.

- А придется, - усмехнулся Хэйдан. Лео махнул рукой, обрывая его, и решил сам сказать.

- Ты сделаешь вид, что тебе нравится Флориан, а потом скажешь, что это – всего лишь игра. Представь только, он же вены вскроет! С ума сойти… - идея всем так нравилась, что Габриэля убило сначала это, а только потом дошел смысл сказанного.

- Я?! – он вытаращил глаза. – Нет. Никогда. Он мне даже не нравится, - выдавил он шепотом.

- Так ведь это к лучшему, - пожал плечами Хэйдан. – Не увлечешься.

- Я нормальный! – парень бушевал, он встал и отошел от кровати к двери, благо еще был не в пижаме, а в том, в чем ходил по интернату.

- Ну вот и отлично! Это поможет тебе судить непредвзято и издеваться, не смущаясь! – Хэйдан выпалил это так эмоционально, что Ромуальд на него покосился. А не было ли ухлестывание за ним и издевки в феврале всего лишь глупой шуткой, переросшей в конце концов в любовь?

В любом случае, Грэхэм был прав. Он-то просто сорвался, ему нравился Ромуальд, поэтому издевка превратилась во взаимное чувство. Габриэль совершенно нормален, у него мужественное лицо, роскошное для восемнадцатилетнего парня тело, он сильный, умный…

Последнее Ромуальд озвучил вслух, соблазняя капитана согласиться на пытку.

- Ну ладно, - вздохнул Габриэль, поддавшись. Его умаслило то, что все признали его нормальность, даже решили, что так будет легче. Хэйдан решил поговорить с Ромуальдом про тело, силу, ум и все остальное, принадлежащее Габриэлю, потом. – Но я понятия не имею, что ему надо. Тем более, сегодня он за вами подглядывал, - он сначала сказал, а потом подумал, поэтому все уже уставились на парочку, подозревая их в ужасном действе, которое якобы творилось в спальне с утра.

- Мы просто целовались, - успокоил их, подняв ладонь, Ромуальд. Все вздохнули. Нет, все же развратил Грэхэм бедняжку.

- Ну вот, вы «просто» целовались, а он готов был разболтать об этом всему интернату. И я ему чуть не врезал, так что ни о каких шутках речи быть не может.

- Почему ты так уверен? – поднял брови Хэйдан.

- Потому что он меня пошлет, балбес, - пояснил Габриэль ему, как идиоту.

- А вот не факт, - вдруг хмыкнул Ромуальд. На повисшее вопросительное молчание он ответил. – С Марвиллом по-другому и нельзя. Он же баран, причем упрямый баран, по-хорошему не понимает. Надо силой.

- Силой? – выгнул бровь Хэйдан и решил с усмешкой, что тогда Ромуальд – тоже баран. Упрямый.

- Вот именно, - кивнул блондин и уставился на капитана. – В общем, завтра ты признаешься ему в том, что он тебе нравится. А когда уже все покатится дальше, он просто решит, что твои наезды – всего лишь способ неловко позаигрывать с ним.

Хэйдан и Лео гнусно захихикали, представив Габриэля «неловко заигрывающим» со сплетником. К Флориану пририсовали бараньи рога, стало совсем весело, так что Леонард захрюкал, спрятав лицо в подушку, Хэйдана пробило уже от этого. Ромуальд треснул его по бедру, успокаивая.

- Да тихо вы! Понял меня? – спокойно посмотрел он на Габриэля.

- Ты больной, вот, что я понял, - вздохнул парень. – Вы все больные. Ничего не выйдет, он не такой идиот.

- Он тупее, чем кажется, уж поверь мне, - Бликери осклабился.

- Доверься его женской интуиции, - простонал Лео, опять укатываясь в хохот вместе с Хэйданом, решившим таким образом отомстить Ромуальду за «тело, ум и роскошь» Габриэля.

- Называй, как хочешь, но я уверен, что он попадется. Как на крючок, - блондин толкнул Хэйдана довольно злобно, так что тот затих и обнял его со спины, успокаивая, уговаривая не злиться. Поставил подбородок Ромуальду на плечо и принялся сопеть ему на ухо, блондин успокоился.

- Постараюсь. Но если не получится – виноваты будете вы, - он ткнул пальцем в парочку, а потом в близнецов и Лео. – Он же всем разболтает, что я… «ЭТОТ», - Габриэля передернуло от этого слова.

- Ты действительно думаешь, что он станет болтать про то, что к нему клеится другой капитан? Тебе самому-то не смешно? Он же не совсем дурак, он сплетник, он разносит слухи о других, а не устраивает себе рекламу, - пожал плечами Ромуальд и, отпихнув Хэйдана, начал укладываться спать.

- Убедил, - теперь капитан успокоился. – Пойду, зубы хоть… Почищу.

- Кому? – фыркнул Лео.

- Тебе, - огрызнулся капитан, так что рыжий присмирел.

* * *

К этому моменту Флориан просто рассматривал одевшихся и очень и очень скромно сидящих на кровати в сгоревшей спальне «Сатурнов». Даниэль и Викторио вымотались так, будто пробежали по несколько километров, а у Ланда еще и зад болел так, что встать было невозможно, не поморщившись.

- А все равно классно было, - заявил он оптимистично, привалившись к капитану и положив голову ему на плечо.

- Это да, - хмыкнул Даниэль, покосившись на него. – Извини, - выдал он наконец. Теперь он точно понял, в чем дело у Ромуальда и Хэйдана. Главное – эмоции, а не телодвижения. Ему было приятно все, что делал Викторио, как он целовался, как реагировал на поцелуи Даниэля, как он вздыхал и тихо всхлипывал, ехидно разговаривал во время «такого». И было стыдно не за то, что они сделали, а за то, что удовольствие-то получил только Даниэль.

- Ой, да не волнуйся ты, - его толкнули в плечо, новичок улыбнулся. – Мне понравилось, правда. Потом будет приятнее. Наверно. Если ты захочешь, - на него стеснение все равно напало, он посмотрел на собственные руки, сложенные на коленках.

- А ты надеешься, что не захочу? – уточнил капитан, осклабившись и наклонившись, заглянув парню в лицо.

- Нет, я наоборот – хочу еще. Только потом! – сразу поправился, но не успел продолжить, его чмокнули в губы. Очень даже благодарно, если подумать.

У Флориана болели колени, но он продолжал подсматривать. Это было так романтично, что слезы на глаза наворачивались… И было такой сенсацией, что язык чесался разболтать кому-нибудь.

- Эй! Ты опять?! – Габриэль опешил, выйдя из спальни «Ночей» и увидев в конце коридора сплетника, согнувшегося в три погибели перед дверью. Подошел почти неслышно и схватил испугавшегося парня за шиворот, вздернул на ноги. Флориан опять сделал независимый, гордый вид и вырвался, отряхнулся демонстративно. Шепотом заявил.

- А не твое дело.

- Наша бывшая спальня, - осклабился Габриэль противно, показав на табличку. – Тебя, я смотрю, так и тянет к нам, как магнитом. С чего бы это, а? И вообще, она пустая, чего ты там высматривал? – он не понял.

- А вот, - хмыкнул Флориан и, отвернувшись, пошел к спальне «Венер».

- Сладких снов, - ехидно пожелали ему вслед.

- Ты даже не представляешь, насколько, - огрызнулся парень насмешливо. Действительно, после такого «кино» на ночь… Сны будут очень приятными. Габриэль вздохнул и спустился по лестнице, что оказалась ближе, так что, когда «Сатурны» вышли из сгоревшей комнаты, они были уверены, что коридор все это время пустовал, и спокойно удалились в свою спальню.

* * *

Утром Флориан проснулся от звонка – подопечные решили не трепать спящего капитана и ушли намного раньше. Парень сел на кровати и уставился в стену.

Ему снилось такое…

Сначала это было просто романтично, его кто-то обнимал, кто-то с очень широкими плечами, большими сильными руками. От этого кого-то пахло медом и одеколоном, а потом они целовались…

Марвилл зажмурился, запищал от восторга, вспоминая сон и пользуясь тем, что в спальне он один. Но потом вскочил, оделся и отправился тоже в столовую.

Ромуальд подорвался на стуле и чуть не опрокинул его, зашипел на капитана.

- Давай! Бегом! – пнул Габриэля под столом, все блондина поддержали.

- Да я уже сижу, - попробовал отнекиваться капитан, но получилось плохо.

- Плевать! Возьми еще что-нибудь, принеси мне… Пудинг, - выдал Ромуальд, определившись, чего он хочет. – Иди!

- Да что мне ему сказать?!

- Скажи, что он сегодня отлично выглядит, - хмыкнул Хэйдан, не показывая, что пудинг Ромуальду мог бы принести и он сам.

- Да ежу понятно, что это ложь, - закатил глаза Лео, Арнольдо согласно захихикал – пушистые волосы Флориана сейчас пушились даже чересчур, так что он выглядел не так прилизанно и блестяще, как обычно.

- Ну скажи, что хочешь с ним поговорить наедине, - посоветовал Ромуальд, не зная, как еще можно уговорить  парня. В конце концов, это не он всегда уговаривал, а его.

- Нет, скажи, что он что-то натворил, и теперь ты в ярости, - вдруг выдал Дил.

- Пусть напряжется, а то он тебя пошлет, - добавил его близнец, и Габриэль все же встал. Оказался рядом с Флорианом на раздаче очень удачно, парень рассматривал, что сегодня предлагалось на завтрак. Выбрал блинчики и протянул руку за сиропом, а Габриэль быстро взял блюдце с пудингом.

