Его маленькая тайна. Часть 2.

Дата публикации: 9 Сен, 2010

Страниц: 1

В понедельник Паркер был уныл, как никогда. Жизнь казалась невыносимым дерьмом, а сам он себе в зеркале не нравился.

Потом краем глаза он заметил своего соседа по парте, который как раз вошел в ворота школы, и настроение немного поднялось. Хотя, как сказать… «Поднялось» оно незначительно, всего лишь с метки «Я конченый неудачник, дебил и урод» на метку «Я не самый конченый урод, но неудачник и дебил точно последний». Вообще, думать о том, что Роуз страшный, становилось все сложнее.

Страшных не целуют такие, как Манон. Страшные не становятся симпатичными, лишь завесив один глаз челкой. Вывод напрашивался сам: Роуз Эберхард симпатичный парень с вагоном комплексов, очень странным лицом, голосом и поведением. Характер у него тоже не сахар, но от него тащится Курт, его знает вся школа, у него в субботу был отличный вечер в кинотеатре, не потраченный на глупый фильм, а проведенный за увлекательным занятием – поцелуями.

- Гарри, - мрачно окликнул Паркер, пристегнув свой велик к столбику и выпрямившись.

- Твоя несостоявшаяся мечта выглядит уныло, - порадовал его Осмонд с усмешкой. Он сильно сочувствовал другу, но не упускал возможности напомнить: «Чувак, мы все для Саманты – грязь, недостойная пачкать ее шпильки».

Саммерс посмотрел на Саманту, та выглядела довольно посредственно, весь ее гламур в глазах парня сполз и утек в канализационный люк, типа того, по которому только что прошел Манон.

Роуз не успел сделать отмороженное лицо «парня-поглощенного-разговорами-с-куклой», как Курт уже схватил его за руку и дернул на себя.

- Как дела?

Роуз молчал, мигом забыв обо всем, что собирался сказать.

Мысленно Салли с Беном хлопнули себя по лбам и застонали: «Ой, дебил…»

- Я имею в виду те дела, которые вчера не позволили тебе со мной встретиться, - улыбнулся Курт, наклонившись к нему чуть-чуть, будучи не намного выше.

- Эм… Замечательно, - ответил Роуз, мысленно думая, что эти «дела» не «не позволили встретиться», а спасли его от встречи. Он ненавязчиво освободил свою руку и пошел к школе, сделав вид, что очень-очень торопится на обществознание.

Джастин сделал другу страшные глаза, приоткрыл рот и изобразил, что стонет. Потом понял, что Гарри с Паркером одновременно выгнули брови и недоумевают, так что потер шею рукой и сделал нормальное лицо.

А Курт понял, о чем напоминает ему Джас, он метнулся следом за Эберхардом и развернул его к себе, схватив за локоть.

- Ну не убегай, пожалуйста… - сделал умильные, котеночные глаза. – Нам же так хорошо было в субботу.

Вот это было уже чисто удовлетворением самолюбия, потому что несколько человек тут же обернулись и уставились на них. Роуз не покраснел и не побелел, он просто помрачнел.

«А тебя никто не просил с ним лизаться», - подумал Бен.

«Он просто хотел попробовать», - принялась защищать «хозяина» Салли.

«Так ведь пробовать не обязательно, подставляя шею под засосы», - фыркнул Бен, и Салли заткнулась. Роуз подумал, что это финиш вообще, он даже не может вслух заставить «друзей» говорить при Маноне. Потому что не знает, как тот отреагирует, а обижать не хочется.

Странно, почему?

- Урок сейчас начнется, - выдавил он наконец.

- Ничего. Я просто хотел попросить тебя о небольшой услуге… - Курт сделал вид, будто ему очень неудобно клянчить.

На самом деле, вчера Джастин притащился к нему в самый нужный момент – Курту было дико скучно, он сидел дома, как всегда, один. И смотрел порнуху. Джас кинул свою сумку в угол и сел рядом, оценил происходящее на экране, понял, что тот, кого раскладывают на полу, далеко не девушка и даже на нее не похож… Прислушался и уловил бесконечные «Йа-йа, ихь виль дихь, ду комст» и так далее.

- Тащишься от немецкой порнухи? – усмехнулся друг. Курт вздохнул и пожал плечами, откинулся на спину и закинул руки за голову, лениво рассматривая, как парни резвятся на видео.

Джастин задумался, кусая щеку изнутри и тоже глядя на экран. Потом покосился на друга, поправил свой ирокез, почесал челюсть.

- У Эберхарда десятка с плюсом по немецкому… - задумчиво выдал через какое-то время.

- И? – фыркнул Манон, а Джастин чуть не застонал от тупости друга.

- А у тебя шесть. Ну вот и попроси его подтянуть тебя по немецкому. Если, конечно, ты не врешь, и вы правда лизались вчера.

- Я не вру! Но кто знает, может он опять будет меня игнорировать, - у Курта была депрессия из-за этого. А Джастин хлопнул его по бедру и усмехнулся, достал сигареты, собираясь закурить. В доме Манонов правил не было.

- Да ладно тебе. Больше наглости, как у этого Саммерса, и все будет классно. Просто пристань к нему и скажи, что тебе очень-очень нужен репетитор по немецкому, но всякие старые тетеньки тебе в этом деле не доставляют, а однокласснику ты доверяешь. И пока он тебя будет подтягивать по немецкому, ты его по-немецки будешь натягивать, - Джастина пробил тупой смех, он убрал сигарету, согнулся и заржал.

- Ага, сейчас. Кто это там, случайно не он идет? – усмехнулся Курт. – Я в шоке, что он вчера вообще согласился со мной целоваться, а ты про…

- А все про секс, Курт, - пожал плечами Джастин. – Я вот, например, сплю и вижу, как бы потискать Томсон. Ты спишь и видишь, как бы своего монстра трахнуть побыстрее. Вот только у тебя шансы пятьдесят на пятьдесят, если не больше, а у меня их ноль. Так не действуй мне на нервы своими сомнениями и делай уже хоть что-нибудь, пока он снова не ушел в астрал со своей марионеткой.

- Я постараюсь, - вздохнул парень безнадежно, посмотрел в зеркало. Надо же, рядом с Роуз он не казался себе таким уж неотразимым. Что же нужно этому парню, если не потрясающая внешность, как у Курта? Что его не устраивает?!

Вот поэтому в понедельник он ныл и умолял Роуз не убегать, оказать ему какую-то услугу. Эберхард молчал, глядя на него серым глазом, не закрытым волосами, и дожидался, когда же Манон озвучит свою просьбу.

- Короче… Понимаешь… В последнем классе нельзя оставаться на второй год, так что оценки должны быть на уровне… А у меня по немецкому четыре, так что… Ты не мог бы мне чуть-чуть помочь? У тебя десять, я знаю, - Курт сообщил ради факта, чтобы Роуз не начал врать, что у него самого дела не так уж хороши.

«Помоги, от тебя не убудет», - подумала Салли.

«А по-моему, он просто хочет заманить тебя к себе домой», - хмыкнул Бен.

«Он нормальный парень!» - возмутилась Салли.

«И хочет тебя трахнуть», - добавил Бен.

«Да не такой уж Роуз и охрененный, чтобы его хотеть трахнуть», - призналась Салли.

«На вкус и цвет, как говорится…» - Бен похихикал еще чуть-чуть и затих. Роуз не верил Салли, поэтому убедился, что все тут не так просто. И опять наружу полезла его странная, любопытная сущность, требующая опытов. Опытов, предполагающих очень тесный контакт как минимум двух тел.

- Ладно, - пожал он плечами. Курт онемел от счастья, Джастин незаметно прошипел «да!» и пошел к школе. Саманта задержала его, выгнула красивую бровь.

- О чем это Курт там болтает с этим психом?

- О сексе, Сэм, о сексе, - хихикнул Джастин. Он, в отличие от друга, умел разговаривать со своей мечтой так, будто она ему ни на мизинец не нужна.

- Хорошая шутка. А если серьезно? – мрачно переспросила девушка.

- А я не шучу, - фыркнул панк. – Он всего лишь просит Эберхарда помочь ему с немецким сегодня. Вечером. У него дома.

В голове Томсон мигом сложилась мозаика. «Вечером, дома, немецкий?! Да это же явно секс!!!»

Она похлопала ресницами в шоке, потом поискала взглядом Паркера и решила разобраться с этим маленьким, наивным мальчишкой. Он даже не решился ее поцеловать в субботу по-нормальному, но уж для акта ревности сойдет.

- Эй, Паркер… - сладко пропела она, коснувшись пальчиками его плеча. Парень обмер, а у Гарри челюсть чуть не отвисла, он покраснел моментально, только глянув на пухлые губы красотки.

- Да, Саманта? – Саммерс держался изо всех сил.

- Мы так глупо расстались в субботу… Я думаю, ты меня неправильно понял, это все – моя вина… - Саманта флиртовала с ним, кусала губу, строила глазки и постоянно прикасалась к парню, чтобы Курт это видел. Манон, к несчастью, был поглощен общением с молчаливым Эберхардом, который уныло плелся к крыльцу. Марионетка выглядывала из рюкзака и будто ухмылялась тому, что хозяин нарывается на приключения.

- Ч-что ты этим хочешь сказать? – не понял Паркер. Точнее, понял, но не мог поверить.

- Я хочу сказать, что нам нужно получше узнать друг друга. Первое впечатление порой ошибочно, - улыбнулась она и прошептала ему на ухо. – Я приду к тебе сегодня вечером, хорошо?.. Где ты живешь, Паркер?..

- Я знаю, где он живет, я тебя провожу! – вызвался Гарри.

- Хорошо, - хмыкнула девушка. – Осмонд, - оценила парня взглядом, а потом подмигнула Паркеру и отправилась в школу.

- Теперь я начал сомневаться, что ты ей не понравился, - задумчиво протянул Гарри.

- Да я тоже, - просипел Паркер, откашлялся и сделал умное лицо. – В смысле, может она просто поговорить придет.

- Да-да, конечно, - закатил глаза Осмонд и поволок друга к дверям.

На биологии Паркер не выдержал и позвал своего странного (и очень относительного) друга, наклонившись к его уху.

- Эй… Так что там со свиданием? Я так понял, ты не пожалел о том, что пошел? – он даже не смог сдержать сарказм, появившийся при воспоминании о том, в каком виде Курт с Роуз выходили из кинотеатра.

Эберхард промолчал.

- Салли?.. – решил не отставать Паркер.

- Я думаю, ему понравилось, - ехидно ответила девушка. Роуз гораздо легче реагировал, когда за него отвечали «друзья».

- А вот я не уверен, этот Манон отвратительно целуется, - прохрипел Бен.

- Да ладно? – Паркер поднял брови. – Тем не менее, вы сегодня о чем-то говорили возле парковки.

Почему он это заметил и запомнил, Саммерс не знал и даже не думал.

- Манон предложил подтянуть его по немецкому. Сегодня вечером, у него, - фыркнула Салли беспечно.

- Интересно, зачем, - усмехнулся Бен ехидно.

- Ты согласился? – удивился Паркер, а Роуз наконец посмотрел на него, одновременно подвинув микроскоп к себе, потому что мисс Гранж уже выдала предметные стекла с какой-то дрянью на них.

Эберхард повел плечом вполне положительно, так что Саммерс опять ушел в астрал от удивления.

- Почему? – заинтересовался он. Но не стал спрашивать вертевшееся на языке «Неужто так понравилось целоваться с Маноном?» или «Ты не понимаешь, что это приглашение не просто так?»

- А почему я должен был отказываться? – вопросом на вопрос ответил Роуз и наклонил микроскоп, заглянул в него.

Паркер присмирел. И правда, с какой стати Эберхарду отказываться? Может ему и правда понравилось с Куртом время проводить, мало ли? А он, Саммерс, может только гордиться собой, ведь это он помог им сойтись.

«Классно», - без особого энтузиазма подумал он. И решил похвастаться.

- Если тебе интересно…

- Да не очень, - быстро отозвался Роуз, меняя стекло и записывая то, что увидел, в тетрадь.

- …то я тебе скажу, что Саманта сегодня напросилась ко мне домой.

- Даже представить не могу, с какой целью, - чисто с женским сарказмом фыркнула Салли.

- Даже не догадываюсь, - согласился Бен.

- Я думаю, что ее цель не более загадочна, чем цель Манона, - не выдержал Паркер.

- Что ты этим хочешь сказать? – невольно поинтересовался Роуз, запутавшись.

- Ничего такого, - Паркер отвернулся, решив потом списать у парня втихушку все наблюдения.

- В нашем возрасте все только и делают, что… - шепотом засмеялся Роуз, а Саммерс примерз к стулу. Впервые слышал смех этого психа. Ничего особенного, такой же тихий и бесполый, как сам голос.

- Что? – он поднял брови. Роуз глянул на него и прищурился.

- Ходят друг к другу в гости, - сказал совсем не то, что думал.

- Это да, - согласился Паркер, испытывая странное чувство, будто Роуз прекрасно знает, с какой целью потащится с Куртом к нему домой. Он совсем не такой чудик, каким кажется на первый взгляд. Просто замкнутый очень.

* * *

Дейзи вернулась с работы пораньше, разобравшись со всеми пациентами, которых пока было совсем немного. Сгрузила на кухонный стол бумажные пакеты из супермаркета и хотела уже крикнуть: «Паркер, ты дома?!» и даже воздела палец к потолку…

- Ммм… О…. Да!!! Еще… Господи!!! Ах!! Ох!! Ух!! – донеслось сверху голосом совсем даже не Паркера, и слова застряли у Дейзи в горле. Палец согнулся, рука опустилась, зато вот глаза вылезли из орбит даже без операции. Она тихо поднялась по лестнице, придерживая колышущийся бюст руками, заглянула в приоткрытую дверь, крики из-за которой стали вообще оглушительными. Челюсть мисс Саммерс отвисла.

«Ни хрена себе…» - подумала она, с гордостью наблюдая за сыном и какой-то роскошной девицей. Насколько она поняла, это и была та самая дура, что в субботу продинамила беднягу Паркера в кино. Судя по описанию, это именно Саманта скакала сейчас на парне, как бешеная. Вот она сорвала с себя кофточку одним движением, но лифчик расстегивать не стала. Выла, как ненормальная, явно получая удовольствие. Юбка задралась, но ничего, к счастью, не было видно, так что Дейзи решила задержаться.

Посочувствовала сыну – его эта девица дотрахала до края кровати, и парень периодически бился головой о спинку.

«Активная, однако», - решила Дейзи, когда девица откинула руки Паркера от своих бедер и отвесила ему пощечину. Звонкую такую, а потом принялась снова скакать, так что Паркер еще несколько раз ощутимо треснулся о спинку кровати, жмурясь. Ощущения были непередаваемые…

«Удачи», - похихикала Дейзи в кулак и ушла вниз, разогревать пиццу.

* * *

Курт никак не мог решиться. Вот он, Роуз. Сидит, серьезный, спокойный, рассматривающий что-то в учебнике. Минуту назад он объяснял дебилу Манону, чем отличается «Вайзе вас» от «Виззен». Курт отчаянно строил из себя кретина, лишь бы «учитель» не отстранялся. Они сидели друг напротив друга, между ними был стеклянный журнальный столик, заваленный учебниками и тетрадями. Курт сидел в роскошном кресле и постоянно поглядывал на свою мечту. Он даже чувствовал запах от его тела и волос. От волос пахло шампунем, а от тела чем-то приятным, только он не мог понять, чем. Это не было похоже на смесь «клерасила» и «Акс-эффекта», чем баловался тот же Джастин.

Все же, наедине с кем-то Эберхард казался куда нормальнее, чем добрая половина школы. Он забывал про свои «шутачки» и издевательские припадки. Кукла мирно лежала в рюкзаке, но сам Роуз не переставал мысленно вести с «друзьями» диалог.

«Ну вот, ты ошибался», - фыркнула Салли. «Он вовсе не собирался делать ничего ТАКОГО, он просто баран, который ничерта не понимает в немецком. Непонятно, как ему даже три-то поставили…»

«Или он просто не решается», - хихикнул Бен.

«Лучше бы уже решился, а то меня трясет», - подумал Роуз. Ну правда, Курт же не станет рассказывать всем, чем они здесь занимались? Не дурак же он. Более того, если он так волнуется, можно даже поверить, что Роуз ему действительно важен и далеко не безразличен.

Курт зажмурился и снова постарался поверить, что все это – реальность. Как он мог быть идиотом столько лет?! Ведь стоило проявить каплю настойчивости, и Роуз давно бы сидел у него дома, на его шикарном кожаном диване. Такой… Шикарный. Необыкновенный, просто замечательный.

Манон вздохнул поглубже и прервал мысленные диалоги одноклассника вопросом.

- А как переводится «Ихь виль дихь»?

Роуз закатил глаза.

- Я хочу тебя, - а сам задумался получше.

«Вот мне интересно, Роуз, а откуда это он таких фраз нахватался? Явно не из учебника», - захихикал Бен.

«Мама дорогая!» - взвизгнула мысленно Салли. «Да он порнуху смотрит немецкую наверняка!»

«А ты только поняла», - фыркнул Бен. «Хотя, способ начать неплохой».

«Начать что?» - тупо переспросила «девушка».

«То самое», - пояснил Бен ей, как дуре.

- Правда? – выгнул бровь Курт, и Роуз не понял, о чем он говорит.

«Он явно не переспрашивает, правильный ли ты дал перевод», - ядовито пояснил Бен.

«Неужели…» - Салли не договорила.

- Конечно, - пожал плечами Роуз.

- Черт! – вдруг хлопнул Курт себя по лбу, и парень вздрогнул, но не подал вида. – Я забыл, что нам задали изложение по немецкому, я же хотел попросить тебя помочь с ним!

- Ну, я помогу, если хочешь, - Роуз воевал со своими внутренними «Я», как мог, но Бен заходился в смехе.

«Это да, на диване неудобно».

«Писать изложение?» - уточнила Салли.

«А ты о чем подумала?!» - Бен опять ушел в ха-ха.

- Да я просто тетрадку забыл наверху, сейчас принесу, - Курт встал. – Или, хочешь, поднимемся ко мне в спальню? Просто там удобнее, чем здесь.

Роуз еле сдержался, чтобы не ляпнуть смущенно «Как скажешь», но Бен его остановил.

«Ты ему еще ковровую дорожку постели, вообще муа-конфета будет».

«Ты вульгарен», - решила Салли.

«Заткнитесь», - отчаянно подумал парень, тоже поднимаясь, захватывая, как и Курт, пару тетрадей с учебником и направляясь к двойной лестнице. Дом был роскошный, кругом ковры, в гостиной картины, очуменная мебель…

Комната Курта оказалась еще круче. На стене – фотообои с машиной самого Курта. Да, белый «Родстер» на черном фоне смотрелся роскошно, на кровати покоился роскошный пятнистый плед, косящий не то под далматинца, не то еще под кого.

- Все нормально? – уточнил Курт, уловив во взгляде парня легкое волнение. Того просто немного трясло от того, что догадки строились одна страшнее другой. То Бен начинал нудеть про секс, то Салли тупила и доводила до смешного свою наивность.

- Да, - кивнул Роуз, осматриваясь. Курт усадил его на кровать очень даже настойчиво.

