Его маленькая тайна. Часть 1.

Дата публикации: 5 Сен, 2010

Страниц: 1

Возле кабинета директора Паркера поджидал его «гид». Обычный парень, но явно помешанный на деловом стиле – его рубашка была застегнута на все пуговицы, на шее красовался галстук, на ногах – темно-синие брюки.

- Приветствую тебя в нашем сумасшедшем доме, но должен сказать тебе сразу, школа Брокенгем ничем не отличается от той, в которой ты учился раньше. Паркер, да?

- Точно, - кивнул парень, опешив немного от такой тирады. Он был еще слегка в ступоре от толпы учеников, что шатались по этой школе.

- Так в какой школе ты учился до этого? – сунув руки в карманы, переспросил гид.

- В городе Закер-Хиллс. Но там маленькая школа была, такая… Ну, в два здания, - Паркер Саммерс еще не мог привыкнуть к тому, что в Брокенгеме школа являла собой огромное здание, внешне напоминающее не то крепость, не то еще что. Тем не менее, не смотря на весь пафос, внутри школа была самая обычная. Кафель, шкафчики, блевотного цвета стены и холодные кабинеты, в которые светит тусклое солнце. Тусклое и зеленоватое по вине окружающего город леса. Домики стояли не как в Закер-Хиллс – маленькой кучкой, а щедро были разбросаны вдоль шоссе между гор, так что на стоянке была чертова куча велосипедов. Не считая, конечно, машин тех учеников, что побогаче.

- Насколько я знаю, ты не только там учился… - с намеком выдал гид, а Паркер зашел вместе с ним в кафетерий, который был наполовину на улице. Саммерс приехал только к обеду, чтобы отдать документы, а директор сразу же припряг его к учебе на оставшихся трех уроках, раз уж учебники ему выдадут учителя.

- А? Да… Еще много где. Просто моя мать, она… Как бы это сказать… - Паркер посмотрел на гида и не стал говорить, что его мать – потрясающая внешне женщина, но она безумно жаждет выйти замуж. Поэтому в каждом новом городе ищет себе жертву, а если жертва по какой-то причине срывается, Паркер и мисс Саммерс пакуют вещи и переезжают в новый город. – Как ты сказал, тебя зовут? – парень лихо сменил тему, а гид быстро отреагировал.

- Гарри. Гарри Осмонд.

- Понятно… У вас тут всегда так холодно? – парень поднял брови задумчиво, гид посмотрел на штангу в одной из этих бровей, а потом решил, что новенький вполне нормальный. Не выскочка.

- Вообще – нет, но сейчас – начало ноября, тебе не кажется странным это совпадение?..

Он так забавно прищурился, что Паркер усмехнулся.

- Ну да, точно. Я тебя не отвлекаю? Если торопишься к друзьям, я сам все посмотрю, - предупредил он очень вежливо. Гарри махнул рукой. Его яркая внешность с характерными чертами – карими глазами, густыми черными бровями и носом-крючком создавала впечатление очень хитрого человека. Но тоже не плохого.

- Ой, какие друзья, о чем ты… Брокенгем – пчелиный улей, тут не друзья, а завистники, не больше.

Паркер моргнул пару раз от такого откровения.

- Хотя есть приятные люди. Но они со мной не очень-то,  - Паркер и Гарри как раз прошли мимо стола безумно стильно одетых людей. – Потому что все они живут в богатом районе, ты наверно видел такие ворота огромные… А я – в доме с крыльцом.

- А разве другие бывают? – удивился Паркер, рассматривая красивую брюнетку с лисьими чертами лица. Она сидела во главе «шикарного» стола и поправляла волосы через каждые две минуты.

- Бывают многоэтажки, - пожал плечами Гарри. – А ты?

- Я на Мур-Стрит, там тоже дома с крыльцом… - опять отрешенно отозвался парень и подошел вслед за Гарри к раздаче. Поднос брать не стал, просто захватил колу и отошел, оставив два доллара на кассе.

- А еще, насколько я заметил, ты запал на Саманту Томсон, - тихо сообщил о своих наблюдениях гид, осклабившись.  – Забудь, она шикарнейшая из шикарнейших. Тебе о ней только мечтать.

- А вон там кто? – Паркер понял, что Гарри – чудесный рассказчик, в самом деле. – Вон та, рыжая?

- Эмма. Она симпатяга, свободна, недавно рассталась со своим бойфрендом, переживает… Так что вполне можешь закинуть удочку, - пожал плечами Гарри. 

На раздаче тем временем случилась трагедия. Буквально катастрофа. К перилам подошел красавец, за которым тащился дохляк с ирокезом. Красавец посмотрел через плечо стоявшему перед ним и услышал вздох.

- Что-то случилось? – сразу влез красавец, чьи черные волосы были зачесаны назад и держались шикарно благодаря гелю. Черные брови, длинные ресницы и карие глаза, обещающие очень много и сильно создавали впечатление, будто пацан вообще из Испании родом. Но симпатичное лицо и четкие скулы вместе с красивыми губами (чего у испанцев не было никогда и не будет) утверждали обратное.

Парень перед ним не ответил, но дружок красавца  показал на полку с коробками сока. Этот молчун всегда брал сок из папайи, но сейчас его не осталось. Красавец посмотрел на поднос девушки перед ним. Там коробочка с соком была.

- Шэрон? – позвал красавец.

- Да? – девушка довольно спокойно обернулась, не глядя на стоящего за ней любителя папайи, но уставившись на красавца.

- Я так люблю этот сок… Не уступишь, а? А я тебе весь обед оплачу, - пообещал он, сладко улыбнувшись.

- Лучше в кино пригласи, - усмехнулась девушка.

Красавец чуть к черту ее не послал. Обед стоит максимум баксов десять, а вот кино не меньше семидесяти пяти, учитывая попкорн, колу-фанту-спрайт и шоколадку, которую Шэрон непременно захочет.

- Как скажешь. Завтра в семь я за тобой заеду, - пообещал он, забирая у нее сок. Девушка спокойно ушла, взяв вишневый, а коробочка с папайевым оказалась на подносе у стоявшего за ней парня. Он молча отдал пару купюр кассирше и уже развернулся к выходу вместе с подносом, как красавец напомнил о своем существовании.

- А что ты делаешь сегодня вечером? – он тронул парня за плечо, но тот едва обернулся, волосы завешивали лицо, так что красавец опять не мог на него посмотреть.

Он выразительно промолчал, так что Курт быстро убрал руку с его плеча. А парень все же ушел на улицу, к самому дальнему столу на краю поляны. За ней был только лес.

- Эх… - Курт вздохнул, а его дружок с ирокезом скептически на это отреагировал.

- Ну ты тупой вообще. А как же твое «Я завтра заеду за тобой в…»?

- Ты всерьез думаешь, что на него бы это подействовало? Если да, то это ты тупой, Джас, а не я, - красавец закатил глаза, поправил свою роскошную укладку и пошел на улицу к их столу, чтобы была возможность посмотреть на продинамившего его одноклассника.

- Слушай, успокойся и посмотри лучше на Саманту. Вы с ней пара от бога, вы просто созданы друг для друга, - зашипел Джастин, седлая скамейку и уставившись на дружка. В голосе немного звучала зависть, потому что уж ему-то с торчащим кадыком и выпученными глазами Саманта точно не светила.

- Да на хрена она мне сдалась, - махнул рукой Курт. – Сам на нее посмотри. Пустышка, думающая только о своей внешности и о том, как на нее посмотрят другие.

Джастин замер с поднятыми бровями, и Курт вздохнул.

- Ну да, мы в чем-то похожи. Но зачем мне такая же, как я?.. А ты посмотри на него… Это же просто… - он вздохнул, не в силах выразить свое отношение.

- Это же просто конченый психопат, чье развитие интеллекта и сексуальности остановилось на уровне четвертого класса. И который даже имени твоего не знает, я уже промолчу о том, что он страшный.

- У тебя дерьмовое зрение, - огрызнулся Курт.

- Ну, я знаю, что есть такие мужики, которые любят одноногих баб, одноруких… У жены одного режиссера вообще отрезана одна грудь. Но ты-то зачем в это болото?!

- Да ты вообще больной! – разозлился красавец, глядя на него в шоке. – Как можно сказать, что он не сексуален?

Джастин обернулся и посмотрел на парня, сидящего на лавке на коленях, поджав пятки. Он сосредоточенно что-то рисовал в альбоме цветными карандашами.

- Ладно, допустим, у нас разное понятие о сексуальности… Но все равно, как бы там ни было, тебе он никогда не достанется. Потому что просто туп, если честно, уродлив, а помимо всего прочего – неадекватен. Так что оставь мысли о нем для своих ночных эротических фантазий.

- Да пошел ты! – беззлобно послал Курт.

- Разве я не прав?

- Не прав! Кроме эротических фантазий, конечно.

- Ты и правда больной.

Паркер со своим Гидом сидел за несколько столов от местной «дурочки-самодурочки» и беседовали.

- А кто тот парень в майке? – скептически уточнил Паркер, а Гарри посмотрел в сторону красавца. Смуглый торс того и правда обтягивала белая борцовка, сверху была накинута серебристая куртка, как у пилота.

- Курт Манон. Немец, вообще-то, но его мать, кажется, втихушку мутила с испанцем, о чем мистер Манон понятия не имеет. Переехал сюда четыре года назад, но, как видишь, уже завоевал бешеную популярность. Они с Самантой просто на небесах обручены, но она ему не нравится. А он ей, потому что он только и делает, что транжирит деньги папаши, а ей внимания уделять не станет. И потом, у него уже есть личный фетиш.

- Фетиш? – фыркнул Паркер, присасываясь к своей банке с колой. – Кто она?

- Он, - Гарри закатил глаза, отхлебнул своей минералки, полюбовался изменившимся лицом новенького и пояснил. – Судя по всему, Манон – педик. Ему нравится вон тот чувак, но он об этом даже не подозревает. Я сильно удивлюсь, если он вообще знает о существовании слова «секс», - Гарри кивнул на дальний стол, и Паркер обернулся. И правда, по сидевшему там парню нельзя было сказать, что он – воплощение гейской мечты. Ведь геи не должны вести себя, как восьмилетние дети?

Но у Паркера была близорукость, так что рассмотреть «фетиш» он не мог.

- А что с ним такое?

- Не все дома, - покрутил Гарри пальцем у виска. – Хотя учится он неплохо. Лучше даже, чем та же Саманта, но ее диплом купят предки.

- Почему он один сидит?.. – жалостливо поинтересовался Паркер вполголоса. – С ним никто не дружит?

Гарри от души засмеялся своим обаятельным смехом, похлопал сам себя по груди, потому что чуть не подавился минералкой.

- Ты думаешь – он аутсайдер? Типа, его тут все травят? Ошибаешься, - фыркнул Освальд. – Если можно так сказать, то это мы для него аутсайдеры.

- И это он вас травит, - хмыкнул Саммерс недоверчиво, облизнулся. – А этот Манон такой стеснительный что ли, что четыре года к нему не подходит?

- Попробуй, подойди, - пожал плечами Гарри, улыбаясь так, что было видно – намекает на гадость. – Кстати, его зовут Роуз, если соберешься блистать знаниями.

- Слушай, я во многих школах учился и с кучей народа общался. Не думаю, что он такой уж страшный, что сможет меня удивить, - вздохнул Паркер. – Просто хочу посмотреть, что это за тиран такой.

- Угу, когда подойдешь, не кричи громко, ладно? – попросил Гарри. – А то мне от директора влетит. И не говори потом, что я тебя не предупреждал.

Паркер встал и целенаправленно двинулся к столу этого парня, так что Курт сразу встрепенулся.

- Это еще что за чмо?! – возмутился он, а Джастин обернулся.

- Хрен его знает. Новенький вроде. Что-то на «П». То ли Патрик, то ли Паркер… Не волнуйся, он твою красоту не отобьет, - фыркнул Джастин, разворачиваясь, чтобы было лучше видно. А сам подумал «Вот сейчас увидит его и бросится обратно». Хотя новенький не выглядел трусом – высокий, с довольно модной стрижкой, в рэперских штанах и огромных патрулях. Он подошел к зоне радиации совсем близко и сел на скамейку напротив парня. Тот даже не отреагировал, продолжая рисовать резкими, быстрыми движениями руки, как рисуют дети – яростно и некрасиво. Пустой поднос с не менее пустой коробочкой сока стоял на краю стола, отодвинутый, чтобы не мешал.

Саманта тронула своих шикарных друзей за руки, и те сразу уставились в ту сторону, как и Эмма, на которую новенький положил глаз во вторую очередь.

- Привет, - довольно нагло начал Паркер, решив не строить скромного дурочка, а заняться наездом. – Меня Паркер зовут, я новенький. А ты, кажется, Рой? – нарочно перепутал имя, а в ответ раздалась тишина, парень резко перестал рисовать, красный карандаш, зажатый в его кулаке, остановился посреди листа.

- Роуз, - шепотом поправил он. – Меня зовут Роуз, - а потом поднял голову, и Паркер в самом деле вздрогнул, но вида не подал. Никаких страшных шрамов, врожденных дефектов и ужасов на лице у парня не было, но дело было в самом лице.

- Тебе не скучно тут одному? – довольно мило осведомился Паркер, не отрывая от него взгляда. Немного лохматящиеся, рыжеватые волосы, достающие ему до ключиц, теперь не закрывали лицо, так что можно было рассмотреть с удовольствием.

И Курт тоже пользовался этим издалека.

Вблизи все было впечатляюще, Паркер не знал, какое определение дать этому лицу. Оно, безусловно, было уродливо, но в то же время прекрасно. Саммерс раньше уверен был – так не бывает, но теперь видел это наяву. У лица, как и у имени его обладателя не было пола. Никакого вообще. Он не был юношей, похожим на девушку, но и девушкой, похожей на юношу тоже не был.

А еще лицо было немного… Асимметрично, поэтому стало жутковато.

- А я не один, - тонкие, но в то же время чувственные губы растянулись в улыбку, не показывающую зубы.

- Тогда где твои друзья? – не удержался Паркер и хмыкнул. И понял, наконец, что же кажется в голосе Роуз неприятным. Все то же – отсутствие каких-то особенностей, которые определяли бы половую принадлежность. Ни тебе женских истеричных ноток, ни мужских басовитых или скрипучих. Он был просто тихий, бесцветный и лишенный эмоций. Грудной.

- Вот мой друг, - Роуз тронул рукой сидящую на столе куклу. Точнее, сначала Паркер принял это за куклу и не обратил внимание, сейчас же рассмотрел получше и понял – это марионетка для театральных выступлений. Явно дорогая, судя по идеально вырезанному лицу. Стеклянные круглые глаза в обрамлении жестких ресниц смотрели вдаль, не моргая, а челюсть имела два шва, так что Паркер понял – рот у марионетки открывается. Краска с кукольных губ немного стерлась, а волосы на голове топорщились, выдавая свое искусственное происхождение.

Паркеру захотелось сделать парню хоть какой-нибудь комплимент, он даже почти ляпнул: «У тебя красивые глаза», но потом опомнился.