- Доброе утро, Фло, - усмехнулся он так, что сам себе удивился. Не знал, что умеет быть спокойным, когда в самом деле паникует.

- О, привет, - мечтательно протянул парень, поливая блины сиропом и ища взглядом компот, где поменьше фруктов на дне стакана.

- Ну как, сны сладкие были? – ехидно уточнил Габриэль, но тихо, чтобы повариха не услышала.

- Очень… - вдруг повернувшись к нему, нежно ответил Марвилл, явно издеваясь. – Мне снилось то, о чем ты даже понятия не имеешь, дубина ты стоеросовая.

- Ммм… Представлял меня обнаженным, да? – Габриэль собой не владел, это вырвалось как-то само.

- Ну конечно, - осклабился и кивнул Флориан. – Я и не знал, что ты такой проницательный. Я хочу тебя, ты нужен мне, мальчик мой, - парень наморщил нос, усмехаясь. Прищурился. Мордашка у него сделалась куда живее и теплее, чем у того же Ромуальда. Ромуальд смешные рожи корчить не умел, а вот Флориан в этом был специалистом.

- Я, между прочим, старше тебя на месяц, - напомнил Габриэль, уже стоя с ним у стены, а замахнуться на него Флориан не мог из-за того, что в руках держал поднос.

- Ну тогда котик, - выдал сплетник, вдруг увидев на стакане, который выбрал, аппликацию кота. Поднял поднос так, что стакан оказался прямо перед Габриэлем. – Видишь? Котик.

Пока капитан «Ночей» соображал, парень уже сел за свой стол и захихикал. Габриэль вернулся к своим и мрачно сел, подвинул к Ромуальду пудинг.

- Спасибо, - кивнул блондин, а потом уставился на капитана. – Ну как?

- Как-как… Мы не того парня «мистером Невинностью» звали, кажется, - фыркнул Габриэль.

- Ты на что намекаешь?.. – мрачно поинтересовался Хэйдан, перебив возмутившегося Ромуальда.

- На то, что невинность предполагает полную тупость. А ты по сравнению с Марвиллом – просто вундеркинд, - сообщил капитан блондину. Тот промолчал, высоко подняв брови, не поняв, что это было – комплимент или нет.

- Что он сказал?

- Сначала нес чушь, потом назвал меня мальчиком, потом котиком, а потом ушел, - с огромным скепсисом в голосе поделился капитан.

- Тяжелый случай, - вздохнул Даррен, а Лео захихикал. «Самое то для нашего капитана».

- Ладно, тогда поймаешь его на соревнованиях или после них, скажешь, что он тебе нравится, - решил Ромуальд, облизывая ложку. – Понял?

- Как скажете, капитан, - ехидно напомнил, что капитан-то тут он, Габриэль.

- Ты сам вчера согласился, так что не надо, - махнул рукой блондин. А потом уставился на немного странную походку Викторио, вошедшего в столовую за Даниэлем. – Да что вы говорите… - вырвалось у него, а Хэйдан перехватил его взгляд и тоже увидел.

- Что это с ним?

- Может упал, - протянул Ромуальд. – А может быть и нет, - усмехнулся, посмотрел на своего парня. Покосился на надзирательницу, на поварих, но те не смотрели в их сторону. Быстро чмокнул Хэйдана в губы и снова отвернулся, принялся за пудинг.

- Ты с ума сошел?! – Габриэль вызверился. – Еще чего придумаете?!

- Тихо ты, сам не вопи, никто не заметит, - хихикнул Лео, привыкший к этим шуточкам.

На соревнованиях Ромуальд опять не появился, проведя все это время в конюшне, мурлыкая коню в ухо, какой он красивый и хороший. Потом оседлал его и решил поучаствовать только в скачках. Хэйдан по привычке курил за школой, «Сатурны» отлынивали, особенно капитан и его новый «друг». Они вообще сидели возле причала и делали вид, что усиленно тренируются.

Учительница свистнула, увидев, что на аллее, где бегали парни, кое-кто срезал почти половину по кустам. Марвилл вывалился весь в листьях, возмущенный и получил два круга дополнительно. Два круга получались километром, так что он застонал обреченно, Эдвин и Лео, пробежавшие мимо, злорадно посмеялись. А капитан «Венер» высунул язык и передразнил их вслед. Габриэль вылез из озера с таким стоном удовольствия, что все стоящие на берегу позавидовали. Арнольдо его прекрасно понимал, рассекая воду, лежа на спине. Капитан «Ночей» не отказал себе в удовольствии понаблюдать за Флорианом, который уже в конце первого круга еле дышал, хрипел и думал, что ноги сейчас оторвутся.

- Давай, Марвилл! Не отлынивай, нечего тут! – подстегнула его физкультурница криком. Парень зажмурился, на последнем рывке пронесся еще половину аллеи и  согнулся, опираясь о собственные колени. Назад он вернулся пешком, держась за бок и морщась.

- Э… Эх ты… - разочарованно протянула учительница, отворачиваясь от него. – Восемь минут два километра бежал, господи… - закатила она глаза, а Флориан растянулся на траве.

- Как ты? – усмехнулся Габриэль, выжимая на него мокрое полотенце, Флориан закрыл лицо руками и заорал возмущенно.

- А ну!! -  он сел и лягнул другого капитана посильнее, Габриэль увернулся. – Отвяжись, Маккавити, - попросил он и встал, сообщил шепотом, косясь на физкультурницу. – Ты не похож на мужчину моей мечты, - Флориан усмехнулся и пошел смотреть на соревнования по стрельбе из лука.

- Черт… - капитан «Ночей» закатил глаза. Марвилл, вообще-то, тоже не был воплощением девушки его мечты, но раз уж взялся в «слабо» играть, надо было следовать правилам.

- Ну как успехи?  - поинтересовался Хэйдан, нарисовавшись рядом, Габриэль отвернулся от него, махнул ладонью перед лицом.

- Куревом от тебя воняет… Фу… Завязывай с этим, а то слизняк вообще с тобой целоваться не будет.

Хэйдан застыл. Потом посмотрел на капитана, на Ромуальда, который выводил коня из конюшни.

- Как скажешь, - вздохнул он и всерьез решил перестать курить. А то потерять Ромуальда очень не хотелось из-за такой глупости. – Так что там с нашим Флорианом?

- Меня от него тошнит, - честно сообщил капитан, обматываясь полотенцем, потому что стал мерзнуть. – И внешне он мне не нравится, и характер у него отвратительный. Вообще, я не понимаю, как может мужику нравиться мужик?! – он шепотом закричал на рыжего, а тот пожал плечами, сунув руки в карманы.

- Не знаю. Это не просто… Ну не просто вот внешность… - он задумался и не понял, как объяснить то, что между ним и Ромуальдом. – И не с первого взгляда. Это просто… Ну когда смотришь вот на него и понимаешь, что тебе плевать на пол, на возраст, на рост, на характер, на внешность, на все… Просто хочется быть с ним, - он вдохнул, а на выдохе выдал. – Вот.

- Слизняк твой хотя бы красивый, как ни противно признавать, - закатил глаза капитан. – А на этого посмотри, я же сейчас расплачусь.

- Ой, да ладно тебе, -  фыркнул Хэйдан, а потом обнял Габриэля по-дружески одной рукой за мощную шею, наклонил к себе, чтобы капитан тоже смотрел на сплетника. – Вот посмотри повнимательнее. Он симпатичный, не отрицай. Не девочка, конечно, но ведь и не такой, как ты, - Грэхэм фыркнул. – И не такой, как Лео, к примеру. Не Арнольдо и не Эдвин. Даррен…Возможно. Но Марвилл совсем не так плох. Посмотри, какие волосы…

- Да спасибо, я Ромео видел, - вздохнул Габриэль.

- Ну да. Но все равно. Цвет, опять же, не имеет значения. Мне белобрысые вообще никогда не нравились, если честно. Смотри дальше. Плечи у него уже, чем у Ромео… Руки тонкие, запястья девичьи… Просто представь, что это девка, а? А потом привыкнешь и все. Тем более, тебе же с ним не жить, не встречаться, а просто наколоть до выпускного, а дальше посмеемся и разбежимся. Так… Шея у него – просто класс. Тебе не понять, но я тебя уверяю – очень красивая. Глаза. Тебе нравятся его глаза?

- Если честно, я в них не смотрел, - буркнул Габриэль, упорно рассматривая Флориана, но не в силах воспринять его, как объект желания.

- Черт… ладно. А вот еще, он высокий. Ну ниже тебя, но все равно высокий, не малявка, как этот Ланд, например. Уже плюс. Посмотри на его талию… - Хэйдан чувствовал себя специалистом по рекламе. – Тонкая, все девчонки обзавидовались бы. А ниже – наоборот. Ну видел же Ромео?

- У него все правильно.

- Ну да, но у Марвилла вот тут немного шире, чем у Ромуальда, - Хэйдан показал на свои подвздошные кости.

- И что?

- А когда он сидит, закинув ногу на ногу, у него тело со спины почти, как женское, - уверял рыжий, сверкая глазами. – Ноги, посмотри, стройные, ровные.

- Костлявые.