- Я принесу чего-нибудь выпить. Пиво будешь?

«Запросто», - чуть не ответил Эберхард. Для него это было таким же экспериментом, как целоваться в кино и машине, как прийти домой к однокласснику, представляя, с какой целью его пригласили.

- Давай, - пожал он плечами и потянулся к торшеру между роскошной кроватью и письменным столом неправильной формы. Дернул за нитку, включился приятный, теплый свет.

* * *

Паркер думал. Он умудрялся думать, даже стукаясь головой о спинку кровати и шипя. В таком положении (как на войне) кончить было просто невозможно, но Саманта от этого тащилась. Она вопила и заверяла, что еще ни один ее любовник не мог продержаться ТАК долго. Скакала и скакала.

А Паркер по-прежнему думал. Думал о том, что началось это все, прямо как в кино. Круто и пафосно. Саманта нарисовалась на пороге его дома, мать удачно застряла на работе, а Томсон набросилась на парня прямо в прихожей. Сшибли столик, пока поднимали, начали опять целоваться, от чего Паркер просто с ума сходил. Это было супер, сладкие, пухлые губы Саманты его возносили в рай.

До его комнаты и до кровати они добрались в неадеквате, Саммерс даже точно не помнил, как они поднялись по лестнице. Звонил телефон, Гарри терял башню, желая узнать, как все проходит, близко ли они подобрались к тому самому. Но парочка уже давно занималась тем самым, Саманта сначала думала, что это акт мести Курту, который ее игнорирует. Надо будет рассказать всей школе, что она трахалась с новеньким, вот Манон обалдеет!

Но потом ей сорвало крышу, и она просто начала зверски насиловать Паркера, получая удовольствие.

Паркер усиленно думал.

Думал о том, «что там делают Эберхард с Маноном у последнего дома?» Усмехнулся. Небось в самом деле занимаются немецким. Им как раз задали изложение, вроде бы. О том, что они не делают ничего предосудительного, говорили две вещи – Роуз псих. И Роуз псих.

Даже четыре вещи.

Роуз псих, Роуз псих, Курт настолько нерешительный, что не станет принуждать непоколебимого парня к сексу. И последнее – Роуз псих.

И все же, Паркер сомневался. Ведь целовались же они в кино в субботу? И выглядело это совсем не так комично, как могло представляться всей школе. Это выглядело так обыкновенно, будто они и были созданы друг для друга.

Обыкновенный красавчик и богатенький дурачок Курт Манон. И далеко не обыкновенный, но тоже в какой-то мере красавчик Роуз Эберхард, страдающий кучей комплексов и психических отклонений.

- О, боже… О, боже мо-о-о-о-о-ой!!! – взвыла Саманта и упала рядом. Паркер покосился на себя, оценивая масштабы ущерба. Ущерб заключался, к счастью, только в том, что он так и не кончил.

Саманта отдышалась и сообщила.

- Не беда… Я отдохну, и продолжим… Ты просто супер! – заверила парня и чмокнула его в губы смачно.

* * *

После пива стало совсем прекрасно, Роуз и Курт честно трудились над изложением, чувствуя теплоту и то, как стало проще разговаривать. Роуз разговорился, а Курт наоборот – стал молчать, просто тупо улыбаясь и рассматривая своего секс-идола в упор. Даже наклонился, сидя на кровати, и заглянул ему в лицо, потому что Роуз опустил голову, и волосы мешали видеть его глаза.

И вот, они трудились над изложением.

Минут десять, не больше.

- А где твои предки?.. – задумчиво протянул Роуз.

«О, кто-то уже сам начинает приставать», - похихикал Бен, Салли умолчала.

- На работе, в баре, в клубе, какая разница? – промурлыкал Курт, все же не удержавшись. Он опустил ворот полосатой кофточки, что была на парне, увидел оставленный в субботу засос и улыбнулся.

- Уже поздно, - сообщил Роуз, покосившись на авангардные красные часы на стене.

- Ты куда-то торопишься?.. – продолжал мурчать Курт, прихватил губами его кадык, а потом спустился ниже, к ключицам. В полумраке, что царил в комнате, Эберхард и вовсе стал красивым. Цвет его глаз был не так важен, а легкие дефекты, вроде приподнятого уголка губ и выгнутой брови перестали быть заметными.

- Не то, чтобы очень… - парню и самому не хотелось отказываться. Он усмехнулся, вспомнив их утренний диалог с Паркером в кабинете биологии.

«В нашем возрасте все только и делают, что занимаются сексом», - мысленно произнес он фразу, которую утром стихийно перекроил ради приличия.

«Или, говоря проще, трахаются», - фыркнул Бен.

«И я с ним соглашусь, как ни странно», - в мысленном голосе Салли звучала улыбка.

- Значит, можешь немного задержаться, - решительно сообщил Курт и прежде, чем парень успел опять ответить что-нибудь умное, он его поцеловал. Это не было так назойливо, как в субботу после кино, так что Роуз не стал думать о своем, просто закрыл глаза и решил, что рано или поздно все случается в жизни. А старшие классы – отличное время, чтобы начать.

* * *

Саманта кусала Паркеру губы. Особенно нижнюю. Девица лежала на нем, обмотавшись одеялом, нежничала и кусалась, а Паркер думал, что скоро умрет, потому что после первого взрыва его быстренько и активненько привели снова в боевую готовность и опять принялись насиловать. Теперь грозил третий «забег», парень уверен был, что он станет последним.

В его жизни.

Он продолжал думать о Роуз и Курте, принялся утешать себя тем, что если они все же занимаются этим, то Эберхарду даже хуже, чем самому Саммерсу сейчас.

Мысль грела…

«За что боролся, на то и напоролся», - фыркнул Паркер и перестал думать о двух сумасшедших, решил наконец ответить на домогательства Саманты. Перевернулся и оказался наконец сверху, а не снизу, как какая-то лошадь, на которой скачут и скачут.

* * *

Фантастикой это точно не было. Определенно не было.

Роуз здорово засомневался в который уже раз, что его «секс с Темнотой» был всего лишь многоразовым сном. Судя по тому, что он сейчас чувствовал только легкий дискомфорт, это не только не было сном, но и характеризовало страшную тень из-за шкафа, как потрясающего любовника.

Курт был шикарным в плане внимания. Он долго целовал свою мечту, уложив ее на кровать и спихнув книги и учебники на пол вместе с пледом. Ногой о ногу скинул свои стиляжные белые кроссовки, а Эберхарду и париться не пришлось, остроносые сапоги он снял давно, в них было неудобно. Манон долго украшал его шею засосами, потом стянул с него полосатую кофточку и принялся уже за грудь.

Это было приятно, поэтому Эберхард закрыл глаза и разомлел. Курт долго-долго (полчаса, не меньше) уговаривал его заняться непосредственно сексом, утверждая, что если бедняжке Роуз будет неприятненько, он сразу остановится.

«Бедняжка Роуз» настолько заколебался слушать эти жалостливые, немного пьяные уговоры, что в конце концов сказал: «Расслабься, я боли не боюсь. Давай уже, а?»

Курт, тем не менее, решил, что парень просто храбрится от страха. Еще полчаса его тискал и мучил, стаскивая штаны…

Когда он чуть отстранился, Роуз с усталым видом отдал ему скользкий квадратик ярко-красного цвета, на котором было много синеньких эмблем с названием презервативов. Квадратики эти лежали на столе, парень успел их заметить, пока Курт измывался над его шеей. Так что решил укоротить «деликатный процесс доставания презервативов, чтобы не спугнуть пассива».

Курт восхищаться им не переставал. Какой же шикарный Эберхард!!! Красивый, смелый, послушный, спокойный, чувственный, чувствительный.

…ругающийся со внутренними «Я»…

«Ой, я сейчас лопну нафиг…» - стонал мысленно Бен. «Он прибор-то свой расчехлять еще час будет?.. Уже половина одиннадцатого, как-никак!»

«Он просто скромный и вежливый, ценит момент и не хочет обидеть», - буркнула Салли.

«Очень надо», - фыркнул Бен в ответ.

Ноги вентролог раздвинул без вопросов и проблем, обняв ими бока застонавшего от предвкушения Курта, прижав колени к его ребрам.

Каково же было разочарование, когда Манон с видом «Тебе не очень больно, ангел мой?!!» все-таки сделал «ЭТО»…

«Аллилуйя!!!» - взвыл Бен в голове у хозяина, а Салли тоненько, противно захихикала.

«Ну, ты хоть покричи ради приличия, он так надеется произвести впечатление», - намекнула она, и Роуз послушно зажмурился, приоткрыл рот и выдал срывающееся, томное: «Ммм…А-а-ах…»

Выгнул шею, так что Курт мигом поверил и принялся целовать его в шею, боясь, что парень от боли укусит его, если его целовать в губы.

«Да, а какой он красивый внешне….» - разочарованно протянула Салли.

«А в штанах…» - Бен зашелся тупым смехом. «Меньше, чем твой средний палец, Роуз», - он умирал от веселья, а вот парню было совсем не весело. Он послушно изображал экстаз и восторг, адскую боль и припадочные судороги. Но это было нелегко, учитывая, что опыт с Темнотой все же был, какой бы фантастикой и мистикой это ни казалось, а у Курта и правда все достоинство не дотягивало даже до средненького. Природа наделила его обалденной внешностью, потрясающей мордашкой, роскошным телом… И обделила самым главным.

«Размер не так важен», - задумчиво выдала Салли.

«Но очень нужен», - закончил за нее Бен.

Курт разошелся, вцепившись в спинку кровати, нависнув над парнем, закрыв глаза и прикусив губу. В конце концов, Роуз даже что-то немного почувствовал, но это был огромный скепсис. Он ни разу не закрыл глаза, продолжая немного брезгливо рассматривать сходящего с ума от удовольствия Манона. Погрыз ногти от нечего делать, почувствовал, что кроме мышц раздвинутых ног ничего у него не болит. Вздохнул, а Курт принял это за стон кайфа.

«Как насчет имитации оргазма?» - в припадке юмористической лихорадки уточнил Бен.

«Он же парень», - выдала Салли и тут же испугалась. «Черт, ты же парень, Роуз!! Курт обидится, если поймет, что тебе было не айс!»

Парень всерьез задумался. Он еще немного посмотрел на Курта, потом на часы на стене, стрелки которых скромно намекали, что уже почти половина двенадцатого…

Манон оказался не совсем импотентом, но явно близким к этому кадром.

Где-то на полу запела мелодия песни «Люблю тебя» группы Негатив. Загорелся дисплей почти плоской «раскладушки» с побрякушкой на тонкой цепочке, завибрировал мобильник Эберхарда. Он посмотрел на него, потом на Курта. И принялся усиленно «страдать». Изо всех сил зарыдал (хотя, «зарыдал» - слишком громкое слово для пары слезинок) и вцепился ногтями в широкую, мускулистую спину Манона. Того это просто убило и подстегнуло, парень вошел в раж и скоро подобрался к моменту высшего экстаза.

А когда наконец зарычал и рухнул на Роуз, ткнувшись мордой в подушку над его плечом, парень захныкал театрально.

Курт спохватился.

- О, черт… Прости, пожалуйста, тебе было очень больно?!

- Нет... немного… - старался Эберхард, шмыгая носом и растирая глаза пальцами.

- Ты не обиделся?! – Манон чуть не начал биться в припадке. Хотел обнять парня, но тот показушно отстранил его руку. Не резко, но настойчиво. Схватил простыню и обмотался ей, встал с кровати, придерживая это «платье» рукой у груди.

- Можно в ванную?.. – так скромно, будто если бы Курт сказал «нет», Роуз бы не пошел. Пошел бы, еще и как. Еще и с криком «ну ты, блин, вообще…»

- Да-да, конечно! – Курт ткнул пальцем во вторую дверь в комнате, которую Эберхард сначала не заметил. Он ушел туда, схватив по дороге свой мобильник и одежду. Курт смотрелся очень глупо, сидящий голым на кровати. Но потом он додумался прийти в себя, выкинуть презерватив в корзину для бумаг, натянуть домашние модные штаны и подкрасться к двери ванной.

Роуз бараном тоже не был, включил воду в раковине посильнее, принялся шмыгать носом почти под дверью, чтобы лучше слышно было. Пару раз кашлянул, как бывает, кашляют при рыданиях. Потом все же скрылся в душевой кабине и прислонился лбом к стене. Включил воду уже в душе, струи из распылителя охлаждали и приносили куда большее удовольствие, чем Курт.

Манон молился, чтобы парень не слишком на него обиделся. Он ходил по комнате, как бешеный тигр по клетке, и думал: «Я зверь…Как я мог… Он такой нежный… Такой хрупкий… А я – чудовище, его изнасиловал буквально… Блин, блинский блин!!!»

Хотелось позвонить Джастину и сказать громко: «Я-МУДАК!» но время было неподходящее.

Через полчаса Роуз вышел уже при параде. Будто ничего и не было (ощущения были близки к этому), но полуголый Манон в спальне убедил парня, что все было. Он стоял, скромно глядя себе под ноги. Отличная роль, надо сказать, Бен с Салли одобрили.

- Я… Прости, если тебе было неприятно, - попросил Курт прощения и подошел к парню. Роуз взглянул на него так, что у Манона дыхание перехватило. Эберхард собирался посмотреть укоризненно, но получилось очень соблазнительно. Так что Курт опять его поцеловал, чмокнул в шею, больше не увлекаясь под страхом опять утащить парня в койку.

А еще Роуз молчал.

- Я отвезу тебя домой, - вызвался Курт, а парень быстро сделал страшные глаза, представив реакцию матери и тетки на этот концерт. Блудный сын возвращается на шикарной тачке с богатеньким парнем в полночь. Шик-блеск-конфета.

- Не надо, - выдал он на автомате.

- Почему? – Курт в ужасе подумал, что парень настолько обиделся, что и в машину его не полезет.

- Моя мать с ума сойдет, - честно ответил парень, взяв рюкзак, поправив в нем Бена и повесив на спину.

- Ах, да… Тогда такси вызову! Тебе не очень больно идти?.. – заботливо осведомился Курт, хватаясь за телефон.

«Встань на цыпочки и чуть пошатывайся, когда пойдешь», - фыркнул Бен.

«А сейчас скажи, что все окей», - добавила Салли.

- Все нормально, - кивнул Роуз, слушая, как парень вызывает такси. Но когда пошел к лестнице, Курту плохо стало. Настолько изящно парень ступал на цыпочках, что умереть и не встать можно было. Боль сквозила в каждом движении.

Пока он зашнуровывал сапоги, найдя их возле дивана, такси приехало. Курт проводил его до самой двери, которую лично открыл и закрыл. Извинился еще раз и метнулся в дом, чтобы позвонить Джастину и разбудить того жуткими, но потрясающими новостями. Джастин сдохнет от зависти, ведь Курт только что трахнул свою мечту, а Джастину до такого еще пилить и пилить!

* * *

- До свидания! – весело попрощалась встрепанная Саманта, выбегая на крыльцо, а Дейзи задумчиво посмотрела ей вслед. Оценила фигуру, волосы.

«Она далеко пойдет», - подумала ехидно. Через полчаса спустился в гостиную Паркер. Завернул по пути на кухню, выхлебал пол-литра воды. Потом плюхнулся в кресло и уставился в телевизор. Дейзи ела «Баунти» и косилась на него.

- Ну что?.. – вздохнул парень, отчаянно краснея.

- Горжусь, - улыбнулась она мило.

- Кошмар, - прокомментировал парень, еще чуть-чуть посидел и ушел звонить Гарри. Тот точно обзавидуется, но он просто не поймет, какая это была пытка. Пытка сексом. УЖАСНО.

* * *

Жаклин и Аврора встретили сына-племянника в одинаковых позах – руки в боки.

- Ты где был?..

- У Курта, мы делали уроки, - улыбнулся парень, и тут тетка поняла, что он точно врет. Да ни в жизни Роуз не улыбался так мило!!

- Почему так поздно? – вздохнула мать, обнимая его за плечи, но на самом деле не просто нежничая, а осматривая. Чистый, пушистый, как и был. Вроде все в порядке.

- Да много задали, а Манон тупой, пока разобрались, уже стемнело, - пояснил парень, медленно, но верно продвигаясь к лестнице с той же сладкой улыбкой, не стирая ее с лица.

- Почему на звонки не отвечал?! – прищурилась Жаклин.

Парень показушно посмотрел на телефон.

- Я и не слышал, что вы звонили! Телефон в рюкзаке лежал, а у Курта музыка играла, вот…

- Ладно... Ужинать будешь? – Аврора убедилась, что с сыном все в порядке. А то, что у него губы припухшие, это нормально, ведь они с Куртом вроде как… Жаклин тоже об этом знала, так что только порадовалась за племянника, которого вроде бы никто не насиловал. А поцелуи законом разрешены.

- Нет, не хочется, - отмахнулся парень и ушел к себе.

- С ума сойти, - выдал он, прижавшись спиной к двери с другой стороны. Закрыл глаза, постоял так. Включил ночник и принялся раздеваться.

- Тебе все же понравилось? – уточнила Салли наивно и наконец вслух.

Куда более проницательный Бен, усаженный на стол, выдал свою версию.

- Конечно понравилось. Но не сам секс, а то, что он все же был. Теперь можно убиться от радости, что ты – один из немногих, кто этим занимался. Более того, занимался с Куртом Маноном.

- Хоть медаль вешай, - фыркнул Роуз, залезая под одеяло.

- «За стойкость в скучном сексе»? – уточнил Бен.

- Именно, - согласился парень.

* * *

Вторник стал днем лжи, потому что все друг другу нагло врали. Курт врал, что они теперь с Роуз встречаются, а вчера у них был потрясный секс.

Хотя, с его стороны это ложью не было.

Саманта врала, что они замутили с Паркером, и у них тоже был обалденный секс. Манон и Томсон отчаянно пытались друг друга переорать в рассказах о своих победах, а остальным приходилось отдуваться или завидовать.

Гарри завидовал Паркеру, Джастин тоже ему. Эмма делала вид, что и не было никакой симпатии, которую она сначала испытала к Паркеру. Зато находились кадры, завидовавшие Курту или Эберхарду.

Последний заявился на занятия с опозданием в десять минут и вошел в класс тихо-тихо, с таким видом, будто он вообще ни о чем не знает. На него сразу все уставились, но пришлось вернуть внимание к доске по требованию учителя.

Паркер краем глаза заметил сначала, что парень ходит, как обычно. Может, Манон все наврал?

Но потом, когда Роуз устроился на стуле поудобнее, ворот его водолазки чуть съехал вниз, и у Саммерса глаза на лоб полезли – таких засосов он еще не видел.

По губам Паркера расплылась ухмылка, он чуть подвинулся, касаясь плечом плеча соседа, и шепотом осведомился.

- Ну так что, я вчера был прав?

Роуз молчал.

- В чем-то – безусловно прав, - ответила Салли.

- В чем именно? – Саммерс не знал, почему ему это интересно.

- А я был прав? – поменял тему Роуз.

- Очень даже, - осклабился Паркер, и мигом пропало выражение лица «Она меня изнасиловала», зато появилась довольная рожа. – Если тебе интересно, она пришла именно за этим. И мы всю ночь…

- Везучие, - хмыкнула Салли.