Парень точно спросит ехидно «Который из них?» потому что правый его глаз был карим, а левый серым, что смотрелось так же отвратительно на бесполом лице, как и лягушачий рот. То есть, если бы он принадлежал девушке, это было бы довольно красиво, но парню…

Бровь над карим глазом была постоянно приподнята, уголок рта с правой стороны тоже поднимался, зато серый глаз был не таким хитрым, а губы с левой стороны никак не кривились. Будто бы правая половина лица Роуз усмехалась, а левая сохраняла полное спокойствие и ледяной самоконтроль. На этом асимметрия заканчивалась.

- Как с ним можно дружить, если даже поговорить нельзя? – фыркнул Саммерс наконец и без спроса взял марионетку, оказавшуюся довольно тяжелой. Посмотрел на нее, повертел в руках, на затылке обнаружил отверстия, на спине тоже. Видимо, туда нужно было вставлять пальцы и шевелить конечностями куклы. И деревянным ртом тоже.

- А ты разве не слышишь?.. – Роуз улыбнулся широко и приложил ладонь к собственному уху. – Это музыка конца света.

Паркер уже убедился, что Гарри не шутил, и у парня явно не все дома. А Курт бесился, морщась и делая вид, что сейчас кому-то набьет морду.

- Нет, ты посмотри, он разрешил этому укурку брать его куклу!

- Давно пора делиться куклами, - хмыкнул Джастин. – А то что он вечно, как девочка, один с ней играется.

- Заткнись, - вздохнул Курт.

Роуз молчал, уже убрав руку от уха и подперев кулаком подбородок. Он молчал, даже перестав улыбаться, его губы были неподвижны и сомкнуты, лицо совершенно спокойно, а Паркер вдруг услышал задорный мужской голос, похожий на тот, которым в кино говорят мелкие мошенники.

- Ты, мудак, сам тупой и чмо хитро***, а еще ты *** и в штанах у тебя вместо *** знаешь, что? Я тебе сейчас расскажу…

Паркер побелел и выронил куклу, округлив глаза. Марионетка лежала на деревянной поверхности и продолжала зверски материться. Саммерс уставился на местного сумасшедшего, но тот по-прежнему молчал, только немного улыбнулся снова, глядя на него в упор. Да и вообще, голос шел именно от куклы, а не от него, так что Паркер начал медленно подниматься со скамейки.

- Роуз, подними  меня, мать твою!! Я его *** них*** не вижу, ***, как ты можешь надо мной так *** и вообще *** козлорогий.

Владелец марионетки послушно взял ее, посадил на стол, как она сидела раньше, и сунул три пальца в голову куклы. Та сразу же развернула личико к Паркеру, а брови вдруг опустились хищно, оказавшись подвижными деревяшками. Рот открылся и снова закрылся, подчиняясь будто не пальцам парня, а воле самой марионетки.

- Слышь, ты, убогий?! П*** отсюда и лучше запирай на ночь дверь, а то я *** и *** тебя в ***, понятно?! – «мошенник» в теле марионетки рявкнул, и Паркер упал, запнувшись за скамейку. Встал, не отрывая взгляда от куклы и ее владельца, развернулся и бросился в школу. Гарри сорвался с места и побежал за ним, еле сдерживая смех и не собираясь объяснять самоуверенному новичку ничего.

Паркер нашелся в мужском туалете, глядящий на себя в зеркало и пытающийся вспомнить, что и когда он курил. Поплескал водой в лицо и закрыл глаза.

- О, вот ты где! – радостно возвестил Гарри, вломившись в дверь, и Паркер чуть не умер от инфаркта.

- Господи, я чуть не спятил! Не пугай так!

- Окей, - Осмонд примирительно поднял руки. – Ну как? Пообщался с бедным и  обездоленным?

- Что это было? – передернулся Саммерс, не в силах выкинуть из головы бесполый голос и не менее бесполое лицо. А уж ругань марионетки вообще прочно засела в мозгах.

- Да так. С Салли разговаривал? – уточнил Гарри странно.

- С какой Салли?.. – затупил Паркер.

- Ну, там сидела невидимая девочка Салли, ву-у-у… - Гарри протянул к нему руки, плавно ими шевеля и делая страшное лицо.

- Нет, - Паркер помотал головой. – Его марионетка РЕАЛЬНО говорящая! Я вообще… Чуть не умер там, надо сказать кому-нибудь!

- А, Бен, - махнул рукой Гарри и потащил новенького за локоть из туалета. – Бен – это еще цветочки. Пошли, а то опоздаем.

- Какой Бен, какая Салли?! Что за бред, вообще, вы тут рехнулись все?! Надо сдать эту дурацкую деревяшку на опыты! Ученым отдать! – возмущался парень, но шел, не упираясь.

- Забудь. Считай, что тебе показалось, - хихикнул Гарри, не собираясь выдавать секрет Роуз сразу вот так, сходу. Ведь всем было интересно, что станет делать новичок.

Более того, нельзя было говорить Паркеру правду, потому что Курт, кажется, тоже еще не был знаком с Беном и Салли. Он не подходил к Роуз не из-за неприятного опыта с его марионеткой, а из-за собственной симпатии к нему. Скромничал все, не решался. А Роуз, кажется, даже не подозревал о существовании такого человека – Курта Манона, хоть и учился с ним в одном классе.

- Кстати, вы сидите рядом теперь, - радостно сообщил Гарри, издеваясь.

- С кем? – побелел Паркер.

- С Роуз, - улыбнулся гид, почти плача от смеха. Как он обожал этот момент – наивный и пафосный новичок приезжает в их тихий город, начинает жалеть аутсайдера, подсаживается к нему так или иначе… А потом либо с ума сходит от ужаса, либо уговаривает родителей уехать из города, либо демонстрирует выдержку и вступает в ряды обычных школьников, привыкших к шуточкам Роуз.

- Ни за что, - прохрипел Паркер, начиная дрожать.

- Да ладно тебе, он не кусается. И не такой уж он страшный, если привыкнуть. Просто в классе больше мест нет, а он за партой сидит один. Угадай, почему, - Гарри опять пробило на смех. – Просто не лезь к нему, вот и все.

Когда они подошли к кабинету, как раз прозвенел звонок, и все начали заходить в класс. Курт прошел первым, за ним Джастин, потом Саманта, рассматривающая задницу Курта чисто машинально. За ней ее подружки и друзья, потом Эмма, сосредоточенная на учебнике. И в конце концов – Роуз, которого Гарри великодушно пропустил.

- А вообще, этот новенький очень даже ничего, - раздался нежный, девичий голосок. Немного визгливый, но все равно очень приятный.

Паркера опять затрясло – в коридоре никого больше не было. Никаких девчонок.

«Вот и Салли», - мысленно гогоча, решил Гарри.

- Ты думаешь? - раздался задорный, хриплый голос марионетки. Она высовывалась из бархатного рюкзачка Роуз и смотрела будто прямо на Паркера, злобно усмехаясь. Саммерс понял, чей голос напоминает ему голос марионетки. Таким же голосом говорил актер, который озвучивал куклу Чаки в триллере.

Уверенности и радости это не прибавило.

- Он такой… Хорошенький, - кокетливо заметила невидимая девушка.

- По-моему, урод, - засмеялась марионетка.

Гарри поразился тому, как Роуз развеселился сегодня. Надо же, даже шутит. Он протолкнул Паркера к последней парте, тот сел, как статуя, оставив свой табель на столе учительницы.

- Здравствуйте, дети, сегодня у нас совместный урок из двух групп, потому что мистер Сандерс заболел, - вздохнула, зевая, женщина в коричневом костюме с юбкой. Дети застонали уныло. – Знаю-знаю, мы все ненавидим друг друга…

- Мы ненавидим школу, - хмыкнул Курт, Джастин быстро посмеялся над этим, посмеялись и все остальные.

Кроме Роуз, который, как понял Паркер, решил игнорировать учительницу.

Той было все равно.

- Сегодня у нас пятница, поэтому мы не будем резать лягушек и смотреть на их богатый внутренний мир, а просто понаблюдаем за препарированием на видео, - она продемонстрировала диск и вставила его в проектор.  На стене вдруг нарисовался экран, а свет учительница погасила. Саманта принялась за смс-общение, Эмма решила поспать, Курт развернулся и принялся коситься то на экран, то на Роуз, лицо которого было видно сейчас. Он заправил волосы за ухо, отвернулся от Паркера и наклонил голову, взялся за какой-то журнальчик. Саммерс покосился из любопытства и понял, что это… Раскраска. Детская раскраска.

На первый взгляд она была именно детской, но стоило присмотреться, и видно было – там не принцессы и дракончики, там преимущественно памятники архитектуры, да и вытащенные Роуз фломастеры были темных цветов. Серый, фиолетовый, черный, синий…

- А еще он очень любопытный, ты не находишь? Таким нос укорачивают, чтобы не совали его не в свое дело, - тихо сообщила невидимая девушка.

Паркер быстро отвернулся.

- Он запал на тебя, детка… Салли, ты пользуешься популярностью, - прохрипел тоже шепотом Бен-марионетка.

- Саманта, закрой рот, ради бога, - попросила учительница, не глядя.

- Это не я, - отозвалась девушка едва ли возмущенно, принялась наматывать на палец свою жвачку.

- Это Салли, - «сдал» Гарри ехидно.

- Так вот пусть Салли заткнется и перестанет мешать нам слушать, потому что колонки и так не ахти, - попросила учительница, дошла до парты Паркера и отдала ему табель со своей росписью. Парень шепнул.

- Спасибо, мисс… Мисс Гранж.

- Не за что. Паркер, да? – учительница тоже улыбнулась, но отрешенно. Ей было плевать с высокой башни.

- Паркер Саммерс, - пропела Салли.

- Салли, заткнись, - попросила мисс Гранж во второй раз, и девушка наконец замолчала.

Паркер сосредоточенно пытался найти ее взглядом, одновременно удивляясь, как легко учительница хамит этой девице. Может быть, Салли сидела где-то здесь, ведь он не знал всех по именам, а тех, кого Гарри не назвал, в классе было достаточно.

Проблема была в том, что неясно, откуда шел этот голос. Он был то с первых парт, то совсем рядом.

- Что за Салли? – Курт тоже удивился, глянул на Джастина, а тот пожал плечами, не собираясь ломать всем удовольствие от кино «Курт Манон наконец решился заговорить со своим эротическим идолом и получил по полной программе».

- Фиг знает. Может новенькая у Сандерса в классе.

В школе никогда не обсуждали Роуз и его марионетку. И Салли тоже, так что Курт был в счастливом неведении.

После уроков Паркер резче некуда вылетел из школы, так что Гарри пришлось за ним бежать. Он уже собирался попрощаться, как вдруг вспомнил.

- Ты же на Мур-Стрит живешь? – уточнил, отцепляя от велосипеда цепь.

- Ну да, - кивнул Паркер.

- Я на Бигдейл-авеню. Так что вместе поедем, покажу тебе городок наш,  - хмыкнул парень, а Саммерс безумно обрадовался, что хоть не заблудится.

И тут же онемел – с парковки, громыхая включившейся музыкой, выехал роскошный «родстер» белого цвета. Всего два кожаных сиденья, зато сзади можно было сесть высоко, практически на багажник. Что, собственно, и сделал Джастин.

- С ума сойти… - только и смог прошептать Паркер, не отрывая от этой красоты глаз. Курт Манон вырулил с парковки с таким видом, будто все люди – ничтожества, он один – звезда. И его друг тоже немножко звезда.

Зато потом Паркер фыркнул, увидев потрясающую картину. Буквально столкновение двух реальностей - за территорию школы вышел Роуз. Его полосатая розово-серая кофточка теперь видна была только спереди, потому что парень натянул черный плащ с красной изнанкой. На спине покоился все тот же бархатный рюкзачок, из которого высовывался Бен.

- Роуз! Роуз, подожди! – Курт на глазах у всех выскочил, поддавшись на уговоры Джастина, и оббежал парня, чтобы не тронуть его за плечо, как в кафетерии.

Тот остановился, чуть повернулся, так что Джастин увидел левую половину его лица – спокойную и холодную с ярким серым глазом. Передернулся в который раз.

- Тебя подвезти?.. – наконец выдавил Курт так, будто он не был красавцем с потрясающей фигурой, привлекательным лицом и роскошной тачкой.

Роуз молча отодвинул его и пошел дальше, будто он не был совершенно кошмарным созданием собственных родителей (которые развелись именно из-за него, потому что отец просто сбежал от такого «сыночка»).

Как только он скрылся в лесу, уходя по узкой тропинке, Курт все же не выдержал и пнул столбик, к которому был пристегнут чей-то велик.

- Блин! Блинский блин!! – рявкнул он, обошел свою тачку снова и запрыгнул на водительское место, не открывая дверь, через открытый верх.

- Слушай, а ты вообще уверен, что он шарит по-английски?

- Джастин! – Курт зарычал так, что его дружок решил попридержать издевки на потом.

- Ты можешь подвезти нас, - предложила Саманта, оказавшись рядом с мега-тачкой и встав в позу – отставив ногу, уперев руку в бедро.

- Вы все не влезете, - холодно отбрил Курт, и «Родстер» выехал на проезжую часть.

- Иногда я тебя просто не понимаю, - вздохнул Джастин.

- А я иногда не понимаю Саманту. Неужели она думает, что нравится мне?! – парень психовал.

- Ну, знаешь, я бы на ее месте именно так и думал. Особенно учитывая, что она каждый день видит в зеркале, когда выходит из душа.

- Фу, - Курт поморщился, посмотрел в зеркало. Нет, эта мордашка не достанется Саманте.

- Ах, да, забыл. Ты же предпочитаешь фантазировать о том, что в зеркале после душа видит Эберхард...

- Во всяком случае, это приятнее, чем пара сисек, которые через пару лет начнут отвисать из-за законов физики.

- Во всяком случае у нее хотя бы глаза одного цвета.

- Вот именно, - фыркнул Курт. – Где загадка, где недосказанность? Все ясно. Какого цвета глаза Саманты Томсон? Зеленого. Какого цвета глаза Роуз Эберхарда?..

Джастин промолчал.

- Вот ответь на этот вопрос одним словом, тогда я поверю, что их можно хотя бы сравнивать.

- Вот только нормальные люди, Курт, в нашем возрасте каждый день ломают голову над тем, как трахнуть одну единственную девушку в нашей школе. Ну, на худой конец, парня. Знаешь же Шэннона из шестого?

- Мелкого такого?

- Он симпатичный, - вздохнул Джастин. – Хотя бы поэтому на нем сосредоточено внимание всех педиков нашей школы.

- И что?

- И то, что только ты, одаренный наш, прешься по совершенно… СОВЕРШЕННО непривлекательному, прости боже, существу. Понимаешь? Не понимаешь? В нашем возрасте все мечтают трахнуть кого-нибудь! А ты мечтаешь с ним хотя бы поговорить!

- Возвышенные чувства всегда ценились больше, чем тупой перепихон! – Манон уже не знал, как отвязаться.

- Вот когда ты эту здравую мысль донесешь до мозгов Эберхарда, тогда и поговорим о чувствах. Хоть о каких-нибудь, я уж не говорю о возвышенных.

- Джас… - жалобно позвал Манон.

- Ну?

- Скажи, вот будь ты на его месте, что бы тебя во мне не устраивало?

- Твой пол? – усмехнулся Джастин, но Курт остановил тачку на дорожке перед гаражом своего особняка (особняка родителей, точнее) и посмотрел на друга так, что тот понял – рискует лишиться ирокеза.