- Нет! – возмутился Хэйдан, он уже воспринимал Флориана не как противного ябеду, а как товар, который обязательно нужно всучить клиенту. – Они костлявые, где надо, а где не надо – они отличные. И вообще, очень длинные… Представь, как такие… Нет, не представляй, - Хэйдан захихикал, махнув перед лицом капитана рукой, едва не увлекшись и не предложив представить настоящую эротику. – Фу-фу-фу, забудь, я случайно, - Габриэль на него посмотрел, прищурившись.

- Чего ты добиваешься? Чтобы я в мужика влюбился? – прошипел он, оттащив Хэйдана подальше от учительницы.

- Чтобы тебе легче было за ним ухлестывать! От этого зависит – поверит он тебе или нет, а он, поверь мне, не дурак. Если не поверит, шиш нам всем, а не пытка. И вообще, попробуй его поцеловать…

- Я не умею, - побагровел Габриэль. – Если ты не помнишь.

- Черт… Проклятье… - Хэйдан посмотрел по сторонам. – Что же делать.

- Я говорил, что это – дурацкая идея! И не буду я его целовать, фу… - Габриэль принялся плеваться себе под ноги так выразительно, что Хэйдан чуть не поверил.

- Тихо! Не все потеряно. Он тоже не умеет… Но тебе лучше бы научиться.

- На твоем слизняке, что ли? – подколол его капитан, а Хэйдан помрачнел.

- Даже не думай.

- Я пошутил, - поднял Габриэль руки примирительно и пошел за одеждой.

Грэхэм еще постоял, рассматривая Флориана, который опять о чем-то шептался со своими подопечными. Усмехнулся и пошел к Ромуальду, прокатиться на поле. Все же, никакой Марвилл не мог сравниться в его сознании с блондином. Но ведь сознание Габриэля никем не занято?.. Так что можно попытаться.

* * *

Когда он остался в конюшне и обнаружил, что дамочка-конюх уже ушла в домик для прислуги, решил не звать ее и расседлать обоих коней сам. В конце концов, это было не сложно, а Ромуальда он нагружать не хотел.

Зато, когда вошел в спальню, понял, что хочет нагрузить парня по полной программе. Чем-нибудь тяжелым, типа чугуна. Цепью шею обмотать, к булыжнику пристегнуть и толкнуть с обрыва в море.

- Какого черта, - выдавил он, обойдя кровать Ромуальда сбоку и сев на свою. Все в комнате замолчали, а Габриэль кашлянул и слез с блондина, на котором практически лежал.

- Мы просто решили показать ему, что надо делать с Марвиллом, - объяснил Ромуальд, тоже встав.

- Ммм… Понятно, - усмехнулся Хэйдан, все это рассматривая. Даррен покосился на Эдвина, тот кивнул, а Арнольдо, как ни странно, не обрадовался, что сейчас опять начнется скандал. Он уже как-то привык к мысли, что Грэхэм и его бывший капитан вместе. – Штаны снять забыли, - он встал и отвернулся к окну, так что его лицо видели только Даррен и притихший Лео. Да и то – только в профиль.

- Что ты несешь? – возмутился Ромуальд, но неуверенно. Все же, идея была его, но это было нужно для дела! Ведь как Габриэль может хватать Марвилла и прижимать к чему-то, если он ни разу раньше этого не делал?!

- Да пошел ты, - хмыкнул Грэхэм и развернулся. – Не подходи ко мне больше, ради бога, а? – попросил он и шагнул к выходу, но Ромуальд его остановил, выставив руку и уперев ладонь парню в грудь.

- Чего ты сразу, а?! – он повысил голос. – Я же просто, ради дела!

- Может еще и ноги раздвинешь ради дела?! – Хэйдан его толкнул, так что блондин все же упал на собственную кровать. Уставился на «любимого» злобно.

- А ты не ори на меня! И не смей оскорблять!

Остальные «Ночи» сидели и делали вид, что ничего не слышат, не видят и все такое, Габриэль отвернулся к двери. На фразе про ноги Лео тихо присвистнул, а мелкие вообще покраснели смертельно.

- А почему не Лео?! Почему не Даррен, к примеру?! Почему Фила с Дилом не позвали, это же они все придумали?!

- Они, вообще-то, в ванной! – тупо возразил Ромуальд, но Хэйдан вдруг осклабился.

- Значит, прижимать вы его учили, да?.. А целоваться еще не учили?

- А то что? Зубы меня заставишь чистить двести раз? – хмыкнул блондин, разлегшись на кровати поудобнее и закинув ногу на ногу, приподнявшись на локтях. Мол, ну и что ты мне сделаешь.

- Да не учил он меня ничему, - Габриэль положил Хэйдану руку на плечо и попробовал успокоить. – Все нормально, ты чего. Любит твой слизняк тебя, - Ромуальд в этот момент даже не стал огрызаться на «слизняка».

- Да ладно?.. – Грэхэм усмехнулся, рассматривая его. – Не учили, значит… Ну так я сейчас научу, - он развернулся и сам прижался губами к губам капитана. Тот опешил и примерз к месту, а Грэхэм толкнул его и вжал в закрытую дверь.

Блондин онемел, лежа с приоткрытым от шока ртом. Лео даже не смог выдавить «Ну вообще спятил».

- Вот так его и целуешь, пока он в шоке, - пояснил Хэйдан, рассматривая капитана делано влюбленным взглядом. Назло Ромуальду, который наконец закрыл рот и стиснул зубы.

- Понял, - Габриэль его отстранил, не глядя.

- А ты попробуй на мне. Мне-то все равно, я же просто научу и все, - ехидно предложил рыжий, развернувшись вместе с Габриэлем и оказавшись спиной к двери. – Закрывай глаза и вперед.

Капитан зажмурился и под звук рычания Ромуальда его поцеловал, Хэйдан разомкнул губы, но больше ничего не сделал, так что Габриэлю пришлось самому быть настоящим мужчиной и целовать его. Хэйдан вообще не возражал, подражая Ромуальду, делая то же самое, что всегда делал он: немного отворачивался, вздохнул пару раз, будто несогласно.

Лео странно не затошнило в отличие от Арнольдо и Эдвина. Даррен  изучал это с интересом ученого, а Гарольд с Робином вообще отвернулись.

Габриэлю понравилось, он даже вдруг подумал, что Хэйдан с Ромуальдом совершенно одинаковы, если не считать внешности. По силе они почти не отличались.

- Ну все, хватит! – разозлился Бликери наконец и вскочил, начал оттаскивать капитана от своего парня, но Габриэль его отпихнул одной рукой.
Хэйдану  тоже понравилось, это было не похоже на то, что было обычно, но все равно приятно. Тем более он увлекся и принялся изображать девчонку уже очень правдоподобно, немного выгнув спину и запрокинув голову, ладони положив капитану на грудь.

- Да вы больные, что ли?! – Ромуальд чуть ли не со слезами зашипел, но тут дверь дернулась, и Габриэль отшатнулся, вытер рот рукой, чуть не отплевался опять, поняв, что делал. Хэйдан с ехидным видом сел на свою кровать, в спальню зашли ломившиеся близнецы.

- Вы дверь баррикадировали? – спросили они хором, держа в руках полотенца.

- Нет, просто кое-кто вдруг открыл в себе женскую натуру, - хмыкнул Ромуальд и пошел в коридор. – Урод ты, - сообщил Хэйдану.

- Да я просто пошутил! Я же хотел научить! – вторая фраза прозвучала ядовито, так что Грэхэм был собой доволен. Нет, Габриэль ему точно не нравился. Причем взаимно не нравился, но капитан задумался.

- Я думал, это сложнее, - выдал он, опять вытирая губы ладонью. – Ты уж извини.

- Да мне-то что, - пожал плечами Хэйдан. – А вы правда ничего не делали?

- Да нет, он просто сказал уронить его, я и уронил, - пожал плечами капитан, парень глянул на остальных, они чуть ли не синхронно кивнули.

«Черт…» - подумал Хэйдан. «Придется теперь извиняться».

- Ладно, пойду, поищу этого учителя.

- Я так понял, мы все пропустили? – выгнул левую бровь Дил. Фил выгнул правую и добавил.

- Там, кстати, в ванной только Марвилл остался.

- Он, по-моему, заснул, - хмыкнул его брат.

- Мы хотели сказать, что ты мог бы туда сходить, - они хором пояснили и уставились на Габриэля.

- Классная идея, кстати, - согласился Лео. – Пойди, шугани его.

- Нет, лучше просто разбуди, - посоветовал Даррен.

- Или не просто, - подвигал бровями Хэйдан и встал. – Ладно, я пошел извиняться, а вы пока идите.

Прозвенел звонок, зовущий на ужин, и он показал на потолок.

- Вот именно. Идите на ужин.

* * *

Габриэля немного мутило после этого поцелуя, потому что Хэйдан ему ну никак не нравился. Совершенно. Никакой нежности и желания он к нему не испытывал, так что в ванную пошел с охотой. Отметил, что на колченогой табуретке стоит только одна свеча, весь свет погасили уходившие близнецы. Видимо, чтобы сплетник не проснулся.

Капитан «Ночей» нарочно громко погрохотал, скидывая туфли, поскрипел кранами, отворачивая их. Зашумела вода, после дня соревнований это было такое удовольствие, что Габриэль чуть не застонал. Потом подошел к зеркалам, полюбовался мышцами, повыделывался сам перед собой. Вытерся, оделся и уставился на отражение единственной наполненной ванны в другом конце большого холодного помещения.