- Мы-то только до полуночи, - пояснил Роуз.

Паркер замер, потеряв дар речи. На самом деле, Саманта убежала чуть раньше полуночи. Саммерс наклонился еще ближе, так что шепот было слышно великолепно.

- Так это правда, что вы с Маноном трахались?! – он не удержался и спросил это вслух. Гарри услышал и обернулся, испытующе глядя на Эберхарда. А тот снисходительно глянул на Паркера и хмыкнул.

- А что в этом такого невероятного? Ты хочешь сказать, что в меня невозможно влюбиться? – он выгнул бровь еще выше, но из-за челки это было незаметно.

- Я сказал то, что хотел сказать, - сразу принялся оправдываться Паркер. – Просто… Ну ты же парень, - он не мог сдержать своего любопытства, граничащего с некоторым ужасом и брезгливостью.

Два мужика. С ума сойти. Он не был гомофобом, но для него это было из разряда фантастики.

- Вот и поговори об этом с Куртом, может он тебе объяснит, как пережил такую трагедию, как секс со мной, - выдал Роуз и отвернулся к окну. Паркер помолчал, потом глянул на своего друга, а Гарри сдвинул брови, мол, что случилось? Саммерс пожал плечами, сделал большие глаза и посмотрел на соседа, но тот хранил молчание и по-прежнему смотрел в окно. Даже стул отодвинул к краю стола, подальше от Паркера.

Уже в конце урока Паркер опять не выдержал, просто не любил, когда на него обижались. Подполз ближе вместе со стулом и начал опять капать соседу на мозги, отвлекая его от рисования.

- Ты обиделся?

Роуз молчал.

- На что? – заинтересовался Саммерс.

Парень все еще был тих, как таракан при свете.

- Да ладно, давай просто поговорим о чем-нибудь? Можно даже не об этом, если не хочешь.

Роуз закрыл глаза, набрал побольше воздуха в легкие, открыл глаза и принялся сгребать карандаши и все остальное в рюкзак. Паркер уверен был, что сейчас ему ответит либо Салли, либо Бен, но ответил сам Роуз. Только в его голосе наконец появились новые интонации – немного высоковатые и визгливые, намекающие на то, что парень психует.

- Слушай… Я не знаю, сколько тебе нужно повторять, чтобы ты понял, но я повторяю в последний раз. Мне не нужны друзья, у меня они уже есть, я вообще не в восторге от того, что с тобой сижу, да это ни к чему меня и не обязывает, вообще-то. Я, если ты не помнишь, выполнил твою дебильную просьбу встретиться с Маноном ради того, чтобы ты мог помацать Саманту. Теперь ты мутишь с ней, у меня все, поверь мне, прекрасно с Куртом… Да, мы вчера действительно трахались, было превосходно, я до сих пор в экстазе. Ты счастлив? – выдохнул он наконец.

- Вполне, - выпалил Паркер, переваривая информацию.

- Вот и не лезь ко мне, - Роуз посмотрел на часы, как раз раздался звонок, и Эберхард ушел из кабинета. Зато к Паркеру подошел Курт.

- Саммерс, - мрачно начал он.

- А? – парень сделал вид, что он тупой и не понимает, зачем к нему подошли.

- Спасибо тебе, конечно, что помог, - усмехнулся Курт. – Но больше к нему не лезь, ладно? Без тебя разберемся, - заверил он и вышел из кабинета.

- Он прав, чувак, - сообщил Гарри. – Вы же с Эберхардом даже не друзья, какая тебе разница? Саманта вся твоя, Манон получил, что хотел. Не суйся туда, целее будешь, - парень вздохнул.

- Как скажешь, - закатил глаза Паркер. Он и сам понимал, что занимается откровенной ерундой. Ну зачем лезть к соседу, если все и так вышло лучшим образом, и ежу понятно – ничего общего у них нет? Хоть тресни, Паркер не мог объяснить своих мотивов даже самому себе.

* * *

В среду кино под названием «В доме номер *** раздавались голоса» повторилось. Голоса раздавались все те же, что в понедельник, Паркер мучился, пока Саманта удовлетворяла свою гипертрофированную манию трахаться.

Он уже даже набил о спинку кровати если не шишку, то синяк.

Щека горела от трех пощечин, которые Томсон отвесила ему в порыве страсти, кто же знал, что она предпочитает даже снизу быть «сверху»?

В доме Манона все происходило куда романтичнее, но скучнее – Роуз послушно пролежал на трясущейся кровати целых полчаса, глядя на часы, на стены, на шкаф-купе с огромными зеркалами. У него дома тоже такой был, но зеркал на нем не было по вполне понятным причинам.

Курт в экстазе свалился отдыхать, Роуз убрел в ванную, теперь уже со «счастливой улыбкой», а не рыдая. Курт был сильно-сильно доволен, для Эберхарда это стало чем-то, типа вибромассажа всего тела, учитывая, как тряслась кровать. Толку, правда, не прибавилось. Зато Роуз опытным путем выяснил, какие стоны Курту больше нравятся, оказалось – высокие и протяжные, не слишком жалобные.

Если он слышал слишком жалобные, Манон начинал париться и спрашивать: «Все нормально?!»

Бен все время хотел ответить за хозяина, но Роуз ему не позволял. А еще он узнал, почему Курт такой раздолбай в школе. Не делает уроков, не готовится к экзаменам…

Просто у него дома не бывает родителей, единственным, кого Роуз видел, была горничная. Доставка продуктов была по расписанию, так что Манон младший жил практически один.

Роуз тоже так хотел бы, но не в таком огромном доме.

Курт никак не хотел его отпускать, надеясь на повтор, но не рискуя лезть и приставать, ведь Эберхард выглядел все таким же недоступным, что делало его превосходным предметом для обожания. Он сидел и листал какой-то журнал, лениво рассматривая страницы, но на одной из них задержался.

Курт любопытно заглянул, отвлекшись от ноута.

- Хочешь такой же? – удивился он, поняв, что Роуз рассматривает фото девушки с пирсингом в языке.

- А что? – вдруг быстро отреагировал Эберхард, и Курт онемел. Но потом очнулся.

- Ничего. Думаю, тебе пойдет, - он прищурился, будто бы придирчиво рассматривая одноклассника. Роуз фыркнул, но отвернуться не успел, Курт опять его поцеловал.

Примерно в этот же момент Саманта опять решила повторить «забег», а Паркер помолился. Роуз решил: «Ну вот, начинается…» но брыкаться не стал. Курт балдел от него еще и потому, что Эберхард ему не отказывал. Просто патологически соглашался.

Паркеру не хватало именно романтики, вместо которой у него был грубый секс в избытке.

Роуз спал и видел настоящую любовь, а не равнодушие, которое он испытывал к Манону.

Саманте до лампочки была романтика-сопли-слюни, она любила переходить быстрее к делу, считая, что «Один раз живем».

Курт без долгих уговоров и сцен «Ну дава-а-а-ай» не мог.

* * * 

В пятницу случился прорыв, Роуз сказал, что безумно-безумно занят на выходных, и разочарованный Манон отвалил с успехом, радуя этим Джастина, которому уже скучно было без друга. А уж наблюдать, как Томсон с Саммерсом тусуются везде вместе, было вообще тоскливо. Он чуть не сошелся с дружком Паркера, Гарри, но удержался.

Паркеру удалось отвязаться от Саманты по уважительной причине – его мать все выходные будет сутками дома. К Томсон пойти было нельзя, так что она с сожалением перенесла встречу на понедельник.

Болтовня с Гарри привела только к тому, что тот со вздохом посоветовал слать озабоченную бабу куда подальше, а Паркер остался дома, скучающий, умирающий от недостатка любви. Зато вернулась из магазина мать с пакетами, улыбкой и своей извечной грудью.

- Чего дома сидишь? Подружка уже убежала?

- Она и не прибегала… - мрачно протянул Паркер. Дейзи полюбовалась на картину «Ее красивый сын в депрессии». Вздохнула и подумала, что Саманта – кадр проходящий. Не может такое сокровище достаться озабоченной дуре. 

- Да ладно? Повезло, - фыркнула мать и сообщила, запихивая свои адские йогурты в холодильник. – А я твоего Роуза видела.

- Роуз, а не Роуза, - машинально поправил Саммерс младший, слез с дивана и пошел чего-нибудь пожевать. До «пожевать» его пока не пустили, пришлось мелкими глоточками пить ледяной сок.

- Не суть важно. Короче! Видела его в супермаркете, узнала по твоему описанию, столкнулись у кассы, ну я ничего не стала говорить, он же меня не знает… Но я его рассмотрела, - похвасталась она.

- И как? – пожал плечами Паркер.

- Да не такой уж страшный, как ты говорил. Вполне даже… Уж точно получше, чем твоя «Сэм», - Дейзи фыркнула.

- Ну ты еще танк с «Феррари» сравни, - предложил Паркер, а сам задумался – это кого же он танком назвал?

- Кстати, когда я подошла к кассе, он как раз сгреб в сумку две пачки презервативов, - голосом «ухаха, я все видела» сообщила Дейзи.

- Удивительно, - неожиданно ехидно прошипел Паркер.

- Позвони ему, сходите куда-нибудь. Ты все равно один сидишь.

- Я и с Гарри могу пойти, - буркнул Саммерс.

- Но ведь не идешь? – Дейзи хмыкнула. – Хотя, ты же телефона не знаешь, - она махнула рукой и отвернулась. Досчитала до трех, и Паркер возмутился.

- А вот возьму и узнаю! – схватился за трубку домашнего телефона. Поглядывая на мать, набрал номер Гарри, заставил его найти телефон Эберхарда. Осмонд в шоке перезвонил через пятнадцать минут и продиктовал номер, но уточнил.

- Только это домашний, мобильный никто не знает.

- Тайна, покрытая мраком, - фыркнула Дейзи.

- О, да, - согласился Гарри, услышав ее голос. – Постой, а зачем тебе его телефон?

- Забыл кое-что у него в рюкзаке… - прошипел Паркер, распрощался и принялся выделываться, медленно, с чувством набирая нужный номер и глядя на мать победно. Она развела руками, мол, делай, что хочешь.

Пока Паркер выделывался, вдруг раздался бодрый женский голос, приправленный этакой томной ноткой дамы бальзаковского возраста.

- Да-да?

Паркер онемел.

«Блин, я думал, он ответит», - подумал он, а Дейзи осклабилась. Это парня подстегнуло.

- Эм… Здравствуйте, мисс Эберхард! – он принял Жаклин за мать одноклассника. – Роуз случайно не дома?.. Это его одноклассник, мне кое-что нужно узнать, - он расплывался сиропом, но не стал называть имя. Вдруг парня дома вообще нет, а мать ему разболтает про звонок?

А Жаклин уставилась на трубку, потом на онемевшую Аврору, которая тоже это слышала.

- Да, сейчас позову, - пропела Жаклин в трубку, закрыла ее рукой и прошипела, сделав страшные глаза.

- С каких это пор ему названивают одноклассники?!

Аврора пожала плечами, Роуз как раз удачно спустился по лестнице и собрался уходить, как дамочки зашикали и замахали руками.

- Иди сюда, тебя какой-то парень к телефону! Говорит, одноклассник, - Жаклин заговорщицки подвигала бровями, а Роуз закатил глаза. Сделал недоверчивое и недовольное лицо, взял трубку, ушел на кухню.

- Я сегодня не приду, - вздохнул он, решив, что это Курт. Кроме него никто не мог позвонить, а на домашний он наверно трезвонит потому, что мобильник у Эберхарда предусмотрительно отключен.

- Куда? – опешил Паркер, покосился на мать. Дейзи подползла ближе, прислушиваясь к диалогу.

- А это кто? – голос Роуз по телефону был еще эффектнее, чем вживую. Почти мистический, тихий, бесполый и мягкий. Шепчущий.

Роуз в самом деле шептал, чтобы подслушивающие мать с теткой ничего не расслышали.

- Догадайся, - фыркнул Паркер и зажал себе рот. Дейзи хихикнула, а парень понял, что затупил.

- Очень смешно, - с ехидством отозвалась трубка. – У меня нет времени на шутки.

- Это Паркер, - важно-важно сообщил парень, будто представился английской королевой.

Трубка молчала.

- Ты даже не спросишь, откуда я телефон знаю? – разочаровался Саммерс.

- Даже не спрошу, - подтвердил Роуз.

- Я хотел спросить, ты чем сегодня занят? Сейчас, - уточнил Паркер, посмотрев на часы. Уже было почти семь.

- Наслаждаюсь своей молодостью, - фыркнула трубка. – Чего и тебе желаю, Саммерс.

Паркер понял, что он сейчас отключится, и быстро заговорил.

- Я имел в виду, может, хочешь сходить куда-нибудь?

- Не хочу.

- Со мной, - добавил парень уже без надежды на согласие.

- Тем более, - фыркнула трубка.

- А где ты наслаждаешься молодостью? – привязался Паркер.

- Если тебе это так важно – сейчас собираюсь в центр. Сомневаюсь, что мы случайно столкнемся, - ответила трубка, а потом в ней зазвучали гудки.

- У него всегда такой голос? – подняла брови Дейзи.

- Круглосуточно без выходных, - закатил глаза Паркер и кинул трубку на диван. Злостно кинул.

- Забавно, - оценила его мамашка и утопала опять на кухню. – Ну, попытка не пытка, поезжай в центр.

- Я тебя не понял, - онемел парень. – С какой стати мне бегать за этим чудовищем? – он недоверчиво выгнул бровь.

- Просто, - пожала плечами Дейзи. – Тебе все равно нечем заняться. Прогуляйся, - она подмигнула сыну и с улыбкой принялась сооружать хлопья с молоком. Пример высшей кулинарии, не иначе.

- Ну ладно… - вздохнул Паркер и отправился одеваться.

Роуз же в это время пристал к матери, стоя уже у двери. Хотя, «пристал» слово слишком громкое для его голоса.

- Мам, дай денег?

Аврора только открыла рот, а Жаклин ее уже опередила.

- А куда делись те две сотни, которые мы давали в начале месяца?

«Ты еще детский сад вспомни», - хмыкнул Бен мысленно.

- Если ты не помнишь, я потратил их на плащ и джинсы, - пояснил он сдержанно.

- Ну вот и все, жди декабря, - пожала плечами тетка.

- Мне надо сейчас, - мрачно сообщил Роуз.

- Мне тоже много чего надо, - парировала Жаклин.

- Ну и прекрасно, - он осклабился вдруг. – Значит, мне придется найти их где-нибудь еще.

- Заодно займешься полезным делом! – вдогонку крикнула тетка, сомневаясь, что он успеет найти за этот вечер работу и заработать на шмотки, от которых так тащится.

- Обязательно, - фыркнул парень и ушел, еле слышно закрыв дверь, пошел к оживленной улице, чтобы поймать такси до центра. На такси у него денег явно хватало, а вот прокол в языке и щедрый десяток новых шмоток стоили куда больше.

- Ты чего такая строгая сегодня?  - удивилась Аврора.

- Да ты только посмотри на него! – восхитилась тетка, но непонятно, кем. То ли собой, то ли племянником. – Мы тут перед ним который год приседаем, а он выделывается. Как только перестали приседать, он научился огрызаться!

- Это хорошо? – с сомнением уточнила мать. Ее куда больше устраивал спокойный, тихий сын, сидевший дома.

- Конечно! Ты ж не вечная, - Жаклин фыркнула. – Да и я, хоть я и младше, конечно. Надо учиться все делать самому. А то он уверен, что такой обездоленный, что мы ему из жалости банк ограбим.

Аврора промолчала о том, что в каком-то смысле Роуз и правда обездоленный. Потом задумалась и решила, что сестре виднее, она, как никак, с людьми больше общается. С семейными парами, у которых есть дети, тоже.

* * *

Центр представлял собой вытянутую площадь с несколькими рядами огромных магазинов и мелких фирменных бутиков. Салоны, маленькие круглосуточные супермаркеты. И фонтан посреди площади, кругом скамейки. Роуз психовал и думал, где же взять деньги. Если Жаклин такая дура, что решила, что он останется без желаемого – это ее проблемы.

И тут до него дошло.

Улыбка растянула губы, а рука сжала стеклянную бутылку спрайта, которую держала до этого.

«Неужели решишься?!» - в шоке переспросила Салли.

«Ну, для нас предел – только небо», - подумал Роуз цитатой из какого-то гламурного фильма.

«Давай без пафоса, для тебя предел – колония для несовершеннолетних», - быстро спустил его с небес на землю Бен.

«Это если поймают, а меня никто не поймает», - фыркнул парень мысленно, потом осмотрелся. Встал, прогулочным шагом дошел до фонтана, потрогал воду рукой, увидел какую-то тетку, орущую в свой мобильник, что не может попасть домой, а «ты, козлина, где-то трахаешь своих малолетних куриц». Роуз ненавязчиво к ней подсел, заметив, что сумка дамочки стоит слева от ее бедра, а сама она отвернулась вправо. На парня она не обратила совершенно никакого внимания, более того, когда он откинулся на спинку скамейки, она вообще перестала беспокоиться и принялась орать в трубку еще громче. Роуз покосился карим глазом на открытую сумку, там красовался дорогущий кошелек. Туго набитый, судя по его виду.

«Ну давай, чего ждешь?!» - подбодрил Бен, и тут возле магазина бытовой техники, прямо напротив скамейки, но чуть дальше громко и пискляво заверещала какая-то девчонка.

- Убили!! А-а-а-а-а!! Труп!!

Все люди мигом метнулись туда, подтверждая, что человеческая раса тупа, как пень. Нет бы подумать – там кого-то только что убили, в толпе – убийца, а я туда полезу?! Женщина с телефоном тоже уставилась туда заинтересованно и немного с опаской, совсем потеряв контроль над происходящим вокруг.

Девчонка возле магазина надрывалась, собирая толпу, все пихались, но Роуз понял – через пару секунд они все догадаются, что нет никакой девчонки, трупа тоже не существуют, и разойдутся.

Поэтому его рука быстро скользнула в сумочку, выхватила кошелек и сунула в карман плаща. Парень встал и медленно, до наглости медленно пошел в сторону кафе, собираясь зайти в туалет и посмотреть, что же в кошельке лежит.

Женщина фыркнула, когда все зеваки разошлись, недоумевая, кто орал, какая дурочка всех напугала.

- Прикинь, да? Сейчас какая-то овца визжала тут, что кого-то убили, а никого нет. Ни трупа, нифига, - она усмехнулась в трубку и продолжила разговор.

А через пару минут у Роуз вырвался экстазический вздох. Это было ненормально, но во многом он был «папенькин сынок». А учитывая, что папенька был кадром не из показательных…

В кошельке оказалось столько денег, что у парня глаза загорелись. Дамочка либо только что получила зарплату, либо заключила выгодную сделку, либо вообще продала квартиру, судя по сумме, которая еле умещалась в отделениях кошелька. И все – крупными купюрами.

Кошелек оказался спущен в унитаз общественного туалета, а деньги перекочевали в бархатный рюкзак. Салли уточнила тихим шепотом.

- И не мучает совесть?

- Ни капли, - фыркнул Роуз.