- Я серьезно.

- Знаешь, он не выглядит любителем девочек. Он не выглядит любителем вообще кого-либо, так что я не знаю. Может у него комплексы? С его рожей это вполне оправдано…

Курт замахнулся было, но Джастин перехватил его кулак и усмехнулся беззлобно.

- Смотри правде в глаза. Это тебе он кажется воплощением красоты, а остальные аж со скамеек падают, как этот новенький сегодня.

- Он просто не похож на тебя, к примеру, - фыркнул Курт, заходя на крыльцо и открывая двойные двери, так что они попали в роскошную гостиную. Хотелось оторваться, ведь начались выходные.

- Но на Саманту он тоже не похож, - поддразнил Джастин, сразу отправляясь на кухню за пивом, которое всегда было в большом, трехдверном холодильнике.

Когда он вернулся с четырьмя открытыми бутылками и пачкой чипсов в зубах, Курт сидел на диване, поставив локти на колени и руками закрыв лицо.

- Он вообще ни на кого не похож, - вздохнул парень наконец и сделал умное, спокойное лицо, взял бутылку, открыл чипсы и щелкнул пультом от телевизора. Вечер обещал стать отличным.

- Папашка твой где?

- Пашет, как всегда, - пожал плечами Курт. – В городе. Потом поедет к своей Синтии.

- А Анжела? – мать Курта предпочитала, чтобы ее не звали «мисс Манон».

- А она с подругами «по бабам», как она выразилась.

- Великолепно. Может нажремся и позвоним Саманте ночью? Раскрутим ее на секс по телефону?..

- О, да. Только звонить будешь ты, тебе же она нравится, - поморщился Курт.

- Ты мне друг или не друг?!

- В таких делах не друг. Я звонить буду только тому, кто мне нравится.

- Ой, я представляю это. «Алло, мисс Эберхард, можно Роуз к телефону?.. Спит? Разбудите, не беда. О, привет, Роуз, не можешь лечь поудобнее и сказать нам, во что ты одет? Ммм! В пижамку с мишками!! Снимай! Только медленно… Можешь еще так легонько провести рукой по…»

Джастин не закончил свой поток сознания и слетел с дивана от пинка, потому что Курт полулежал, а дружок сидел у него в ногах, удобно устроившись возле подлокотника.

- А что? Слабо?

- Я не идиот. И перестань так о нем говорить.

- Как же… Куда мне, немытой сволочи, до твоего «красавца». Кстати, я даже думаю, что он и психически не совсем того, здоров.

- Он нормальный, - мрачно возвестил Курт, делая серьезное лицо. – А это, случайно, не цитата про «немытых сволочей»?

- Цитата, - фыркнул Джастин. – Он меня так назвал, когда я в шутку сказал, что у рот – хоть мух лови, в самый раз.

Курт обалдел не от того, что его друг оскорбил его мечту, а от того, что эта мечта…

- Он говорил с тобой?! – у Манона челюсть отвисла.

- Если считать его откровения по поводу того, что я - «Сволочь немытая» и «девственник прыщавый» разговором, то да, у нас была высокоинтеллектуальная беседа.

Курт еле сдержал смешок. Как, однако, четко Эберхард откомментировал внешность самого Джастина. Прямо в яблочко.

Джастин мрачно на него посмотрел и вдруг спросил.

- А зачем, скажи мне, ты так стараешься обратить на себя его внимание? Неужели нельзя просто подойти и пристать к нему после школы, к примеру, если уж тебе так хочется?

- Пристать? – переспросил Курт задумчиво.

- Ну да. Тебе не приходило в голову, что ты «слегка» больше и «немного» тяжелее? Ну и сильнее ко всему прочему. Вряд ли он тебе врежет, он же драться не умеет. Да я думаю, он даже отбиваться не станет.

«Разве что Салли с Беном опять нарисуются, и ты опсихеешь от испуга», - подумал парень мысленно, но договаривать это не стал.

- Ты мне еще изнасиловать его предложи, - фыркнул Курт, хлебнув еще пива. – Вообще чудесно будет. Нет, так не пойдет.

- Как хочешь, - вздохнул Джастин.

- Хотя идея неплохая… - протянул Манон, прикрыв глаза и представив себе это. Четыре года сплошных фантазий – просто кошмар же.

«Вот интересно, а вопить он тоже на три голоса будет?» - подумал Джастин, а потом опомнился и дал себе мысленную оплеуху. «Нет, мне не интересно».

* * *

Роуз домой вернулся поздно, нагулявшись по лесу, наговорившись с Беном и Салли. И с деревьями тоже пообщавшись. Он был уверен, что деревья – такие же живые существа, как люди. А значит, с ними можно поговорить. Он просто знал это, как таблицу умножения.

- Это ты, Роуз? – мать позвала из гостиной, она была увлечена каким-то ток-шоу с симпатичным ведущим. Тетка Жаклин была там же, она сосредоточенно пилила ногти. Выглянула в арку гостиной и увидела племянника возле двери.

- А кого ты еще ждала, - хмыкнула она.

Жаклин была единственным, кроме матери, человеком, который не считал Роуз страшным. По крайней мере, он сам так думал, потому что о чувствах Курта вообще ничего не знал. И знать не хотел.

- Как в школе?

- Хорошо, - спокойно отозвался парень, оставив плащ на вешалке и отправляясь наверх.

Мать закатила глаза, глянула на сестру, а та пожала плечами. Вообще, по характеру Жаклин с племянничком совпадали. Им было глубоко плевать на то, что все делают. Все хотят с кем-то переспать – Роуз на это плевать хотел. Все женщины хотят замуж – Жаклин тоже на это плевать хотела. А вот Аврору, мать Роуз, это не устраивало. Как можно быть таким отрешенным?.. Ну ладно, он растет без отца, с двумя женщинами в доме… Но ведь должно же быть хоть какое-то стремление к противоположному полу?

Это она выдала и сестре.

- Ну, или к тому же полу, хотя бы, - вздохнула напоследок.

- То есть, ты обрадуешься неимоверно, если ему понравится пацан? – Жаклин выгнула нарисованную бровь.

- Так ведь уже не то, что сейчас, - пожала плечами Аврора.

- Ты не заметила, что он задержался сегодня?.. – вкрадчиво уточнила тетка.

- Он всегда задерживается.

- Но не так поздно, - продолжала настаивать Жаклин.

- Думаешь, кто-то появился?

- Будем надеяться, - тетка рассмотрела свою руку с маникюром и осталась довольна. Хотелось надеяться на то, что этот «кто-то», кто появился у Роуз, не из той же серии, что Салли и Бен. Бена обе женщины терпеть не могли, это был настоящий кошмар, мать с теткой ненавидели эту дурацкую куклу, а Роуз в ней души не чаял. Повсюду с собой таскал и оставлял иногда даже на кухне. Вот это был кошмар – ночью спуститься и увидеть в темноте сидящую на столе марионетку.

Правда в последнее время парень перестал так шутить.

Он постоял под душем, думая о том, что новичок сегодня сильно поднял ему настроение. Надо же, еще остались люди, которые с ума сходят при виде говорящих марионеток! Этот «Паркер» очень даже забавный.

А тот странный парень возле белой тачки просто идиот, на него Эберхард решил не тратить время и мысли. Он просто вышел из душа, посмотрел на себя в зеркало и закрыл глаза.

Вот сейчас он их откроет, и там будет все нормально, все, как у всех. Одинаковые глаза, нормальное лицо… Ну хоть какая-нибудь мужская черта. Или какая-нибудь женская, уже можно будет зацепиться.

Он открыл глаза и вздохнул – ничего подобного.

 Повернул голову влево, карий хитрый глаз с поднятой бровью загадочно смотрел из отражения, поднятый угол рта ухмылялся.

Повернул голову вправо, серый глаз холодно и серьезно изучал его в зеркале, это будто был совершенно другой человек.

Если завесить челкой один глаз (тот самый, хитрый), то лицо выглядит совершенно нормально. Даже похоже на что-то, а не на страхолюдину, которой себе Роуз казался.

Челка у него была косая, специально, чтобы закрывать карий глаз, волосы вообще светлые. Светло-рыжие, настоящие, ни разу не крашеные.

С отчаянием он вышел из ванной, упал на кровать, закрыл лицо руками и застонал. Жизнь – отвратительная штука. Отвратительнее только зеркала.

- Да ладно тебе, иногда ты очень даже хорошенький, - сладко пропела Салли.

- А иногда ну просто Фредди Крюгер, - хрипло засмеялся Бен, сидевший на письменном столе и смотревший в стену.

- Раз-два, Фредди заберет тебя, три-четыре, запирайте дверь в квартире, пять-шесть, Фредди хочет всех вас съесть… - протянул Роуз своим голосом, казавшимся ему таким же дурацким, как лицо.

- А дальше? – любопытно осведомилась Салли.

- Забыл? – фыркнул Бен.

- Не помню, - махнул рукой Роуз. На Хэллоуин было весело, он даже почти обрадовался, что у него такая неповторимая внешность. Особенно классно смотрелась идея нарисовать посреди лица шрам. Будто бы лицо было разрезано напополам и грубо заштопано кривыми стежками. Получилось великолепно, вот только остальные смыли утром грим и стали нормальными, а Роуз хоть смывай, хоть не смывай – разницы никакой.

- Сладких снов, - пожелала Салли.

- И тебе, - хрипло отозвался Бен.

Роуз протянул руку и погасил ночник одним прикосновением. Сенсорный выключатель это здорово, когда проблемы с координацией. Раньше парень периодически ночники ронял в поисках выключателя на них.

Он закрыл глаза, пошевелился, устраиваясь удобнее. Перевернулся на бок, посмотрел в окно – за ним лил дождь, капли собирались в струи и стекали по стеклу. Шумели листья, по которым бил ливень. А по стенам скакали тени, в конце концов, Роуз уставился туда же, куда всегда смотрел ночью – в угол между шкафом и дверью. Там ничего не было, кроме стула с кучей барахла, но вся эта куча барахла отбрасывала такую жуткую тень, что начинало трясти.

Роуз всегда боялся темноты.

Жаклин ему раньше говорила, что темнота тоже живая, как и деревья, как и все-все-все. И темнота не сделает ему ничего плохого, ведь он может прогнать ее, когда пожелает – всего лишь включив свет.
Парень посмотрел в потолок, посчитал до десяти, потом снова уставился в темный угол за шкафом. Как жаль, что с кровати не видно, что там, потому что всякая хренотень может вылезти совершенно неожиданно.

- Ты опять тут?.. – шепотом уточнил Роуз, не надеясь на ответ. Ведь это было настоящим извращением.

- Я всегда тут… - ответил ему тягучий и сладкий, как сироп, голос. Из-за шкафа показалась черная рука с длинными пальцами. Она шлепнула по стене, по светлым обоям, будто держась за них. Затем вылезла гуттаперчевая нога невероятной длины, будто лишенная коленки. Рука на стене оставила жирный, черный след, капли потекли вниз, к плинтусу. Из-за шкафа, перетекая, плавным движением появился Он.

Роуз невольно сел и отполз в угол кровати, наблюдая за появившимся Темнотой. Он был ужасен, но прекрасен, прямо, как сам Роуз.

Он был выше любого человека, парень готов был поклясться – черная фигура была не ниже двух метров, она почти подпирала головой потолок. Его кожа была предсказуемо черного цвета, но не шоколадного, а угольного. Его волосы были мягкими и длинными, тоже черными, с них постоянно капало что-то густое и черное, похожее на смолу. Возможно и сами волосы были всего лишь смолой, принявшей их форму. Черное лицо оставляло желать лучшего – когда Темнота открывал рот, видны были острые, треугольные зубы, а глаза светились желтым.

Он двигался не как монстры в ужастиках, не дергался и не «ломался», он шел будто от бедра, перетекая и манерно двигая плечами. Он был одет в черное, или его одежда просто испачкалась от нефтяного тела, сапоги на квадратных каблуках делали Темноту еще выше, а когти на руках делали его опаснее.

Там, где он прошел, на ковре остались черные лужи, которые тут же поднимались и втягивались в тело, становясь его частью.

- Тебе одиноко?.. – посочувствовал Темнота, будто бы садясь рядом с Роуз на кровать, но на самом деле всего лишь вползая на матрас текучим движением.

- Мне всегда одиноко, - вздохнул парень.

- Ты их пугаешь, - пояснил Он, протянув руку и тронув его лицо ласково. Роуз почувствовал влажное, теплое прикосновение «смолы», которая запачкала его щеку. – Если ты хочешь, чтобы у тебя были друзья… Не надо их пугать.

- У меня и так достаточно друзей. Бен и Салли, - фыркнул парень, улыбаясь, когда гуттаперчевые пальцы второй руки Темноты удлинились, проникая под его футболку, стягивая ее, оставляя на полу.

- Но их же не существует, - шептал Темнота, как зачарованный наблюдая за тем, как светлая, настоящая и упругая кожа пачкается смолой.

- Я знаю. И тебя не существует, - скептически осмотрел его Роуз. – Это я тебя придумал.

- Ты придумал Салли и Бена. Но меня придумал не ты. Это было слишком давно, чтобы я был выдумкой, - шептал Темнота ему на ухо, так что с мочки тут же капнула черная капля, а волосы запачкались и слиплись. Он поднял руку парня, переплел их пальцы, и Роуз сам засмотрелся, как между его пальцев, с когтей Темноты стекает нечто. – Я существую. Я реальнее, чем ты, - усмехнулся Темнота, стаскивая с него и белье, а потом втягивая на свои колени. Штаны чьей-то старой выдумки расстегнулись, как по волшебству. – Потому что ты когда-нибудь умрешь, а я – нет, - Темнота издевался, но Роуз было не до того, он держался руками за скользкие, липкие от смолы плечи Темноты,  по пальцам текли его «волосы», а желтые глаза светили так, что прожигали будто насквозь.

Вся постель и пол перед кроватью уже были изгвазданы в нефти.

Это не было похоже на секс, потому что не было никакой боли. Не было жесткой плоти, которая врывается в другую плоть, была только смола, сначала принявшая вполне анатомическую форму, но потом просто проникнувшая по воле Темноты в тело Роуз. Который приоткрыл рот и закрыл разноцветные глаза, прижимаясь грудью к груди Темноты и чувствуя, что от такого отмываться пришлось бы сутки, не меньше. Темнота его не только любил и сливался с ним, он его даже целовал, так что по губам текла эта странная «смола», а все лицо уже было черным, как у самого Темноты. Волосы намокли и слиплись, превратившись в такую же гладкую черную поверхность, как у Него. Темнота размазывал длинными пальцами эту мерзость по спине, по бокам и по бедрам тихо стонущего парня, равномерно двигаясь и заставляя часть себя внутри чужого тела твердеть, принимать форму  того, роль чего исполняла.

Бен продолжал сидеть и смотреть на это стеклянными круглыми глазами с вечно расширенными зрачками, а его деревянный, нарисованный рот был будто растянут в ехидной ухмылке.

* * *

С утра Роуз проснулся одетым. Кровать, пол, ковер, стены, да и сам парень были чистыми, как влажные салфетки, ни следа черной нефти-смолы. Ни следа Темноты, ведь уже рассвело, и все пропало.

- Как обычно, - вздохнул парень вслух. Ему так же вслух ответила Салли.