Флориан вообще привык спать по воскресеньям в горячей воде, в пене. Никто же не лез и не приставал, а помечтать никто не запрещает. Что, вот, однажды…

Лицо у него было расслабленное и спокойное, волосы уже почти высохли, только кончики, которые доставали почти до плеч, намокли в воде. Пена улеглась, так что вода напоминала молоко, из-под этой молочной поверхности торчали две коленки. Хорошо так торчали, потому что ноги у него были не короче, чем у Ромуальда, а высовывать их из ванны не хотелось. Одна коленка прислонена была к борту ванны, вторая торчала ровно по направлению в потолок, Флориан отвернулся к окну и будто смотрел в него закрытыми глазами.

Габриэль вздохнул. Ну надо, так надо. Рискнуть придется, раз уж решился на игру.

Он подошел ближе, задул свечу, составил ее на пол и подвинул табуретку ближе нарочно громко, надеясь, что сплетник проснется, и делать ничего не придется.

Но нет, Марвилл спал, как убитый, устав после кросса и остальных соревнований. Теперь в ванной свет был чисто символический – из окна, голубоватый. Габриэль зажмурился и изо всех сил представил, что это – девчонка. Помогло прилично, потому что личико у Флориана было хоть и не девичье, но приятное, не отталкивающее, когда он молчал, а шея достаточно тонкая. Из-под воды виднелись, кроме коленок еще круглые плечи, не такие острые и широкие, как у Ромео.

Радовало, так что капитан «Ночей» наклонился к нему ближе, сидя на табуретке, вдохнул случайно, естественно почувствовал запах мыла и пены, идущий от чистой, отдраенной с помощью младших «Венер» кожи. В губы Габриэль его целовать не решился, просто не смог, но вот в шею – запросто. Она была так удачно и привлекательно подставлена, что просто грех отказываться, а Флориан только пошевелился, плеск воды был негромким. Нога начала распрямляться, Габриэль понял, что если она выпрямится полностью, выскользнет и свесится из ванны почти наполовину, Марвилл точно проснется. Так что он аккуратно опустил ладонь в ванну, сжал ею квадратную коленку парня и медленно, закрыв один глаз от страха, поднял ногу обратно, оставив в прежнем положении. Нога привалилась к другому борту, так что Флориан, будь он в сознании, поблагодарил бы пену за то, что она мешала увидеть все. Это было бы слишком пошло.

А Габриэлю стало забавно, он увлекся, близнецы, подглядывавшие в проем двери, усмехнулись одинаково, посмотрели друг на друга. Все шло по плану, если их капитан наберется ума оставить гаду сплетнику хоть один засос, все будет почти в ажуре.

Флориану снился кто-то с тем же приятным запахом – меда и одеколона. Почему-то странное ощущение было, что его зовут Мартин, поэтому, когда Флориан почувствовал прикосновения, он решил, что это – все еще сон, пробормотал еле слышно.

- Ммм… Марти…

Габриэль прищурился.

«Ну все, приехали, план провален, у него есть парень. Только у нас в интернате нет никакого Мартина. Точнее, есть один в Плутоне, но ему двенадцать», - подумал он, решил не волноваться и снова наклонился к подставленной шее, коснулся ее сначала кончиком носа, потом губами. Примерился, как будет удобнее, а потом закрыл глаза и пустил в ход фантазию.

«Допустим, это – прекрасная девушка, которую мне найдут родители… Нежная и удивительная, с маленькими ручками, тонкими пальчиками, хрупкими косточками и белой кожей… И у нее обязательно будут светлые волосы…»

У девушки из фантазии каким-то образом вдруг нарисовались веснушки, появляющиеся только иногда, когда небо было просто светлым, даже без солнца, но не закрытое тучами. Появились четкие черты лица вместо размытого «хрупкого» идеала.

Он опомнился только, когда спустился слишком низко и лизнул пену, сразу сморщился и отстранился. Вместо запланированного одного засоса оказались целых три, а руку свою капитан «Ночей» обнаружил сжимающей чужую коленку. Голую и скользкую от пены и воды коленку. Он машинально, на каком-то инстинкте опустил руку ниже под воду, погладил внутреннюю сторону бедра, потом под коленкой.

От щекотки Флориан проснулся и пошевелился, еле открывая глаза. Сразу решил протереть их руками, но занес мыло и зашипел, зажмурился, принялся шарить в поисках полотенца. Габриэль вылетел с дикими глазами, чуть не сбив с ног Дила. Тот быстро закрыл дверь, и все трое пошли веселым шагом к столовой.

- Ну как?! – хором потребовали подробностей близнецы.

- Я… - капитан не договорил, запнулся – прямо перед ними вышла мисс Бишоп.

- Поторопитесь, мальчики, а то на ужин опоздаете, - улыбнулась она немного холодно и прошла мимо, к комнатке, где сидела мисс Лаенс.

- Да, мисс Бишоп, - одновременно кивнули парни и пошли дальше. Габриэль просто шепнул.

- В общем, увидите.

Лео в столовой так просто не отстал, у него глаза сверкали от любопытства, и капитану пришлось шептать ему в ухо.

- Три засоса на шею. Это было отвратительно, - он высунул язык, отстранившись. Сразу принялся за ужин, чтобы сбить этот мыльный вкус. Ну, и вкус самой кожи, конечно.

- Сочувствую, - поморщился Лео, но усмехнулся. – И он не проснулся?!

- Он только звал какого-то «Мартина», - закатил глаза Габриэль немного презрительно.

- Ему же двенадцать, - опешил рыжий.

- А может, не того? – пожал плечами Даррен.

Капитан закашлялся, но в кашле отчетливо послышалось «Вот шлюха».

Парни загоготали, надзирательница помрачнела, и тут на пороге столовой нарисовался Флориан. Злой, как сатана, но в то же время сильно смущенный и взволнованный.

- О, господи, только не оборачивайся! – Лео схватил капитана за запястье и пнул под столом, так что тот еле успел сдержаться и не обернуться на голос этого сплетника. Близнецы, не отрывая взглядов, следили за жертвой.

- Извините за опоздание, - пропел Флориан надзирательнице, машинально схватил какую-то тарелку и плюхнулся на свое место. Волосы закрывали шею сбоку, так что ничего не было видно, но как только надзирательница отвернулась, Марвилл собственноручно отвел шевелюру и оттянул воротник, продемонстрировав жуткие пятна подопечным. Сразу спрятал, когда женщина повернулась, но «Венеры» принялись сочувствовать и возмущаться, какой мерзавец посмел их капитана тронуть.

- Да я понятия не имею, - он тоже негодовал, а парни за столом «Ночей» уставились на капитана с уважением.

- Мужик, - выдал Лео и хлопнул его по плечу. А Гарольд опять выдал вопрос века.

- А это не очень больно? Ну, ему в смысле?

На него посмотрели с такими ухмылками, что вопрос завял как-то сам собой.

Флориан часто оборачивался, смотрел по сторонам, но на своих не думал. Даниэль был увлечен какой-то болтовней с Викторио, тот ему с энтузиазмом что-то тоже рассказывал, Хэйдана и Ромуальда не было, но Даррен уже сказал надзирательнице, что они пошли за школу, потому что Ромуальд что-то потерял на поле для верховой езды. На капитана «Ночей» Марвилл посмотрел быстро, не зацепившись за него взглядом. Ему просто в голову не пришло, что серьезный и, если честно, недолюбливающий его Габриэль мог сделать такое. Кевин? Подумать страшно, не дай бог. Нет, это кто-то другой.

- Ищет, - хихикнул Лео, а когда Флориан посмотрел на Арнольдо, тот вообще прыснул от ужаса, чуть не выплюнув компот, будто поливал цветы.

- Господи, он сейчас всех подозревать будет, - тихо простонал Райзен, сочувствуя парням. На него-то Флориан точно не смотрел. Зато задержал взгляд на Эдвине. Тот мастерски игнорировал.

* * *

В лесу Хэйдан своего «любовничка» наконец нашел. Ромуальд остановился перед той самой плитой, на которой в феврале его не особо приятно, зато эффективно лишили самого дорогого. Он сунул руки в карманы и обернулся, услышав шаги.

- Что, уже научил? – усмехнулся. – И как? Понравилось? Я и не знал, что тебе больше нравится делать это, как девочка, - он улыбался точно так же, как в тот раз, когда собирался избить Викторио. Грэхэма он избивать, конечно, не собирался, но хотел.

- Да ладно, я просто пошутил. Ты же знаешь, что я не могу смотреть, даже если он рядом с тобой стоит. А тут – лежал… - вздохнул рыжий и подошел к нему, дернул на себя, обняв за пояс. Решил поцеловать, но поцеловал его в итоге сам Ромуальд, перехватив инициативу. А потом вытащил руки из карманов и, схватив Хэйдана за плечи, развернул его спиной к плите, толкнул, усаживая на нее.

- Прямо здесь? – рыжий удивился, оглядевшись. Ночью было холодно, да и темно, что вполне логично. Вместо кузнечиков оказались сверчки, но Ромуальд пожал плечами.

- Да мне-то что. Давай сделаем это так, как тебе нравится.

- В смысле? – Хэйдан недоверчиво выгнул бровь, рассматривая его.

- А не стать ли мне мужчиной, - наклонившись к нему, усмехнулся блондин. – А то все девочка, да девочка. Может хоть тогда ты поймешь, как это?

- С ума сошел?! – до Хэйдана дошло, но вскочить уже не получилось – Ромуальд стоял, касаясь коленями края плиты.