- Жаклин во всем виновата, так что… - Бен его поддержал, и парень с довольной улыбкой вышел из кафе, осмотрелся в поисках тату-салона.

* * *

Паркер долго ругался на мать, бурча себе под нос и шатаясь по площади. Денег почти не было, так что хватило бы на один визит в кафе – не больше. А противного Эберхарда тут явно не было, может он вообще наврал про центр, чтобы отвязаться?

- Блин… - вздохнул Саммерс, сел на скамейку и достал мобильник, решил позвонить Гарри.

Тот ответил почти сразу.

- Ну так зачем тебе был нужен телефон Эберхарда?!

- Мать вынудила ему позвонить. И ты не поверишь, я же позвонил, - фыркнул Паркер, принялся оглядываться.

- И что?! – Осмонд явно уселся поудобнее и готов был слушать.

- И вот, я в центре, потому что он сказал, что будет тут. Только его тут нет, - голос был мрачным, но Гарри все равно решился уточнить.

- А на кой хрен, прости, ты за ним побежал?..

- Понятия не имею, - честно признался Паркер. – Дейзи же такая. Что взбредет в голову, то и делает. А я, дебил, попался на провокацию…

- С ума сойти. Ну ты не отчаивайся, - посоветовал парень. – И не заходи в темные переулки. Вдруг он там? Поседеешь, - фыркнул Осмонд напоследок, и Паркер мрачно с ним распрощался. Посмотрел по сторонам опять и примерз к скамейке. В  тату-салоне прямо за ним, за толстым стеклом с нарисованными по краям «татуировками» сидел Эберхард. Точнее, со спины это точно был он – светло-рыжие волосы до плеч, полосатая кофточка. Он тащился от полосатых кофточек, судя по всему. Паркер встал и подошел к уже закрытому на ночь цветочному магазину, чтобы заглянуть в салон сбоку. А Роуз и так уже развернулся. Перед ним сел какой-то мужик с масляной рожей и пафосной бородкой. Кругломордый и какой-то извращенный, у него в ухе красовалось не меньше десяти колец. Он сел, что-то сказал Эберхарду, тот улыбнулся, повел кистью в воздухе, что-то ответил. Потом Паркер смотрел с высоко поднятой бровью, не обращая внимания, что на него косятся люди.

Мастер фамильярно погладил Эберхарда по щеке, взял щипцы и толстую иглу с надетой на конце штангой.  Паркер глазам не поверил, какой же Роуз, однако, решительный. Сам Саммерс, когда ему прокалывали бровь, голосил, как сумасшедший. Хотел еще и язык, но не решился только потому, что пригрозили дефектом речи или потерей чувствительности.

Роуз этого явно не боялся, но подлый мастер все закрыл своими руками, затянутыми в белые перчатки. Видно было только верхнюю половину лица парня. В самый ужасный момент он даже не дернулся, только зажмурился. Мужик вытянул иглу, протащив в прокол серьгу, закрутил второй шарик. Эберхард облизнулся, улыбнулся, а мужик щелкнул его по немного курносому носу.

Паркер отвернулся и сделал вид, что его не существует, но заметил, что на салон через стекло пялился не он один. Какой-то парень лет двадцати, в бандане и с кольцом в ухе тоже туда смотрел. А когда Роуз вышел, небрежно оставив сдачу с большой купюры в кармане плаща, парень схватил его за локоть, что-то сказал.

У Саммерса вообще глаза на лоб полезли. Эберхард не просто не неудачник, он знает так много людей, что можно с ума сойти! Мастера в салоне он точно знал, учитывая, как они «общались». Да и от этого парня Роуз не отскочил в панике, не промолчал мрачно, как обычно делал это в школе.

Роуз же опешил. Только что он наговорился с извращенцем мастером, который все хотел потрогать его, теперь же пристал какой-то чувак. У чувака была шикарная фигура. Не такая, как у Курта, но все же шикарная.

На лицо он тоже был симпатичным, но уже явно потасканным, повидавшим многое и многих.

- Салют, - улыбнулся парень, а Роуз продолжал молчать. Впрочем, левый локоть, за который его схватили, не спешил освобождать. Потом вздохнул и ответил.

- Я тебя не знаю, - так уверенно, что парень точно не разочаровался.

- Вот, заодно и узнаешь. Пойдем, посидим где-нибудь, - он потащил его в сторону кафе, но Эберхард уперся тупыми каблуками в брусчатку и остановился.

- Не хочу сидеть, - так же мрачно и спокойно заверил. А парень чуть не зашелся в экстазе вообще. Он был фанатом подобных девушек. Но перед ним явно был парень. Это дела не меняло, Тим был одинаково влюблен в оба пола.

- А полежать не хочешь? – совершенно серьезно осведомился он, а Роуз усмехнулся уже по-настоящему, а не так легко, как казалось Тиму. Тот вообще млел, изучая это лицо и никак не находя в нем изъянов. Идеал. Настоящий идеал.

Уж Тим-то, как художник, мог точно сказать, такого лица в мире больше нет. Со сколькими уродками он спал… У одной не было уха, у другой оба глаза красовались бельмом, третья сделала неудачную операцию на носу, и вместо него у нее на лице были только две ноздри. Парни тоже были разными. В основном это были не врожденные уродства, а полученные, вроде шрама на всю щеку, или ожога на пол-лица. Или что-то в этом роде. У последней девчонки, подцепленной вот так же, в центре города, было три груди. Тим сам охренел, ведь в одежде она выглядела нормально, но в итоге оказалось, что мутация была просто роскошная. Третий размер в количестве трех.

Экстаз же.

Роуз по-прежнему молчал, никто не обращал внимания на «парочку», застывшую перед тату-салоном. А Паркер с интересом ждал развязки истории. Надо же, Эберхард мутит с кем-то еще, кроме Манона… Или не мутит?

- Как зовут? – шагнув к парню вплотную, перестав его тянуть за собой, осведомился Тим. У Паркера челюсть отвисла, этот чувак реально приобнял его одноклассника и соседа по парте за талию, так что Роуз даже не шелохнулся, опустив взгляд и вообще не глядя на него. Зато чувак что-то говорил ему на ухо.

- Ширли, - с ходу соврал Роуз, в этот момент подумавший о любимой певице. Ширли Мэнсон вертелась в голове, так что он выпалил это машинально.

- А я – Тим, - сладеньким голосом представился чувак. – А сколько тебе лет?..

Роуз стало интересно. Как всегда, в момент, когда надо бы бежать без оглядки, в нем проявлялись папины гены. Так что он решил не быть сегодня Роуз Эберхардом, кошмаром старшей школы Брокенгем. Сегодня он решил побыть Ширли.

- Девятнадцать, - соврал он, лихо прибавив себе два года, а Тим понял – врет. Но ему-то что, если на него потом начнут наезжать, он так и скажет: «Он сказал мне, что ему уже есть восемнадцать».

- Класс, - заверил новоприобретенное развлечение на ночь. – Пошли, покажу кое-что?

- Что? – Ширли начал издеваться, прекрасно понимая, что могут показать после такого знакомства.

- Увидишь, - Тим потянул его в темную арку между двумя закрытыми на ночь магазинами.

- У меня другие планы, - выпендривался парень.

- Осуществишь их завтра, - фыркнул художник и все же взял его за руку, переплел пальцы, повел парня за собой. Ширли без вопросов за ним пошел, а Паркер уставился им вслед.

«Пипец…» - единственное, что появилось у него в голове.

Варианта было два: Роуз знаком с этим парнем и реально изменяет Манону или Роуз окончательно свихнулся и пошел за незнакомым чуваком непонятно, куда.

Логика подсказывала, что правилен первый вариант, но интуиция голосовала за второй.

- Эй, Ро-о-о-оуз! – Паркер решил испортить ему сладкий вечер с любовником. Манон козел тот еще, конечно, зануда и дебил, но мужская солидарность не позволила молча стоять и наблюдать за изменой.

Тим не обратил внимания на оклик, а Эберхард остановился, как вкопанный.

«Показалось?» - уточнил он у Бена и Салли.

«Вроде нет», - решила девушка.

«Что ему здесь делать?» - не поверил Бен.

- Что случилось? – Тим обернулся и посмотрел на него, а Паркер уже подошел и взял одноклассника за другую руку. За запястье, а не за ладонь, опасаясь, что опять начнется скандал.

- Нам уже пора, извините, молодой человек, - осклабился Саммерс и потянул парня к себе. Художник не отпускал, а Роуз в шоке вообще на них смотрел.

- А тебя никто не спрашивал, - грубовато послал Тим. – Пошли, - дернул Эберхарда за руку, и тот сразу ее вырвал, шатнувшись к однокласснику.

- Никуда я не пойду, - прищурился, и Тим не узнал только что очень сексуального и явно развратного парня. Ширли куда-то делся, вернулся мрачный и здравомыслящий Роуз.

- Да, нам действительно пора, пошли-пошли, - Паркер понял, что одноклассник вообще впервые этого придурка видит, и потащил парня к фонтану, подальше от темной арки.

- Вот больные, а! – Тим закатил глаза и ушел, глянув на них, как на психов.

Через пять шагов Роуз вырвался и у Паркера, остановившись.

- Отстань от меня, - потребовал.

- Чтобы ты опять пошел и с энтузиазмом изменял Манону? Нет, спасибо.

- Тебе-то какое дело? – насмешливо выгнул бровь Роуз.

Паркер застыл. И правда… Хотя…

- Да даже не в Маноне дело. Может, этот урод был каким-нибудь обкуренным извращенцем и маньяком? А ты поперся за ним. Если хочешь, чтобы тебя потом опознавали по слепку зубов, ради бога, догони его, еще не далеко ушел, - он фыркнул, сунул руки в карманы.

Роуз закатил глаза, отвернулся и пошел к магазину. Дорогущему, но шмотки там были потрясающие. Барахло Эберхард любил.

- Эй! – Паркер возмутился, опять схватив его за руку, но промахнулся и стиснул рукав плаща. Роуз на развороте чуть не врезался в него, но все же остановился вовремя и разозлился.

- Что ты привязался?!

- Я тебя нашел, в конце концов! Сам сказал, что будешь в центре!

- Но с тобой я о встрече не договаривался, - напомнил Роуз «деликатно».

- От урода этого спас! – Саммерс нес околесицу, но это было на автомате.

- Тебя не просили! – в ответ рявкнул парень, так и стоя прямо перед ним. Чуть ли не нос к носу в буквальном смысле, так что Паркер замер с непривычки. Что-то как-то очень близко оказалось это лицо. Разные по цвету, но одинаково злые глаза, ехидно выгнутая бровь и очень симпатичный нос. С не круглым, но не острым кончиком и почти полным отсутствием выемки на переносице.

Паркер выпалил первое, что пришло в голову.

- Ты пытаешься меня напугать или хочешь поцеловать? – фыркнул он. А Роуз даже не удивился, он ожидал подобной издевки. Прищурился и хмыкнул.

- Да, дорогой, это мечта всей моей жизни. О, детка, о, детка, - он закатил глаза показушно.

- У тебя, оказывается, есть чувство юмора, - ядовито заметил Паркер, стоически глядя на него и не отворачиваясь, не отшатываясь. А потом понял, что как-то привык, и его больше не напрягает.

- А ты не такой остроумный, каким себе кажешься, - заверил Роуз. – И вообще, отвали от меня. Иди, поиграй с Самантой в гинеколога.

- Что?.. – Паркеру показалось, что он ослышался. Вот уж не ожидал от Эберхарда такого.

- Что слышал. В *** иди. К Томсон, - фыркнул парень, наконец вырвал рукав и зашел в магазин. Продавщицы приветливо заулыбались, радуясь, что хоть один клиент есть.

Саммерс остался на улице, почти уронив челюсть. Но когда он уже сел в такси и в полном ступоре отправился домой, разочарованный и в себе, и во всем мире, на него напала обида и злость. Надо же, а?! Он притащился в центр, нашел этого кретина, буквально вытащил из лап извращенца, не дал изменить Манону… А в благодарность?! «Иди, поиграй в гинеколога». Бесподобно.

- Ну как, прогулялся? – осведомилась Дейзи, а парень мрачно протопал мимо гостиной, бросив ядовито.

- Просто шикарно проветрился. В экстазе, - кинул куртку на диван, мать пожала плечом и продолжила смотреть телевизор. Паркер сделал два шага назад и попросил. – Не заходи ко мне в комнату сегодня, окей?

- Как скажешь, - кивнула Дейзи и потянулась за йогуртом, стоявшим на столике.

* * *

В полночь Аврора с сестрой наконец услышали, как открывается дверь, и метнулись в прихожую, сгорая от ярости. Но и от беспокойства тоже, от неоправданного волнения.

- Ты где был?! – завизжала Жаклин. Роуз меланхолично втащил в дом кучу пакетов, скинул рюкзак и вздохнул.

- В центре, если ты забыла.

- Это что?.. – Аврора кивнула на пакеты с названиями очень даже недешевых магазинов, а Жаклин наоборот – уставилась на племянника. Ее немного смутило, что уходил он из дома соломенно-рыжим, а вернулся каким-то… Шатеном. Если бы раньше он красился, то сейчас можно было бы сказать, что он «вернул натуральную окраску». Брови тоже явно пришлось выкрасить, поэтому они выглядели еще четче.

- А не видно? – парень старался не слишком открывать рот, когда говорил, чтобы мать с теткой пока не заметили проколотый язык. Но он сильно болел, так что речь получалась искаженная, это Аврора приняла за издевательство.

- Где ты взял деньги?.. – задала вопрос вместо нее Жаклин.

- Проституцией занялся, - с чувством ответил Роуз, скинул плащ и потащил все пакеты наверх. Один пришлось сунуть в зубы.

- Что за… Роуз!! Немедленно вернись и поговори с матерью!! – заорала Жаклин, увидев выражение лица сестры.

- Не могу, занят, - отозвался голос Бена.

Женщина растерянно села на диван и уставилась в одну точку.

- Он же пошутил?.. – уточнила она.

- Вот паршивец, а! – Жаклин возмутилась, а Аврора вдруг разозлилась на нее.

- Это ты во всем виновата! «Надо его провоцировать, хватит перед ним приседать, станет нормальным человеком»!! И что?!

- Да ладно, ты же знаешь его шутки, он просто пошутил. Может в долг у кого взял…

- Столько?! – Аврора прекрасно помнила, что ее бывший муж был жаден. Он обожал деньги, побрякушки и шмотки. Роуз был таким же, но на пятьдесят процентов спокойнее.

- Ну не украл же! – рявкнула в ответ Жаклин. – Может, собственную заначку выпотрошил.

- А зачем тогда просил?!

- Ну, попытка не пытка, надеялся оставить собственные сбережения нетронутыми, - Жаклин окончательно убедила себя в простой хитрости племянника, пожала плечами и пошла на кухню. Аврора закрыла лицо рукой, посмотрела между пальцев на работающий телевизор. Сумасшедший дом какой-то, ее сын выходит из-под контроля. В чем же дело?..

Роуз даже не стал вытаскивать одежду из пакетов, сразу метнулся в ванную, посмотреть на болящий язык. Все было стерильно, он точно помнил, но когда заморозка отошла, стало совсем плохо. Роуз надеялся, что за выходные хотя бы боль пройдет, чтобы можно было говорить нормально. А вот волосы ему теперь нравились. Они не выглядели искусственно, не пушились так сильно. Но отвратительно пахли краской.

- Мне нравится, как ты выглядишь, - пропела Салли.

- Я бы уж точно втюрился, - подтвердил Бен хрипло.

- Как хочу, так и выгляжу, - хмыкнул Роуз. Отвернулся от зеркала и закатил глаза. – Только меня бесит Саммерс. Чего вот привязался, а?! У него есть шлюшка Томсон, что его в ней не  устраивает?!

- Похоже на ревность, - ответила Салли искренне, так что парень засомневался, что у его внутреннего «Я» нет собственного мнения. Потому что оно принципиально отличалось от его мыслей.

- Ты еще скажи, что я сегодня в восторге был, когда он нарисовался.

- Но ведь не пошел с тем парнем?

- Тим его звали, - напомнил Роуз.

- Хотя мог бы, - напомнил Бен ненавязчиво. – Почему остался с Саммерсом?..

- Потому что на меня что-то нашло тогда. А он мне открыл глаза, вдруг и правда маньяк был?

- Тогда почему ты так часто упоминаешь Томсон? Неужели нельзя было послать его в то самое место к любой другой бабе?.. – хихикнула Салли.

- Она меня бесит, - вздохнул Роуз, раздеваясь уже в комнате. – Раздражает, тупая потаскушка.

- А раньше ты ее вообще не замечал, - хмыкнул Бен.

- Что вы этим хотите сказать? – начал злиться Роуз, и голоса тут же перестали иметь свое мнение.

- Ничего такого. Сладких снов.

- Спокойной ночи, Роуз.

- Вот и прекрасно.

Пятница закончилась просто великолепно.

* * *

Паркер начал ненавидеть понедельники. Каждый из них начинался одинаково – он много думал о собственной жизни и о сумасшедшем доме среди знакомых, приезжал с Гарри к школе, а потом что-нибудь случалось. Это становилось похоже на тенденцию или на злой рок, поэтому сильно напрягало.

Вот и в этот раз случилось то же самое – они с патологически деловым Осмондом подъехали к парковке, прицепили велики, и тут Гарри заметил Манона возле крыльца.

- О, смотри, с кем это он разговаривает? – кивнул на стоявшего прямо перед ним парня. Хотя, для парня он был слишком странно одет – джинсы свободно висели на ногах, но так низко сползали, обтягивая задницу, что видно было, какого цвета на их обладателе трусы. Защитного, как у военной формы. Модный какой…

Половина спины была голой, черная дутая куртка едва доставала до ребер, зато глубокий капюшон с мехом был натянут от души – на улице стало совсем холодно.

- Это же Эберхард, - фыркнул Паркер, заметив возле его ноги черный рюкзак с торчащей из него марионеткой. Роуз неотвратимо становился общительным, даже чересчур общительным парнем, меняя все – стиль и манеру поведения. Он менялся, но в то же время нет, потому что Паркер не мог сказать точно – был ли его мрачный имидж настоящим? Ведь от мрачного мальчика, который рисует  в альбоме (он по-прежнему рисовал, когда Курт наконец отставал), вряд ли можно ожидать таких матов.

На нем сегодня еще был широкий ремень, благодаря которому джинсы вообще держались, и внушительные патрули с банановыми шнурками.

Гарри с Паркером прошли мимо троицы молча, стараясь не смотреть, но все равно покосились, замедляя шаг. Гарри было банально интересно, что это такое случилось с Эберхардом. Влияние Манона?

Джастин сам себе поверить не мог, ведь он не испытывал никакого дискомфорта, общаясь с «девушкой» своего друга. Как, однако, меняет человека секс. Был зануда и страшилка, а стал такой остряк, что плакать хочется. Причем все шутки у Эберхарда были ниже пояса, основанные скорее на тошнотном рефлексе слушателя, который тут же заходился в припадке смеха.

А сегодня Эберхард вообще выглядел лучше некуда. Темный цвет волос ему шел, он стал каким-то теплым и ухоженным.

- Тебе точно не холодно? – уточнил Курт, в очередной раз порываясь обнять его за голый пояс шаловливой ручкой.