- Тебе опять снился этот кошмар?

- Я бы не сказал, что кошмар, - засмеялся Бен.

- Это было приятно, - кивнул Роуз, отправляясь в ванную и вынимая из стакана с ракушками зубную щетку.

- Тебе просто нужно найти настоящего любовника, - хрипло посоветовал Бен, которого Роуз посадил на столик рядом с раковиной. На нем лежал фен, расческа и прочая лабуда.

- Или влюбиться, - пропела Салли куда более приятно.

- А давайте вы просто заткнетесь? – предложил Роуз и, выдавив на щетку пасту, сунул ее в рот. Голоса сразу замолчали.

* * *

С утра пораньше Паркеру позвонил Гарри, так что мисс Саммерс принялась странно активно радоваться тому, что у сына уже появился друг. Паркер подозревал, что у его матери друг тоже вырисовывается, но трубку взял.

- Не хочешь сходить в бассейн? Он в спортивном комплексе, хоть развлечемся. Если хочешь, - было слышно по голосу – Осмонду просто скучно.

- Окей… - Паркер принялся выползать из постели. – Очки брать для плавания?

- Забей на это, там никто не выделывается. Просто поплаваем.

- Ладно, через полчаса возле супермаркета тогда, - согласился Паркер и отправился в ванную. В двух бывших школах в школьный бассейн не пускали без шапки и очков. Но тут, видимо, все было гораздо проще.

Когда они, продрогнув из-за утреннего холода, добрались наконец до спортивного комплекса, туда уже повалили парни, типа Курта. Все они были фанатами спортзала, так что отправились к штанге, ко всему остальному. В бассейн пошли немногие, но самые ранние пташки оттуда начали к этому времени выходить. Гарри толкнул Паркера плечом и сообщил.

- Вон, смотри. Твой любимый сосед по парте, - он сострил, а Паркер аж передернулся, но посмотрел. Возле бассейна почти расслабленно прогуливался Роуз. Издалека он был даже нормальным, да еще с близорукостью Паркера.

- Тоже плавает? – удивился он. Вчера он не был готов признать, что с телом у парня все в порядке. Далеко не качок, никаких выпирающих мышц на груди и руках, никаких «кубиков» пресса, но форму он держал. Не то, что хлюпик Джастин, дружок этого Манона.

- Да так, балуется иногда, - махнул рукой Гарри и полез в воду. Как выяснилось парой минут спустя, плавал он ужасно. От борта до борта еле-еле преодолевал сорок метров и то задыхался, вылезая и садясь на борт.

- Эберхард, урод… Выделывается, - кашлянул он беззлобно, кивнув на парня. Паркер понял, о чем Гарри говорит – Роуз плыл на спине, закрыв глаза и с таким спокойным видом, будто он один на целом свете.

С мокрыми, зализанными назад волосами он выглядел не то, чтобы уродливо, но жутко.

Паркер проплыл еще один круг и все же решил к нему подкатить.

- Опять полезешь? – усмехнулся Гарри. – Зачем тебе это?

- Мне интересно, что у него за кукла такая, - шепотом отозвался Саммерс так, что Осмонд уверен был – окажись марионетка заколдованной, Паркер ее украдет и толкнет на черном рынке.

- Привет, Роуз, - приклеился Паркер, но парень на него даже не посмотрел, он постепенно восстанавливал дыхание после плавания. Стоял перед одной из дорожек и смотрел на воду. Еле заметно шевелил губами, будто говорил с кем-то беззвучно. Паркера опять прошибло.

- Ты, вроде, неплохо плаваешь?.. – начал он льстить. – Может, сплаваем с тобой? Кролем?

Роуз опять промолчал.

- Ну ладно. Не хочешь, как хочешь, я думал, ты решишься… - провокационно вздохнул Паркер и развернулся, но тут же услышал уже знакомые голоса.

- Он берет тебя на «слабо»! – сообщила Салли пискляво.

- Нашелся еще, тритон ***, - фыркнула марионетка. Паркер огляделся в поисках куклы, но ее рядом почему-то не было.

Из спортзала вывалился Курт, за ним шел уставший, как собака, Джастин. Они после ночи пьянства решили взбодриться на снарядах. Точнее, это Манон решил взбодриться, а Джастину пришлось тащиться за ним. Сейчас же они заглянули в бассейн только потому, что Курт изо всех сил надеялся, что увидит там обнаженку.

Обнаженка в черных плавках стояла на самом краю бассейна, кося карим глазом на новенького.

- Он опять тут! Этот укурок! Что он делает рядом с ним, вообще?! – возмутился Курт, зашипев, но его не пустили дальше, потому что это был бассейн, а не их спортзал, где пахали «немытые сволочи».

- Ну так как? Попробуем? – опять пристал Паркер, поняв, что вся веселая троица – Салли, Бен и Роуз сомневаются.

- Ладно, - выдал парень наконец и прикинул свои шансы на победу. Мысленно решил, что ему все равно, лишь бы отвалил этот Саммерс.

Гарри быстро встал и бочком-бочком подобрался к стоявшим в дверях спортсменам.

- Делаем ставки?.. – вкрадчиво предложил.

Курт сразу, сходу поставил на своего любимого психа полтинник. Джастин хлопнул себя по лбу.

- Ну ты дурак… - высказался он.

Зато остальные поставили на Паркера, уверенные в том, что Эберхард ни в жизнь не сможет сделать что-то показательное.

- На себя посмотри. А я уверен, что этот чмошник продует, - Курт кивнул на Паркера.

- Ты же не видел, как он плавает, - влез Гарри, глядя на него чуть снизу-вверх.

- Зато видел Роуз.

Паркер решил сжалиться над одноклассником и поддаться ему, дать фору хотя бы в  пару секунд.

Но когда прыгнул в воду, понял – это было ошибкой. В бассейн они нырнули без брызг, как ножи в масло, но потом подняли такое, что видно было только руки и часть спины. И черные плавки обоих, контрастирующие со светлым кафелем в бассейне. Пока Саммерс вытянул обе руки и изображал из себя русалочку, Роуз уже отвел правую руку назад для замаха, а с техникой у него все было куда лучше.

 Паркер обалдело рванул так быстро, как только мог, но растопырил пальцы и сгибал локти. Греб рывками и постоянно поворачивал голову, хватая воздух.

Одноклассник же делал это куда быстрее  и резче, поворачивая голову на девяносто градусов, быстро втягивая воздух в легкие и снова опускаясь в воду. Паркер попробовал так же резко повернуть физиономию, но у него хрустнула шея, и он чуть не пожалел о том, что вообще в воду полез.

Роуз же просто плыл, не останавливаясь, не сгибая локтей и не растопыривая пальцы. И ноги у него были длиннее, чем у Паркера, так что перевернулся и оттолкнулся от второго борта он быстрее на какие-то доли секунды, а назад рванул уже с большим отрывом. В последний раз они вынырнули одновременно, и  Паркеру представилась возможность глянуть на правую половину лица «любимого» одноклассника. Роуз даже в воде будто ухмылялся, а хитрый карий глаз глянул на Паркера, но Эберхард тут же отвернулся, снова опустив лицо в воду и в три гребка добравшись до борта. Вынырнул, рукой убирая волосы назад и хватая ртом воздух.

Джастин вздохнул, уловив ехидный взгляд своего дружка, и признался.

- Ладно, я ошибался.

А Курт забирал нехилый выигрыш, собираясь вкусненько отметить это дело. Ну может хоть на любимую папайю Роуз согласится?!

Вряд ли.

Как только он вылез и отдышался, Паркер услышал голос Бена.

- Неудачник, неудачник, - и язвительный смех.

- Так ему и надо, - фыркнула Салли, а Роуз подмигнул карим глазом и ушел в душ.

У Курта пропал дар речи, когда он это увидел. Паркер был недоволен собой и своей тупостью, они с Гарри уныло плелись следом за Эберхардом. А Манон просто в шоке был. На него Роуз даже не смотрит, а с этим уродом не то, что плавал наперегонки, он ему даже подмигнул!!

Так нельзя. Мир жесток.

* * *

Все воскресенье Паркер страдал и думал, как же так может быть. Во-первых, его еще никто не мог надрать в бассейне, ведь он ходил на плавание раньше. Во-вторых, как же эта чертова марионетка разговаривает?! Как так может быть?! Да и вообще, в бассейне ее не было, а голос был… Впрочем, Салли тоже не видно, но она периодически вставляет свои комментарии.

К матери с этим вопросом Саммерс младший решил не лезть, вдруг еще решит, что он рехнулся на почве многочисленных переездов. Зато у него была куча вариантов.

Первый: за Салли и Бена говорит сам Роуз.

И это было бы просто супер-правильно, если бы не одно «но». Роуз молчал, когда они говорили, его рот был совершенно точно закрыт, а губы вообще не шевелились, это Паркер точно помнил.

Второй: у него в кармане лежит диктофон с записью этих голосов, и он включает их, когда надо.

Здесь уже два «но». Как он умудряется заранее записать нужные фразы, подходящие под ситуацию?

И второе «но» - где он прятал микрофон в бассейне? Не в плавках же.

Третий вариант:  это просто мистика и фантастика в одном флаконе. Марионетка и впрямь живая, она говорит, но не может шевелиться, поэтому Роуз таскает ее в рюкзаке.

Третий вариант казался самым правдивым, но самым глупым, потому что это попахивало сумасшествием, а психом себя Паркер пока не считал.

В понедельник он рвался в школу так сильно, что мать была в шоке. Она даже выглянула из окна, когда он выехал на велике со двора, посмотрела вслед. Решила, что это все – акклиматизация, привыкнет и снова станет ненавидеть школу.

На подходе (или, правильнее сказать, на подъезде) к Брокенгем-хай он так задумался, что чуть не задавил Эмму. Та вовремя отскочила и только нервно хихикнула в ответ на «Извини, пожалуйста!»

Новенький был симпатягой. Взлохмаченные черные волосы, явно крашеные месяц или два назад, потому что уже видно отросшие русые корни. Темно-синие глаза, штанга в брови, приятное лицо. Такое, какое оно должно быть у семнадцатилетнего парня, который лет в двадцать пять будет просто обаяшкой, любимцем дурочек с переулочка. Эмма решила на него не обижаться, мало ли, вдруг задумался. Не задавил же.

Но главным было не это, он даже Гарри припряг, чтобы тот ему помогал.

- Отвлеки его, а я вытащу куклу, - зашипел Паркер, делая страшные глаза и косясь на Эберхарда, который изучал изменения в расписании.

- Как отвлечь?! – напоследок, отчаянно заныл Гарри, но пришлось идти.

- Роуз? – позвал он. Парень не отозвался, так что пришлось тронуть за плечо. Эберхард развернулся так медленно и с таким недовольным лицом, что Осмонду поплохело. – Слушай, я тебе уже говорил, какие у тебя красивые глаза? Вот правда, очень красивые, я не вру. И не прикалываюсь. Знаешь, многие люди специально покупают линзы, чтобы проверить – вдруг другой цвет им больше идет? А тебе и покупать ничего не надо, все так модно, вообще с ума сойти. Но мне кажется, что карие тебе больше пошли бы… А купи тоже линзы? Одну. Померяешь, посмотришь, как это будет?

У парня было такое лицо, что Гарри заледенел.

- Ну… Ну или серую купи, если тебе серые больше нравятся. А знаешь, можно вообще голубые, прикинь, как клево? Вообще, красота будет. Ты же…

Он зачарованно уставился на то, как выползший из-за угла Паркер медленно вытащил марионетку из стоявшего на полу рюкзака Роуз, и метнулся снова за угол.

- Еще что-то? – бровь над карим глазом поднялась выше, Гарри вздрогнул.

- Да нет, все. Я закончил. Можешь идти, спасибо за внимание. Но насчет линз ты все же подумай, - он улыбнулся.

«И насчет пластической хирургии тоже», - не стал говорить вслух, побыстрее ушел, стараясь не обращать внимания на жуткий взгляд, сверлящий спину.

Паркер же спрятался в узком проходе между лестницами и изучал куклу. Вертел ее в руках и пытался определить, откуда шел голос. Сунул пальцы в затылок марионетки, поэкспериментировал с ее бровями и ртом, но ничего не произошло. Он мучился минут пять, даже когда уже прозвенел звонок, он решил опоздать на первый урок. Все равно это было обществознание, а ему оно до лампочки. Он вздохнул и вдруг кукла заговорила.

- Ты! Верни меня на место, скотина, ублюдок, ***, я тебя*** и ***, а еще ***. Ты у меня получишь, ***, понял?!! – заругался Бен, а Паркер опять его чуть не уронил. Потом закрыл глаза, чтобы не заблуждаться в осознании происходящего. Если глаза открыты – звук безусловно исходит от марионетки. Потому что Саммерс концентрирует внимание на ней.

Это как слышать сирену и видеть вдалеке карету «Скорой помощи». Пока не видишь карету, не можешь сказать, откуда идет звук. Когда видишь – сразу утверждаешь, что именно от фургона с крестом.

Прислушавшись получше к мату, Паркер понял, что голос идет вовсе не от деревянной куклы, а откуда-то…

Из-за угла, под лестницей. Так что он продолжил «в ужасе» смотреть на куклу, слушая ее изобличительные речи, а сам медленно, не шурша одеждой, подвинулся к самому углу. Вытянул руку низко, чтобы не было заметно…

И Роуз оказался между лестницами, схваченный за руку.

Он молчал, а голос продолжал идти откуда-то вообще с левой стороны. Не от него.

- Воровать не хорошо, - сообщил он, как бы между прочим, а Паркер опять изучил бесполое лицо, потом посмотрел на его губы. Особенно, когда мат Бена опять возобновился. Хриплый, явно мужской задорный голос лет сорока, не меньше.

Роуз внимательно на него смотрел, дожидаясь, когда же у новичка сдадут нервы при виде его рожи, и он отстанет. Или хотя бы отпустит руку. Эберхард ее освободил, дернув, а потом прищурился.

- Как ты это делаешь?.. – вдруг почти с восторгом осведомился Паркер, изучая его лицо, очень пристально глядя на рот, потом на шею, закрытую воротом серой водолазки.

- Что «это»? – беспечно пожал плечами Роуз.

- Да, что «это»? – похабно заржал Бен.

- Я видел! Только что!! – Паркер чуть не взвыл от восторга. Он был в экстазе от своей наблюдательности – ребра, вообще грудная клетка у Эберхарда сжалась, когда Бен засмеялся.

Паркер даже перестал напрягаться из-за его лица, просто внаглую запустил руку за ворот чужой водолазки, так что парень остолбенел и примерз к стене.

- Ну-ка, Бен, скажи что-нибудь?.. – попросил Саммерс ехидно, левой рукой опустив ворот, а правую прижав к шее жуткого одноклассника.

Бен молчал.

- Помогите! Насилуют!! – раздался тихий визг Салли, а Паркер отдернул руку – горло парня дрогнуло несколько раз, а ключичная ямка двигалась, когда Салли «верещала».

Рука тут же вернулась.

- Бен, ну скажи хоть словечко, - Паркер решил довести расследование до конца, взяв парня обеими руками за шею и наклонившись к нему чуть-чуть. Прислушиваясь, так что сомкнутые губы Роуз почти касались его уха.

