20 Глава

Дата публикации: 22 Сен, 2010

Страниц: 1

Посвящается нашей бете,

замечательному человеку и художнику Pti.

Она как никто из нас заслуживает похвалы за то,

что «Белый волк» стал именно таким,

каким является на настоящее время.

Спасибо ей огромное!

 

Заслышав крики, Эр’Миэль развернул коня. У ворот уже началась настоящая свалка. Стрелки… Эр`Ваис проглядел целый отряд! Откуда?! Как и где прятались?!

- Стой! Риммердин! – он высматривал чалого жеребца, на котором ехал Феникс, но так и не увидел. Зато заметил Миртэлла, пытавшегося вытащить засевшую в плече стрелу.

- Aialare(1)! – аберовен перешел на родной язык. – Resare!(2) Прикройте Феникса! 

Он рванулся назад к воротам,  увидел, как из-за спин арбалетчиков выбегают мечники и останавливаются, не торопясь под копыта.

Впереди трое навалились на яростно сопротивляющегося Риммердина.

- Feinare!(3) Nad Yarin!(4)

Эр’Миэль на полной скорости рубанул державшего мальчишку головореза и повернул храпящего коня назад, пытаясь достать остальных.

- Эр’Риммердин! – меч свистнул мимо лысой, как яйцо, головы здоровяка, уже достававшего из-за пояса короткий топор. – Можете встать?

Из ворот, топча мечников, вылетела конница аберовен. Немногие арбалетчики, успевшие выбраться из общей свалки, обстреливали их.

Несмотря на численный перевес, дело складывалось не в пользу нападавших.

Эр’Миэль оглянулся. Феникс уже поднимался, но путь ему преградил третий, показавшийся знакомым бородач.

- Риммердин, сюда! – выкрикнул Миэль, но в следующую минуту боль затмила все вокруг, он оказался на земле. Удар лысого здоровяка  был столь силен, что звенья кольчуги брызнули в разные стороны. Топор поднялся и опустился еще раз.

Румил не видел этого, но, в отличие от аберовен, узнал бородатого. Да еще бы не узнать! Салем. Капитан пиратов не пытался ранить или убить, просто не позволял приблизиться к своим.

- Что тебе от меня надо!? – ему нужна была лишь одна возможность добраться до негодяя, но абордажная сабля головореза не подпускала его достаточно близко.

- И-и-их, дорогой! Строгий, да? Зачем сердишься? – ощерился пират. - Хочешь  об этом поговорить? Салем в гости зовет: пить-есть, говорить будем!

- В гости?– гневно сверкнул глазами Румил, делая выпад. - Останови своих людей. Немедленно!

- Ва-а-а, почти достал, да! Ай, молодец, мальчик! Умный, красивый, благородный… – он принял удар кинжала на клепанный металлом рукав куртки. – А где хозяина потерял? Сбежал, гяварэ? Или он тебя поменял?

- Я не гяварэ! Нет у меня хозяев! – ответил Румил, наступая. Ненавистное слово заставило вскипеть кровь, двигаться быстрее. Уходить, защищаться... Сейчас! Получи! Кинжал оставил длинную царапину на лице Салема, едва не лишив его глаза.

Румил неприятно ухмыльнулся, глядя на пирата. Не ждал? И тут в затылке вспыхнуло солнце.

- Ай, зачем так бьешь?! Убить хочешь!? – Салем смотрел на своего боцмана недовольно. – Дорогой пленник, да! Живой нужен!

- Ослоухие робиш(5), всю охоту испортили, – Салем поморщился, глядя, как один из северян разворачивает коня, чтобы вернуться. - Разомкнуть ряды! Ко мне, акульи потроха! К Тиаматис солдат!

Лысый боцман подхватил бесчувственного мальчишку и, не дожидаясь повторного приказа, двинулся туда, где ждала менее строптивая добыча.

 

* * *

 

Нутро болело так, что не продохнуть. Эр’Миэль с трудом открыл глаза и сдавленно выругался. Ругаться всяко лучше, чем стонать. Носилки из плащей – это значит, какое-то время его уже несли. Заслышав голос капитала, рядом тут же нарисовался Миртэлл, заботливый и предупредительный до тошноты.

