For you.Глава 8

Дата публикации: 20 Июн, 2012

Страниц: 1

Глава 8

 

Уезжая из Дома, я впопыхах позабыл про одно немаловажное обстоятельство – моя квартира все еще занята, жильцы съедут только в конце месяца. Мне предстояло сделать выбор: попросить приюта у кого-нибудь из прежних приятелей или пожить пару недель у Светки.

У второго варианта было куда больше плюсов – я знал, что Светка уж точно не положит меня спать в проходной комнате на скрипучем гостевом диване, к тому же накормит и приласкает. Если, конечно, захочет со мной разговаривать – после нашего отъезда в лечебницу я даже ни разу не позвонил ей.

Наше первое свидание после долгой разлуки расставило для меня все точки над ё. Она по-прежнему была рада меня видеть, хоть и поворчала из-за то, что я безо всяких объяснений пропал так надолго. После таких вполне справедливых упреков мужчина может заслужить прощение только одним способом – продемонстрировать, как сильно он соскучился.

Несмотря на проснувшийся во мне сексуальный интерес к своему полу, женское тело не стало для меня менее желанным, чего я втайне опасался. Наличие у Светки пышной аппетитной груди и отсутствие по понятным причинам члена между ног ничуть не уменьшило ее привлекательности в моих глазах – и я не замедлил этим воспользоваться, к нашему обоюдному удовольствию.

К счастью, я не успел рассказать ей о своих жилищных трудностях, потому что после наших постельных упражнений я задал себе простой вопрос: а что мы будем делать вдвоем все остальное время, когда не будем трахаться? Немного поразмышляв на эту тему, я понял, что скрипучий диван и слипшиеся пельмени на ужин уже не кажутся мне такой уж большой проблемой.

Меня приютили приятели, жившие в общаге, – без особого энтузиазма, но хорошо хоть не выгнали. Я старался не доставлять никому лишних хлопот и приходил только ночевать. К счастью, погода была еще по-летнему теплой, и я мог целые дни гулять по городу. Загородных прогулок я старался избегать – ухоженные парки с чисто выметенными дорожками вызывали у меня грустные воспоминания, по этой же причине я отказывался от поездок на залив в компании приятелей, проводивших на пляже последние солнечные деньки.

Однокурсники приняли меня довольно равнодушно. Неудивительно – кому интересно завязывать дружбу с новичком в последний учебный год. Те, кто нуждался в компании, уже давно нашли себе приятелей.

Некоторые девушки показались мне довольно привлекательными, среди парней я тоже нашел кое-кого вполне в моем вкусе – это было немного неожиданно, но не удивило и не шокировало. Эдик мог бы гордиться собой: благодаря ему я стал совсем по-другому смотреть на некоторые стороны человеческих отношений.

Не буду врать, я скучал по нему – и дело было не только в сексе. В какой-то момент мы стали настолько близки, что теперь я не мог не чувствовать пустоты рядом с собой.

Я запрещал себе думать о том, как он живет, как справляется без меня, вспоминает ли обо мне. Я надеялся, ему удалось то, что никак не получалось у меня: выбросить эту историю из головы.

У Эдика сильный характер, к тому же с детских лет перед глазами был отличный пример того, как использовать людей и избавляться от них за ненадобностью. Когда он нуждался во мне, то не отпускал от себя ни на минуту, можно сказать, ни днем ни ночью. Он спал со мной – но не потому ли, что отец не оставил ему выбора? Теперь у Эдика появилась масса новых возможностей – зачем ему нищий студент, у которого из всех достоинств только хорошая фигура и симпатичное лицо.

Нужно было поскорее забыть о нем. Просто вычеркнуть это время из своих воспоминаний. Найти себе кого-нибудь… девушку. Да, так проще. Традиционные отношения не вызывают ни у кого излишнего любопытства, да и скрывать их нет необходимости. Я собирался вести обычную жизнь среднестатистического студента: лекции, семинары, свидания с подружкой, пьянки в общаге, дешевые клубы по выходным. Все, как у нормальных людей.