- Да успокойся. Тебе понравится, - он растянул губы в таком оскале, что Грэхэму стало сильно не по себе. – Ты же мне так говорил? Будет не больно. Разве я тебя когда-нибудь обманывал? Мы же взрослые, хватит отбиваться, как девчонка. Ты же парень, чего тогда боишься? – он издевался от души, а сам расстегивал ремень на штанах Хэйдана, который отвлекся на его монолог.

Как выяснилось секундой позже – у Ромуальда сила появляется ровно в тот момент, когда она нужна. То есть, на сеновале она куда-то исчезала, вообще во время «этого» он был нежен и беззащитен, как котенок. Но в той же драке вдруг появлялась снова, вот и сейчас блондин повторил движение самого Хэйдана, которое запомнил еще с февраля – дернул с него штаны, стягивая их и опрокидывая парня спиной на плиту.

- Да ты шутишь, - хихикнул Грэхэм. – Перестань, давай по-нормальному, как обычно, - предложил он, а Ромуальд «задумался», глядя на него и опираясь руками о плиту, так что Хэйдану так или иначе пришлось лишь приподняться на локтях, полулежа. Ромуальд на него посмотрел внимательно, изучил малюсенькую тень страха, которая у Грэхэма во взгляде все же появилась. И выразительно выдал ему практически в губы.

- Не хочу, - и пихнул в грудь, так что Хэйдан стукнулся лопатками. Штаны с него, слава богу, стащили полностью, а не как он сам в первый раз – только с одной ноги. Парень сам не ожидал, но жутко смутился, пытаясь сесть и прикрыться, но Ромуальду стало совсем весело, ухмылка у него с лица никуда не исчезла, он расстегнул на Хэйдане черную рубашку, рванул в стороны, обнажая торс.

- Да успокойся ты, - посоветовал он, прижав одной рукой плечо рыжего к плите, а сам поцеловал его в губы, потом в шею, прикусив ее.

- Слушай, мне не по себе, хватит… - попросил Хэйдан, попытавшись посмотреть на него строго. – Считай, что я все понял, ты мне отомстил, я раскаился, тебе же самому это не нравится…

- Ошибаешься, - заверил его Ромуальд. – Мне это очень нравится, - с чувством прошептал он ему прямо в губы. – Я же тебя люблю. А ты меня любишь?

- Да, но…

- Ну вот и все. Раз любишь – давай, доверься мне, как я это делаю каждый раз. Мы ничем не отличаемся, так что у тебя нет причин отказываться, - говоря это ему на ухо, блондин незаметно уложил Хэйдана на плиту, так что тот почти не заметил этого. А сам содрал с себя свитер, расстегнул штаны и чуть спустил их, чтобы было минимально удобно.

- Только один раз! – чуть ли не со слезами на глазах попросил Хэйдан.

- Если только сам потом не захочешь, - усмехнулся Ромуальд, облизнулся, рассматривая его. Нет, Хэйдан все же прекрасен в любом положении. И в таком – немного испуганном и очень напряженном – тоже. А Грэхэм был глухо взбешен, но не дергался, обнаружив, что милый и податливый сиротка обернулся чудовищем, которое оказалось очень тяжелым, навалившись сверху. Со спокойным, насмешливым лицом,  с сильными руками. Коленом это чудовище распихало его ноги в стороны, так что Хэйдан закрыл глаза от стыда. Успокаивал только знакомый цветочный запах от распущенных волос блондина, которые щекотали ему лицо. Ромуальд опустился на локти и зашептал ему на ухо, касаясь его губами.

- Не бойся, я же не ты. Ты просто не знал, что делать. А я знаю, - усмехнулся он. – И прекрасно представляю, что ты будешь чувствовать.

- Ладно, хватит издеваться, - буркнул Хэйдан, отвернувшись от него.

- Как хочешь, - хмыкнул Ромуальд и повторил то самое движение, которое ему потом несколько раз снилось в кошмарах – на левом локте подхватил чужую голую ногу под коленом, задрал ее высоко, так что Хэйдан начал мучительно краснеть. А когда блондин пошевелился, опустив правую руку и сделав самое страшное, Грэхэм вообще подумал, что это – конец. Хватит с него, он отбывает на небеса, там так не издеваются. Он поймал себя на том, что зажмурился, а потом и вовсе закрыл лицо ладонями.

Ощущение дежа вю было ужасным, вот только Хэйдан оказался на месте Ромуальда, заплакав и краснея от стыда, еле дыша от боли, срываясь на скулеж, а сам Ромуальд усмехнулся, рассматривая его. Решил, что со стороны Грэхэма он, должно быть, смотрелся вовсе не как отвратительная проститутка, а очень мило и нежно. К Хэйдану проснулась невероятная любовь и жалость, но желание и тупая физиология все опошлили, поэтому он сделал то же самое, что раньше делал Грэхэм – несколько резких, грубых и болезненных движений, чтобы привыкнуть к ощущениям и технике. Хэйдан заливался, взвизгивал, как девчонка, но недостаточно громко, чтобы кто-нибудь услышал. Да и на улице, кроме них, никого не было. Бронзовые волосы растрепались, Ромуальд им залюбовался, поняв, что Хэйдан его в тот раз развернул чуть боком не из вредности, а ради удобства. Сделал то же самое, чуть не зарычав от удовольствия. Это было потрясающе, вот, почему Грэхэм так любил «это» делать. Ему-то было ни капли не больно, только приятно. А уж видеть, как под ним извивается чужое тело, прижатое, буквально распятое и беззащитное – просто эйфория.

Звуки по лесу разносились точно такие же, исключение составляли только несколько фактов – Хэйдан не пищал, он просто рыдал и всхлипывал. А Ромуальд не молча пыхтел, как Грэхэм, у него само собой сквозь стиснутые зубы вырывалось рычание. Влажные шлепки были те же, сверчки так и не заткнулись, хотя могли бы ради такого случая потерпеть. Шорохи деревьев из-за ветра. Запахи тоже примерно те же – смешавшийся и непонятно, кому принадлежащий пот, трава, решившая, что ночью ей нужно обязательно пахнуть сильнее, и сигаретный дым. Дымом пахло от Ромуальда, который по дороге к лесу нервно курил. Собирался, как и Хэйдан, бросить, но не получалось теперь уже никак.

И точно так же быстро все произошло, Ромуальд тоже не стал издеваться ради первого раза, так что отстранился вовремя. Отдышался, стоя в согнутом положении. Потом выпрямился, облизнул пересохшие губы. Застегнул штаны, подобрал свитер, натянул его и принялся забирать растрепанные волосы в петлю. Хэйдан ощутил всю прелесть стыда после «этого», которая в феврале захлестнула Ромуальда. Он сел так же резко, опустив голову, принялся натягивать штаны, схватив их с земли. Волосы тоже частично прикрывали лицо, тело гудело, а та самая часть просто горела, пульсируя тупой болью. Это было мучительно, но, как ни странно, приятно. Может даже просто из-за морального осознания.

Вот, почему Ромуальд согласился на второй раз, хоть и спустя целый месяц.

Блондин в это время не верил самому себе. Ему было стыдно. Он понял, что испытывал Хэйдан в тот раз, и догадался, что не ошибся тогда – было действительно стыдно. Он тоже показался себе каким-то извращенцем и мучителем. Хэйдан себе казался подстилкой и уродом. Он застегнул рубашку, сунул ноги в упавшие с них туфли и встал медленно.

- И что теперь?.. – уточнил.

- Что? – пожал плечами Ромуальд.

- Кто из нас девчонка? – усмехнулся рыжий неловко, прикусив губу, сдерживая опять рвущиеся слезы.

- Никто, - тупо ответил блондин. – Я не хочу быть для тебя кем-то ниже по уровню. Ты понял теперь, что я чувствую?.. – у него, как ни странно, тоже слезы к глазам подступили.

Хэйдан молча кивнул.

- Прости, - еще раз выдал, часто моргая и опустив голову. Блондин не выдержал и шагнул к нему, обнял за шею крепко, а Грэхэм стиснул его талию, пряча лицо в шее. Ромуальд почувствовал, что Хэйдан все же заныл опять.

- Это ты меня прости, - зашептал Бликери, шмыгнув носом, тоже еле сдерживаясь. – Я знаю, что тебе было отвратительно. Мне тоже тогда так было.

-  И всегда так? – Хэйдан вздрогнул. Если Ромуальд сказал бы, что так ужасно это все для него было каждый раз, Грэхэм бы отказался от «этого» вообще.

- Не всегда, - заверил парень. – Просто… Я наверно идиот, но потом начало нравиться… Зато теперь ты знаешь, как это стыдно, - усмехнулся он. – Ты же ни слова не сказал мне, да? – он отстранился, чтобы на Хэйдана посмотреть. Лицо Грэхэма странно изменилось. Исчезло циничное выражение «настоящего самца», появилось нормальное, человеческое и во многом опытное.

- Я не знал, что это так. Если не хочешь, ничего не говори, ладно? – он сунул руки в карманы и перестал парня обнимать, медленно пошел к интернату, чтобы успеть до звонка с ужина на отбой, а не лезть в подвал.

- Иногда хочется говорить, а иногда нет, - пожал плечами Ромуальд, шагая рядом с ним. – Когда мне очень стыдно – я не могу ни слова сказать, извини.

- Тогда почему в пятницу говорил? – удивился, но в то же время подколол его Хэйдан.