- Ты бесишь меня, тупой ублюдок! – рявкнул Бен наконец. Паркер ухом почувствовал, что дыхание Роуз на мгновение сбилось, но рот даже не приоткрылся, не издал ни звука. Зато звук шел прямо от горла, даже от груди. Где-то в глотке зарождался звук мужского голоса. В районе ключиц пискляво могла визжать Салли. И все это – с закрытым ртом.

- Ты вентролог, - выдал Паркер наконец.

- Америку открыл, - фыркнул Роуз своим нормальным голосом и поправил воротник, сунул Бена в рюкзак и вышел из-под лестниц.

- Ты гораздо более вменяемый, чем пытаешься показаться, - сообщил ему Паркер, шагая следом.

Роуз молчал.

- И многие знают, что ты чревовещатель?..

- Это неправильное название, - повел плечом парень. Очень раздраженно, потому что чревовещателями называют каких-то идиотов. Голоса шли от его горла и связок, а не из живота. Хотя можно было придраться к тому, что когда Салли или Бен смеялись, у Роуз двигалась диафрагма.

- Так многие или нет?

- Вся школа, - ехидно поделился парень. – Но еще никто не лез проверять, как дебил.

- Ну уж извини, все на практике привык делать. Можешь меня больше не пугать.

- Ты сам вчера испугался, я-то тут причем, - парень противно хмыкнул, а Салли вдруг добавила.

- Бесстрашный рыцарь, тоже еще, - и они вошли в кабинет с приличным опозданием.

На истории учитель не просто разглагольствовал, он метался по классу с криками по теме урока, увлеченно размахивал руками, изображая сражение. Паркеру было как минимум не по себе, Гарри прокомментировал это, как «война и мир районного масштаба». Курт рассматривал Роуз так внимательно, что тот почти чувствовал этот взгляд, но никак не реагировал, продолжая рисовать в альбоме какого-то минотавра. Получалось очень красиво, учитывая, что он даже нарочно затемнял некоторые участки, размазывая их пальцем.

- В каком году, я вас спрашиваю?! – крикнул мистер Диккенс, Саманта сделала тупое лицо, и он не стал ее спрашивать. Эмма могла бы поднять руку, но ей было жутко лень, Джастин с Куртом сидели возле окна, так что им разборка не грозила.

Досталось сидевшим за последней партой Паркеру и Роуз. Последнего учитель схватил за плечи и тряхнул, заставляя посмотреть на себя. Парень выронил карандаш от неожиданности и уставился на историка огромными глазами.

Весь класс  подавился смешком. В кои-то веки учителю удалось вернуть Эберхарда в реальный мир из его мечтаний и сумасшедших мыслей.

- В… - начал Роуз, покосившись в учебник, но не успел, учитель отпихнул его и умчался с криком к доске.

- Правильно! В тысяча восемьсот двенадцатом!! Молодец, Эберхард!

Парень спокойно поднял с пола свой карандаш и продолжил рисовать.

Паркер посмотрел на Гарри, тот одними губами подтвердил, что так у них всегда. Потом закатил глаза, взял себя за галстук и «повесился» на нем.

А Курт наклонился к Джастину и шепнул ему на ухо.

- Видел, как он на мистера Диккенса смотрел?..

- Ну?..

- Я бы почку продал, чтобы он так на меня смотрел…

Джастин вздохнул. Все запущено…

На биологии все стало еще хуже. Мисс Гранж сегодня была в лабораторном халате, а на столах в кабинете биологии стояли препараты. Проблема была в том, что в каждой низкой ванночке лежала пузом кверху мертвая лягушка. Гарри задумчиво потыкал в нее иглой и выдал.

- Странно. А парни говорили, что им в нашем классе давали живых.

Паркера затошнило, он уставился на лягушку, потом на скальпель, разнообразные иглы, напоминающие шило в ассортименте. На перчатки.

Потом покосился на своего соседа по парте, который теперь по стечению обстоятельств был еще и напарником по лабораторной.

- Роуз… - очень и очень скромно, ненавязчиво позвал Саммерс, собираясь все свалить на него.

- На доске вы видите таблицы. Слева – лягушка в разрезе, так выглядят ее внутренности. Справа – та же лягушка в том же разрезе, но ее внутренности уже выглядят иначе, это вам нужно сделать. Приступайте, времени до конца урока осталось пятьдесят минут, результаты исследования запишите в тетрадь, проверю на следующем занятии в пятницу, - мисс Гранж высказалась и взялась за свой любовный роман в глянцевой обложке.

- Эй… - Паркер не отчаивался, так что парень все же повернулся на крутящемся круглом стуле. Поднял брови вопросительно, а Саммерс понял, что он что-то втихушку жует. Глянул в пенал Эберхарда и обнаружил там «ментос» с черничным вкусом.

Усмехнулся мысленно, ему наверно все зубы склеило, говорить не может.

- Что? – как у тупого спросила Салли, и Паркер выронил скальпель. Совсем забыл про это.

- Он зверски тупит, - прохрипел Бен.

«Шуточки», - вздохнул Саммерс и пояснил парню шепотом на ухо.

- Понимаешь, я очень слабонервный. Тебя это мало волнует, конечно, но ты не подумай, что я хочу свалить всю работу на тебя… А хочешь, я запишу результаты и в твою, и в свою тетрадь? Только разрежь ее, ладно? – попросил он, сделав умилительные глаза.

Гарри пялился на них, как на последнее чудо света. Сам он с Эммой мучился  этой лягушкой от души. Ему было противно, а она была девчонкой.

Гарри скрипел зубами, пока Джастин брезгливо ковырялся в лягушке.

- А ведь французы это едят.

- Так ведь не сырыми?..

- Вроде сырыми. Они и рыбу сырую едят.

- Дебил, сырую рыбу едят японцы, это суши! – Курт закатил глаза, а потом зашипел. – Ты посмотри только, как он вообще умудряется с ним говорить?! – он негодовал, глядя на парочку с задней парты.

Роуз закатил глаза, засучил рукава, натянул перчатки и взялся за иглу и скальпель. С совершенно спокойным лицом прижал лягушку ко дну посудины, сделал ровный неглубокий разрез, хладнокровно раздвинул получившиеся половинки зеленой шкуры. Покосился на таблицу на доске, иглами принялся равнодушно выворачивать сначала черные пластинки, потом кишечник.

Жевать «ментос» он не переставал, потому что конфета и правда приклеилась к зубам, а это бесило. Паркер смотрел в ужасе.

- Ты не чувствуешь? – он намекнул на запах от внутренностей лягушки. Роуз помолчал, думая, стоит ли отвечать. Решил ответить.

- У меня обоняние плохое, - и спокойно продолжил. В итоге получилось все именно так, как на таблице, а в тетрадях красовались ровные записи исследования. Паркер обмахивался тетрадкой, отгоняя от себя дурноту. А на Роуз опять напали «шутачки», он наколол сердце лягушки на иглу и тронул парня пальцем за локоть. Паркер обернулся, и сердце оказалось прямо перед его лицом.

- Будешь? – с жутким энтузиазмом предложил Бен, а Роуз выразительно облизнулся, делая вид «ммм, о-ля-ля, ням-ням». И еще неизвестно, что было страшнее – лягушкино сердце, которое предлагалось попробовать на вкус, или лицо Эберхарда, с горящими разномастными глазами и веселой улыбкой.

Парень приложил ладонь ко лбу и начал закатывать глаза, опускаясь на парту. Роуз удовлетворенно прищурился, двинул правой бровью и кинул сердце обратно.

- Джас, ну почему он со мной так не делает?! – Курт ворчал, зверски ковыряясь в трупе лягушки и уже не понимая, что в этой каше сердце, что легкие, что пластиночки загадочные, а что кишечник.

- Потому что ты нормальный. А этот Саммерс обморочный какой-то. Эберхарду нормальные не нравятся, насколько я понимаю. Он нормальным завидует.

После биологии Паркер так обрадовался большой перемене, что чуть не умер от счастья. Сбежал поскорее из страшного кабинета от страшной лягушки и страшного соседа. Вместе с Гарри устроился за тем же столом, что и вчера, принялся пялиться на Эмму. Та заметила и начала строить глазки, иногда отводя взгляд.

- Слушай, о чем вы разговаривали на биологии? – привязался Гарри.

- Да ни о чем, - пожал плечами Паркер, не отвлекаясь. – Я попросил его разрезать лягушку, он разрезал.

- Ты даешь, - похвалил Осмонд. – Это ж надо, заставить его что-то сделать. Учителя не могут, а ты запросто. Курт бы обзавидовался. О, вот, кстати, и он, - Гарри сладко улыбнулся, готовый начать льстить. Но Манон подошел к их столу и уставился на новенького.

- Эй, ты. Паркер, да?

- Ну да, - Саммерс не понял, в чем проблема.

- Вставай, пошли. Надо поговорить, - Курт кивнул в сторону угла школы, за которым все курили. Гарри уставился на нового друга таким взглядом, что Паркер не стал противиться и пошел за красавцем. За углом тот закурил и прищурился.

- Ты чего лезешь к Роуз, а? – довольно злобно.

- Мы сидим вместе, - пожал плечами Паркер, поражаясь, насколько правдивы слухи. Этот смазливый испано-немец и впрямь неравнодушен к жутковатому вентрологу.

«Интересно, а он тоже знает об этом? Или еще нет?»

- То есть, он тебе не нравится, - переспросил туго думающий Курт.

- Конечно нет, - парень аж вздрогнул. – Я больше по девушкам, вообще-то.

- Слушай! – Курту в голову пришла гениальная идея, он схватил Паркера за плечи, так что тот побелел. Вдруг сейчас морду бить будут, а он драться умел, но не любил. – Ты! Ты каждый день будешь с ним по шесть часов за одной партой. Убеди его со мной встречаться, - сверкнул глазами Манон, а Паркер опешил, поморщился.

- Чего?.. С тобой встречаться?.. Он же парень!

- А то я не знал до этого! – фыркнул красавец. – Мне-то какая разница. Просто сделай так, чтобы он со мной замутил.

- Он… - Паркер не договорил и выдохнул, закрыл глаза. – Он сложный человек.

- Я и без тебя разберусь, блин! – разозлился Курт. – Так, или ты соглашаешься, и взамен я устраиваю тебе свидание с Самантой Томсон, или я разобью тебе рожу прямо сейчас. Просто так.

- За что?!

- Хочется.

Аргумент был потрясающий, да и с Самантой очень хотелось замутить. Эмма тоже хорошенькая, но это как сравнивать дикую пантеру и домашнюю кошку.

Паркер невольно увлекся сравнениями и решил, что Гарри – опоссум, Курт – настоящий лев, а его дружок – хорек. Осталось сравнить с кем-нибудь Эберхарда, но на ум не шел никто, кроме лягушки.

- Я не имел в виду, что я тебя отговариваю с ним встречаться, - осторожно пояснил Саммерс. – Я имею в виду, что он парень. С чего ты взял, что он захочет с тобой встречаться?

- А вот это уже твоя проблема теперь. Не знаю, как, но ты убедишь его сделать это. Или не будет ни Саманты, ни зубов. Понятно?

- Ладно. Когда свидание? – фыркнул Паркер.

- Ты так в себе уверен? – Курт насмешливо его окинул взглядом.

- Уж поувереннее, чем ты, раз он со мной разговаривает, а с тобой уже четыре года даже не сталкивался почти, - сострил Саммерс, и Курт помрачнел.

- В конце недели, в субботу поведешь ее в кино. Только если он согласится пойти куда-нибудь со мной.

- Ладно, - пожал плечами Паркер так беззаботно, будто Роуз УЖЕ согласился. Они вышли из-за школы и вернулись за столы.

- Все в шоколаде, - улыбнулся Курт Джастину. – Он устроит мне свидание с Роуз, а я ему – с Самантой.

- Что?! – его друг обалдел. – Мне нравится Саманта!

- Ну и что? Посмотри на него, он же жалкий хлюпик, Сэм на него не западет ни в коем случае. Ну сводит он ее разик в кино, получит по роже, если руки распустит. А потом она сама его отошьет, наслаждайся, сколько влезет.

- Тогда ты прав, - расслабился Джастин и сел обратно, поправил ирокез, чтобы тот лучше топорщился. – Но с чего ты взял, что Эберхард согласится?

- Мне плевать. Это теперь не моя проблема. Мои проблемы начнутся, когда я окажусь с ним наедине, - Курт так сладко усмехнулся, что Джастину стало не по себе. Он бы не хотел остаться с этим монстром наедине. Монстр рисовал, как обычно, сидя в одиночестве. И ему в самом деле никто не был нужен.

А Паркер сел за стол к Гарри и выдал, вытаращив глаза.

- Я в дерьме.

- Судя по всему, он тебя не избил, - задумчиво протянул Осмонд.

- Все гораздо хуже… Он пообещал мне устроить свидание с Самантой…

- Ни хрена себе! – Гарри не удержался. – Ты везучий, блин… А с чего вдруг?!

- …если я уговорю Эберхарда пойти с ним куда-нибудь, - закончил Паркер тоскливо и стукнулся лбом о стол.

- Черт, как обычно… - закатил глаза Гарри. – Бочка меда и ложка дегтя. Что будем делать?

Паркеру понравилось это «будем», а не «будешь», которое могло бы быть. Очень хотелось, чтобы в этот раз мать остановилась и уже нашла себе хоть кого-нибудь. Хотелось остаться в Брокенгеме, ведь здесь было достаточно круто. Были школы, был университет, был даже спорткомплекс. Кинотеатры, площадь, кафешки…

Вдруг в следующий раз матери приспичит переехать вообще на ферму? Ужас.

- Понятия не имею. Пошли, поговорим с ним? – предложил Паркер, пожав плечами.

- С Роуз?! – Гарри опешил.

- А почему нет? Один я не смогу его уговорить, а у тебя настоящий талант пиарщика. Вот и распиарь для него Курта этого. Ты мне друг?

- Друг, - кивнул Гарри. Встал неуверенно, и они вдвоем потащились к дальнему столу.

Джастин пнул Манона под столом, и тот быстро уставился на свою мечту, к которой двинулась делегация сватов.

- Роуз, - позвал Паркер вкрадчиво. Кажется, он уже начал привыкать и к этому имени, и к этому лицу.

- Да? – отозвался парень недовольно. Ему Саммерс начал докучать.

- Можно с тобой поговорить?..

- Ты уже со мной говоришь, - как бы между прочим намекнул Роуз. Гарри сел и замолчал, просто присутствием поддерживая приятеля.

- Понимаешь… Я знаю, что мы с тобой не друзья, что друзья у тебя уже есть… Но мне очень нужна твоя помощь. Видишь Курта Манона? – Паркер избрал метод жалоб.

- Кого? – Роуз поднял брови, а Паркер обернулся и показал на стол, где сидели Джастин и Курт. Манон вообще окаменел, когда вся троица уставилась на него.

- Вот. Курт Манон, он же с нами в классе.

- Не обращал внимания.

- Досадно…

- Ты думаешь? – Роуз отвечал быстро, так что Саммерс не успевал подумать. И тут Гарри выпалил просто.

- Короче, Паркеру нравится Саманта, ее ты не знать не можешь. Курту нравишься ты, поэтому он пообещал Паркеру устроить свидание с Самантой, но только если ты пойдешь на свидание с ним!