 

* * *

 

Через несколько дней после начала занятий я отправился в библиотеку – опыт подсказывал мне, что учебников не всегда хватает на всех желающих, а мне надо было привыкать расходовать деньги экономно, чтобы не искать подработку в конце года, когда нужно будет защищать диплом.

Выйдя из здания, я обнаружил, что погода стремительно портится – небо затянули подозрительные серые тучки. Я притормозил, раздумывая: проехать ли пару остановок на метро или все-таки отправиться домой пешком, рискуя попасть под дождь.

- Привет! Я вижу, ты никуда не торопишься, - услышал я за спиной знакомый голос. - Может, подскажешь мне, где тут можно выпить кофе?

Вот уж кого я не ожидал увидеть в этой реальности – как назло, очередной привет из прошлого. Впрочем, что удивительного в том, чтобы встретить возле университетской библиотеки амбициозную девушку, причастную к экспериментальным исследованиям.

Просто довести ее до кафе и попрощаться было бы не очень вежливо, так что пришлось составить Анне компанию. В конце концов, когда-то она дала мне пару полезных советов, чего совсем не обязана была делать – хотя бы за это стоило угостить ее чашкой кофе.

Общих тем у нас было немного: работа и Эдик. Не дожидаясь, пока она заговорит о нем, я поспешил первым задать вопрос:

- Как ваше исследование?

- Продвигается, - коротко ответила Анна.

- Это хорошо. Аварии происходят каждый день, тысячи больных ждут это лекарство.

- И напрасно, им оно не поможет. В контрольной группе с травмами нет значимых результатов. А вот у больных с ДЦП неплохая динамика, так что мы продолжим исследования в этом направлении.

- Но Эдику стало намного лучше! - возразил я.

Анна скептически пожала плечами.

- Статистически один пациент – это недостоверный результат, который ни один специалист не примет во внимание. Всего лишь случайное стечение обстоятельств.

- Чудо?

- Нет такого термина в медицине. Возможно, прежние методы лечения наконец-то дали эффект. Или это психогенная ремиссия. Стресс из-за болезненных инъекций, плюс вера в то, что они помогут, – пациенты с таким психотипом, как у Эдика, часто преподносят сюрпризы и искажают общую картину.

«Думаю, дело не в этом. Он просто очень хотел выздороветь. Для меня, как я его просил», - подумал я. Но не стал произносить это вслух – вряд ли я смог бы объяснить случившееся человеку, для которого выздоровление Эдика было всего лишь «недостоверным результатом».

Анна допила свой кофе довольно быстро – неудивительно, собеседник из меня был неважный. Я почти не слушал ее и отвечал невпопад, поглощенный своими мыслями.

Две части картинки никак не хотели состыковываться между собой, как будто на них было изображено два разных человека.

Судя по тому, что сказала Анна, один из них сделал невозможное, потому что хотел быть со мной.

А второй спокойно отпустил меня, чтобы мы оба начали жить заново. Кто-то из этих двоих бессовестно врал, и я уже начал догадываться, кто.

Я все-таки отправился домой на метро – как только мы вышли из кафе, начался мелкий и противный  дождь. В отличие от меня, у Анны был зонтик – такие, как она, всегда рассчитывают все возможные варианты и в жизни у них не случается неприятных неожиданностей.

На следующей станции в вагон вошли двое мальчишек чуть моложе Эдика. Они сели прямо напротив меня, о чем-то переговариваясь между собой. Мне показалось, что они уж слишком тесно прижались друг к другу даже для близких приятелей, и тут же отмахнулся от этой мысли, обозвав себя озабоченным извращенцем.

Один из мальчишек шутливо обнял приятеля за плечи. Тот слегка покраснел, но не отодвинулся, а лишь слегка приподнял голову. На секунду их губы оказались на расстоянии поцелуя – и тут, кажется, засмущались оба. Отвели глаза и снова стали болтать о чем-то, но первый мальчик так и не убрал руку. Я мысленно пожелал ему удачи и подумал, что еще совсем недавно и не заметил бы этого маленького происшествия.