- Не двигайтесь, капитан. Вам лучше бы отлежаться!

- Я знаю... - боль была такая, что перед глазами плавали черные круги. Он смутно помнил, как его тащили, кто-то звал его по имени.

– Где Риммердин?..

- Кольчуга спасла вас, но топор все же нанес глубокую рану. Я почистил и перевязал, как умел. Эх, знал бы, что будет нужда, выучился бы на лекаря. Надеюсь где-нибудь поблизости есть поселения. Отряд нуждается в отдыхе и лечении, а лошади скоро начнут умирать под седоками…- затараторил над ухом Миртэлл.

Эр’Миэль тяжело перевел дух. Судя по всему, Феникса они потеряли. Глупый мальчишка. И зачем было вмешиваться в чужую войну?

- Это были работорговцы. Я, кажется, видел одного из них в порту, - сообщил Миртэлл.

Миэль нахмурился.

- Не переживайте, капитан. Риммердин жив. Его оглушили и утащили куда-то, пока я пытался...

- И ты позволил? – капитан скрипнул зубами.

- Я успевал вытащить только вас, – аберовен отвел взгляд, изучая собственные руки. Там, у ворот, он не кинулся к мальчишке на помощь, стараясь вынести истекающего кровью капитана.  Ему и в голову не пришло, что они вели себя как трусы, капитан прав, следовало развернуться и дать отпор этим негодяям. Отбить Феникса, Нагваля, защитить местных эльфов...

- Надо найти Риммердина. Не прекращайте поиски!

- Эр' Ваис приказал возвращаться в горы. Слишком мало бойцов, да и раненые требуют ухода... Потом мы выкупим Феникса в городе, разбойники вряд ли узнают, кто у них в руках. А если что случится, Феникс возродится снова,– удрученно повторил чужие слова воин и торопливо продолжил. - Эр’Ваис опытный воин и уверен в том, что спешка излишня. Лейтенант напомнил нам, зачем изначально мы прибыли на континент и объявил, что собирается выполнить первый приказ. Вернуть Эр’Риммердина в Фенрист – это не первоочередная задача, – Миртэлл постарался говорить как можно нейтральнее, чтобы не задеть гордости капитана. Как бы Эр’Миэль не подумал, что он упрекает его или ставит под сомнение воинские заслуги капитана.

- Скажи ему, пусть едет за Фениксом, – раненый поймал и сжал его запястье. - Человек, который захватил Риммердина – торговец. Что если кто-то предложит ему хорошую цену за мальчишку? Мы можем больше никогда не увидеть Судью.

-                   Да, капитан, – Миртэлл коротко кивнул и заботливо подоткнул одеяло. Глядя на бледное осунувшееся лицо, он с тревогой понимал: герой его юношества смертен. - Не двигайтесь. Я все передам. Отдыхайте.

 

- Как он? – Эр’Ваис неприязненно глянул в его сторону.

Миртэлл упрямо наклонил голову, избегая взгляда лейтенанта.

 - Капитан хочет, чтобы мы двигались без остановок и разыскали Феникса. Эти люди…

- Нет. Я уже решил, – отрезал лейтенант мрачнея.

- Но, Эр…

- Твоя задача – лошади и раненые, – пререкаться с Эр’Ваисом было бесполезно. И подчиненные давно усвоили это. – Возвращайся к своим обязанностям. Если не справляешься, я назначу другого. Еще вопросы есть?

- Нет, – Миртэлл втянул голову в плечи и придержал коня, пропуская всадников. Возвращаться к капитану не хотелось, так что он выбрал место посередине. Как-то так повелось, что нужные доводы и слова приходят тогда, когда спор уже проигран. А ведь он многое мог сказать Эр’Ваису. И о капитане, и о Фениксе, и о друзьях, которых они обрекали на участь пленников, а в последствии возможно даже рабов! Нет, так нельзя.

Миртэлл решился. Снова поравнявшись с лейтенантом, объявил:

- Мы не можем оставить своих товарищей без помощи. Мы приехали сюда защищать мирные поселки от работорговцев. Может, попытаемся догнать корабли? Не будут же они плыть без остановки!

Эр’Ваис вздохнул.