Паркер еле удержался, чтобы не хлопнуть себя по лбу.

«Полный провал…»

Роуз пару раз моргнул.

- Что?

Теперь себя по лбу хлопнул уже Гарри. Он, кстати, очень удивился, рассмотрев одноклассника поближе. Уже пару месяцев он представлял себе его лицо куда страшнее, но это было всего лишь влияние слухов об Эберхарде. На самом деле, при желании можно было даже подумать, что это девчонка. Не безумно красивая, но все же девчонка, ведь лицо не было похоже на мужское.

Глаза все приятное впечатление портили. Серый будто не видел вовсе, а карий прожигал взглядом.

- Мы хотим, чтобы ты пошел на свидание с Куртом. Вон тем, да. В эту субботу.

Парень медленно закрыл глаза, медленно их открыл, потом уточнил.

- Так. Если я вас правильно понял, то я должен потратить вечер субботы на какую-то немытую сволочь, которая потащит меня в забегаловку на шоссе, только потому, что вы так хотите?

Паркер онемел, а у Гарри вообще чуть не отвалилась челюсть. Наив-наивом, а наивным Роуз не оказался.

- Нет… Не совсем, - принялся выкручиваться Саммерс. – Понимаешь, просто Курт очень стеснительный парень… Ты нравишься ему уже четыре года подряд, но он не знает, как к тебе подойти. Поэтому он попросил меня уговорить тебя. Ну, типа, как посредника. А чтобы я согласился тебя уговорить, он предложил мне свидание с Самантой.

- Теперь понятно, - кивнул Роуз и принялся собираться, посмотрев на часы на левом запястье. Такие милые, с тонким кожаным ремешком. Он уронил два карандаша, и Паркер быстро вскочил со скамейки, поднял их, отдал парню. Тот кинул карандаши, не глядя,  в рюкзак и туда же запихнул марионетку, на которую Гарри косился с неприязнью.

- Так ты согласен?

- Нет, - пожал плечами Эберхард и пошел к школе.

- Но почему?! – Паркер чуть не застонал, а Гарри закатил глаза. Этот психопат умудрился им все испортить.

- Потому что это очень странно, ты не находишь? Вам обоим не кажется все это бредом? Если он настолько тупой, что не может даже подойти ко мне и поговорить, о чем мне с ним говорить в субботу? Молчать, что ли?

- Ты же любишь молчать, - напомнил Гарри вкрадчиво.

- Когда как, - отшил его Роуз. – Короче, - он вздохнул. – Если это все – не дебильная шутка, которые вы так любите… Пусть он сам подходит ко мне и спрашивает, предлагает. А то я тоже вместо себя кого-нибудь пришлю, может я тоже стеснительный сильно.

Гарри был в ступоре. Оказывается, у психа есть характер.

- Значит, ты согласен заранее, но только если он сам попросит? – Паркер был упорный. А то вдруг Курт тоже скажет «Иди-ка ты сам проси Саманту»?

- Да, - чтобы отвязаться, отозвался Роуз и ушел в школу.

Прозвенел звонок, а Курт поймал парней на входе.

- Ну?!

Паркер отошел с ним к шкафчикам и вздохнул.

- Я сделал все, что смог. Он согласен…

- Да!! – Манон сжал кулак и чуть не застонал от счастья.

- …если ты сам пригласишь его.

- Почему?

- Он так хочет, - развел руками Паркер. – Так что с тебя свидание с Самантой в субботу, - он подмигнул и ушел довольный.

- Ты крут, парень,  - хлопнул его по плечу Гарри.

- Мечты сбываются? – усмехнулся Джастин, подойдя к другу.

- Осталось только решиться подойти к нему и заговорить, - вздохнул Курт. – Легче не бывает! – с сарказмом добавил и пошел в класс.

До конца уроков он сидел и решался изо всех сил. Смотрел на Эберхарда в упор, оборачиваясь постоянно. А Паркер молился, чтобы его сосед по парте не отказал Манону. В конце концов, всем же приятно будет. Саманта сходит в кино, Паркер получит ее внимание, а если повезет, то даже поцелует ее. Курт лопнет от счастья, оказавшись вместе с Роуз, а он сам…

Здесь мысль про счастье останавливалась, потому что Саммерс сильно сомневался в желании Роуз с кем-либо встречаться. Действительно, вдруг ему вообще неприятен этот Манон?

«Да пофиг», - отмахнулся от собственных мыслей Паркер. Ему главное – с Самантой встретиться, а уж что там этот вентролог будет делать, дело левое. Он же согласился? Вот и чудесно.

До пятницы он сам практически не общался с соседом по парте, мисс Гранж щедро поставила им по десятке за лабораторную, похвалив Эберхарда за то, что он умудрился даже записи в тетради сделать аккуратно с его-то корявым почерком. Манон же изо всех сил старался, уговаривая на этой неделе Саманту. Он объяснил это только тем, что «дружит с Паркером», а Паркеру нравится Саманта. Поэтому «сходи с ним куда-нибудь? В кино, например. Всего один раз, ему будет приятно, а ты сделаешь мне огромное одолжение, Сэм…»

Саманте нечего было делать на выходных, поэтому она согласилась. А почему нет? Новенький не был уродом, сам жаждал сводить ее в кино на новый фильм, так что отказывать нет причин. Роуз уже, надо сказать, забыл обо всем, потому что Манон тянул всю неделю, решаясь и придумывая слова.

Выйдя на парковку, Гарри дернул друга за рукав.

- Смотри-смотри, сейчас подкатит… Мне уже страшно, - хихикнул Осмонд, а Саммерс посмотрел в указанную сторону. Курт решился и подошел к Роуз, который сидел на бетонном ограждении и что-то искал в рюкзаке.

- Привет, - выдавил он, остановившись прямо перед парнем, стоя так близко, что встать с ограждения у него не получилось бы. Так что пришлось ответить. Молча, правда, просто посмотрев, но уже успех.

- Саммерс тебе уже говорил, что я хотел… То есть, и сейчас хочу… В общем, ты свободен завтра?

- Допустим, - Роуз попытался натянуть на губы улыбку. Получилось убедительно, но едва-едва.

- Пойдем в кино? – Манон поверить не мог, что он, такой красивый, на которого вешаются все девчонки, стесняется, приглашая кого-то в кино.

- Ладно, - пожал плечами Эберхард и поправил челку, завесив ей правый глаз.

- Д-да?! – у Курта вырвалось шокированное. Он и не надеялся, что парень так быстро согласится. Поэтому обрадовался просто безумно. – Отлично! Я заеду за тобой в девять, ладно?

- Хорошо, - кивнул Роуз и взглянул на его ноги выразительно.

- А, да, точно… Извини, - Курт отошел, и парень встал, поправил плащ и натянул свой бархатный рюкзак. Курт опять решил подлезть. – А сейчас тебя не подбросить до дома?.. Далеко ведь?

- Прогуляюсь, - отказался Роуз и пошел опять к лесу. Через лес было короче к дому, да и там было интересно. Все такое… Загадочное.

- Ну?.. – Джастин уже заметил блаженную улыбку на лице друга и подошел с уверенностью в успехе.

- Он согласился, - полуобморочным голосом сообщил Курт и развернулся. – Прикинь? Он согласился!!

- Саманта тоже, - мрачно напомнил Джастин, покосившись на красотку, которая то и дело стреляла глазками в сторону Паркера. Он посмотрел на нее, улыбнулся и оседлал велик, вместе с Гарри выезжая за территорию школы.

- Расслабься, она просто хочет сходить в кино, ты же ее знаешь, - фыркнул Курт. – А вот я…

- Не надейся, - сначала  передернулся, а потом разочаровал его Джас.

- Ну хоть поцеловать-то его я смогу?! В конце концов, я ждал этого так долго… - Манон мечтательно сел в свою тачку и включил музыку.

- Нормальный человек ни за что не стал бы его целовать, - отозвался Джастин, усевшись назад, наверх.

- Нормальный человек уже давно бы подошел к Саманте сам и пригласил ее хоть куда-нибудь.

- Я запомню, - вздохнул Джастин и снова обернулся, глянул на Томсон с тоской. Как же так, она такая красивая, а ее запросто тащит в кино этот дурацкий Саммерс. У него лошадиное лицо. Ну, пусть не лошадиное, но на добермана он уж точно похож. Со своей стильной причесочкой, штангой и наглым взглядом.

Курт на взгляд Джастина просто был избалован. Он, конечно, был его другом, но все равно. Обычные парни с ума сходят по симпатичным девчонкам, а Курт теряет голову при виде совершенно ужасного существа с глазами шизофреника, сбежавшего из поднадзорной палаты.

Экзотика побеждает каноны.

* * *

Жаклин занималась самолюбованием у зеркала. Собиралась идти на свидание с местным врачом ветеринарной клиники, прихорашивалась и постоянно стирала помаду, искала другой цвет. Ее сестра расслабленно подпевала кому-то по телевизору, одновременно убирая в духовку пирог с мандаринами.

И обе они едва не ушли в астрал, когда ровно в девять возле их дома появился белый «Родстер». Посигналил, но сигналить было необязательно, орала музыка, так что Жаклин с Авророй выглянули в окно на кухне.

- С ума сойти… - протянула тетка, а потом крикнула. – Роуз, иди, посмотри!

Парень спустился через пять минут. Очень лениво, но очень симпатично. Даже почти не отличаясь от обычных парней. Или девушек. В белом свитере с длинными рукавами и высоким воротом, в черных узких джинсах. Челка стабильно закрывала пол-лица, так что Аврора решила, что сын выглядит довольно привлекательно.

- Видел, какая красота там стоит?

- Видел, - парень кивнул. – Это Курт. Манон, кажется. Мой одноклассник, - он вздохнул. – Ладно, я пойду.

- Куда?! – хором осведомились женщины.

- Он пригласил меня в кино. Можно? – это была еще одна потрясающая черта характера Роуз – спрашивать уже после того, как сделал, или прямо накануне, ставя перед фактом.

- Можно, - отрешенно отозвалась тетка, потом снова выглянула в окно, а племянник вышел, захватив плащ и зашнуровав остроносые, невысокие сапоги, в которых обычно ходил.

Курт чуть не умер вообще. Какой же Эберхард чудесный… Красивый, шикарный, роскошный, прекрасный…

Манон выскочил из машины, оббежал ее и открыл дверь пассажирского места.

- Привет, - выдавил еле-еле, сдерживая, однако, вздох облегчения – страшной марионетки с парнем не было.

- Поехали быстрее, пожалуйста, - спокойно попросил парень, уже расслабленно откинувшись на спинку сиденья. Не глядя на свой дом, потому что точно знал – тетка с матерью сейчас в полном шоке с отвисшими челюстями пялятся в окно. А он не хотел делать из происходящего событие, потому что для него это не значило ровным счетом ничего.

- Да-да, как скажешь, - услужливо улыбался Манон, запрыгнул за руль и включил зажигание, снова включилась музыка, прервавшаяся, пока он вылезал.

«Родстер» отъехал от дома, а Аврора с Жаклин так и остались возле окна. Но потом мать Роуз вспомнила про пирог в духовке и наклонилась проверить, как он там.

- Поверить не могу, - выдала она наконец. – В кино… Но он парень! – она просто не могла состыковать в сознании парня и собственного сына.

- Ты же сама говорила, что рада будешь даже парню, - вкрадчиво напомнила Жаклин.

- Я не про это. Я про то, что… Ну, парень же. Я знаю отца и мать этого Манона, они такие красивые, - скромно и тихо сообщила Аврора. Жаклин начала злиться. С ума спятить, даже собственная мать считает, что Роуз не может понравиться такому парню, как Курт Манон.

- Ты тоже не уродка. И твой бывший, каким бы козлом он ни был, тоже очень даже классный. Помню, мы все по нему болели. И Роуз у нас шикарный, - она пихнула сестру в бок. – Чем старше, тем шикарнее, понятно? – она прищурилась, и Аврора усмехнулась. И правда, она просто привыкла к тому, что ее сын постоянно завешивался волосами с самого детства, а чтобы никто не дразнил, он даже не заводил друзей. Помогал неожиданно открывшийся талант вентролога, так и появились Салли с Беном. Потом начались жуткие обиды на всех подряд за то, что обычно дети сочетают в себе черты внешности обоих родителей… Но ведь не так же резко, как Роуз? У папаши-разгильдяя были хитрые карие глаза, большой рот и вечная ухмылочка, высокие скулы. У матери – чувственные губы и аккуратный нос, холодные серые глаза. В их сыне смешалось все самое лучшее, но глаза все испортили. Аврора не могла смотреть на сына объективно, потому что была матерью и привыкла к его недостаткам, воспринимая их, как данность. Неприятную, но неистребимую. А вот Жаклин отличалась здоровым восприятием, так что могла зажмуриться, открыть глаза и посмотреть на парня будто чужим взглядом. Со стороны он вовсе не был таким страшным, каким сам себя считал. Возможно, Манону он и правда понравился.

Только вот Роуз как-то без энтузиазма отправился с ним в кино.

* * *

Паркер готов был растаять, как мороженое, и утечь под сиденье, но он держался. Вообще, они с  Самантой смотрелись роскошно. Оба брюнеты, только он – крашеный, а она натуральная. Конечно, он совсем не был моделью, как Курт. Не мог похвастаться роскошными мышцами, но скелетом тоже не был. Ростом Саманту превосходил на целую голову, так что сидел, положив руку на спинку ее сиденья внаглую. Саманта хрустела попкорном и дула колу из большого стакана, а парень просто душу готов был отдать Курту за такое счастье. Более того, Томсон не была зажатой и скромной, она не подчеркивала, что пошла на свидание не по своей воле, просто получала удовольствие, изредка капризничая. Выпрашивая, к примеру, воздушный сладкий рис.

Вдруг кто-то зашуршал в темноте у самого входа. Поругался с контролершей по поводу того, что сеанс уже начался, только что закончилась реклама грядущих фильмов. Но все же какая-то опоздавшая парочка прорвалась в зал и по темноте пошла искать свои места. Места нарисовались двумя рядами ниже Саманты и Паркера, чуть правее, чем сидели они.

У Саммерса челюсть отвисла. Вот так совпадение. Нет, он знал, что Манон тоже собирается тащить Эберхарда в кино именно в субботу, но что на тот же фильм?!

Фильм был романтичный, безумно романтичный. Куда уж романтичнее, если он был про старшеклассников. Таких, какими были они, так что там обязательно будут пошлые речи, постоянное желание трахнуться и куча романтичных вопреки логике поцелуев.

Паркер не мог дождаться, а сам отметил, что Курт забавно выглядит. Он нагружен был колой, изюмом в шоколаде, всем остальным. А вот Роуз не изменял своему имиджу супер-спокойного зомби, реагируя только тогда, когда Курт уже насильно начинал его заставлять «глотни, а?» или «ну мне стыдно, почему ты ничего не ешь…»

Приходилось уныло жевать изюм из фиолетовой пачки, глотать колу и смотреть бредятину на экране.

Саманта не заметила Курта, что не могло не радовать. Но когда наступил романтичный момент в фильме, Паркер не удержался. Она была такой красивой… Нежная, светлая кожа, легкая кофточка, показывающая все содержимое лифчика. На плечи Саманты была накинута куртка Саммерса, чтобы она не замерзла. А ее роскошные волосы вообще так и притягивали внимание, хотелось их потрогать. В красные даже без помады губы очень хотелось девушку поцеловать.