Смотреть на юную парочку было приятно, но у меня были заботы посерьезнее, чем смущать двух влюбленных мальчишек. Я пытался понять, что же на самом деле произошло с парнем, который столько времени был одержим мною, а потом вдруг подозрительно легко выставил из своей жизни.

Этому было только одно разумное объяснение, и я должен был давно его отыскать, вместо того, чтобы жалеть себя и обвинять Эдика в цинизме и равнодушии.

Поначалу он действительно верил в то, что мы будем вместе, и это помогло ему перенести мучительное и, как оказалось, бесполезное при его болезни лечение, которое дало результат по неизвестным науке причинам.

Выполнив свою часть нашего договора, он отпустил меня, потому что не хотел, чтобы я остался с ним из жалости или чувства долга.

Он сделал все, чтобы я мог уйти со спокойной душой, поэтому морочил мне голову благоразумными рассуждениями и ни слова не возразил против моего увольнения.

Это может означать только одно – он все еще любит меня.

Придя домой, я вытряхнул учебники из сумки и начал машинально расставлять их на полке, ровно, корешок к корешку. Если бы так же легко было навести порядок в моих мыслях!

Возможно, в глубине души он все-таки надеялся, что я не откажусь от своих обещаний и останусь, потому что хочу быть с ним. Но я струсил и предпочел поверить его словам, а не тому, что на самом деле чувствовал.

Теперь Эдик имел полное право презирать меня. Ему, наверное, стыдно, что он был столько времени влюблен в такое ничтожество. С другой стороны, он тоже виноват – почему не поговорил со мной откровенно? Весь в отца: думает, что может решать за всех, что для них лучше.

- Решил в очередной раз поиграть в мученика? Чертов эгоист, а меня ты спросил?

Я поймал себя на том, что говорю вслух, а, плевать, кого мне стесняться в совершенно пустой квартире. Никто не удивится, не спросит, не спятил ли я – некому.

- Отпустил меня, да? А то, что от этой свободы мне на стену лезть хочется, это как? Я, между прочим, скучаю по тебе...

Глупо вот так стоять посреди комнаты и орать в пустоту. Надо все ему высказать. Я взял телефон и решительно набрал намертво застрявший в памяти номер.

- Федор, это Андрей. Передай трубку Эдику, пожалуйста.

- Подожди минутку.

Я растерялся от неожиданности, потому что ожидал долгого спора. Впрочем, рано обрадовался – вместо Эдика я услышал голос Евгения Петровича.

- Андрей? В чем дело? Я думал, мы поняли друг друга.

- Я хочу с ним поговорить.

- Нет, Андрей, эти три недели дались нелегко и ему, и нам. Я не хочу, чтобы после твоего звонка все началось снова.

- Если вы не дадите мне с ним поговорить, я приеду и разнесу к чертям ваши гребаные ворота, - решительно сказал я.

- Какого хрена, пап! Дай мне трубку… Андрей, ты в порядке? Что-то случилось?

Случилось? Ты случился, чертов самоуверенный идиот, извращенец, чума на мою голову! Сейчас я тебе все выскажу, что накипело…

Но сказал я совсем не то, что собирался:

- Ты мне нужен.

- Где ты? Я приеду…

- Ну все, Эдик, хватит, дай сюда трубку. Андрей, если ты понимаешь, что делаешь, то, пожалуй, тебе действительно стоит приехать. Я даже не стану запирать двери и вызывать охрану. Но за последствия ты ответишь без всякого снисхождения с моей стороны. Надеюсь, ты еще помнишь, что благополучие Эдика для меня на первом месте.

Конечно, помню. Наверное, это единственное, что у нас общего с моим бывшим боссом.

В дом я вошел через черный ход – вот что значит сила привычки. Дверь распахнулась раньше, чем я нажал на кнопку звонка – если бы у Федора было чуть менее невозмутимое выражение лица, я бы подумал, что он специально следил из окна, чтобы не пропустить мое появление. Как оказалось, ждал меня не только он.