- И что ты предлагаешь? Бросить раненых, загнать лошадей? И что мы противопоставим трем десяткам головорезов, которые, в отличие от нас, полны сил? Наша задача – спасти тех, кого можно. Уничтожить угрозу другим родам и, наконец, вернуть Феникса. Если его убьют, он возродится. Если нет, то рано или поздно мы найдем его. Но сначала надо позаботиться о безопасности.

Миртэлл неуверенно повел плечами, хотя не совсем понимал, что за угрозу имеет в виду Эр’Ваис.

- Не понимаешь? Я говорю об Ар’Нарисе. Во всем, что случилось, повинен только темный. Это из-за него мы заехали в эту глухомань. Риммердин совершенно потерял голову, гоняясь за ним и уговаривая Палача не убивать. Это смешно! Проклятый упивается чужой болью и кровью, он не пощадил даже своих родичей! Убийца, работорговец, палач. Будь он трижды проклят, этот одержимый!

Жеребец неожиданно всхрапнул, и уперся, мотая головой и отказываясь идти дальше.

- В чем дело, Легконогий? – Миртэлл похлопал его по шее. – Устал? Потерпи немного. Вечером… отдохнем вечером.

Он поднял голову, чтобы убедится – его конь не единственный, кому вздумалось поартачиться. Остановились все.

Легок на помине, в десяти шагах справа от тропы стояла причина всех бед – Ар’Нарис.

 

* * *

 

Миртэлл внезапно ощутил, как вдоль позвоночника пробежался холодок. Слишком знакомое ощущение. Всхрапнул конь. Эльф вздрогнул, поняв, что авангард подался назад, волна остановок прокатилась по всему отряду.

-Тихо, тихо, - Миртэлл погладил бархатистую гнедую морду жеребца и тут же повернулся к соседу. - Келес, подержи, - сунул поводья южному родичу и рыбкой протиснулся на обочину, пытаясь рассмотреть, что там творится впереди. Одинокая темная фигура заставила молодого эльфа передернуться от озноба.

-Миртэлл… - голос Эр’Миэля долетел очень слабо, но на удивление ясно. – Останови их. Пусть отходят… нам не выстоять. Скажи… пусть уводит.

-Да, капитан, - аберовен решительно побежал вперед, не задаваясь вопросом, как Миэль почувствовал появление одержимого.

Миртэлл не увидел, как беловолосый сорвался с места. Меч оказался в руке Нариса - тусклый, уже измазанный в чьей-то крови.

- Сомкнуть ряды. Раненых назад, - Эр’Ваис извлек свой клинок с тихим лязгом. Никому даже в голову не пришло заговорить с ангмортцем: присутствие Тиаматис ощутил каждый.

Миртэлл уже был достаточно близко и видел, как серая полоска стали отчеркнула выверенное сильное движение сверху вниз, Ваис дернул коня в сторону, блокировал атаку.

- Убить его! - скомандовал Эр’Ваис, едва успевая просто подставлять меч под атаки беловолосого, так что даже лязг клинков получался жалобный, со скрипом. Трое северян справа и слева от Ваиса, навалились на моровен, пытаясь взять его в кольцо, лишить маневренности. Заржал конь, когда седок направил  его прямо на темного. Звери не слушались, прижимая уши и скалясь, не желая приближаться к одержимому. Беловолосый вертелся вихрем между ними.

- Стойте! – Миртэлл проталкивался вперед. – Эр’Миэль приказал отступать, - но никто даже не обернулся.

- Не отступать! – выкрикнул Эр’Ваис. - Уничтожить...

Закончить ему не дали. Одержимый поднырнул под удар и нанес ответный. Лезвие косо вошло в живот. Аберовен выронил меч, вцепился в руку темного, стараясь удержать на месте.

- Эр’Ваис! - Миртэлл застонал от бессильного гнева.

Ему было смутно видно, что меч беловолосый выпустил, увернулся от удара кинжалом, ринулся в сторону ближайшего всадника. Уйдя от очередного удара, он проткнул северянина вторым клинком и завладел его оружием. Крик раненого добавил ему сил, глаза полыхнули злым смехом, и одержимый молниеносно нанес капитану еще одну смертельную рану. Нарис обернулся к остальным.

- Бей! – крикнул кто-то.