Поэтому Паркер к ней и наклонился. Саманта не стала брыкаться, закрыв глаза и ответив парой движений губ. Довольно нежно и мило, но потом, когда Паркер отодвинулся, она шепнула.

- Давай лучше фильм смотреть, - а потом усмехнулась.

Саммерс вздохнул. Вот как… Ну, как обычно. «Давай лучше фильм смотреть». И принялась она опять грызть попкорн, запивая колой, лишь бы отвязаться. Ну, конечно, ведь не сама она придумала это свидание.

«Ну и пофиг, зато я с ней ходил в кино и целовался, а все обломались», - злорадно подумал он. А потом его вообще начало бить на ха-ха. «Манон вообще в пролете, Эберхард не то, что Саманта, он вообще даже подвинуться не даст».

Он невольно глянул на эту парочку, убедившись, что Саманта на них тоже не посмотрит. Глаза полезли на лоб, потому что Курт и Роуз целовались. Саманта и Паркер сидели на самом заднем ряду, Манон с Эберхардом ниже, но все равно в темной части зала. Никто не обращал внимания, а Курт отодвинул подлокотник, разделявший их сиденья, и поверить не мог, что ему так повезло. Сегодня Роуз был явно в настроении, потому что не начал отбиваться или ругаться, как парень ожидал.

Манон буквально сходил с ума, а Паркер уставился на них с такой дикой завистью. Даже Роуз с его ненормальностью не вел себя так, как эта вредина Томсон!!

Ну как такое возможно?!

Роуз сам не понимал, как такое вообще возможно. Просто они сидели-сидели рядом, а потом на экране герой поцеловал героиню, весь зал затих. Курт напряженно застыл, а потом наклонился к нему и шепнул на ухо: «Не возражаешь?..» таким срывающимся голосом, будто сейчас расплачется. Роуз отрицательно покачал головой и повернулся к нему недоверчиво. Шутит что ли.

Нет, это же просто было не-воз-мож-но. Он страшный. Он некрасивый и просто ужасный, Роуз это точно знал, потому ни с кем и не общался. Правда в последнее время начал получать удовольствие от всеобщей неприязни – ведь можно всем действовать на нервы и пугать.

Курт думал иначе, он не мог понять, что в его лице Джастин считает некрасивым. Да, оно не мужское. Но раз оно не мужское, можно считать, что оно женское. Не чересчур, но что-то в нем было девичье. Серый глаз с длинными ресницами, не закрытый челкой, аккуратный нос и красивые губы. Острый подбородок, не выдвигающийся вперед, как у самого Курта.

Манон сильно удивился, когда понял, что Роуз не только умеет целоваться, но и делает это довольно неплохо. Роуз же начал сомневаться вообще, что Темнота – всего лишь его сон и фантазия. Более того, он вообще решился на это только потому, что и правда не был таким сумасшедшим, каким хотел казаться. К сумасшедшим люди не приматываются с претензиями, так что он привык строить психа. А Курт, как ни странно, хотел его поцеловать. Скромничал, смущался чего-то.

Роуз поверил, что вполне возможно немного нравится этому богатенькому придурку. Сам он, конечно, в экстазе не был, особой приязни к Манону не испытывал, но целоваться это не мешало.

Подлокотник был убран наверх, стакан Курта с колой отставлен на пол, а сидели они удобно. Манон еще десять минут назад зевнул, потянулся и будто случайно положил руку на спинку сиденья Роуз. Теперь же Эберхард просто удобно откинул голову на эту руку, а Курт чуть ли не пищал, поняв, что ему все разрешили. Губы были теплые, а рот холодный и сладкий от колы. Мечта сбылась, парня переполняли эмоции, он готов был хоть на руках Эберхарда носить за такое. А тот просто закрыл глаза и получал удовольствие, не зная даже, что Паркер с Самантой тоже тут.

- Ты посмотри, как лижутся, - захихикала Томсон, ткнув Паркера в бок локтем и кивнув на них. Паркер застыл.

«Неужели не узнала, неужели не узнала, неужели не узнала?!»

В темноте узнать Курта было сложно, учитывая, что он склонился над своим спутником. Волосы его сегодня не были зализаны назад гелем, так что он был просто анонимным красавцем.

- Как? – тупо переспросил Саммерс, косясь на них. Нет, ну вот бы Саманта так себя вела, а?! Так ведь нет, сидит и хрустит попкорном, наблюдает за лижущимися парочками на рядах перед ними.

- Как будто трахаться хотят, - беспечно отозвалась девушка, а потом вспомнила, что сидит не с подругой. Просто ее ввело в заблуждение поведение Паркера. Обычно парни после просьбы «давай просто фильм смотреть?» и усмешки набрасывались на нее и засасывали до глотки. А этот согласился, вот она и подумала, что он либо гей, либо просто, как друг. – В смысле… Э… Извини, я не то хотела сказать, - она принялась возвращать себе имидж принцессы.

Курт  одной рукой опустил высокий ворот белого свитера Роуз, и поцелуи переместились уже на шею.

Эберхард еле держался, чтобы не напугать его и не сказать что-нибудь. Салли и Бен сдерживались из последних сил, иначе Курт умер бы от ужаса, шевельнись под его губами чужое горло.

Это было очень приятно, просто бесподобно, поэтому Роуз только тихо вздохнул пару раз, понимая, что раз уж такой кайф можно получить, всего лишь согласившись на свидание  с Маноном, оно того стоит.

Паркер медленно начал закипать от злости на фригидную красотку рядом с собой.

Надо же, какие факты вскрылись вдруг… Красавица Саманта оказалась самым настоящим бревном, которое либо насиловать надо, либо вообще не даст. А жуткий Эберхард разрешает Манону такое, что на первом свидании вообще-то разрешать нельзя. Хотя, Паркеру-то какое дело, раз уж Манон ждал этого целых четыре года?

На экране пошли титры, включился свет, и Манон с Эберхардом быстро отодвинулись друг от друга. Роуз привычно поправил челку, ворот. Как только основная масса зрителей рассосалась по двум выходам, они оба встали, Курт совсем забыл про свое стеснение, оглушенный успехом и удовольствием. Поэтому он взял парня за руку и потащил к выходу, так что плащ Роуз надеть не успел, просто перекинул через локоть и пошел за Куртом, глядя ему в спину.

- О, привет, - осклабился Манон ехидно, остановившись, как вкопанный, но Эберхард успел шагнуть вправо и не врезался в него. Выглянул из-за его плеча и обнаружил там Саманту с Паркером. Последний делал вид, что все прекрасно, но по его бледным губам было понятно – не было вообще ничего.

Сам же он оценил довольное до чертиков выражение лица Курта, красные губы Эберхарда и поднял брови высоко-высоко.

- Офигеть, не думал, что вы тоже тут.

- Да ладно. Веселитесь, не будем вам мешать, мы уже уходим, - сладко улыбнулся Манон и потащил свою сумасшедшую «добычу» за собой. Роуз поплелся за ним молча, решив не портить богатенькому кретину вечер. Не выделываться и не шутить с Салли и Беном, раз уж марионетки с собой нет. Пусть Курт думает, что Роуз от него без ума после одного единственного поцелуя.

Саманта с Паркером вышли из кинотеатра прямо за ними. Томсон с завистью посмотрела, как отъезжает «Родстер», на который все пялились с восторгом, а сама покосилась на Саммерса.

- Я тебя провожу, - уже достаточно уныло сообщил парень, не горя желанием этого делать.

- Такси поймаю, - улыбнулась красотка и махнула рукой, остановилась черная машина. «Еще я пешком не ходила», - подумала Саманта.

Паркер был несказанно этому рад, так что сунул руки в карманы джинсов, умолчав о том, что Саманта уволокла его куртку. И пошел в сторону своего дома, точно зная, что мать над ним посмеется, если он расскажет, как все было.

Курт же вел свою тачку с таким экстазическим выражением лица, что Роуз немного тошнило, он сидел, скрестив руки на груди и глядя в «окно». Точнее – на улицу справа от себя, но Манону мозги застилала радость, поэтому он не обращал на это внимания. Доехав до дома на Элм-Стрит, он остановил «Родстер», выключил музыку, и они оба замолчали. Выходить и убегать просто так было бы глупо, поэтому Роуз не стал этого делать, просто уставился на бардачок. А Курт повернулся к нему, начав опять испытывать некоторое смущение.

- Ну… Я надеюсь, тебе было не слишком скучно?.. – с надеждой уточнил он.

- Нет, все было отлично, - отозвался парень своим бесполым тихим голосом. – Мне понравилось, правда, - глянул на Манона, так что тот начал таять.

Оба они не были в курсе, что услышав звуки подъезжающей машины, Аврора слетела с дивана и метнулась к окну, жалея, что сестрица на свидании со своим ветеринаром.

- Завтра увидимся?.. – спросил Курт.

- Завтра воскресенье, - напомнил Эберхард, уже думая, как бы побыстрее уйти.

- Ты занят?.. – догадливо уточнил Манон.

- Да, планы, - кивнул парень, судорожно думая, что соврать на случай, если Курт спросит «какие планы?» Остановился на глупости, вроде «А ты знаешь, что небо в сумерках на самом деле зеленое, просто глаз человека воспринимает его, как сине-фиолетовое? Мы живем в зеленом мире, поэтому я не ем мясо».
Но нести околесицу ради имиджа психа не пришлось, Курт вздохнул и потянулся к нему, чтобы поцеловать.

Аврора затаила дыхание и вытаращила глаза, закрыла рот рукой, глядя на это. Если она не ошибалась, то этот наследник богатеньких Манонов сейчас целовал ее сына(!!) а тот и не сопротивлялся вовсе.

«С ума сойти…» - пронеслось в голове у женщины. На удивление спокойно она восприняла эту новость, ее больше шокировало не то, что на улице перед ее домом целовались два парня, а то, что один из них – Роуз. Никогда она не думала, что ее сын способен захомутать хоть кого-нибудь. Она ожидала либо дурнушку в очках, либо прыщавого хлюпика на крайний случай. А тут такое…

Роуз даже не закрыл глаза в этот раз, ему наскучило. Не потому, что не нравилось целоваться (это-то, как раз, очень даже доставляло), а потому, что сам Курт его не цеплял. Совершенно не цеплял. Да еще при нем приходилось вести себя не так, как при других.

Странное дело, раньше Роуз был совершенно нормальным. Потом принялся сходить с ума нарочно, строя из себя психопата из палаты для буйных, изредка выпадая из этой игры и искренне считая свое притворство шуткой.

Теперь же само выпадение из игры казалось шуткой, а притворство – реальностью. Ему было куда спокойнее и приятнее быть самим собой – легендарно страшным Роуз Эберхардом, который один сидит за партой, постоянно молчит, рисует всякие глупости, разрисовывает здания мировой архитектуры в журнальчиках, любит красный цвет, ненавидит свое лицо и глаза в частности. И ему было куда приятнее быть одному, наедине с Салли и Беном, с Темнотой, не волнуясь, что кто-нибудь подберется очень близко и поймет, что его сумасшествие – всего лишь блеф. Или уже не блеф?

С Куртом было стремно признаться даже в вентрологии, ведь Манон – баран, не поймет и даже не испугается. Просто скажет «Ммм, прикольно, но я люблю тебя со всеми твоими недостатками». Этого Роуз не требовалось.

Он был романтиком, настоящим романтиком, хоть это и было глупо, как он считал. И хотелось, чтобы нашелся человек, который будет оценивать его не в соответствии с канонами красоты и всего остального. Чтобы не быть одним из толпы людей, причем одним из самых страшных.

Это угнетало.

Хотелось, чтобы его внешность и характер воспринимались, как нечто из ряда вон, но раз уж так не получается, придется построить вокруг себя забор из острых кольев лже-шизофрении. Пусть полюбит вместе с этим, вот тогда Роуз поверит, что даже внешне устраивает ее или его.

Пусть полюбит с размножением личности, которая официально значилась в справке, как «Диссоциативное расстройство идентичности». Жаклин уверена была, что парень этим страдает, когда он увлекался болтовней с Беном и Салли.

Вот только она не учла, что он совершенно нормален и вменяем, а многие люди так и делают – разговаривают сами с собой. Порой мысленно, порой вслух. Просто Роуз увлекся и ради эффектности самого процесса придумал своему второму и третьему «Я» имена. Вентрология – искусство замечательное, интересное и поразительное. Даже поражающее своей красотой, но оно не обязательно предполагает сумасшествие.

Жаклин все же устроила справку благодаря своим многочисленным связям, так что в школе Брокенгем даже учителя не мучили парня, не вызывая его к доске, чтобы не смущать.

Роуз оставалось только усмехаться, ухмыляться или делать вид полнейшего барана. Это было удобно, куда удобнее, чем казалось сначала.

Но Курт явно не подходил на роль того, кому можно рассказать все свои проблемы, все свои комплексы. Пожаловаться, поплакаться в жилетку. Он никогда не поймет, если Роуз скажет вдруг «Знаешь, я не псих. Я знаю, как тебя зовут, и всегда знал. Просто люблю, когда люди парятся из-за разговора со мной. Мне не хватает внимания, всегда не хватало, но я такой скромный, что лучше вы будете считать меня сумасшедшим или одержимым демонами, но не сравнивать с другими. Потому что сравнение окажется не в мою пользу. А еще я – чревовещатель, но у меня нет раздвоения личности, честное слово». Курт точно покивает, скажет что-то, вроде «Ммм, забавно. Какой ты милый». И забудет об этом, продолжая зализывать его так же, как он делает это сейчас, в машине.

Роуз вынырнул из своих размышлений в тот момент, когда язык Манона вынырнул из его рта. Курт, слава богу, не заметил, что парень думал о чем-то своем, водя взглядом по сторонам, глядя на лес. Поэтому осклабился довольно и пожелал.

- Спокойной ночи.

- И тебе, - отрешенно отозвался парень, вылез из машины, поправил челку и пошел к дому. Ни разу не обернулся, а Курт завел двигатель и поехал к себе, собираясь позвонить Джастину и порадовать сразу двумя новостями: Саманте новенький нафиг не сдался, а Курт осуществил мечту.

То, что Роуз немного отмороженный и реагирует довольно прохладно, он списал на легкую неадекватность и наивность парня, не особо на этот счет волнуясь.

* * *

- Как делишки? – спросила Дейзи, мать Паркера, когда тот только переступил порог дома, скинул патрули.

- Зашибись, - ответил парень очень «оптимистично». Достал из холодильника колу и сел в гостиной в кресло, тоже уставившись в телевизор. Дейзи смотрела какую-то дребедень, главная героиня как раз бежала в одном белье от маньяка по двору собственного дома.

- Она оказалась не такой прекрасной вблизи? – предположила мамаша, поправляя длинные, крашеные в белый цвет волосы.

- Она оказалась тупой, как доисторическая баба, - отозвался Паркер. Мать у него, все же, была очуменная. Имплантанты в груди искусственно четвертого размера делали ее вообще неописуемо красивой, а лицо было поправлено двумя маленькими косметическими операциями.

- Печально, - согласилась Дейзи, чокнулась с ним своей бутылкой колы и глотнула.

- А почему ты дома так рано? – осведомился парень, покосившись на родительницу.