- Потому что невероятно хотелось тебя, - фыркнул Ромуальд с улыбкой. Он не стал спрашивать «Очень больно?» потому что знал. Да, больно. Нет, Хэйдан не признается, скорее всего, он просто скажет «нормально».

- Ты обидишься, если я скажу, что больше не хочу делать этого, как… - «девчонка» он не сказал. Исправился. – Если не хочу делать этого вот так?

- Да и я не собираюсь брать на себя всю ответственность, - заверил его Ромуальд, показушно зевнув, прикрыв рот ладонью. – Слишком хлопотно, да и беспокоиться надо постоянно – как ты там, не умираешь ли? Мне намного больше нравится просто лежать и ныть, - ехидным голосом, совсем не похожим на женский, пояснил он. – Просто хотел тебе все объяснить на практике, раз не понимаешь на словах.

- Спасибо, больше не надо. Я не буду повторять ошибок, - пообещал Хэйдан, а сам мысленно облегченно вздохнул. Покосился на блондина, пропуская его вперед возле двери… И подумал: «И все-таки, он девчонка. Ведь сам сказал, что любит лежать и ныть».

Хотя уважение и понимание на Грэхэма снизошли.

* * *

Габриэль с утра решил, что эта игра не такая ужасная, какой кажется на первый взгляд. Все достаточно весело, если подумать хорошенько, ведь можно поиздеваться над противным Флорианом.

На французском, когда парень начал тонуть, он передал ему записку с «правильным» ответом, и Марвилл вслух сказал такое, что у учительницы даже уши побагровели. Флориан получил линейкой по рукам, а потом отправился в угол, обещая Габриэлю самые страшные муки.

Неужели капитан «Ночей» так вызверился на него из-за того, что Флориан подслушивал за Ромуальдом и Хэйданом?!

Хэйдан, кстати говоря, Габриэля с утра пугал. Он медленно ходил, на уроках сидел, будто умирал, а когда капитан обернулся к Ромуальду, чтобы понять, в чем дело, тот ему просто нежно улыбнулся и подмигнул. Капитан решил не уточнять, в чем дело, потихоньку догадавшись и глядя на Хэйдана с ужасом. Как он мог на такое согласиться?! Зато когда Габриэль показал им обоим взглядом на стоящего в углу сплетника, у которого на шее иногда были заметны следы, оба «этих» округлили глаза в шоке. Уставились на ухмыляющегося капитана восхищенно, а Ромуальд еще и с восторгом. План шел идеально, семимильными шагами, можно сказать.

После уроков, перед самым обедом, капитан поделился планами.

- Он любит всю эту мерзость – слюни, сопли, цветы, конфеты… Дил с Филом сказали, потому что у него на тумбочке куча всякой ерунды, типа закладок с блестками и календариков.

- Боже, - Ромуальд выгнул бровь. Ему до такого было еще очень далеко. Да и он бы никогда до этого не опустился. – И что ты решил?

- Посмотрим, как он отреагирует, когда узнает, что это я был, - пожал плечами капитан, а парни его не узнавали. Стоило Габриэлю подсунуть живой объект для издевательств, и серьезность как рукой сняло. Он увлекся сильно и прочно, во всем был виноват голод по чьему-нибудь телу, который рос с каждым годом.

- Как ты вообще умудрился это сделать? – усмехнулся Хэйдан, когда Ромуальд уже отошел к столу, а они еще стояли на раздаче и шептались.

- Ты мне сначала скажи, что с твоей походкой. Учителя не заметят, конечно, но я вижу, - прошипел Габриэль страшным голосом.

- Догадайся…

- Слизняк?.. – не поверил капитан.

- Да он долбанный садист, думал – умру, - пожаловался рыжий, морщась, но делая очередной шаг. – Чтоб я сдох, мне так стыдно, что я с ним такое делал…

- Будешь осторожнее? Нежнее? – Габриэль захихикал делано высоким голосом, издеваясь.

- Черта с два, я его теперь вообще… - по голосу Хэйдана, похожему на то, что он сейчас либо выдохнет пламя, либо зарычит, было понятно – нежности Ромуальд больше не дождется. – Гад… Издевался надо мной, как хотел, вчера. Чтоб я еще раз…

- Давай. Сделай его, - пожелал Маккавити, выслеживая взглядом Флориана. Тот сел за свой стол и принялся манерно крутить кистью правой руки, облизываться то и дело, болтая о каких-то глупостях.

Противный до одурения. Сладкий до тошноты. Любимчик учителей, подхалим и гаденыш.

- Так что там с Марвиллом?.. Все же решил, что он не так плох? – сострил Хэйдан.

- Если закрыть глаза и разозлиться, как следует, то вполне нормально, - вздохнул капитан.

- Что ты вчера сделал? Рассказывай, я тебя пойму, уж поверь.

- Я нормальный, - напомнил Габриэль.

- Разумеется, - кивнул Хэйдан, совсем ему не веря. «Нормальный» не увлекся бы до трех засосов.

- Ну, он просто спал в ванне. Не волнуйся, там пены было много, я ничего не видел даже.

«А жаль, да?» - хихикнул Хэйдан мысленно.

- Вот… - продолжил капитан. – Потом он начал звать какого-то Мартина, ну мне стало как-то… В общем, взбесило. И я ему щедро три засоса поставил, - он вздохнул. – Ну и, когда он чуть не проснулся, я чисто случайно пощупал его коленку. Но это просто так, ничего не значит.

- Больше ничего не щупал? – певуче уточнил Хэйдан.

- Нет, - мрачно отрезал Габриэль.

- Ну давай, развлекайся. Главное – влюби его в себя.

- Я уже даже придумал, как, - заверил его капитан.

Уроки оказались сложнее, потому что к концу года, ближе к выпускным экзаменам старших парней «удачно» заваливали заданиями по самые уши. Флориан долго мучился с французским, но когда Габриэль великодушно вдруг предложил помочь, его послали так далеко и так выразительно, что смотревший на губы капитан «Ночей» чуть не забыл, как его зовут, и зачем он вообще подошел. Положил перед парнем свою тетрадь по французскому и сел напротив за тот же стол.

- Точно правильно? – не поверил Флориан, не доверяя такой доброте.

- Правильно.

- А чего ты мне помогаешь? – парень покосился на надзирательницу, бродившую возле мелких мальчишек, положил чужую тетрадь под свою, чтобы было незаметно, как он туда смотрит, и принялся списывать.

- Представь, что ты мне нравишься, - выдавил Габриэль, наконец. Но получилось так серьезно и в то же время насмешливо, что он задумался о карьере актера.

Флориан не оторвался от тетради, в которой быстро, острым карандашом писал по-французски диалог «В гостях».

- Ха-ха, с каждым днем твой юмор все острее, - сообщил он равнодушно, не поверив ни на секунду.

- Я серьезно, - Габриэль облокотился о стол и навис над ним немного, задние ножки стула остались висеть в воздухе. Флориан посмотрел на него исподлобья очень скептически, поправил тупым концом карандаша мягко изгибающуюся прядь, упавшую на глаз, и продолжил строчить.

- Иди ты. Надоели ваши дурацкие шутки.

- Почему ты мне не веришь? – шепотом осведомился капитан «Ночей», наклонив голову и заглянув ему в лицо. Флориан покусал карандаш, глядя на одну строчку в его тетради.

- Что тут написано? «Вус аве» или «ву ля ву»? – не понял он, показав пальцем на строчку. Габриэль перегнулся через стол и выгнул шею.

- «Ву ля ву». Так почему ты мне не веришь?

- Потому что отстань, ты мне мешаешь и загораживаешь свет. За тетрадь спасибо.

- А ты извини за вчерашнее, просто не смог удержаться. Всегда питал слабость к чужим голым ляжкам, - довольно пошло выдал Габриэль, двинув темной бровью, так что Флориан опешил и  застыл.

- Чего?..

- И шейкам тоже, - улыбнулся Габриэль нежно. Похлопал ресницами наивно-наивно, а у парня на лице появился такой ужас, что Маккавити стало смешно.

- Ах ты козел… - прошептал Марвилл, борясь с желанием взять тетрадь и отхлестать ублюдка по лицу.
Кстати говоря, он всегда завидовал этому лицу. Красивой челюсти, мужественной ямке на волевом подбородке, красивому носу с очень аристократической выемкой на переносице. Жестким, выпирающим скулам, шикарному овалу лица, высокому лбу. Спокойным, взрослым не по годам глазам. И такой же взрослой, рано появившейся щетине. Габриэль был одним из немногих старшеклассников, кто уже пару лет брился.

Ему завидовали, а он бесился, когда иногда резался, и приходилось ходить с пластырем на лице.

Флориану это явно было не по зубам и не по бритве, его лицо было гладким-гладким, нежным и даже не намекающим на мужественные проявления гормонов. Оставалась только извечная проблема утром, ну и тактильный голод.

- Ну почему сразу «козел»… Может, я просто боялся, что ты меня отвергнешь. Но знаешь, мне всегда казалось, что мы друг другу подходим.

- Да ты что, - хмыкнул, начав собираться, Флориан. Не глядя на нахала.

- Мы оба капитаны… А ты – вообще капитан Венеры. Венера – это любовь, не так ли?.. Вот, почему ты такой…

- Какой? – снисходительно переспросил Марвилл, а Габриэля несло по кривой дорожке, его подстегивала реакция сплетника. То, как он из самоуверенного придурка превращался в немного смущенного, недоверчивого парня. С определенными инстинктами, противоречащими мужской природе.