- Стоять! Уходите... – выкрикнул Эр’Ваис, и тут же вызверился на одного из своих уцелевших разведчиков, рванувшегося навстречу смерти.

Никто и не думал уезжать. Воины спешивались, намереваясь дать последний бой вместе со своим товарищем.

- Миртэлл, – Эр’Ваис он с трудом выпрямился, зажимая рану на животе. – Уводи раненых. Мы прикроем, - он покачнулся, но устоял на ногах.

Один из разведчиков развернул коня и бросил его в атаку. Темный увернулся. Ответный выпад пришелся на меч, одержимого атаковали, теснили со всех сторон. Ему не хватало длинного клинка, и, улучив момент, он оказался рядом с Эр’Ваисом. Увернулся от слабого замаха, подсек под колени.

- Проклятье! – Эр’Ваис повалился. Сила удара лишила его последних сил, в глазах потемнело, и он больше не двигался. Нарис забрал меч и рубанул ноги ближайшего коня. Рванулся к следующему противнику, рубанул наискось, и оскалился, когда брызнувшая кровь испачкала лицо.

Никто из сражавшихся не видел, как остатки отряда потянулись в глубь леса.

 

* * *

 

Нужно было остановиться на привал, но мысль, что по их стопам следует одержимый, не давала покоя. Нет, конечно, Нарис не отстанет и не собьется со следа. Глупо надеяться на это.

Миртэлл грустно глянул на повозку, в которой ехал капитан. Эр'Миэль был без сознания.

- Думаешь, он поправится? – Диа подъехал и пристроился по другую сторону повозки.

- Да, - твердо заявил Миртэлл.

- Он ничего не говорил больше? Куда мы теперь поедем? Что будем делать? – Эльф рассматривал бледное лицо капитана.

- Поедем вдоль берега озера, я уверен, здесь есть еще поселения. Найдем кого-нибудь, поставим на ноги капитана... Отдохнем немного, и нужно будет найти Феникса, - задумчиво проговорил Миртэлл.

Диа ответ удовлетворил, и он поотстал.

Раненый шевельнулся неловко и застонал, потревожив рану. Миртэлл тут же оказался рядом и помог улечься поудобнее.

- Хотите пить? Есть? Может настойку?

- Воды, – Эр’Миэль тяжело сглотнул вязкую слюну. Он дождался, пока ему поднесут кружку, пока Миэль устроится на телеге подле него, покривился – в кружке вместо воды плескался горький настой. Его хватило лишь на два глотка. - Я умираю, Миртэлл. Вы должны будете найти Риммердина и вернуть его в Фенрист. Слышишь меня?

-Слышу, капитан – молодой эльф кивнул, - Но вы рано себя хороните. Все не так уж и плохо. Вы выкарабкаетесь! Надо только добраться до хорошего знахаря.

- Ты знаешь, что это неправда. Я чувствую. У меня все внутренности огнем горят, - Миэль не испытывал никаких заблуждений. - Выполни мою последнюю волю…

- Но... У нас не осталось никого, кто поведет отряд. Нет, не думайте... Все будет хорошо… - он поднес к губам Миэля флягу с настоем. Оглядел повязки, потрогал горячий лоб... Снова жар. И это не смотря на мазь и свежую перевязку. Заражение, он не сумеет остановить его, нужен хороший лекарь! – Вы должны жить. Мы не сможем без вас... На нас напал одержимый. И я приказал отступить… от вашего имени. Простите, - аберовен повинно склонил голову.

Раненый прикрыл глаза. Миртэлл заволновался, стоило признаться, как он заново осознал всю дерзость своего поступка.

- Миртэлл, ты должен возглавить отряд. Вернетесь к сиренам и упросите их отпустить Эр’Керра. Пусть в заложниках останется кто-то другой. Расскажешь ему о том, что произошло и передашь командование.

-Я? - воин покачал головой. Среди отряда он был далеко не самым умным, умелым, храбрым... Нагваль... если бы здесь был Нагваль, он мог бы возглавить их отряд. Но друг, как и Риммердин, в руках разбойников. – Я не могу. Меня не станут слушать.