- Да нормально, - отмахнулся Роуз и уставился на парочку в самом углу. Они стояли между крыльцом и стеной школы, о чем-то болтая.

Джастин тоже обернулся, прислушиваясь.

- Не подумай, что я настаиваю или хочу тебя принудить… - мурлыкал он ей, наклонившись.

- Ничего страшного…

- Просто мы уже так долго вместе, и я… Мне бы хотелось…

- Я не знаю… Наверно я не готова… - смущенно отозвалась она.

- Ну подумай еще, прошу тебя… Я больше не могу ждать…

- Так это все же шантаж?!

- Нет, я буду терпеть, сколько скажешь… - он обнял ее.

Джастин фыркнул.

- Психи.

- Это – самый скучный диалог из всех, что я слышал, - сообщил Роуз. И крикнул громче в адрес парня. – Эй! Назови ее грязной ***, ***, *** и ***!

Парень остолбенел, Курт, Джастин и сам Роуз уставились на парочку. Девица взвизгнула что-то и ушла быстрым шагом.

Придурков пробил тупой хохот – Роуз согнулся почти пополам, а Курт и Джастин одинаково отклонились назад, гогоча, как кони. Панк выпрямился, вытирая выступившие слезы, но стараясь не размазать жирную линию карандаша для глаз, делавшую его похожим на лемура.

- Убил… - выдал он. А Курт все же потянулся поцеловать парня, но тот вовремя отодвинулся.

- У меня язык болит, - выпалил с ухмылочкой. И высунул уже заживающий язык, продемонстрировав титановый шарик в его середине.

Курт поверить не мог сначала, что Роуз тогда не шутил, когда рассматривал журнал. А потом просто чмокнул его в губы и потащил к дверям. Эберхард захватил рюкзак и оказался первым в их колонне из трех человек.

А Джастин  не выдержал и зашептал другу.

- Как ты его заставил?!!

- Да он сам… - протянул Курт, глядя вслед своему идолу, будто отпечатки его подошв искрились бриллиантами.

Джастин даже вздрогнул. «В тихом омуте…»

- Ты, кстати, знаешь, что с этой штукой очень круто делают… - он шепнул другу на ухо последнее слово, а Курт сначала изобразил праведное возмущение.

- Блин! Как ты можешь… Я не буду заставлять его делать такое!

Потом они оба посмотрели Эберхарду в спину. Джастин даже невольно опустил взгляд ниже спины.

- Может быть, - добавил Курт. – Может не буду…

Саманта постоянно оборачивалась на втором уроке, на истории. Сказать хоть что-то возможности не было, а Паркер старался девицу избегать. У него не проходило ощущение, будто в их паре мужик – она.

А еще сильно напрягало присутствие рядом Эберхарда. Под его курткой оказалась банановая кофточка той же длины – едва закрывающая ребра, зато обнажающая живот. Джинсы и правда сидели так низко, что запросто оголяли подвздошные кости, грозя сползти совсем неприлично.

Парень по привычке занимался ерундой, жевал жвачку, раскрашивал что-то в раскраске.

- Язык-то не болит?.. – не удержался Паркер, наклонившись к нему. Намекая, что видел все махинации одноклассника в пятницу.

- А у тебя? – отозвался Бен хрипло, потому что Роуз не собирался мучить свой многострадальный пирсинг ради ответа этому противному Саммерсу. Он продолжал жевать с закрытым ртом.

- А с чего бы ему болеть? – удивился Паркер совершенно искренне.

- Ну, вы же играли в доктора с Самантой, - осклабился Роуз, наконец посмотрев на него. Потрясающий факт – с шоколадными волосами он выглядел вовсе не таким жутким.

Пока до Саммерса доходило, и он медленно мрачнел, парень опять вернулся к раскраске.

- Ты… - начал было Паркер, но опять заметил странный, интригующий взгляд Саманты, воспользовавшейся тем, что мистер Диккенс отвлекся от учеников. Промолчал, а потом понял, что Саманта не просто смотрит, она чего-то хочет. Роуз покосился на них и пояснил то, что, казалось бы, его не касалось.

- Тебя в сумке ждет подарочек, - сообщила Салли.

- Чего? – Паркер округлил глаза.

- Пока ты выходил из класса после обществознания, она тебе туда кое-что положила, - промурлыкала Салли.

Саммерс наклонился и порылся в сумке. С квадратными глазами вытащил какие-то три шнурка с маленьким кусочком ткани. Хотя, тканью полупрозрачное кружево назвать было очень сложно.

И Роуз, и Паркер смотрели на этот «подарочек» совершенно одинаковыми взглядами – немного шокированными, каплю брезгливыми, но ОЧЕНЬ выразительными.

Эберхард нарушил священное молчание первым – его просто затрясло от смеха. Глухого, не требовавшего даже открывать рот. Саманта никак не могла обернуться – на нее смотрел мистер Диккенс, требовавший внимания к теме урока. А Паркер покосился на соседа, ожидая какой-нибудь колкости. И не зря ожидал.

- Я смотрю, ты в экстазе, - фыркнул Бен.

- Ты-то тоже, по-моему, - передразнил Паркер, убирая «подарочек» в карман, чтобы потом уточнить у Саманты: «О, боже, что это».

- Тащусь, - заверил Роуз, закрыл глаза, улыбнулся и с невероятно довольным выражением лица втянул носом воздух. – Ммм… Дух Томсон.

- Тебе говорили, что ты отвратителен?! – осведомился Саммерс, пялясь на него, но не в силах сдержать улыбку, так театрально это было.

- Столько раз, что я уже не считаю, - отозвалась нежная Салли, и парень вернул внимание к раскраске.

Биология стала кульминацией, Паркер толкался с собственным соседом по парте, забыв, каким был Эберхард еще пару недель назад. Тот возмущался, Бен матерился, Салли шипела и ныла, а Паркер пытался убедить Роуз, что правильно так, как он говорит, а не наоборот.

Лабораторная грозила стать полным провалом, но Саммерс решил отвлечь соседа и спихнул его рюкзак со стола, куда тот его положил. Бен не пострадал, грохнув о пол, но с шорохом из бархатного мешка выскользнули глянцевые квадратики черного цвета с кислотно-розовыми буквами. У Паркера глаза на лоб полезли, а Роуз резко ушел уровнем ниже, матерясь от души и сгребая чертовы презервативы в кучу. Пообещал себе не вытаскивать их из пачки вообще, а то привык уже, как идиот, кидать в рюкзак и забывать. Один из квадратиков, которых было не меньше десятка, оказался под стулом Паркера, и он его услужливо поднял. Повертел перед глазами, рассматривая. Потом нашел совершенно ужасающую надпись про какой-то там эффект поверхности и «супер-сильные ощущения».

- Дай сюда, - мрачно буркнул Бен, а Роуз выдрал у него из руки последний презерватив. Скинул их в рюкзак и сделал вид, что ничего не случилось. Спокойно продолжил мучить микроскоп и разрезанных червей, шевелящихся и корчащихся на предметном стекле.

Курт мучительно покраснел, поняв, что теперь Саммерс знает о многом… Ну а что поделать, если хочется все попробовать?!

- ***, - все же подобрал нужное слово Паркер.

Роуз молчал, ему было так стыдно, что просто умереть на месте был готов.

- Как не стыдно… - принялся издеваться Саммерс. А Роуз фыркнул наконец.

- А что такое стыд?

Он спросил это в философском смысле, мол, что такое стыд вообще?

- Я тебе потом словарь принесу, - пообещал Паркер, осклабившись. Ну вот, не он один теперь извращенец. И пусть Саманта одаривает его своими трусами, насилует до полусмерти и убивает башкой о спинку кровати, скача, как ненормальная… Эберхард с Маноном не лучше. «Супер-сильные ощущения», черт их возьми. Интересно, кому это надо из них? Неужто Манон импотент?

Или Роуз фригиден, как треска?

Думать о последнем было настолько в кайф, что в обеденный перерыв Паркер просто на крыльях летал, периодически посмеиваясь вместе с Осмондом, который был в астрале после увиденной картины «Эберхард, ползающий под партой и собирающий средства защиты от венерических болезней».

Жизнь постепенно налаживалась.

Вот только после уроков парочка опять отправилась к Манону, и Гарри с Паркером слышали, как Роуз звонил матери, уже сидя с Куртом в машине.

- Я у Курта останусь. Ладно? Да, конечно. Пока, - парень улыбнулся, щелкнул «раскладушкой», закрывая ее, и сунул в рюкзак. Джастин забрался на свое извечное место и в очередной раз подумал, что сильно ошибался насчет Эберхарда.

- Интересно, Манон знает, что Роуз – вентролог?.. – задумчиво протянул Паркер, глянув на Гарри. Тот отрицательно покачал головой, поджав губы и выпучив глаза. Забавная мордашка Паркера насмешила, он удивился.

- Почему не знает?

- Ну, его никто не просвещал. А может уже и знает. Мне без разницы, - Осмонд пожал плечами. Саммерсу очень захотелось поговорить об этом с Эберхардом, сказать ему что-то, вроде «Он же даже не знает, что ты такой. И ты ему не говоришь, так что у вас за странные такие отношения, если он о тебе ничего не знает?»

Останавливали несколько фактов.

Роуз сразу ответит что-то, типа «Ты обо мне тоже ничего не знаешь, так какая тебе разница?»

Или «Это наше дело,  без тебя разберемся».

Еще один факт – они уже уехали. И последнее – мать Эберхарда, кажется, была совсем не против их отношений.

А что, если Эберхард вообще решил завязать с вентрологией из-за Курта? Будет грустно и вообще тупо, он же самый необычный парень в этой школе, ему просто нельзя, непозволительно становиться «всего лишь девчонкой Курта Манона».

Паркер разозлился на самого себя. И правда, ему-то какая разница? Не его жизнь, не его правила, зачем лезть?

- Паркер, - Саманта приклеилась к нему, как только он оседлал велик, и сразу разулыбалась. – Я сегодня загляну к тебе?..

Гарри отвернулся, кашлянув, и Паркер понял – он напоминает об их последнем разговоре. Саммерс решил порвать с Томсон, не испытывая никакой потребности в шишках и пощечинах с синяками. Но не смог сказать это сразу при всех, да и глупо выглядело бы. Поэтому он решил пока соврать.

- Не могу сегодня, еду в Закер-Хиллс, я там забыл кое-что, - он виновато улыбнулся, чмокнул ее возле рта в щеку и  кивнул Осмонду.

Саманта осталась недовольна, она насупилась и пошла к шикарным друзьям.

* * *

Не успело все начаться, как следует, как дверь в комнату Курта неожиданно распахнулась, будто с пинка, и крутым, даже лихим качком в нее вошла… Миссис Манон. Она округлила глаза, сделала губы кольцом и захихикала.

- Вау… Извините… - почти вышла, держа в руке фляжку с коньяком, который уже допивала, но вернулась. – Я конечно дико извиняюсь…

Она рассмотрела собственного сына, который только что расстегивал штаны, потом Эберхарда, который под ним лежал и краснел, отвернувшись.

- Но, в общем-то… Я хотела тебе напомнить, скоро приедет Шарлотта…

- Кто?.. – Курт был недовольнее буйвола.

- Ну, Шарлотта! Девочка, с которой ты в октябре познакомился, когда мы ездили на Хэллоуин к Мартинсам. Ты же сам говорил, что она тебе дико нравится… Короче, мы с твоим папой решили, что вам лучше будет побольше времени проводить вместе. А то… Ну… Как-то это все мерзко, - она поморщилась, посмотрев на сына, потом на его любовника. И снова весело улыбнулась. – Ну, не буду вам мешать, продолжайте!

Она ушла, в комнате остались алкогольные пары, а Роуз задрожал от злости.

Он мало того, что отпихнул Курта, так сделал это с такой силой, что парень чуть не опрокинулся на спину. Принялся натягивать свою банановую кофточку, искать куртку, в которой вломился прямо в спальню. Сунул ноги в патрули.

- Ты чего?.. – испугался Курт. Он понял, что парень сейчас уйдет, мигом увидел сквозь ватные слои гламура и разврата настоящего Эберхарда – спокойного и мрачного до противности.

- Мерзко?.. – прошипел он, сверкнув глазами, уже отойдя к двери. – «Мерзко», значит?..

- Но это же не я сказал! – Манон младший опешил.

- А с какой стати я должен тратить на тебя свое время, если за тебя все решают мамочка с папочкой?! – он хмыкнул довольно жестоко. – Мне-то какая разница, кто тебе нравится? Ты через год женишься на какой-то сучке Шарлотте, а мне потом что делать? Господи, ну я затупил… - он закатил глаза. Это же надо, столько времени терпел скучный, унылый секс, чтобы услышать от алкоголички Манон «это мерзко».

- Да подожди, я поговорю с ней, все объясню… - начал лебезить Курт, прекрасно понимая, что не поговорит, а если поговорит, это не поможет. И Роуз это тоже знал, даже видел, как мечется взгляд красавчика, когда он врет.

- Хватит врать!!! - рявкнул он, и вставшему с кровати Курту под ноги неожиданно подъехал офисный стул, стоявший у стола.

Учитывая, что до него Роуз достать не мог в любом случае, так как стоял у двери, Курт опешил и упал обратно на кровать.

- Всего хорошего, - пожелал Эберхард и вышел, хлопнув дверью.

Столкнулся в гостиной с пьяной мамашкой Курта, которая удивилась, увидев его.

- Вы так быстро?.. – она икнула, прикрыла рот рукой. – Блин… Ты уже домой? Вызвать такси?

Роуз задрожал от злости очень заметно.

- Нет, спасибо, - прошипел, вдыхая так глубоко, что голова закружилась.

Когда он вышел на крыльцо, в прихожей неожиданно упала ваза. Миссис Манон лениво проследила вращение черепков на полу, махнула рукой и решила, что прислуга с этим разберется.

Курта трясло, он поверить не мог, что из-за такой глупости вся его мечта развалилась к чертям. Все пошло прахом из-за одного слова. Хотя, Роуз был прав, это все шуточки, они ненадолго, как бы Курт ни был в него влюблен. Отец-то все равно не поймет этой «мерзости». И ладно бы еще «избранник» был красотой обалденной. Например, таким же, как сам Курт. Но Роуз…

Манон младший закрыл лицо руками, потер его, потом запустил пальцы в волосы. Ему начало выносить мозги, ненависть к родной матери поднялась такой волной, что он прекрасно понял Эберхарда, который в приступе ярости чуть не убил его, оттолкнув.

* * *

Дома в этот раз была только Жаклин, Аврору удалось выпроводить на первое свидание за несколько лет. С каким-то таксистом, но это не было сутью.

Когда Роуз вошел в дом совершенно спокойно, Жаклин просто удивилась, он же звонил и говорил, что останется у своего Манона?

Странно. Пришел пешком, не приехал на такси, не Курт его подвез.

- Все нормально? – уточнила она, когда парень уже поднялся по лестнице. Тихо открылась и закрылась дверь его комнаты. Ответа не последовало, зато раздался такой душераздирающий крик, что Жаклин подскочила. Послышавшийся следом грохот ее вообще испугал, она отложила книгу, которую читала, и резво побежала наверх.

Роуз ненавидел эту жизнь и этот мир вообще. Проклинал тот день, когда Саммерс появился в их городе и школе. Все из-за него. Не пристань Паркер к нему, они бы не заговорили. Не познакомились, не стали бы общаться, даже сидя вместе. И тогда Роуз никогда бы не узнал о симпатии Курта, не пошел бы с ним в кино, не переспал бы, в конце концов. Не стал бы таким, каким стал. Точнее, не стал бы самим собой.

Маска развалилась на части. Вот он, Роуз Эберхард, сломан, разбит и ремонту не подлежит. У них дома, на каминной полке, где стояли часы, раньше красовалась уродская глиняная кошка. Обычная коричневая глина, а на шее уродки-кошки был вылеплен бант, раскрашенный красной краской. Роуз кошку не любил, она казалась какой-то глупой, но Аврора сказала, что она досталась ей от бабушки, поэтому надо ее хранить.

Однажды Роуз случайно ее разбил… не хотел, но уронил, задев локтем, из-за своей проблемы с координацией. Кошка упала, он испугался, что память о прабабке пропала, но  на полу в глиняных черепках лежала статуэтка девушки, принцессы. В белом платье. От него откололся кусочек, но Аврора не заметила, она была в шоке, она никогда и не знала, что внутри уродки что-то есть.

Роуз чувствовал себя сейчас уродской глиняной кошкой. Раньше он может и был красивой статуэткой, но когда понял, что таким статуэткам, как он, вечно стоять в тени Саманты Томсон и ей подобных, мигом растерял весь блеск и энтузиазм. И амбиции тоже куда-то делись. Он закрылся в уродской глиняной оболочке мрачного сумасшедшего мальчика, ведущего себя так, что его все боятся.

Паркер своим приездом неосторожно смахнул кошку с полки, она упала, разбилась, снова появилась статуэтка. Теперь уже с надеждой, что прошло время, все изменилось, что теперь будет даже любовь. Странная такая, не особо приятная, но все же. Есть парень, у парня есть тачка, деньги, есть настоящая жизнь, настоящие друзья. Статуэтка была в восторге. Настоящий Роуз.

Но вот, все опять пропало, а глиняные черепки уже кто-то выбросил в помойку, их не склеить обратно. После того, что последние две недели творилось в школе, никто уже не поверит, что он псих. Всем стало ясно, как день – либо Эберхард прикалывался, либо стал нормальным, благодаря Манону.

Но назад дороги точно не было. Не мог же он снова с ума сойти?

Жаклин осмотрела поле боя, приоткрыв дверь комнаты. Обнаружила скинутые с письменного стола книги, поняла, что так грохотало. Роуз просто смахнул их раздраженно, сел на стул (если не рухнул) и сейчас рыдал, спрятав лицо в сложенных на столе руках. Спина тряслась, рыдания стали совсем уж рычащими. Парень не знал, грустить ему или злиться.

И не потому, что с Маноном все кончено, а потому, что больше не притвориться идиотом. Теперь все будут воспринимать его, как равного. Сочувствовать, как равному.

Он не любил, когда его жалели.

Он тосковал по тому Роуз, который игнорировал, когда к нему обращались по имени, звали, просили что-то сделать. Что теперь без него делать?

И злился на Саммерса, из-за которого это все случилось.

- Что случилось?.. – вкрадчиво уточнила Жаклин, но не допустила ни нотки жалости в голос. Она-то знала, как племянник на это отреагирует.

- Ничего… - буркнул он в ответ, впрочем, начиная успокаиваться. Нос не дышал, стало совсем стремно.

- А поконкретнее?

Парень улыбнулся неожиданно, вдохнул глубоко, выпрямился, вытянул руки, упираясь ладонями в край стола, отклонился на задних ножках стула и ответил нежным голосом.

- А правда. Ничего не случилось. Я порвал с Маноном, все прекрасно, все просто зашибись, - он обернулся и посмотрел на тетку с улыбкой.

- Не переживай, бывает, - махнула рукой Жаклин. Уж она-то его понимала.

- Да я серьезно не расстроен, - вздохнул парень. – Меня другое злило. А Манон – ну его к черту.