- Хорошенький, - улыбнулся капитан «Ночей». – Не убегай, а? Что ты, как слизняк, в самом деле. Он тоже бегал-бегал и попался, - Габриэль сам себе не верил, но сейчас высказывал то, что думал. Его истинный характер начал рваться наружу только при каком-то гаденыше, которого раньше он терпеть не мог. Над которым сейчас издевался, не более. Обманывал и готовился предать. Но глупое подсознание воспринимало Флориана, как объект противоположного пола, пригодный для завлечения.

- Вот именно, - ухмыльнулся Флориан, так и не встав со стула. – Я не Бликери, так чего ты хочешь от меня, сказав это?

- А на что ты готов?

Парень опешил и хихикнул от такого поворота событий.

- Да ни на что. Отстань от меня, Маккавити, хватит придуриваться.

- Ну, раз ты боишься…

Они оба встали, но уже на выходе, в коридоре Марвилл обернулся. Глянул на Габриэля гордо и немного надменно. Очень капризно.

- Хотя, если ты серьезно, учти – меня, как Бликери, на слова не купишь.

- А, так ты дороже? – фыркнул капитан «Ночей», намекая на продажность Флориана. А тот и отрицать не стал.

- Ну, может и дороже. Так что можешь не надеяться, что я брошусь тебе в ноги с криками «ну спасибо, уважил».

- А что мне сделать, чтобы ты мне поверил? – Габриэля захватил охотничий азарт.

- Ну, не знаю… Я люблю цветы. Люблю подарки. Люблю сладкое. Подари мне какую-нибудь шоколадочку, что ли… - он усмехнулся, повел плечом. – Придумай. Если ты серьезно, в чем я сильно сомневаюсь.

Он развернулся, обнимая стопку книг, которые надо было отнести обратно в класс, положить в парту. Но Габриэль успел вытащить из своего кармана узкую коробочку из пластика, на которой была яркая этикетка, а внутри красовались четыре фирменные конфеты от настоящих, частных шоколатье. Опять же, папочка в пятницу прислал эту коробочку, а Габриэль прекрасно знал теперь, что Флориан любит сладкое. Он поставил эту коробочку на книги, которые держал парень. Флориан не стал оборачиваться, просто улыбнувшись немного ехидно и самодовольно.

- Я надеюсь, это похоже на «шоколадочку»?

- Будем считать, что это – твой первый плюс, - сообщил парень и пошел своей дорогой. Ромуальд выскочил из зала, держа в руке несколько тетрадей.

- Ну как?!

- Надеюсь, конфеты он любит, - усмехнулся капитан и вернулся за своей тетрадью, оставшейся на столе.

- Ну ты просто гений, - похвалил блондин.

- А ты чего такой довольный? – «удивился» Габриэль, будто ничего не знал.

- А вот, - не стал раскрывать секретов Ромуальд. Будто тоже не знал, как Хэйдан жаждет его «наказать» за вчерашние издевательства. В конце концов, Бликери уже вошел во вкус и полюбил делать «это» в роли девчонки. Ему в любом случае понравится.

Через двадцать минут, когда все разошлись из зала и бродили во дворе, по коридорам, занимались чем-то своим, раздался чей-то дикий вопль ужаса. Разумеется, все метнулись к его источнику – кто-то из «Венер» пытался поднять согнувшегося капитана, но получалось не очень. Флориан держался одной рукой за рот, кашлял, хрипел, а второй рукой махал на себя, чуть ли не хватая воздух горстями.

- Господи, да что с тобой?! – парень, которого звали Карл, был в панике. Он своего капитана обожал, но тому было очень и очень плохо, так что кто-то побежал за медсестрой.

Через пару минут, пока мисс Хадсон шаркала по коридору, Флориан перестал уже и кашлять, он рухнул в кресло и просто сипел, пытаясь вдохнуть. Лицо, которое сначала было красным, сейчас побелело.

Габриэль со своим заместителем и Хэйданом «подбежали» последними по вине еле плетущегося Грэхэма. В этот момент он Ромуальда ненавидел…

Но когда капитан «Ночей» увидел, как медсестра вместе с Карлом насильно утаскивают Марвилла в медкабинет, он ничего не понял. На столике осталась коробочка с тремя конфетами.

Габриэлю поплохело, он потащил парней к медкабинету, куда и так отправились самые любопытные.

- Что случилось?! – растолкав всех, осведомился он прямо у мисс Хадсон. Та заставила задыхающегося парня выпить стакан воды с растворенной в ней таблеткой.

- Я не понимаю, какой идиот дал ему орехи?! – возмутилась медсестра, а Флориан опять засипел, сидя на кушетке, как королева на троне, ткнул пальцем в Габриэля, а тот незаметно опустил его руку и загородил спиной, чтобы мисс Хадсон не увидела.

- А что не так с орехами?.. – уточнил он скромно. И правда, на коробочке не было указано, что там есть орехи, конфеты были не завернуты, а только символически обернуты тонкими ленточками. Внутри притаилась опасность – мелкая ореховая стружка вперемешку с кремом.

- У него аллергия на орехи, - вздохнула мисс Хадсон. – От этого можно даже умереть, дыхательные пути перекрываются… А тебе какая разница, Маккавити? – не поняла она вдруг.

- А чего он сипит до сих пор?..

- Говорить не может, но это скоро пройдет, - заверила медсестра. – Флориан, ты можешь идти, если чувствуешь себя лучше. Можешь дышать?

Парень кивнул, встал и вышел из кабинета, Габриэль поплелся за ним.

- Ну я не знал, что у тебя аллергия…

Сип послужил ответом, в нем ясно слышалось: «А по-моему знал и нарочно это сделал».

- Ты же не умер, - нервно хихикнул капитан «Ночей» и понял, что это он зря, потому что Флориан развернулся и пару раз кулаками стукнул его по груди. Возмущенно, но с закрытым ртом.

- Ммм!! – заверил он очень эмоционально. Выглядел очень забавно, так что Габриэль не сдержал ухмылку.

- Ммм!!! – взъярился капитан Венеры, взмахнул руками возмущенно, развернулся и пошел подальше. На свежий воздух, подышать.

- Полный финиш, - сообщил Ромуальд, когда его капитан зашел в гостиную. – Промахнулся ты…

- Ну, не все потеряно, - пожал плечами Габриэль.

- Я бы не простил, - фыркнул блондин.

- Ну, так то – ты.

- У меня характер попроще, - «успокоил» Ромуальд, парню просто пришлось согласно вздохнуть. – Если хочешь знать – сегодня к нему лучше больше не лезть.

- Учту, - кивнул Габриэль, а близнецы переглянулись и махнули руками наплевательски.

- Подари ему что-нибудь еще, - выдали они хором, когда блондин ушел, а Габриэль задумался, что же делать.

- Что?.. – парень был суров и задумчив.

- У тебя есть кольцо? – опять хором, посмотрев на блондина, уходящего по коридору.

- Ну еще чего! – Габриэль чуть не засмеялся. – Я же вам не Грэхэм. Да и Марвилл – не Ромео.

- Да и не хуже, если честно, - пожал плечами Фил.

- Так у тебя есть кольцо? – уточнил Дил.

- Откуда оно у меня?! – капитан просто опешил. Ну он же не баба, зачем ему кольца носить.

- Короче, ладно, мы все сделаем, - вздохнули парни, опять переглянувшись. - Самое главное – не подавай вида, что это делаешь ты.

На вопросительный взгляд Фил пояснил.

- Он же любит глупости, мы просто сделаем вид, что у него появился тайный поклонник.

- Тогда он будет у нас практически ручной, - усмехнулся Дил. – А ты продолжай к нему лезть, вот и посмотрим, кто выиграет – тайный поклонник или ты.

- А если поклонник? – Габриэль прищурился.

- Тогда мы скажем, что это ты и был, - развели руками близнецы. – Так что все в шоколаде, расслабься.

- Значит, я – идиот и романтик… Ну хорошо, - парень вздохнул и пошел к Лео, поговорить о чем-нибудь мужском.

* * *

Злой Флориан успокоился только под вечер, за ужином он скромно пил компотик, не в силах запихать в себя хоть что-нибудь. Зато компотик его охладил, и парень спокойно поднялся в спальню, разделся, откинул покрывало вместе с одеялом и уставился на конвертик из красной бумаги. Рядом лежала белая роза, аккуратно срезанная с куста в интернатском саду.

Капитан Венеры в полном шоке машинально плеснул в стакан воды и поставил туда розу, а потом сел на кровать и открыл конвертик. Там оказался сложенный вчетверо листок с чернильными строчками. Ни единой кляксы, ничего.

По мере прочтения подозрительность и скепсис с лица Марвилла пропали, появилась глупая улыбка, когда дело дошло до комплиментов. Но на словах про кольцо «символизирующее чистые и искренние чувства, в которых лично признаться не могу, потому что ты слишком хорош для кого-либо» Флориан просто онемел, перевернул конверт, оттуда выпало маленькое колечко, сделанное будто специально на его палец. Пальцы были тонкие, с овальными ногтями, аристократические, все же.

Два тонких серебряных колечка были сплавлены в одно, скрещиваясь в двух местах. Тщательно прорезанные завитки делали его таким симпатичным, что Флориан не смог долго сопротивляться искушению – надел его сначала на указательный палец, потом передумал и переместил на средний. Полюбовался и усмехнулся.

Это было идеально. Точно так, как он всегда хотел.