- Ты только что признался, что командовал отрядом от моего имени, - уголки губ чуть дрогнули, - Мне следовало бы дважды наказать тебя…

- Но вы были в беспамятстве, бредили. А с Ар’Нарисом нам не справиться. Простите, капитан, простите меня… - Миртэлл судорожно оправдывался, пока не сообразил, что капитан улыбается, - Э-э…А-а-а…за что второй раз?

- За невыполнение моего последнего приказа, – синие глаза смотрели почти как прежде, чуть насмешливо, чуть оценивающе. Лишь на дне крылась усталость. – Учись нести ответственность за свои деяния. Прими обстоятельства как есть. Как я принял.

- Я не знаю…

Улыбка превратилась в гримасу, Эр’Миэль чувствовал себя выдохшимся. Слишком много сил приходилось тратить на увещевания. Передумать? Нет, мальчишка справится.

- Отставить, – капитан нахмурился, - Что за нытье?

Миртэлл протяжно вздохнул. Глотнул из фляжки, покривился от горького вкуса лекарства. Оспаривать решение капитана, отнимая у раненого последние силы, было грубо. Приказ получен, так почему же так страшно?

Старшие сестры смеялись над ним, говорили, что у него не хватит характера стать настоящим воином, но Эр’Миэль верит ему. Может, от того что никого больше не осталось? Или капитану ведомо что-то, чего он сам не знает о себе?

- Я постараюсь найти Риммердина и доставить домой. Но если не получится…

- В моей сумке с вещами есть бумага и перо. Подай, – прервал его раненый. Дождавшись, пока воин доставит требуемое, велел. – Садись, пиши, - голос у Миэля был глухим, как будто размытым, - Я, Эр’Миэль седе Эр’Танис из ветви Вестеля, передаю командование и вверяю свой отряд Миэлю эль Расмиэль, до момента, пока Эр’Керр седе Эр’Танис не сменит его на этом посту, либо пока не найдется кто-то более подходящий на пост капитана. Поставь мое имя. Поднеси поближе, – Миэль просмотрел документ.

- Все. Теперь принеси мне воды, - потребовал капитан, устало прикрывая глаза. Но вместо воды ему снова подсунули настой. Уже через несколько минут Эр’Миэль задремал.

Стараясь не потревожить капитана, Миртэлл перебрался на свою лошадь.

Небо над головой обложило войлоком туч. Завтра утром наверняка зарядит дождь. Надо придумать, как сделать навес над повозкой Эр’Миэля. Надо раздобыть лекарства, отправить раненых в долину к родичам, сменить лошадей, занять денег на выкуп, отыскать работорговцев и выкупить у них Риммердина. Миртэлл вздохнул. Попробуй, сделай это все! И некому подсказать, поддержать. Помолиться?

- Великий Раудрам, – Миртэлл поднял голову к небесам, хотя вовсе не был уверен в правильности направления. Жрецы до сих пор спорили, о местоположении верховного божества. Были и такие, кто утверждал, будто бы Раудрам почивает под землей или на дне океана. – Дай мне силы, чтобы выполнить волю моего капитана. Я не умею командовать, я боюсь совершить ошибку, я не хочу платить за свою глупость кровью своих друзей. Направь меня… Надоумь…

 

* * *

 

- И-и-и-их, ветер хороший, течение сильное… Зачем спины гнуть, грести зачем?

Невидимый собеседник смачно сплюнул.

- Греби, да! Салем сказал, быстро-быстро назад. Значит, надо, да!

Затылок раскалывался от боли, перед глазами плавали алые круги. Нагваль подавил стон, стараясь не выдать, что пришел в себя. Размытый предмет перед самым лицом оказался сапогом одного из гребцов. Северянин с трудом подавил немедленное желание отодвинуться. Мелкая морось: еще не дождь, но уже не туман щедро сеялась сверху.

- В такую погоду, лучше в доме сидеть, чай-вино пить… - вздохнули над головой. - Когда отдыхать будем?

- У богини отдохнешь, - рявкнул кто-то, очевидно из начальства.- Гребите, через час вас сменят!

Гребцы замолкли.

Нагваль переключил свое внимание на затекшие руки. Осмотрел себя: кроме пояса с ножнами ничего не пропало. Это давало небольшой шанс, засапожный нож мог сослужить ему неплохую службу, когда он решит бежать.