Тонкий голос Салли прошептал чуть слышно.

- Он и трахался-то плохо, - а Роуз пошел в ванную.

Жаклин осталась с круглыми глазами. Подумала: «Бывает…» и пошла вниз. Племянник в своем репертуаре. Припадок, литры слез, резкое исцеление и блаженная улыбка, в которой так и сквозит «Мир – дерьмо».

* * *

Паркер устал сходить с ума. Он сел на кровать, хотел откинуться назад, на подушку, но каждодневные удары о твердый предмет головой сказались на его координации, и вместо подушки затылок встретился со стеной. Парень схватился за голову, лег нормально.

Уставился на часы. Уже девять. Вот интересно, чем занимается Эберхард? Хотя, тупой вопрос. Сидит у Курта дома, возможно даже лежит.

Как они этим занимаются? Это похоже на то, что происходит у Паркера с Самантой?

Саммерс хмыкнул, не в силах представить одноклассника в припадке страсти. Хотя, Курт вполне мог бы быть терминатором.

Зазвонил телефон, Паркер сразу его схватил.

- Да?!

- Нашел я его мобильник, -  вздохнул Гарри, делая вид, что не рад этому. – Только не понимаю, зачем он тебе.

- Да просто так, проверить кое-что, - фыркнул парень и схватился за ручку, вытащил лист бумаги из учебника, служивший закладкой и шпаргалкой одновременно. – Диктуй.

Гарри продиктовал и уточнил.

- Не поверишь, у кого узнал. У Джастина, который с Маноном таскается вечно. Он теперь в курсе всех их дел, типа друзья же.

- А как же, - вздохнул Паркер. – Ладно, завтра увидимся, я пока позвоню ему, спрошу кое-что.

- Давай, - Осмонд попрощался, не в силах дождаться следующего дня, чтобы узнать, о чем они говорили.

Паркер вдохнул, выдохнул, устроился поудобнее. Посмотрел в зеркало на шкафу зачем-то. Все его устроило. Воротник рубашки высовывался из-за ворота темной футболки.

«Чего я парюсь?!» - он  сам себя за это отругал и наконец набрал номер.

Его приготовления и прихорашивания остались незамеченными, потому что телефон Эберхарда молчал. Точнее, там играла музыка группы Негатив, которой парень заменил гудки. И все. Никакой реакции, Роуз не брал трубку.

Паркер сначала решил, что он просто ищет телефон, а потом вспомнил про Курта и про то, как после школы Эберхард звонил мамашке, отпрашивался.

Телефон был отключен и зверски запущен в подушку, Паркер вскочил.

«Сумасшедший дом», - подумал он. «Они там трахаются, а я звоню, как дурак. Теперь еще и номер останется в пропущенных, он позвонит, чтобы узнать, кто это…»

Его осенило, он занес номер в книжку и поставил особый звонок.

- Не бери трубку, это Эберхард. НЕ БЕРИ ТРУБКУ!!! – прошептал в диктофон и поставил это вместо мелодии. Вряд ли, конечно, парень ему когда-нибудь позвонит, но все равно. Это повысило самооценку. Мать сидела внизу, как всегда. Она едва-едва решалась общаться со своим хирургом на работе, так что Паркер уверен был – они и правда задержатся надолго.

Он подошел к двери, закрыл ее, надеясь, что Дейзи не приспичит стучаться по какой-нибудь дурацкой причине.

Включил музыку погромче, чтобы не глушила, но выносила все лишние мысли.

Долбаный псих.

Страшный, невменяемый, долбаный псих.

Матерится, страдает размножением личности, припадками агрессии и депрессивными фазами, меняющимися местами с маниакальными стадиями. Строит из себя шизика, хотя на деле здоровее всей школы Брокенгем вместе взятой. Из принципа не покупает линзы, зато уделяет очень много времени своей внешности. Уверен в собственной неповторимости, причем совершенно оправданно. Имеет кучу комплексов, которые пытается задавить, занимаясь вялым, неубедительным сексом с самым красивым старшеклассником школы.

Паркер почему-то был уверен, что секс у них вялый и неубедительный, потому что Курт слишком страдает по своему идеалу, а идеал страдает от нехватки насилия над ним. Даже не столько насилия, сколько страсти. Романтика тоже бывает разной, а вот Манон вызывает у всей школы невольные усмешки.

Саммерс взял свой старый галстук, который давным-давно не носил и носить не собирался. Сделал из него обычную петлю, привязал к дверной ручке и сел на пол, натянул эту петлю себе на шею. Вешаться он не собирался, конечно, зато сидеть, сложа руки, просто не мог.

Расселся поудобнее, затянул петлю потуже, так что, чуть сползая, он уже начинал чувствовать нехватку кислорода. Закрыл глаза, которые теперь так сильно нравились Саманте. Она разлюбила карие омуты Курта, зато по уши была влюблена в темно-синие глаза Паркера. С его черными, длинными ресницами глаза казались еще темнее, нижние веки почему-то всегда были чуть покрасневшими, так что Саммерс выглядел, как вечно романтичный и часто рыдающий герой какой-нибудь старинной легенды. Яркие, красиво изогнутые губы Паркера Саманта вообще обожала. Любила даже крашеные волосы.

Паркер психовал потому, что не мог выкинуть из головы миллион моментов, отпечатавшихся в его сознании.

Первый момент, когда он вообще только увидел психа издалека. Потом вблизи, когда сначала испугался. Затем в бассейне, следом несколько недель в школе. В пятницу  - совсем близко на площади в центре. Сегодня утром – в новом имидже тоже очень близко за партой.

Полуголая спина, которую он видел на биологии, заставила достоинство в штанах предательски дрогнуть. Паркер сполз еще чуть ниже, так что петля начала давить на горло, приятно лишая возможности нормально дышать. Он зажмурился, потом расслабился и улыбнулся. Да, эта спина заставляла его сейчас сходить с ума, хотя на биологии он был отвлечен тем, что Эберхард собирал презервативы с пола.

Презервативы.

Паркер опять зажмурился, в мозг полез табун картинок, но он их разогнал, заставляя медленно сменять друг друга, по очереди, как в кинопленке. Вот появился Эберхард во весь рост, потом внимание сфокусировалось на его животе. Плоском, натренированном, иначе он не умел бы так плавать. Но наверно мягком, если к нему прикоснуться в момент, когда…

Новая картинка была еще хлеще. Внимание ушло к подвздошным косточкам, к очертаниям того, что пряталось ниже ремня. Резинка и едва видная линия белья, обтягивающие задницу джинсы, свободно сидящие на ногах. Интересно, а он ради Курта строит из себя девчонку? У него гладкие ноги или нет? Наверно да, потому что, насколько Паркер помнил еще с той субботы, в бассейне, его ноги не обладали повышенной растительностью.

Теперь он еще и манерный псих. Извращенец.

Паркер сам не заметил, как оказался полулежащим на полу, с душащей его петлей на шее и рукой, медленно двигающейся по нарисовавшемуся стояку. Джинсы расстегнуты, все просто супер.

Никакой Саманты не надо, Эберхард заводил его куда больше, но о причинах этого Паркер думать не хотел.

Вспомнилась его шея. Бледная, с немного торчащими ключицами. Саммерс чуть не умер, когда вспомнил, что в какой-то из понедельников он очень нагло практически зажал одноклассника между лестницами и, опустив ворот его водолазки, держал рукой за шею. О, его способность к вентрологии била все рекорды сексуальности, Паркер вспомнил отчетливо каждый момент. Как дрогнуло горло, еле заметно двигалась ключичная ямка, в то время как чувственные губы были сомкнуты.

Они были прямо возле уха Паркера, который прислушивался к дыханию.

Стояк был даже не железный. Он был железобетонный, а парень тяжело дышал, продолжая заниматься банальным самоудовлетворением, ловя кайф от того, что немного задыхается.

* * *

Роуз лежал в ванне. Он лежал под водой, не налив в нее пену, чтобы не щипало глаза. Коленки торчали из-под воды, блестящие и гладкие. Да уж, ради эстетики и самолюбования можно было пожертвовать последними выражениями принадлежности к мужскому полу. Все равно морда не мужицкая, чего выделываться-то. Зато вот Курт его просто убивал своими небритыми подмышками. Трясти начинало.

Роуз лежал под водой, не дыша, задержав дыхание, которое неумолимо исчезало, заставляя грудную клетку сжиматься, гореть и намекать, что пора вдохнуть. Роуз не вдыхал, он лежал и смотрел в потолок ванной сквозь теплую воду, открыв глаза, уже почти не чувствуя, что они неприятно чешутся. Крашеные волосы напоминали темные водоросли в море, плавающие возле лица. Рот закрыт, руки лежат на бортах ванны, левая сползает, потому что борт соприкасается со стеной, а стена недовольна соседством с рукой.

В голове раздался голос Бена.

- Может, ты возьмешь трубку?

Его альтер-эго первым заметило звонок, это уже не удивляло, ведь марионетка сидела на столике, как всегда.

Роуз понял, что переборщил, что как-то достаточно уже депрессовать. Он схватился за борт ванны и резко сел, тут же закашлялся, судорожно вдыхая. Глаза полезли на лоб от смены условий. Роуз схватил мобильник, посмотрел на пропущенный звонок. Видимо, сознание зафиксировало его еще давно, пока хозяин игнорировал и лежал в ванне, наполнявшейся водой. Она шумела и заглушала звонок.

Номер был незнакомый, но Роуз посмотрел на время и решил, что это что-то важное. Неужели Курт? Нет, точно не он.

* * *

Паркер догонялся уже с сорванными вздохами, жмурясь, еще сильнее сползая на пол, так что петля давила невыносимо. Перед глазами так и стояло лицо Эберхарда. Как много у него эмоций, если задуматься. Он ухмыляется, он бывает спокоен, часто смотрел исподлобья раньше. Теперь смотрит на всех надменно и ехидно, готовый сказать очередную пошлую «шутачку». Он щурится, а в пятницу на площади злился, так что глаза сверкали.

Саммерс вспомнил его губы, потом симпатичный нос, по кончику которого так и хотелось щелкнуть, как это сделал тот мастер в тату-салоне. Не круглые, но не острые скулы. Все такое размеренно плавное, симпатичное, бесполое. Хочется прикасаться, хочется даже присвоить себе, поставить штамп «мое». А еще он проколол язык…

Когда зазвонил мобильник, Паркер как раз оглох и ослеп, ощущая, что задохнется, если не снимет петлю. Разозлился, вытащил башку из галстука, схватился за салфетки и услышал повторяющийся голос. Свой собственный шепот, идущий от трубки.

- Не бери трубку, это Эберхард. НЕ БЕРИ ТРУБКУ!!! – шипел мобильник, а парень еле справился с салфетками, выкинул в ведро под столом и схватился за телефон левой рукой, правой застегивая джинсы, поправляя белье. Встрепанный и чуть уставший.

- Не бери трубку, это…

Телефон замолк, Эберхарду явно надоело ждать. Зато Паркер откинул мобильник, как ядовитую змею и задумался. Если Роуз решил перезвонить, значит, он дома. Всего полдесятого, что он там так рано делает? Поругался с Маноном?..

На это Саммерс даже не надеялся, потому что догадка была из разряда «полный бред».

Он задумчиво ушел  в душ, охладиться и вернуть себе адекватный вид, чтобы не выглядеть онанистом и извращенцем, фантазирующим о своем однокласснике.

- Паркер, я ушла! – крикнула вдруг Дейзи, проходя мимо его комнаты по коридору, цокая каблуками.

- Куда?! – крикнул парень, уже успевший включить душ и намокнуть как следует.

- На одно очень важное свидание, - пояснила Дейзи, а Паркеру осталось только порадоваться, что хирург не такая уж недостижимая скала. Зато стало совсем тоскливо, он дома остался один.

* * *

Аврора вернулась от своего таксиста с букетом, немного уставшая и с тупой улыбкой. Натянутой, потому что, как только она упала на диван и скинула туфли, улыбка сползла и испарилась без следа.

- Не шикарно? – уточнила Жаклин догадливо. Сестра помотала головой.

Услышала шаги наверху и удивилась.

- Роуз дома?

- Дома-дома. Грустит, тоскует, наш богатый мальчик канул в неизвестность.

- Может, пойти к нему? – предположила мать неуверенно. Она вообще теперь сомневалась, что хорошо знает своего сына. Он сильно изменился, но иногда выдавал фразы, как раньше. По-прежнему разговаривал с Беном и Салли так, будто они были живыми.

- Оставь, - махнула рукой Жаклин. – Перебесится, пора взрослеть.

Роуз мрачно лежал на кровати, носом практически уткнувшись в стенку. Сопел и даже не разговаривал с Беном и Салли, которые пытались его развеселить и разговорить. Полчаса он мучился, потом повернулся, посмотрел на часы и вздохнул. Он никогда не лежал в постели в десять, так что заснуть не получится в любом случае.

В окно что-то ударило, так что парень вздрогнул и уставился туда. Ветка, что ли?

Стук повторился, но Роуз уже понял, что кто-то сильно умный кидается в него либо камнями, либо еще чем-то.

Подошел к окну, медленно его открыл и сразу отшатнулся – в комнату влетела метко запущенная шишка.

Он высунулся прежде, чем полетела еще одна, и Паркер понял, что не ошибся, когда гадал, какое окно принадлежит однокласснику. Он сильно сомневался, что тройное – это окно его спальни, поэтому выбрал обычное, с темными занавесками, которые начали развеваться от ветра, когда Роуз наконец высунулся. Шишку Саммерс опустил, так и не кинув.

- О, привет, - выдал он тупо, а Эберхард закатил глаза, облокотился о подоконник и шепотом сообщил так вкрадчиво.

- Если хочешь знать, у меня дома есть дверь.

- Если хочешь знать, то у тебя дома еще и мать есть, - сообщил Паркер спокойно, потом осмотрелся и, ничего не найдя, спросил. – А лестница здесь где-нибудь есть?

- Чего ты вообще приперся?! – Роуз наконец возмутился, затолкав свой романтизм подальше. На самом деле ему безумно понравился этот странный ночной визит противного одноклассника. Злость на него уже почти прошла.

- Я звонил тебе, а ты трубку не брал. Я забыл у тебя кое-что, по-моему. Мы это… Учебники перепутали, - выдал он наконец.

- Какая разница, они одинаковые, - логично удивился Эберхард, продолжая выглядывать и рассматривать его, хоть в комнату и задувал ледяной ветер. Парень не стал уточнять, что тоже звонил, но решил, что это не тот номер был.

- Да у меня там просто шпаргалка осталась на завтра, так что позарез нужно. Так где лестница?

- Через дверь не пойдешь? – повторил Роуз.

- Ну так не интересно же, дай мне почувствовать себя Маноном.

Выпалил и пожалел, потому что Эберхард скрылся и закрыл окно.

«Блин… Значит, они поругались…»

Окно открылось только через десять минут, которые Паркер потратил на поиск лестницы возле гаража. Возле него было все, что угодно, даже тачка, но никакой лестницы он не нашел. Окно открылось, это факт, но уже на первом этаже, в гостевой спальне, в которую Роуз спустился через кухонную лестницу с крутыми ступеньками, чтобы в гостиной не столкнуться с матерью и теткой. Спустился, держа в руках куртку и патрули, на цыпочках ступая по коридору. Вылез в окно и прикрыл его, но не захлопнул.

- Так чего ты приперся? – уточнил он опять, наклонившись и сунув ноги в обувь, натянул куртку.

- Уче…

- Никакого учебника у меня нет, я только что смотрел. Все мои,  - мрачно сообщил Роуз, а Паркер начал активно сочинять объяснения. А потом решил забить на это и взял одноклассника за локоть, потащил со двора на улицу.

- Пошли, прогуляемся, - предложил.

- Да ты вообще?! – Роуз возмутился, тем не менее, шагая за ним. Обернулся, посмотрел на темное окно своей комнаты и решил, что прогулка не помешает.

- Не вредничай, а? – попросил Паркер, усмехнувшись.

- Тогда не тащи меня, - Роуз вырвал руку, но его снова за нее взяли, на этот раз уже за запястье, как в пятницу на площади. – Как ты вообще узнал, где я живу?!

Паркер умолчал, каким тоном Гарри говорил ему улицу и дом, потому что у Осмонда в каждом слове звучал вопрос: «Ты спятил?! Зачем?! Все расскажешь по-любому!!»

- Догадался, - выпалил он, а рука сползла с запястья на кисть, Паркер взял парня за руку по-нормальному. Роуз высоко выгнул правую бровь.

- Куда мы идем? – осведомилась уже Салли.

- Ну… Вообще, ко мне, - сообщил Саммерс задумчиво, вспоминая, как он попал сюда пешком по темноте, потому что фонарей горело очень мало. – Но я сомневаюсь, что помню, куда идти.

- Ладно, задам вопрос по-другому, - решила «девушка». – Где ты живешь?

- На Мур-Стрит, а что?

- Нам в другую сторону, - закатил глаза Эберхард и поволок его направо, хотя они чуть не свернули налево. Когда Роуз говорил, что-то щелкало, это Паркер уловил сразу, привыкший к его голосу. Понял, что это шарик штанги стучит о зубы, умилился. А когда они вышли прямо к его дому, даже удивился, как парень хорошо знает город. Хотя, неудивительно, он здесь живет всю жизнь.

- Чего стоим? – осведомился у одноклассника, а тот уточнил безумно скромно.

- А что, дома у тебя никого нет? 

- Дейзи ушла, - пожал плечами Паркер.

- А родители?.. – Роуз решил, что Дейзи – сестра Саммерса.

- Дейзи – моя мать, - закатил глаза Паркер и тронул его за пояс, зацепил пальцем шлейку джинсов, которые были сегодня утром в школе, и подтащил к калитке, открыл ее, протолкнул одноклассника к крыльцу.

Про отца Роуз спрашивать не стал, догадавшись, что его нет вообще. Прямо, как у него самого, такое замечательное совпадение.

В доме было темно, а в комнате Паркера еще и холодно, он забыл закрыть окно. Но когда включил свет и все же закрыл стеклопакет, стало намного лучше.

- Ну теперь-то ты мне скажешь, чего хотел? – уточнил Роуз, проходя и рассматривая красные стены, потолок. Мятая постель с красным же бельем ему понравилась куда больше, чем стильный траходром Манона. Маленькая лампочка, наклоненная к самой тумбочке тоже умилила, это был не огромный кремовый торшер, как у Курта. Здесь был только легкий намек на освещение.

- Да просто так. Саманта достала, я сказал, что занят. А потом решил кого-нибудь позвать… Осмонд не мог, - он предупредил логичный вопрос, солгав. – А твой адрес я давно знаю, - опять соврал. В конце концов решил, что раз Роуз его не перебивает, значит не психует уже. Подошел к нему и опять тронул за пояс, полоску голой кожи между полосатой кофточкой и низкими джинсами. Эберхарду пришлось сесть на кровать, куртка шуршала, так что он ее снял, оставил на стуле возле письменного стола.

- Хочешь чего-нибудь?

- Чай, - выдал «желанный гость». И Паркер уже отправился было за чаем, но остановил его странный взгляд Эберхарда, направленный мимо него. Темная бровь выгнулась совсем уж красиво, карий глаз смотрел ехидно, а серый насмешливо.