Фил и Дил долго шарили в своих вещах, выискивая спертое у старшей сестры кольцо. Оно лежало там давно, потому что уезжать из дома, не отомстив, они не могли. Ведь сестру-то не отправили в закрытый колледж для девочек, а их выслали в Стрэтхоллан всего два года назад. С тех пор они не знали, что же с этим кольцом делать, но то, что у сестры его больше нет, грело душу.

Теперь пошло на пользу, а письмо близнецы придумывали вместе, писал Дил с его каллиграфическим почерком.

Марвиллу было приятно настолько, что завидовать Ромуальду с его кольцом он перестал. Ну вот, теперь Бликери – не единственный, кого балуют подарками. Может, поклонник Флориана даже лучше, чем Хэйдан. Вот. Точно. Просто он скромный, поэтому не признается лично.

Заснул парень довольный-довольный, обнимая подушку нежнее некуда.

* * *

Ромуальд идею не одобрил, потому что Габриэль все должен делать сам, ведь его выбрали «палачом». Но капитан отмахнулся тем, что близнецы все придумали, пусть помогают.

На уроках Габриэль старался не оборачиваться направо, потому что через стол сидел Марвилл. Зато Хэйдан растекался сиропом, улыбался, косился на Ромуальда, а оба они – на Флориана.

Тому было хорошо…

Даже учительницы заметили, что сплетник как-то немного спокойнее стал, добрее. На вопросы отвечал не сразу, будто выныривая из мечтаний, но зато правильно и по теме. Тихим, нежным голосом отвечал даже. Хэйдан им залюбовался.

- Да ты только посмотри на него… - соблазнял он шепотом капитану в ухо. – Такой весь… Просто светится…

- Не буду я смотреть, - Габриэль шипел, будто он лично это кольцо послал вместе с письмом и розой. Ощущение было именно такое.

- Ну посмотри… - хихикал Грэхэм.

- Тебе уже лучше?

- Кстати, да.

- Ладно, посмотрю.

Учительница литературы уткнулась в свою книгу, парни прилежно читали учебники, а Габриэль обернулся. Усмехнулся. И правда, сплетник был прелестью, когда не ехидничал и не выбалтывал чужие секреты. Он сидел, подперев щеку рукой, смотрел куда-то вообще в окно, периодически тяжело вздыхал и еле заметно улыбался. На среднем пальце очень симпатично смотрелось кольцо.

- С ума сойти, - вздохнул капитан «Ночей» в адрес Хэйдана. Тот отвлекся от чтения и опять оглянулся. Потом посмотрел на Ромуальда. Нет, блондин намного лучше. Но ведь и Флориан просто душка, когда доволен. – Интересно, откуда Фил с Дилом знают, что делать.

- Понятия не имею. Может, любовные романы читают, - фыркнул Грэхэм.

Прозвенел звонок, все начали собираться, а Марвилл как сидел, так и завис, лыбясь в окно. Габриэль к нему подошел и встал прямо перед столом.

- Ты чего такой радостный? – ехидно осведомился он.

- Не твое дело, - очнувшись от транса, улыбнулся, а не буркнул капитан Венеры. Убрал учебник в парту, потому что по алгебре ничего не задали, выгреб другие учебники и принялся складывать их стопкой, чтобы тащить удобнее было. Габриэль помолчал, а потом решил опять прицепиться – схватил руку Флориана за запястье и поднес к своим глазам.

- Ммм… Колечко где-то спер? Ц-ц-ц, я думал, ты только подслушиваешь и подсматриваешь.

- Подарили, - все еще с улыбкой «разочаровал» его Марвилл.

- Кто? – хмыкнул Габриэль.

- Тебя не касается, - заверил парень, дергая рукой, но капитан «Ночей» не отпускал. Вот продажная шкура, а? Конфеты, значит, от Габриэля его не устраивают, а кольцо от черт знает, кого – ради бога?!

Учительница выгнала их из кабинета, сама ушла тяжелыми шагами, вперевалочку по коридору. А Габриэля все еще трясло. Нет, ну надо же, а! Он Флориану не нравится, а какой-то тайный хмырь – очень даже! Не смотря на то, что этот хмырь – он же сам, Марвилл-то этого не знает. И все равно предпочитает какого-то хлюпика с розами!

«Ну вообще…»

- Понятно, - Маккавити помолчал, Флориан изучал его нахальным взглядом. Как всегда – очень шаловливым, даже почти томным. – Шейка-то как? – нашелся Габриэль и протянул руку, отвел волосы сплетника, рассматривая чуть побледневшие, но никуда, само собой, не пропавшие пятна. – Поклонничек-то твой не заревнует? – он опять хотел поиздеваться, но Флориан вовремя махнул рукой, удачно угостив его пощечиной. Книги одной рукой он не удержал, все упало на пол, поэтому пришлось сесть и собирать их.

- Больно, вообще-то! – возмутился Габриэль.

- Переживешь, - пожал плечами Марвилл. – Потому что трогать меня может только тот, кого я полюблю. Можешь смеяться, - разрешил он, но Габриэль просто помог ему собрать книги и отдал их.

- Все понятно. И кого же ты любишь?

- Тебе этого знать не нужно, - помолчав, ответил Флориан и пошел в зал, отнести учебники, а только потом отправиться в столовую. Есть не хотелось, приятное ощущение влюбленности заменяло самые вкусные вкусности.

Этим вечером роза была уже не белой а кремовой с бордовой каемочкой по краям лепестков. Письмо еще более приятное, чем вчера, так что парень чуть не запищал, а его подопечные только лезли смотреть. Флориан отпихивал их и строил недотрогу. Перечитал раза три, а потом на крыльях любви полетел в ванную, долго чистил зубы, слишком задумавшись о том, кто бы мог быть этим поклонником. Ну пусть не Кевин, пожалуйста! Только не он.

Пусть будет даже Лео. Ну хоть Арнольдо. Да ладно, что уж там, Флориан готов был довольствоваться и Эдвином… Ведь такая романтика. Маккавити его раздражал, капитан Венеры был уверен – Габриэль просто издевается и вообще завидует. Только непонятно, кому завидует. Не Флориану же? Но и не поклоннику, он же нормальный.

Очнувшись, отплевавшись от пены и прополоскав рот, Марвилл пошел наверх. Ромуальд, ждавший его появления на подоконнике, сорвался с места и вломился в спальню «Ночей», зашипел на капитана.

- Он там! Давай, бегом! Надзирательницы уже нет, быстрее, пока никто не видит… - выпихнул капитана из комнаты, так что тот оказался прямо перед поднявшимся Флорианом.

- Отойди, Маккавити, не мешай, - певучим голосом попросил парень, но Габриэль досчитал мысленно до пяти, решился и схватил его за плечи. Капитан Венеры остолбенел, не понимая, что за глупость творится, а капитан «Ночей» решил забыть про свои принципы и сделать то, чего требовал план.

- Ну когда же ты мне поверишь, наконец?! – возмутился он страшным шепотом очень трагично, поцеловал шокированного Флориана, но не успел увлечься и перейти от простого прикосновения к чему-то серьезному, как парень взвизгнул и машинально сжал кулак.

Который тут же прилетел сбоку Габриэлю в глаз. Капитан «Ночей» чуть не заорал, схватившись за этот глаз, а Флориан метнулся в свою спальню, все примерзли к месту, когда он запер дверь и сел на свою кровать.

- Фу-фу-фу, - заныл, вытирая губы ладонью. – Бе…

- Что случилось? – Карл рискнул спросить.

- Маккавити рехнулся вообще… Полез ко мне… Целоваться, - Флориана замутило. Это казалось изменой тайному поклоннику, а все «Венеры» вообще были в шоке.

- Вот больной… Я думал, он нормальный, - выдал свое мнение Карл.

- Он псих, - пожал плечами Флориан и, раздевшись, забрался под одеяло, задул свечу.

Габриэль вошел в спальню медленно, мрачно, как пароход в морские воды. Ромуальд округлил глаза, Лео открыл рот, а Хэйдан еле сдержался от смешка. Глаз капитан открыть  отказывался, но когда убрал руку, выяснилось, что фонарь будет красивейший, а глаз невозможно будет открыть пару дней.

- А он не хлюпик, однако, - прокомментировал Арнольдо, на него зыркнули, и пловец затих.

- Идиота кусок… Его целуют, а он дерется… - зашипел капитан, когда Гарольд сбегал за грелкой со льдом, выпросив ее у уже почти заснувшей медсестры. Она пожаловалась, что часто теперь дерутся мальчишки.

- Кое-кто тоже так умеет, - сострил Хэйдан, глянув на Ромуальда. Тот уточнил.

- Тебе в глаз дать?

- Нет, обойдусь, - хмыкнул Грэхэм. Как бы Ромео ни отбивался в феврале, он ни разу его не ударил вот так. Наверно потому, что Хэйдан держал удобнее и умнее.

- Козлина… Вот гад, а! – возмущался Габриэль.

- Ничего, когда он узнает, что это «ты писал» письма, он тебя вообще убьет, - «успокоил» Фил.

- А пока все в порядке, - улыбнулся его брат.

Капитан с ними был в корне не согласен, но теперь пытка сплетника для него превратилась из обещания, которое надо выполнить, в дело всей жизни. По крайней мере – до выпускного. И он решил, что этот гаденыш все равно не уйдет от него, как бы он ни отбивался.



Просмотров: 15527 | Вверх | Комментарии (83)
Помочь проекту

Код баннера




Код баннера




Код баннера
SiteMap generator