Как закончился бой? Убитый конь придавил ему ногу, и все, что он мог, это бессильно наблюдать, как сражаются его товарищи. Он видел, как схватили Феникса, как ранили Эр’Миэля, как уходили остатки отряда. И после, когда, почувствовав безнаказанность, работорговцы ворвались в поселок, сметая защитников города, он освободился и попытался отбить. Однако силы были не равны.

Он открыл глаза, перевернулся на спину и с трудом сел.

- Э-э-э, очнулась! Слыхал, что у эльфов девки тоже воюют, но вижу в первый раз! – человек напротив него ухмыльнулся, тронул светлые волосы. - Как самочувствие, красавица?

Нагваль удивленно промолчал. Его принимают за девушку?

- Ну что молчишь, а? Ты убила друга Даджаба, да! За все заплатишь! – его схватили за подбородок.

Эльф не собирался отвечать. Взгляд скользнул мимо лица человека, дальше за его спину. Пленники между скамьями - женщины, дети. Связанные руки, отчаянные или пустые взгляды. Рыжие волосы, золотистые глаза. Потомки Маураса? Ночью, в бою, он и не думал разглядывать тех, кого спасал… Феникса среди них не было.

- Куда вы нас везете? – холодно поинтересовался он у человека. – Где остальные мои товарищи?

Тот захлопал глазами. Если внешность могла обмануть, то голос у эльфа вовсе не был женским. Двое гребцов за спиной Нагваля загоготали.

- Так это мужик! Глянь ка! – пират отвесил эльфу оплеуху. – Тварь, как ты смеешь обманывать?!

- Не порти мой товар, - донесся голос откуда-то с носа. – Или ты готов за него заплатить?

Эльф даже вытянул шею, стараясь рассмотреть говорившего, но не успел разглядеть толком, Даджаб силой усадил его обратно.

- Сиди, ушастая тварь! – он наклонился и, ухмыляясь, выдохнул в лицо северянину. – Гяварэ! Дорогой наложник будешь, да!

Нагваль промолчал. Он слышал это слово уже несколько раз, но никогда в голову не приходило примерить на себя участь раба.

 

***

 

- Ямире... – он мог бы простоять вечность, другую – просто держа в руках ее ладони.

Наэлин подняла на него испуганный взгляд. Руки её слегка дрожали.

- Мне... Мне нельзя будет поехать с тобой?

Воин покачал головой, зашевелил губами, повторяя сказанное в спешке. Эр'Миэль торопил отряд на поиски Феникса. Раненых до выздоровления решено было оставить на попечении родичей.

- Можешь, но мы будем двигаться без привалов. Возможно, даже ночью. Ты... я не хочу подвергать тебя такому испытанию.

- Я сильная... - молодая женщина попыталась улыбнуться, но в глазах блеснула влага. Она сама не знала, чего боится больше - тяжкого похода или разлуки. - А здесь... я никого не знаю...

Сердце зашлось, Нагваль обнял жену, прижимая к себе, желая защитить, укрыть от всего.

- Знаю, Наэ... Но слишком боюсь потерять тебя. А оставить тебя здесь, значит, оставить половину своего сердца, свое солнце и небо. Прости меня, ямире...

Наэлин прижалась к груди мужа, обхватила руками, стремясь протянуть этот миг подольше, не отпускать... Она знала, что не может становиться между ним и его долгом.

- Мое солнце, - повторила она слова того, кто стал для неё всем. - Если ты уйдешь, для меня наступит ночь... Возвращайся скорее...

Нагваль впитывал последние мгновения близости.

- Наэ... мы оставим раненых, позаботься о них. После выздоровления они отправятся в гавани, к нашим кораблям. Поезжай с ними. Я найду тебя там.

- Я сделаю, как ты говоришь, любовь моя, - Наэлин вдыхала его запах, проводя пальцами по куртке, не спеша отстраняться. Потом, приподнявшись на цыпочки, нежно коснулась губ. Все внутри сжималось от страха, но она не хотела отягощать его ненужными волнениями.

- Не переживай за меня. Я буду молиться, чтобы ваш поход был удачным. И да будет с вами благословение Артемис...