Саммерс проследил этот взгляд и понял, что забыл убрать галстук с ручки двери.

«Блин…»

- Зачем он тебе там? – полюбопытствовал Роуз.

- Понятия не имею, что он там делает, - равнодушно пожал плечами Саммерс и ушел наконец за чаем. Себе решил тоже принести, потому что комната еще не нагрелась. Он-то к холоду привык, а вот Эберхард?

Когда он вернулся, Роуз сидел все в той же позе, так что наглым не выглядел. Как-то подрастерял свой пафос, которым красовался в школе с утра. Но и мрачным тоже не был.

- Держи, - Паркер протянул ему большую кружку. – Там сахар есть, ты не против?

Роуз двинул бровями, глотнув, мол, все в порядке. Облизнулся и уточнил.

- Ты и Томсон чаями поишь тут?

- Да нет. А тебя это так волнует?

- Да просто спросил. Ты же лезешь ко мне с расспросами про Манона.

- А ты мне все равно ничего не говоришь, - пожал плечами Саммерс. – Так и будешь сидеть? – он удивился.

- Да я вообще могу уйти, - фыркнул Эберхард, не понимая намека.

-  Я не для того мерз на улице и собирал шишки, честно. Ложись, а то я не хочу сидеть, как идиот.

Роуз закатил глаза, нога о ногу скинул патрули и забрался на кровать. Кружку поставил на подоконник и уставился на забравшегося за ним Паркера.

- Так почему ты не с Самантой сегодня?

- А ты почему не с Куртом?

- Мы порвали, - сообщил парень спокойно.

- А чего так плохо? – притворно расстроился Паркер, но нагло уставился на соседа по парте, а сейчас по кровати, приподнявшегося на локте. Роуз понял, что этот придурок не отстанет в любом случае. Поэтому вздохнул и лег нормально, поставил кружку горячим дном себе на живот, придерживая рукой.

- Его мать сказала, что нашла ему какую-то девчонку, а я – «мерзко».

- Серьезно? – Паркер ушам не поверил.

- Ну, она сказала, что «Это – мерзко», - более честно пояснил Роуз, но по голосу было слышно, разницы он не видит.

Кровать была широкая, так что они даже ничем не соприкасались. Разве что локтями, но это уже детали.

- И поэтому я решил с ним порвать, - закончил он, сам понимая, что прозвучав, причина стала глупой. Это был всего лишь повод послать Манона, и Паркер это тоже понял.

- А Томсон просто тупая, - фыркнул он честно. – Безмозглая курица. И озабоченная. Трахается, как сумасшедшая, будто ей батарейки вставили.

- Видимо не вставили, - усмехнулся Роуз, повернув голову и посмотрев на него. В профиль Паркер был вообще хорошенький. Особенно в таком полумраке. И вообще, удивительное дело – разговаривать с ним было куда приятнее, чем с вечно ехидными и все знающими Салли и Беном. А уж вот так откровенно признаваться в том, что Курт – мудак, просто экстаз.

Паркер чувствовал примерно то же самое, получая удовольствие от того, что честно высказывает мнение о Томсон. Даже Гарри не всегда понимал его жалобы. Ну трахается девица, как сумасшедшая, так что в этом плохого? А Эберхард его понять явно мог.

- Это точно. Даже не знаю, как ее послать поосторожнее. Есть идеи?

- Скажи, что у тебя… - Роуз задумался, глотнул чая, постаравшись не подавиться вот так, лежа. И выдал вариант. – Триппер, к примеру. Или еще что-нибудь такое…

- И вся школа узнает, ну конечно!

- Ну тогда не знаю.

- Вопрос за вопрос, вообще-то, – понял вдруг Паркер. Он-то рассказал про Саманту! – Теперь говори, что у вас с Маноном там.

- Там? – с огромным сарказмом уточнил уже Бен.

Паркер молчал, а Роуз вздохнул опять и поднял руку, сжал кулак и оттопырил только средний палец, показал Паркеру.

- Видишь?

- Ну… - мрачно подтвердил Саммерс, решив, что ему хамят.

- Вот у него меньше.

Эберхард правильно сделал, что минуту назад отставил кружку на широкий подоконник, потому что Паркера пробило на такое ха-ха, что кровать затряслась вместе с ними.

- Бедняга… - не удержался он.

- Кто? – затупил парень.

- Ну он… ну и ты тоже, наверно, - Саммерс вдруг смутился. Черт, они на такую тему разговаривают. Эберхард лежит рядом. Такой теплый, живой. Не бешеный, как та же Томсон.

А он, Паркер, час назад подло дрочил, думая о нем. Полный финиш… Стало невыносимо стыдно.

- И как… Ощущения?.. – не выдержал он все равно, так что тут же получил по лицу одной из подушек, которую Роуз выдрал между кроватью и стеной. Паркер заткнулся моментально, от возмущения даже рот приоткрыв. Вот, значит, какой Эберхард наедине с кем-то. Совсем даже не отморозок.

Но Роуз успел отвернуться и закрыть лицо руками, когда его приложили подушкой в ответ. Она мягко ударила по плечу, так что особого впечатления не произвела, ответ же пришелся Паркеру по затылку, он что-то заворчал на тему «У меня и так голова болит, столько раз бился», а Роуз мерзко захихикал своим шепчущим голоском.

Что-то зашуршало, Паркер остановился, взлохмаченный и немного оглушенный. Посмотрел на мятое одеяло, на котором они лежали, и увидел знакомые черные квадратики. Роуз мучительно слился по цвету со стенами, сгреб «средства защиты» одной рукой.

- Из кармана выпали, - пояснил скромно. А потом осклабился и протянул все три штуки Паркеру. – Дарю, вам с Томсон нужнее, - он ухмыльнулся так ехидно, что Саммерсу захотелось кого-нибудь убить. Но он решил не смущаться и сделать пафосное лицо.

- Ты такой щедрый, с ума сойти, - забрал эти три квадратика и оставил на тумбочке, рядом с лампой.

Роуз сменил тему, глянув в окно.

- О, звезда падает.

- Это вертолет, - скептически отозвался Паркер, тоже посмотрев на небо.

- Вертолет падает? – усмехнулся парень, а Саммерс оценил «шутачку» и захихикал.

Через двадцать минут смущение то ли совсем прошло, то ли мутировало и стало чем-то другим, но разговаривать стало проще. Особенно удивляло Эберхарда то, что они лежали на одной подушке, повернувшись друг к другу. На боку, практически нос к носу. И шепотом болтали о каком-то тупом, извращенном бреде.

- А Манон что сказал, когда ты его послал?

- Ну мямлил что-то, но я не очень слышал, - таким же шепотом отозвался Роуз, рассматривая тонкие полоски на футболке Паркера.

- А Томсон мямлить не умеет, она орет, как резаная.

- Ты такого хорошего о себе мнения?.. – скептически осведомился Эберхард, глядя на него серым глазом.

- Нет, причем тут я. Она просто сама орет, как в кино. Видимо думает, что это очень круто.

Роуз засмеялся, Паркер обрадовался, что хоть рассмешить его смог. Потом подвинулся еще ближе, так что действительно чуть не коснулся своим кончиком носа чужого. Положил ладони под щеку, а Эберхард задумчиво так рассматривал его цепочку на шее, трогая ее пальцами.

- Не дыши на меня, и так жарко, - буркнул он, на самом деле просто стесняясь. Потому что уверен был – Паркеру совсем не в кайф так близко рассматривать его рожу.

Он ошибался, Саммерс получал удовольствие от этого.

- Могу окно открыть, - фыркнул Паркер, и одноклассничек заткнулся, не особо голосуя за холодный ветер в спину. – Слу-у-ушай… - протянул он. – А помнишь, я к тебе тогда подошел, в пятницу? Ну, в первый день?

- Ну, - Роуз еле сдержался, чтобы не улыбнуться, вспоминая испуганное лицо новичка.

- Ты серьезно говорил про это все? – Паркер хотел сказать «про этот бред», но подумал, что если это было серьезно, то будет считаться оскорблением. – Про друзей, все такое…

- Нет, просто хотел посмотреть на твою реакцию, - прохрипел Бен, а Роуз продолжал рассматривать цепочку. На самом деле, она его не интересовала, просто смущало, что надо как бы в глаза смотреть на таком близком расстоянии. Но они же вроде как друзья, им можно так валяться и болтать.

Тем же самым успокаивался и Паркер.

- То есть, и в кабинете, и на улице ты просто издевался?! – возмутился он, приподнявшись на локте, Роуз не шевельнулся, продолжая лежать на боку и излишне заинтересованно изучать царапину на пальце.

- Ну, весело же было, - фыркнул Бен наконец. Паркер вздохнул и опустился обратно. Даже сполз пониже, чтобы ухом прислониться к груди «друга».

- А если честно, это сложно?

- Что сложно? – наивно переспросила Салли.

- Догадайся с первого раза, - закатил глаза Паркер.

- Да не очень. Любой может, только научиться надо.

- Правда тупым это недоступно, - добавил Бен.

- А Манон в курсе?

- Нет, - буркнул уже сам Роуз.

- А чего так?

- Зачем ему? Ему это ничего не скажет, - пискляво пожаловалась Салли.

- Ибо тупой, как пень, - добавил Бен, как всегда, в тему и честно.

- Понятно… А мне нравится, - выдал Паркер. Его и правда умиротворяли эти глуховатые голоса, идущие будто из-под ребер.

- Вопрос за вопрос, - напомнил Эберхард, положив руку ему на спину и даже не заметив этого.

Саммерс промолчал, ожидая вопроса.

- Скажи, вот если бы тебе предложили заняться сексом в любом месте. Какое бы ты выбрал? Ну, там… Пол, кровать, стол, ванна, гамак, гараж, крыша, лавка в парке, машина, - Роуз азартно начал перечислять.

- А ты? – Паркер и самому стало интересно, он поднялся выше и снова лег на подушку, подвинулся чуть ближе, чем нужно было.

- Морг наверно, - вдруг выдал Роуз, уже давно обдумывавший этот вопрос и ответ.

У Паркера глаза на лоб полезли, а парень удовлетворенно осклабился.

- Морг?! – Саммерс обалдел.

- А что? Кладбище – уже скучно. Тем более, там очень холодно сейчас, плита пыльная  и грязная, вся в камнях каких-то. И сторож там есть. Да и не страшно вообще. А морг…

- Ледяной стол из хирургической стали, мигающая галогеновая лампочка, несколько трупов, накрытых простынями и холодильник с ящиками, да? – предположил Паркер.

- Точно, - шепотом согласился Роуз.

- Классно. Только ни у одного парня в такой обстановке нифига не встанет, - фыркнул Саммерс, и снова получил тычок кулаком поддых.

- Тогда давай свой вариант.

- Не знаю, где, но прикольно было бы облиться чем-нибудь сладким… Типа вина или сиропа даже.

 Роуз сразу вспомнил про Темноту и решил, что это круто – липкие капли, текущие по рукам, скользкое тело.

- Ты извращенец, - сообщил он, не озвучивая своих мыслей.

- Ну да, я хочу трахнуться, вымазанный в сиропе, и я извращенец, а ты жаждешь поиграть в патологоанатома и его пациента и ты нормальный, - с сарказмом согласился Паркер.

- Отмываться зато не придется.

- Зато холодно и страшно, - парировал парень.

- Все равно, я бы попробовал. И то, и другое, - смело заявил Роуз. – Можешь считать меня психом, хотя ты и так считаешь.

- Да я знаю, что ты выпендриваешься просто. А  с кем пробовать-то собрался? С Маноном помиришься?

- О, господи, - Эберхард закатил глаза, поправил челку. – С кем угодно, только не с ним. А ты Саманту поливать вином будешь? – усмехнулся он.

Паркер даже вздрогнул, так что дрожь передалась через их соприкасающиеся колени.

Больное сознание мигом напомнило про голую спину, чувственные, капризно изогнутые губы, которые сейчас были так близко. Симпатичный нос, разные глаза, никогда не открытые полностью, будто Роуз всегда хотел спать и чуть прикрывал их.

Саммерс решил – будь, что будет, все равно убегать Эберхард не станет. Ну заорет возмущенно, ну врежет, может быть. Ну обидится и уйдет, но не убежит точно.

Объявит бойкот, но и это не проблема.

В конце концов, попытка – не пытка.

- Я бы лучше с тобой попробовал, - выдал он таким же спокойным, улыбчивым шепотом, будто они продолжали болтать о «шутачках».

- Хорошая шутка, - спустя минуту усмехнулся Роуз.

- Высший класс, - согласилась Салли.

- Ты юморист, - прохрипел Бен.

- Да нет, я серьезно, - оскорбился Паркер. Неужели он настолько неубедителен?!

- У нас нет вина, а от морга нужны ключи, - осклабился Роуз, найдя отговорку и в то же время маскировку для своего недоверия пополам со смущением. Комплексы поперли только так. Если уж на Саммерса даже Саманта клюнула и отпускать не хочет, то куда до нее Эберхарду?

- Вино есть. И сироп, - Паркер захихикал противно.

- Когда ты приперся ко мне, я как раз вышел из душа, - отшутился Роуз.

- Значит, перенесем на следующий раз, - вздохнул Саммерс без особого сожаления.

- Не подумай, что я зануда, но для следующего раза нужен хотя бы первый, - сообщила Салли, а вот Роуз очень даже ехидно и скептически смотрел на одноклассника серым глазом.

Смотрели они друг на друга секунд двадцать, а потом Паркер все же потянулся ближе. Взгляд у Эберхарда так и метался -  то на губы одноклассника, то на его глаза. А Саммерс смотрел только на губы, очень сосредоточенно. Кончик его носа коснулся щеки парня, и тот закрыл глаза.

Паркер только неуверенно прикоснулся, чмокнув медленно, как сначала Саманту в кинотеатре – пробуя и глядя на реакцию. Сразу открыл глаза и чуть отстранился – Роуз так и остался с закрытыми глазами, приоткрыв рот. Саммерс чуть не запищал от восторга. Ну вот!!! Главное – решительность! Хочешь одноклассника? Иди и бери его! Точнее, иди и целуй его!

Паркер вернулся на место, снова закрыв глаза и продолжив приятнейшее в мире занятие. Одно из приятнейших. Никакого разврата и грязи не было, что удивило обоих сразу. Курт целовался откровенно и нагло, Саманта принималась вылизывать чуть ли не до глотки, а потом сползала на шею и слюнявила уже ее. А в этот раз – никакого избытка влажности, Паркер увлеченно изучал различия поцелуя со своей «девушкой» и с уже свободным от отношений Эберхардом. С последним, как ни странно, было приятнее. А проколотый язык, который не стал причиной отказа, как в случае с Маноном, безумно радовал. Это было необычно, но Саммерс трогал серьгу аккуратно. Правая рука как-то сама поднялась и сначала погладила Роуз по щеке, потом пальцами повернула его лицо удобнее, чуть приподняв. А рука Эберхарда на месте тоже не лежала, она вытянулась, проникнув между плечом и шеей Паркера, согнулась и пальцами зарылась ему в волосы.

Саманта так нежничать не умела, а Курт никогда не действовал настойчиво. Либо топорно, либо по-детски, но не настойчиво.

Эберхарду было очень и очень стыдно, просто скулы горели, он был в шоке. С Маноном даже в первый раз такого не было, было скучно, неинтересно и спокойно. А вот с Саммерсом даже страшно, ведь его реакцию предсказать было невозможно.

Целовались они, как котята, мило, скромно и нежно. Ну, не очень скромно, но точно нежно, осторожно. Рука Паркера опустилась, сначала потянула за широкий ворот полосатой кофты, стаскивая ее с плеча парня, но потом Саммерс понял – так ее не стянуть, поэтому запустил руку под кофту снизу, трогая прохладную от соседства с окном спину. Да-да, ту самую, которая завела его совсем недавно.

Молодость – вещь прекрасная, стоило только начать целоваться, как лучший друг Паркера начал рваться с цепи, постоянно пытаясь прорваться сквозь джинсы. Осталось ему только погавкать.

Это Роуз почувствовал. С Куртом, опять же, такого не было, а теперь он машинально закинул левую ногу Паркеру на бедро, чем тот моментально воспользовался, просунув между его ног колено и перевернувшись вместе с парнем, оказался сверху.

Эберхард на ощупь был очень худой. Учитывая, что можно было ощупать каждое ребро, а позвоночник немного выпирал, он действительно был на грани стройности и худобы. Зато насчет живота Паркер не ошибся… Может, когда Роуз плавал или занимался чем-то спортивным, и чувствовался жесткий пресс, но сейчас, когда Паркер просто прижался к нему, было мягко и нежно.

Он запустил уже обе руки ему под кофту, задирая ее и гладя одноклассника по бокам, не переставая целовать, прихватывая губы. Пришлось отвлечься, чтобы кофту стащить, а сам Паркер стянул с себя футболку и снова устроился поудобнее, они перевернулись в очередной раз, и сам Саммерс оказался прижат спиной к стене.

Роуз сначала еще скромничал, но потом его подстегнул голос Салли в голове.

«Вот это, я понимаю, страстно…» - протянула девица.

«Настоящий секс!» - засмеялся Бен, будто наблюдал за всем этим. И Роуз, поддавшись на провокации «друзей», опустил руки, начал мучить ремень на джинсах Паркера, расстегивая его, а потом осторожно опуская замочек «молнии».

Саммерс удивился, как спокойно и почти профессионально он это сделал – парень даже не успел испугаться за сохранность своего достоинства. С Самантой это было страшно, постоянно приходилось бояться, что «молнией» кое-что прищемит.

Но когда за резинку белья проникла чужая рука, Паркер вообще чуть не умер. Как бы это ни делала Саманта, никогда ощущения не сравнились бы с теми, что были сейчас. Его чуть не затрясло от возбуждения, губы соскользнули и переместились на шею, так что Роуз ее выгнул, подставляя, но рукой двигать не перестал, сам дрожа от своей наглости.

«Он не подумает, что я пошлый?» - уточнил он.

«Вряд ли», - решила Салли.

«Он сейчас не в том состоянии, чтобы думать», - хмыкнул Бен и угадал, как ни странно, Паркер уже не просто целовал чужую шею, он ее кусал до боли, но Роуз не чувствовал, он закрыл глаза и то и дело вздыхал хрипло, хватая воздух ртом, насильно заталкивая его в легкие. Подстегивало еще и то, что уж размерами Курт точно Паркеру уступал.

Не успел Роуз прикоснуться к нему достаточно откровенно, как Саммерс снова перевернулся, уронив парня на матрас и прижав к нему, так что кровать дрогнула. Целуя без оставшегося смущения взасос, шаря руками по телу, никак не в силах наиграться с ним, он наконец дошел и до широкого ремня, быстро расстегивая  его.
Пока Паркер старался, не желая отвлекаться только на штаны, Роуз протянул руку к тумбочке, на которой Саммерс оставил заветные глянцевые квадратики. Но слава координации! Случайно смахнул их на пол, продолжая шарить по тумбочке возмущенно, но не находя нужного. Паркер оборзел и, уперев левый локоть в подушку над плечом одноклассника, правую руку так же нагло запустил ему в штаны. Эберхард дернулся, согнув колени, но успокоился, когда его шею опять принялись увлеченно кусать. А еще обрадовало то, что волосатыми подмышками Саммерс не страдал, это вообще очень доставило, парень замурчал, так что Паркер почувствовал это губами, как вибрацию возле ключиц. У него раньше была кошка, большая рыжая Леа, так вот она так же урчала, когда ее «мучили».