- А вот, - фыркнула Дейзи. Но не выдержала и призналась. – Ты же знаешь, я устроилась в госпиталь, как всегда, - вздохнула она.

- И там красивый доктор.

- Хирург, - кивнула Дейзи.

- Так почему ты дома?

- Не решилась, - коротко отозвалась Дейзи, сама себя уже который час ругая за это.

Паркер подумал, что это конец света, все. Его мать не решилась кокетничать с понравившимся мужиком.

- Женат?

- Вдовец.

- Дети?

- Сын. Четыре года, - как на допросе ответила Дейзи.

- А с женой что?

- Если верить слухам, гуляющим среди медсестер, она умерла при родах.

- Бедняга, - вздохнул Паркер. Его мать была стоматологом. Вообще, удивительное дело – завзятые паникеры успокаивались в зубодробильном кабинете при виде красивых глаз Дейзи и ее роскошных волос. Все остальное было закрыто маской.

- А то. Поэтому я и не решилась, - вздохнула Дейзи. – Он выглядел таким усталым и симпатичным… - она размечталась, а Паркер решил не плеваться, как обычно, при этом. Раньше его вообще тошнило от мечтаний мамашки. – И таким… Грустным. Он не похож на того, кто готов броситься в омут с головой, понимаешь?

- Понимаю, - заверил Паркер. Если честно, он понимал только то, что они в Брокенгеме надолго. Неужели?! Если повезет, то Дейзи не отступится и заполучит этого одинокого красавца-хирурга. И Паркера не волновало даже наличие у него сына, который в перспективе может стать его младшим братцем, ведь через год он уже сможет поступить в университет. Хоть здесь, в Брокенгеме, хоть еще куда-то, в любом случае, там есть общежития. Можно снять даже квартиру, так что проблем ноль. Главное – чтобы этот хирург не оказался твердым орешком, а то Дейзи разочаруется в себе и опять примется за шоколад, а потом метнется к пластическому хирургу. Потом опять переезд, чтобы не было сплетен, потом опять новая школа.

- Хочешь посмеяться? – уточнил он вдруг.

- Естественно, - фыркнула Дейзи.

- Помнишь, я говорил тебе про своего соседа по парте?

- Который «жуткий парень по имени Роуз»? – хмыкнула дамочка, сделав голос похожим на тот, который озвучивает имена актеров в начале триллера про каннибалов.

- Ну да. И ты, конечно, помнишь, почему я пошел с Самантой в кино.

- Потому что ваш богатенький Манон, чью мать я видела в клинике в очереди на круговую подтяжку лица, жаждал встретиться с твоим жутким Роузом.

- Не Роузом, а Роуз, его имя не склоняется, - поправил Паркер машинально. – Так вот. Мы с Самантой сидели на последнем ряду…

- Целовались?.. – заинтересованно уставилась на него мамашка, улыбаясь и двигая бровями.

- Да, но не в том суть. И вообще, она не умеет целоваться, судя по всему, - решил все же отбрехаться Саммерс младший. – Ну вот, о чем я. Мы сидели на заднем ряду, а двумя рядами ниже оказались они. Прикинь? На тот же фильм пришли, я вообще в шоке был. Но самое смешное не это. Самое смешное, что Саманта со мной целоваться не жаждала…

- Вот шмара, - перебила Дейзи. Она часто хватала своего сына за шею одной рукой, прижимала к себе и трепала по волосам, утверждая, что он у нее красавец, ни одна телка не заслуживает.

- Мам, - вздохнул Паркер.

- Не зови меня так.

- Тогда не перебивай! Вот. Она со мной целоваться не хотела, зато эти двое… Блин, как они лизались…

У Дейзи челюсть отвисла, чуть не ложась на силиконовую грудь.

- Мальчики?!

- Ну, парни. Курт и Роуз, - закатил глаза Паркер. – Вообще. Как будто они там одни были, вообще. И это все при том, что Роуз – отморозок конченый, более того, он страшный. Нет, ну не страшный, конечно, но ты же помнишь, я тебе говорил, какая у него физиономия?

- Да не волнуйся, я еще успею посмотреть, - махнула рукой Дейзи. – Баба твоя – дура, забудь ее, ищи получше.

- Ладно, - вздохнул Паркер. – Но, блин… Реально обидно. Почему даже они так целовались, даже Роуз его не послал, а эта дура меня послала?!

- Потому что дура, - логично ответила Дейзи. – Ложись спать и поменьше думай о дурах.

Паркер встал и пошел наверх, чтобы лечь в ванну, поваляться и перестать думать о Саманте, но мать его остановила, задумчиво спросив.

- Слушай, а почему имя-то не склоняется?

- Потому что «Розарио» на самом деле, я в журнале смотрел, - противным голосом пояснил Паркер. – Маленькое имя «Рози», но сама прикинь, как это звучало бы, он же пацан. Так что Роуз.

- Лихая фантазия у его мамашки, - решила Дейзи и снова уставилась в телевизор. Паркер решил позвонить Гарри и пожаловаться. Поделиться новостями, ведь они друзья.

* * *

Роуз уныло мешал сахар в кружке с чаем. Сидел за столом, как обычно, поджав ноги, сидя на пятках.

- Фильм скучный? – уточнила Аврора, подсев к нему и делая вид, что вообще не в курсе, чем сын занимался. Опять же, ей было неизвестно, что на шее сыночка нарисовался засос, потому что он надел водолазку. Это было умно.

- Да нет, - отозвался парень, поднимая ложку из кружки и глядя, как чай, превратившийся почти в сироп, медленно стекает обратно. Аврора даже удивилась, обычно сын молчал, так что приходилось по сто раз переспросить. Что-то в самом деле случилось.

- А чего грустный такой? – он протянула руку и потрепала его по волосам. Подумала, что не такой уж он и страшненький, когда не щурится. Когда лицо спокойное, и бровь не поднята, когда уголок рта не корчит ухмылку, лицо совсем нормальное, почти женское даже.

Странно выглядит, но все же.

- Не знаю, - вздохнул парень, запустив руку в волосы, лбом прижавшись к запястью и глядя в кружку. Сейчас было отвратительно из-за того, что он сделал. Ведь правда, на первом свидании не целуются. Точнее, целуются, но только шлюхи.

А Роуз вообще не хотел идти, пошел зачем-то, зачем сам не знал. Из любопытства, что ли? Или потому, что дурацкий новичок так умолял, так хотел встретиться с этой Самантой? Да, наверно из-за Саммерса. А то он бы не отстал, приставучий дебил.

- Ты это пить-то будешь? – с интонацией «Эгегей!» уточнила Аврора, глядя на эту кружку с сиропом. Сколько сахара он туда угрохал, с ума сойти можно было. – Или руки деть некуда?

- Я псих, - сообщил Роуз глубокомысленно, наклонился и хлебнул из кружки, не поднимая ее. Мать умилилась и возразила.

- Ты не псих.

- Псих, - повторил парень. – Ты же видела, да?

Повисла тишина, Аврора вздохнула. Карий глаз, который на нее смотрел, напоминал о бывшем муже.

- Что конкретно из всего? – скромно уточнила она.

Роуз промолчал, взял кружку за ручку и принялся уничтожать сладкий чай, чтобы отвлечься от дурацких мыслей.

Черт раздери эти свидания и поступки на благо кого-то там!!!

Теперь появилось столько проблем. И не только душевных. В понятие душевных проблем входили метания на темы: «я целовался с парнем», «я тоже парень», «не беда, ведь мне все равно, мужчина или женщина», «он не тот, кто мне нужен», «я – шлюха, позволил поставить себе засос в первый же раз».

В понятие настоящих проблем, которые как-то придется решать, входили другие метания на другие темы: «на шее и правда засос, придется его закрывать как-нибудь так», «Курт Манон теперь не отвяжется», «Курта придется послать в понедельник, потому что он мне не нравится, но он от меня прется».

Вторую группу проблем можно было решить вообще сходу. Вариантов – завались и больше, поэтому парень принялся думать, как это сделать. Засос можно закрыть воротом водолазки или шарфом, если он пойдет в кофте без ворота. Курту можно сказать, что это было всего лишь свидание, да и то, согласился Роуз только потому, что его попросил Паркер. Если же Курт начнет говорить, что «на просто свидании не лижутся и не ведут себя так», Роуз начнет валять дурака и либо промолчит, либо скажет какую-нибудь муть без особого значения, зато с большим количеством загадочных слов. Конечно, Манон будет в шоке и в ступоре, начнет докучать, поэтому придется…

На этом у Роуз начинались проблемы с разумом, он допил чай и уставился на мать, наблюдающую за мыслительным процессом.

Это было подло, конечно, но она была безумно рада, что у ее сына появились проблемы. А то, что они появились, было видно невооруженным глазом, с его лица пропало отрешенно-дурацкое выражение, он всерьез о чем-то беспокоился. Но Аврора сделала умное лицо и пожалела его.

- Если что-то не так, ты можешь мне сказать. Всегда можешь поделиться. Или с Жаклин, только ее пока нет, - она пожала плечами.

- Угу, - кивнул Роуз и, поставив кружку в посудомойку, пошел наверх. Это был конец света, так что он залег в ванну с пеной, закрыл глаза, положил на лоб ледяное полотенце, потому что голова раскалывалась. И принялся думать снова.

Ругаться с Куртом очень не хотелось, в конце концов, он не сделал Эберхарду ничего плохого. Но послать его придется в любом случае. Но ведь Манон не отстанет!! Будет докапываться до причины, а Роуз не сможет объяснить ему человеческим языком, в чем дело.

То есть, он конечно может встать перед ним с совершенно нормальным лицом и сказать: «Просто пойми, ты мне не нравишься, я пошел на свидание потому, что мне было скучно, и потому, что Саммерс меня попросил! А лизался я с тобой в кинотеатре потому, что просто хотел узнать, как это, а дальше просто забыл, что надо тебя остановить. В машине лизался потому, что не хотел обижать, а теперь – прости-прощай, я не хочу больше ничего иметь с тобой общего».

- Я представляю, как отреагирует вся школа, - захихикал Бен, так и сидевший на столике возле раковины.

- Они охренеют, - согласилась Салли.

- Да я сам охренею, если в один прекрасный момент из-за какого-то Манона расхреначу себе всю жизнь. Точнее, то, что все видят.

- Они думают, что ты псих, - пропела Салли.

- А разве это не так? – ухмыльнулся Роуз.

- По-моему, ты конченый шизик, - весело заверил Бен.

- Тогда что будет, если они поймут, что это неправда? – тихим шепотом осведомился Роуз.

- Ну, тебя как минимум будут вызывать к доске на уроках, - фыркнула Салли.

- А еще Манон набьет тебе морду за все твои выходки, раз уж он четыре года парился из-за тебя, наконец засосал, а ты его кинешь при всех, да еще так, будто готов ради него сломать всю легенду! А когда он разобьет тебе рожу, сломает нос и выбьет пару зубов, ты у нас будешь вообще такой красивый, что просто убиться, - поделился мыслями Бен.

- Блин, - высказался Роуз.

- Но ты ведь можешь вести себя, как раньше, - задумчиво протянула Салли. – С какой стати тебе вдруг меняться? С какой стати ты вообще должен перед кем-либо оправдываться? Ты сумасшедший, тебе можно все, ты же делал, что хотел. Вот и делай, что хочешь, - если бы ее было видно, она бы пожала плечами.

- Она права, парень, - решил Бен. – На что тебе мы? Чтобы оправдываться перед каким-то извращенцем, как банальная девка? Или, как банальный гей? Спятил что ли?! – Бен возмущался. – Ты никому ничего не должен, ты же псих! Или несколько лет коту под хвост?!

- Сделать вид, что ничего не было? – переспросил Роуз.

- Нет! Просто веди себя так, как захочешь! Этот Паркер дурно на тебя влияет… - отечески наставлял Бен. – Ты теперь, как нормальный, вообще. Отвечаешь на их глупые вопросы, реагируешь на слова, заводишь разговор ни о чем, подчиняешься приказам и выполняешь просьбы! Зачем?!

- Ты прав, - прошептал Роуз задумчиво, ткнув мыльным пальцем в сторону марионетки, посмотрев на нее. – Ты гениален, Бен. Я же… Я – это Я. И никому я ничего объяснять не должен.

Марионетка хрипло засмеялась, Салли невидимо кивнула, а Роуз вытащил затычку из ванны, встал и включил душ. Закрыл глаза и подставил лицо под бьющие по нему струи. Черный, покрытый узором «паутины» кафель запотел моментально, зеркало помутнело. Его в итоге пришлось сушить феном, направив на стеклянную поверхность.

Роуз согнулся, наклонил голову, так волосы было удобнее сушить, тем более, он все равно решил лечь спать. Распрямился, вернул челку на место, посмотрел на себя в зеркало.

Усмехнулся. И правда, почему он должен что-то объяснять Курту?

- Зато теперь ты знаешь, что в тебя можно влюбиться, - сообщила Салли сладеньким голосом, пока Роуз чуть задрал подбородок и смотрел на свою шею в отражении. Сначала его привлек засос, который он рассмотрел и поморщился от неприязни. А потом привлек уже сам процесс вентрологии.

- Ты совсем не страшный, Роуз, - шептала невидимая девушка, а горло двигалось «само по себе». Для Эберхарда это было так же естественно, как дыхание, он мог говорить тремя голосами, не напрягаясь, не сосредотачиваясь на этом, как на чем-то сверхъестественном. Уже научился дышать диафрагмой, заглушая звуки, которые требовали движения губ. «П, б, м, ф» мог заменить похожими звуками.

Он мог воспроизвести даже плач ребенка или крик животного, если хотел. Женский смех, мужской басовитый голос, рык льва, ржание лошади.

Не открывая рта.

- В страшных не влюбляются, - продолжала Салли. – Особенно такие, как Манон. Ведь он и Саманта – просто идеальная пара, они должны быть вместе. Тебе нужен кто-то другой, кто-то гораздо умнее и лучше, кто тебя поймет.

- Таких не бывает, - вздохнул Роуз и принялся одеваться. Вообще, раньше его тело было единственным, что устраивало его в себе. Теперь же и собственное лицо показалось симпатичнее, если не стараться им напугать.

Если стараться им привлечь, можно понять, что черты очень правильные.

- Посмотри вокруг, - посоветовала Салли.

Посмотрев вокруг, Роуз нашел только Бена, взял его в руки и понес в комнату, посадил на тумбочку. Лег на кровать и натянул на себя одеяло. Выключил свет.

- Даже если такой найдется, у меня нет шансов, - вздохнул он.

- Но ведь с Куртом получилось, - вдруг выдал Бен.

- А далеко не все парни такие красивые, как он. Раз уж такой потрясный парень, как он, нашел тебя привлекательным, то и другой непременно влюбится. Просто нужно постараться, - утешила Салли, и парень улыбнулся невольно.

- Сладких снов, - шепнула девушка ему будто на ухо.

- Больше не надо этой Темноты, он меня напрягает, - фыркнул Бен, и начавшая расти в углу за шкафом тень, мигом присмирела, оставшись всего лишь тенью стула с барахлом.

- Спокойной ночи, - пожелал Роуз и закрыл глаза.

 

 



Просмотров: 31051 | Вверх | Комментарии (117)
Помочь проекту

Код баннера




Код баннера




Код баннера
SiteMap generator