 

* * *

 

Эр’Миэль спал. Ему снилось, что тело его стало таким легким, что поднялось над поляной, и можно было увидеть: как Силле сидит возле костра и готовит суп в общем котле, как Маале чистит лошадей, как мрачный Миртэлл переходит от раненого к раненому, проверяя повязки и, наконец, останавливается возле Эр’Миэля. Капитап видел, как тревога и растерянность пробегают по его лицу, сменяя друг друга, словно волны. Миртэлл наклонился над ним и осторожно влил немного отвара в бледные губы.

Пахло костром, а в обычные лесные звуки заглушали негромкие разговоры аберовен.

Внизу замелькало полотно леса. Он зажмурился и остановился. Среди игрушечных деревьев двигалось черно-белое пятно. Миэль снизился и смог рассмотреть. Там, шел, продираясь сквозь плотные заросли, беловолосый эльф. В аберовен ожила тревога. А потом эльф поднял глаза, и их насыщенный фиолетовый цвет затопил все вокруг. Фиолетовая пустота поглотила Миэля. Тогда он внезапно ощутил, как движутся беспрестанно болящие мышцы чьего-то уставшего тела, как разрываются легкие, как сводит от голода желудок. А потом пришла чужая отчетливая мысль: «Не хватает одной жертвы». Сразу за ней наступило осознание. Миэль понял, в чьем теле находится. Одержимый… богиня не отпустила его даже после того, как погиб Эр’Ваис. Но только сейчас аберовен смог прочувствовать, каково это – томиться заключенным в собственное тело, тонуть в чужой силе. «Еще одна жертва»… - донеслось отдаленно.

А потом Миэля подхватило, завихрило, грянуло о землю, так что он выгнулся и пришел в себя.

-Капитан, что-то случилось? – Миртэлл оказался тут как тут.

Но, прежде чем прийти в себя, аберовен услышал далекий, тихий вздох то ли женский, то ли мужской: «Помоги ему, чтобы он помог Фениксу. Нужна еще одна жертва».

- Воды… - капитан еще помнил, каково это – мучаться от жажды и голода, когда каждая мышца твоего тела болит от перенапряжения, и только единственная мысль бьется в сознании: «Нужна еще одна жертва». Миртэлл тут опустился на колени возле раненого, приподнял его голову и осторожно напоил. – Перевяжи меня поплотнее и прикажи всем собираться. Надо уходить. Одержимый уже близко.

- Откуда вы?.. – Миртэлл замолчал и списал все на бред раненого, но Миэль с нажимом повторил.

-Ты слышал меня? Пошли кого-нибудь на запад. Одержимый уже близко, надо сниматься со стоянки. Ну? Живо! – голос его даже окреп, стал почти прежним.

-Есть, капитан, - Миртэлл поднялся и отправился выполнять приказ.

Эр’Миэль прикрыл глаза. Он не чувствовал ни сожаления, ни страха. Только усталость и боль.

Лагерь ожил, зажужжал, как пчелиный рой.

 

*.*.*

 

Испуганные птичьи крики смолкли. Только лес тихо и мерно, словно океан, разделявший два материка, шумел. Сомнений быть не могло. Проклятый уже совсем неподалеку.

-Уходите! Уходите, я сказал! – раненый тяжело поднялся, опираясь на меч. Миэль точно знал, что сил должно хватить ровно настолько, чтобы стать последней жертвой.

Миртэлл всмотрелся в него: чуть сгорбленные плечи, но упрямо вздернутый подбородок. А еще холодная испарина, которая прозрачными каплями медленно сползала за ворот рубахи и впитывалась в плотную повязку на животе. Капитан очень хотел выглядеть увереннее, чем был на самом деле. Печать смерти уже читалась в нем, словно отражение в мутной воде, но Миртэлл отрицал это для себя самого. Вопреки всему отрицал. Он не понимал, зачем нужно именно Эр’Миэлю оставаться тут и задерживать проклятого, но подчинялся уверенности капитана, тайно надеясь, что он выживет. Каким-то чудом Нарис остановится. Каким-то чудом… но чудеса – товарредкий и штучный. За всю жизнь Миртэлл не видел ни одного чуда.

Воины отряда один за другим выходили на лесную тропу но Миэль не смотрел на них.

Миртэлл уезжал последним. Так хотелось ободрить остающегося, что-то сказать, но он не нашел нужных слов. Эльф выдохнул.