Одну ногу Роуз все же согнул, перекинув через согнутое бедро сидящего и нависшего над ним одноклассника. Но вторая была по-прежнему вытянута. Грудная клетка постоянно опускалась и поднималась куда круче, чем обычно, ресницы дрожали, рот был приоткрыт. Челка упала на лицо, но Паркер провел ладонью и убрал ее, чтобы не мешала. Теперь это лицо уже совсем не казалось уродливым. Оно и раньше стояло на грани уродства и красоты, а теперь стало ясно – таких больше не существует. Роуз наверно с другой планеты, с планеты, где все настолько красивы, что их лица не испорчены четкими мужскими или женскими чертами.

«С Маноном он так же себя вел?» - подумал Саммерс, посмотрев на парня и снова закрыв глаза, ставя ему засос на шею. «Сомневаюсь», - самодовольно решил, вспомнив про размер меньше пальца.

- Да блин… - вырвалось у Эберхарда, когда он в миллиардный раз тронул тумбочку, но не нашел презервативы.

- Чего?.. – очень отрешенно осведомился Паркер, уже начиная всерьез стаскивать с парня штаны. Штаны сопротивлялись, но не слишком убедительно. Пришлось отстраниться, чтобы стащить их хотя бы до колен, но тут же вернуться, потому что Роуз сделал такое выражение лица… Что-то, вроде «Ну ты куда?!»

- Уронили, - тупо и бессвязно сообщил он, а Паркер сразу понял, но решил не концентрироваться на этом. Стащил чужие джинсы до конца, откинул на пол и прижался уже вплотную, так что парень машинально обнял его ногами, не переставая смущаться. Помогало не умереть от стыда только то, что Паркер тоже очень волновался и тоже не имел ни клочка одежды на себе.

- Потом разберемся, - сообщил он, просто фанатея теперь по каждой мелкой черте чужого лица. Пальцы он и так уже зарыл в крашеные волосы одноклассника, балдея от того, какие они мягкие. И вовсе не жесткие, как казалось до этого.

Дейзи вернулась со свидания довольная, немного навеселе из-за вина, но очень позитивная и радостная. Хирург был отличным мужчиной, но не только. Он был отличным человеком, который не считал своим долгом затащить красотку стоматолога в койку. Угостил ужином в хорошем ресторане, так что Дейзи вернулась просто на крыльях. Это еще учитывая, что подвез он ее на своем «БМВ». Не «Мерседес», конечно, но тоже что-то.

Она вошла, скинула туфли, улыбаясь, пошла наверх, собираясь промолчать, потому что Саманта могла опять оказаться у них. А скидывать родного сына с девчонки криком «Я дома!!!» Дейзи было стыдно. Она помнила прекрасно, как родная мать портила ей юность такими криками.

Но, пройдя мимо приоткрытой двери, она невольно зацепилась слухом за звуки. Тут же округлила глаза. Это не был визг и писк Саманты, это вообще не были крики женским голосом, ничего членораздельного никто не произносил. Но кто-то определенно вздыхал, постанывал, мурлыкал.

«Точно не Паркер», - подумала мисс-силикон. Мозги у нее, слава богу, были не силиконовые, так что она прислушалась получше и вообще не поняла, кто это там. То ли баба, то ли мужик, но голос не разобрать.

- Уронили, - выдохнул кто-то, а Паркер ответил.

- Потом разберемся.

Опять шорохи, чмокающие звуки, кто-то явно целовался с ее сыном.

Дейзи аж страшно стало, кто же это там…

Но потом она вспомнила разговор Паркера с его одноклассником перед уикендом. Шепчущий странный голосок она запомнила прекрасно, и вот теперь…

«Господи, боже мой, мама мия!!!» - пронеслось в блондинистой голове.

Стало не столько страшно, сколько любопытно, верна ли догадка. В конце концов, это личное дело каждого, а она сама не была рада Саманте. Но надо же проследить, все ли в порядке!

Дейзи тихонько подкралась на цыпочках к двери вплотную, приоткрыла ее…

Парни были слишком заняты, чтобы обратить на это внимание. Дейзи сравнялась по цвету кожи со стенами и постельным бельем в комнате сына, увидев все это.

«Надо привыкать, мой сын – почти взрослый мужчина, если считать слово «мужчина» определением человека мужского пола, имевшего половую связь с человеком женского пола», - подумала Дейзи, застыв на пороге. Но это было что-то с чем-то во всех смыслах.

 Что-то лежало под Паркером на кровати. Лицо Дейзи увидела только мельком, когда что-то повернуло голову, но сразу отвернулось, подставляя шею под губы Паркера. Это точно был его одноклассник, которого она видела в магазине. Но он в прошлый раз был белобрысым!

«Мало ли», - подумала Дейзи, рассматривая бардак в комнате. Помимо обычной неразберихи на полу теперь валялась одежда вперемешку. Где шмотки Паркера, а где этого парня – было непонятно.

Дейзи собралась уйти и сделать вид, что ничего не видела и не слышала, но тут парень протянул руку к тумбочке, ощупывая ее. Второй рукой он обнимал Паркера за шею, не собираясь прерывать поцелуй. Мисс Саммерс посмотрела на пол перед тумбочкой и увидела глянцевые упаковки, подкралась, подняла их и ненавязчиво положила на тумбочку ближе к лампочке. Так что рука Роуз наткнулась на них, нащупала и взяла один квадратик.

Дейзи метнулась на выход, прикрыв дверь. Но снова ни Паркер, ни его новый любовник не обратили внимания, Саммерс только отвлекся на вполне логичный процесс, радуясь, что поиски завершились успехом.

«Безопасный секс – это главное. С кем он – значения не имеет», - подумала Дейзи и расслабилась. В конце концов, она в университете тоже много чего пробовала.

Правда по-пьяни обычно, но кто знает, может мальчишки уже тоже успели набраться где-то… Блондинка поймала себя на мысли, что наблюдать за этим было гораздо приятнее, чем видеть, как бешеная Саманта скачет на его сыне, как истеричка. Ну, и вид у Паркера был довольный-довольный, уж точно не похожий на тот, с которым он бился затылком о спинку кровати.

Услышав утробный стон, она наконец закрыла дверь своей спальни и вместо того, чтобы густо покраснеть, позавидовала собственному сыну и его однокласснику. Вот у всех есть личная жизнь, а ей достался всего лишь ресторан.

«Как ощущения?» - издевалась Салли, а Роуз уже был уверен, его многочисленные альтер-эго не всегда подчиняются его воле. В этот момент он вообще не в состоянии был думать и сосредотачиваться на каких-то голосах, а они вдруг ожили.

«Кайфуешь?» - усмехнулся Бен хрипло, так что парню стало стыдно. Паркер и сам чуть не застонал, правой рукой гладя его по задранной ноге, по голой коленке, прижатой к его ребрам. Ниже коленки тоже. Краем сознания отметил, что догадка была верна, ноги у Эберхарда были гладкими. Даже не хотелось думать, какое это мучение для парня может быть.

Паркер и не думал, он только наслаждался ощущением огромной разницы между Самантой и Роуз. Саманта бешеная, Роуз страстный. Он просто не может называться некрасивым или фригидным, потому что вскрикивает и стонет настолько искренне, что симуляцией это даже параноик не назвал бы. Паркер не смог сдержаться, болея очередным сдвигом собственничества, принялся опять целовать его. Возле рта, а потом в губы, мешая парню голосить и выражать эмоции.

Но Роуз с этим быстро разобрался, вскрики стали приглушенными, но шли прямо от горла, не мешая целоваться.

Кровать тряслась, безусловно, но не так быстро и стремно, как с Куртом. Не было не то, что времени, даже возможности открыть глаза и смотреть по сторонам. Да и чувство ритма у Паркера было. Роуз посмеялся бы над этим, снабжая смех своими грубыми шутками, но не успевал. Ритм был тот, что нужен. Резко, плавно, потом снова резко и опять плавно, так что Эберхард не успевал успокоиться. Ощущения и эмоции переливались уже через край, так что он почувствовал странный жар. Такого с Маноном уж точно не было. Было холодно и немного некомфортно. А вот с Паркером было очень жарко, почти до сердечного приступа, резко, больно и невероятно приятно.

Паркер наклонился, шепча ему уже в ухо, обжигая срывающимся дыханием и замерев.

- Больше не могу, - признался, как в чем-то позорном.

- Я тоже, - высоким голосом отозвался парень, пытаясь восстановить дыхание, но не получалось. Открыл глаза, посмотрел на Паркера, но тот от этого взгляда чуть не кончил, так что спрятал лицо в подушку над правым плечом Роуз и продолжил двигаться. Эберхард снова почувствовал боль и удовольствие, зажмурился, запрокидывая голову, пропустив руки под руками Паркера и прижавшись к нему, ногтями царапая спину, лопатки в основном. Он не выдержал первым, чуть не отключившись.

«Вот это, я понимаю, клево…» - выдала Салли. Если бы она была материальна, она бы непременно стояла перед кроватью с пакетом попкорна.

«Аж завидую», - фыркнул Бен.

Если и было стыдно кому-то из них, то только Роуз и только немного, потому что он не уверен был, что Паркеру понравилось. Еще гору салфеток перевели на запачканные животы, Паркер похихикал над тем, что бы парень делал, отключись Саммерс, лежа на нем.

Роуз ответил, что заснул бы. Он сначала вообще еле шевелился, спрятавшись под одеялом, натянув его до подбородка. Но Паркер был наглее, куда наглее Манона. Он встал, прогулялся за выкинутыми с кровати трусами, натянул их. Сгреб шмотки парня и великодушно ему отдал.

- А может переночуешь у меня, а завтра пропустишь первый урок, домой сгоняешь?

- О, да. А матери с теткой я так и скажу: «Понимаете, занят ночью был, но вышел через окно, вы не парьтесь».

Паркер закатил глаза, отвернувшись по просьбе. Хотя, это скорее был приказ. «Ну может отвернешься?! Не насмотрелся?» Роуз оделся, чувствуя, что это не похоже на то ощущение, которое было после первого секса с Куртом. Тогда он шел идеально ровно. А вот теперь немного от бедра, причем ступая осторожно.

- Все в порядке? – уточнил Паркер, заметив его задумчивое выражение лица. Роуз натянул патрули и взял куртку со стула.

- Ты такой заботливый, - хмыкнул он. – Конечно в порядке. Проводишь до двери?

- А, конечно, - Паркер сорвался с места, натянул футболку, сунул ноги в обувь и захватил свою пафосную, косившую под кожаную куртку. Как швейцар открыл перед Эберхардом дверь и пошел следом по лестнице. В прихожей оба застыли, уставившись на туфли Дейзи возле вешалки.

- Твоя мать дома?! – одними губами возмутился Роуз.

«Вот черт…» - подумала Салли.

«Сюрприз!» - хмыкнул Бен.

- Я сам не знал! – шепотом отозвался Паркер. Посмотрел наверх. – Она наверно ничего не заметила. Ты же не психопатка Томсон, - он вздохнул с облегчением. Удовлетворенный тем, что только что было. - Я тебя провожу, - вызвался он.

- Сам дойду, - сделал страшные глаза Роуз. Не в смысле ужасные, а в смысле очень убедительные.

- Нет, не дойдешь! Тебя шатает, ты устал, - Паркер затих уже на втором слове, смутившись и поняв, что городит бред. Потер шею рукой и посмотрел в пол. Открыл дверь и указал Роуз пальцем на крыльцо. – Пошли.

- Ты не пойдешь, - мрачно выдал Роуз, но его вытолкнули, Паркер вышел следом, закрыл дверь.

- Быстро, - скомандовал. – Хотя… Можно и медленно. Подышим воздухом, - он показушно глубоко вдохнул. Роуз покосился на него, делая вид, что не замечает, как чья-то рука обняла его за талию. Переступил, и они пошли нога в ногу, не шатаясь.

Курт не провожал сам, хотя мог подвезти. А подвезти, имея машину, сможет любой. Такси вызвать – вообще не романтично. А вот пешком провожать довольно далеко – это действительно какой-то намек на чувства. Более того, Паркер в городе вообще не ориентировался.

- Ты обратно-то пойдешь, не заблудишься? – усмехнулся Роуз, посмотрев на него.

- Не заблужусь, - закатил глаза Саммерс. Ненавидел, когда его считали тупым.

- Как скажете, сэр, - прохрипел Бен, и Паркер сразу раздумал обижаться.

До дома Эберхардов, стоявшего почти в лесу, окруженного деревьями, они дошли за руку. Еще минуту надо было идти по высыпанной гравием дорожке, по которой обычно подъезжал «Фольксваген» Авроры. Дом стоял последним на Элм-Стрит, так что никто из соседей не имел возможности подглядывать за семейством психов. Курту, кстати, не нравилось, что приходилось царапать днище тачки о гравий, но приходилось.

Шурша камушками, парни все же дошли до крыльца.

- Ладно, до завтра, - вздохнул Роуз, чувствуя себя дурацким персонажем какого-то романа. Он сунул руки в карманы короткой куртки и сделал почти равнодушное лицо. Но немного вкрадчивое, чтобы понять, о чем думает Паркер.

- Завтра ты точно придешь? – уточнил Саммерс озабоченно.

- Ну, собираюсь, по крайней мере.

- Подожди, - его остановили прежде, чем Роуз успел отвернуться и пойти к крыльцу. Паркер держал его за локоть, шагнул поближе и уточнил. – Прости за тупой вопрос, но… Тебе понравилось? – он уставился на парня взглядом кота, который интересуется – дадут ему тапком по заднице за сметану или нет.

- Мне – да, - все же признался Роуз. – А тебе?

- А ты сомневаешься? – Паркер уставился на него квадратными глазами. Нет, ну он правда псих. Но это из-за комплексов. – Мне тем более. Вообще шикарно, - заверил.

- Это хорошо… Знаешь, радует уже то, что у тебя больше, чем мой палец, - он не удержался от грубого ехидства, но ухмылка пропала, когда Паркер приблизился совсем вплотную. Чуть наклонился, поэтому Эберхард вообще затаил дыхание.

«Самое время для ненавязчивой музыки», - вздохнула мысленно Салли.

«Или для такой резкой, типа металла, просто жесть…» - перебил ее Бен.

Паркер опять коснулся кончиком носа щеки парня, наклонив лицо поудобнее. Роуз закрыл глаза, Саммерс тоже. Прихватил губами губы, чмокнул, повторил уже серьезнее.

Отпустил не через пять секунд, как собирался, а через две минуты.

Аврора была в ужасе. В депрессии даже, Жаклин махала на нее журналом.

- Все в порядке с ним, просто спит, - уверяла она. – Вот и не отвечает.

- Стены картонные, ты же знаешь, какие у нас дома здесь… Неужели не слышит?!

- Он не дурак же, чтобы с собой что-то делать! – возмутилась Жаклин.

- Но в первый раз с ним такое случилось, может и не выдержали… нервы… - Аврора чуть не заплакала, но Жаклин глянула в окно и перестала махать журналом.

- Насчет нервов полностью согласна, - странным голосом протянула она.

- А чего ты усмехаешься?! – разозлилась Аврора, но проследила взгляд сестры и онемела. В окно было прекрасно видно, как перед крыльцом(!!) стояли и целовались Роуз с каким-то парнем.

- Так ведь это не Манон, - прошептала Аврора, ничего не понимая. – Как… Он же… ты же сказала, что он наверх пошел?

- Ой, как пошел, так и ушел, может просто не заметили, - закатила глаза тетка, подбираясь к окну и выглядывая осторожно. – Тоже хорошенький, кстати, парнишка.

- Да? Невероятно… Значит, все в порядке?

- Ну, если считать, как быстро он нашел Курту замену, «порядком», то да, все в норме, - фыркнула Жаклин. С другой стороны, сцена за окном была куда романтичнее, чем обычные облизывания Курта и Роуз в тачке первого.

Паркер наконец оторвался, решив на надоедать. И с умным лицом попрощался.

- Спокойной ночи, - пожелал он и подождал, пока Роуз скроется за дверью, открыв ее своими ключами с миллионом брелков. А потом Саммерс тупо улыбнулся, глядя на закрывшуюся дверь, уже имея возможность показывать свои эмоции и не бояться услышать насмешку в ответ. Ведь от Эберхарда всего можно ожидать.

Развернулся и пошел по гравиевой дорожке обратно к улице перед лесом.

Жаклин проводила его взглядом в окно, усмехаясь. Парень почти вприпрыжку пошел, тупо улыбаясь и запустив руку в взлохмаченные, стильно стриженые волосы. Он точно был лучше, чем гламурный до противности Манон.

- Надо было залезть через окно, как вылезал, - сообщила она, а Роуз понял, что затупил. От счастья и удовольствия он совсем забыл, как покидал дом.

Растерянный взгляд «Ой, я дебил…» тетку умаслил и успокоил Аврору. Она только сделала сердитый вид.

- Мог бы предупредить, что уходишь.

- Я не знал, - вздохнул Роуз и сел на диван рядом с теткой. – Я собирался спать вообще, а он в окно шишками кидался, и короче я вылез в окно, мы пошли к нему. Посидели, поболтали, потом он меня проводил и все.

По лицу и улыбке было видно, что далеко не все, но Аврора списала это на поцелуй перед домом. Жаклин вообще умолчала. На унылый видок после визита к Манону это было непохоже, значит, все действительно было супер. Растет племянник, растет…

- И вообще, я не поздно. Еще часа нет, - улыбнулся парень, закончив свою объяснительную речь. – Я пойду?

- Ужинать не будешь опять? – вздохнула мать. Парень решил признаться наконец, а то надоело втихаря пить йогурты.

- Ты только не ругайся, - он посмотрел не на мать, а на тетку. И высунул язык так, чтобы видно было только шарик штанги.

Дар речи у женщин пропал.

- Когда ты успел?! Как так?! Господи, ну что за… Изуродовался!

- Так ведь не на лице, а во рту, - пожал плечами Роуз, и обе истерички замолчали, поняв, что он прав. – Надоест – вытащу. Во рту заживет, а на лице нет. Так что я не буду ужинать, да, - вздохнул.

- Вот же… Нравы у молодежи… - Жаклин вздохнула, глядя, как племянник дошел до холодильника, достал бутылку йогурта и ушел наверх по лестнице. – Но хорошо, что с этим скользким Маноном покончено.

- А мне он казался хорошим парнем, - удивилась Аврора.

- Хороших парней у трудоголика и алкоголички получиться не может, - сурово и немного грубо отозвалась Жаклин. – Вот. Да и вообще, сильно сомневаюсь, что этот Курт – сын трудоголика. Скорее нагуляла его мамашка с каким-нибудь альфонсом.

- Хватит уже сплетничать, - махнула рукой Аврора, и сестра успокоилась.



Просмотров: 19016 | Вверх | Комментарии (117)
Помочь проекту

Код баннера




Код баннера




Код баннера
SiteMap generator