-Я восхищаюсь вами, мой капитан, - он посмотрел на раненого и поклонился, прижав ладонь к сердцу. Вскочил на коня и отправил его следом за обозом с ранеными.

Миэль тяжело привалился к стволу, вслушиваясь в стук копыт, посмотрел себе под ноги. Такой ли он герой? Или это просто обычная эльфийская самозащита – смириться со смертью, принять ее, найти легкую смерть в бою. Он прикрыл глаза и медленно выдохнул. Мир замедлился, все стихло, осталось лишь ожидание.

Прошло не менее четверти часа, прежде чем кусты шевельнулись, пропуская на поляну беловолосого. Эр’Миэль встретился с ним взглядом и понял: не Нарис стоял сейчас перед ним, нет.

- Они уже далеко. Я буду твоим противником, Темная, - неожиданно подступило волнение. По спине побежали липкие мурашки, не сдержавшись, аберовен передернул плечами. Нахмурился, разозлившись, и страх немного отступил.

Богиня наклонила голову к плечу, так что седые волосы мазнули по куртке.

-Ты ранен, я чувствую запах твоей крови. Ты не противник мне.

-До моей крови еще надо добраться, - Миэль глубоко вдохнул, воздуха как будто не хватало, а он отчаянно тянул время, то ли давая возможность отряду уйти подальше, то ли оттягивая собственную смерть. Аберовен не торопился атаковать, ведь каждое движение дорого ему обходилось.

Зато богине ждать надоело. Два шага и удар отделяли Нариса от капитана. Миэль отшатнулся, увернулся. Остановился, схватившись за дерево, и тут же ощутил, что рана открылась.

-Ты слишком слаб, чтобы противостоять мне, - Тиаматис уже очутилась позади него, прижала его всем телом к стволу, наваливаясь, причиняя еще большую боль. Холодный шепот обдал ухо Миэля. – Вы все слишком слабы. Вы заранее обречены стать жертвами на алтаре моей власти, - лезвие меча коснулось горла аберовен.

Миэль улыбнулся, успокоившись.

-Ошибаешь…ся, - его кровь заклокотала, забулькала в горле и вышла пузырями на губах.

А потом Тиаматис осознала свою ошибку и прокляла этот мир, лишивший ее дара предвидения…

Нарис судорожно вдохнул воздух, с жаром выдохнул, снова ощутив себя живым и почти свободным. Руки сомкнулись, не дав телу Миэля рухнуть к его ногам. Белый волк бережно уложил аберовен на мох. Постоял, помолчал, глядя на него, благодаря за эту жертву.

Наклонился, достал из-за пояса покойника кинжал. Нужно было чем-то вырыть могилу. Как бы Миэль ни ненавидел Нариса, моровен не мог оставить его тело непогребенным. Это был долг, который он не мог не отдать.

Найдя отличное место под огромным старым дубом, Белый волк принялся за работу, с как-то отстраненно он понял, что копает слишком сноровисто и быстро. Осторожно опустив тело Миэля, он засыпал его землей и сверху положил лапник. Вот так. Никакого костра. Ничего. Как и общего у него с покойным не было ничего. Кроме одного… Феникса.

Нарис глянул на следы, уходящие обратно к тракту. Да, нужно найти мальчишку и исполнить клятву.

Этого ждут все.

 

 

Словарь к главе 22

 

(1)Aialare! (aberoven) – С дороги! (Aial – дорога, путь, направление, are – прочь, вне, от) [Айяларе]

(2) Resare! (aberoven) – Рассредоточиться! (Res – строй, are – прочь, вне, от) [Ресаре]

Прим.: звук [р] у аберовен произносится мягче, чем у моровен, у моровен он идет с твердым приступом.

(3) Feinare! – Прорываемся наружу! (Fein – отчаянный бой, сражение, are – прочь, вне, от) [Фейнаре]

(4) NadYarin! – По коням! (Считается устойчивым выражением, потому что обычно предлоги сливаются с теми частями речи, с которыми употребляются)

(5) Робиш – (вост.диалект) ублюдки.

 



Страниц: 1
Просмотров: 9181 | Вверх | Комментарии (167)
Помочь проекту

Код баннера




Код баннера




Код баннера
SiteMap generator