Эдик сидел на ступеньках той самой лестницы, с помощью которой когда-то чуть не свел счеты с жизнью. Он был в знакомых мне до последней заклепки стареньких джинсах и с очками на носу. Рядом с лестницей стояла коляска, родная сестрица безвременно погибшей, и у меня что-то нехорошо сжалось внутри – это могло означать, что ему стало хуже.

Увидев меня, Эдик медленно встал, держась за перила. Я двинулся было к нему – и тут же остановился, забыв о том, что собирался сказать и сделать.

Убрав руку с перил, он замер, словно прислушиваясь к себе, а потом сделал шаг. Маленький и неуверенный. Ко мне.

Я поспешил подстраховать его, и вовремя: его слегка качнуло в сторону, но я уже крепко удерживал его, обняв и прижав к себе.

- Ты видел? У меня получилось!

- Я же говорил, что так и будет, - сказал я, с трудом проглотив комок в горле. - Скоро ты у меня бегать начнешь. На длинные дистанции.

- Обязательно, - пообещал Эдик, привычно пристраивая голову мне на плечо.

- Ты похудел, - сказал я, осторожно проводя ладонями по его вздрагивающей спине. - Не кормят они тебя, что ли?

За спиной я услышал возмущенный возглас Федора, который, конечно же, и не подумал оставить нас наедине.

- А как насчет прогулок? Можешь не отвечать, сам вижу – бледный и синяки под глазами. Опять целыми днями сидишь в комнате?

Полуобернувшись к Федору, я констатировал:

- Стоило мне ненадолго отлучиться из дома, и сразу начался бардак.

Я торжествовал – впервые за все время нашего знакомства Федор не сразу нашел что ответить. Впрочем, мой триумф оказался недолгим.

- И не говори, Андрюша, - с ехидными нотками в голосе ответил Федор, - совсем Эдуард Евгеньевич без тебя от рук отбился. Ну, раз ты вернулся, теперь беспокоиться не о чем. Пойду, распоряжусь насчет обеда.

И он неторопливо отправился в сторону кухни, старательно делая вид, что очередная победа надо мной не доставила ему ну ровным счетом никакого удовольствия.

- А у нас тут все по-прежнему, - сказал я Эдику, поймав себя на том, что глупо улыбаюсь, - как будто и не уезжал никуда. Дане вцепляйся в меня так – я никуда не денусь.

- Кажется, я сейчас упаду в обморок.

- Только попробуй, - строго сказал я, стягивая с его носа очки. - Я уже здесь не работаю, так что не стану таскать тебя на руках.

Почувствовав, что наши нежные поцелуи приобретают все более порнографический характер, я не без труда оторвался от него и спросил:

- Как ты себя чувствуешь? Не тяжело стоять? Может, тебе немного отдохнуть, прилечь?

Я бы с удовольствием уложил его в постель на пару дней. И сам бы пристроился рядом – разумеется, только на всякий случай, чтобы понаблюдать за его состоянием.

Эдик встряхнул головой, как будто пытаясь вернуть себе ясность мысли.

- Подожди, ты сказал, я тебе нужен, - он озабочено нахмурился. - Что случилось, у тебя неприятности?

- Еще какие, - пожаловался я. - Похоже, что без тебя мне еще хуже, чем с тобой.

- Звучит неплохо. Почти как признание в любви.

- Поедем со мной. Квартиранты наконец-то съехали, я найду работу… а через год уже буду дипломированным врачом. Мы справимся.

- Может, сначала дашь ему окончательно встать на ноги? И сам спокойно доучишься? - поинтересовался Евгений Петрович, спускаясь вниз по лестнице.

Удивительно, что в таком огромном доме, где обитают всего несколько человек, совершенно невозможно остаться наедине!

Услышав голос отца, Эдик не отодвинулся от меня ни на миллиметр, и это придало мне уверенности.

- У меня есть более конструктивная идея, чем рай в шалаше, который ты предлагаешь моему сыну, - продолжил мой бывший босс. - Как ты смотришь на то, чтобы вернуться к своим прежним обязанностям? Правда, Эдику уже намного лучше, так что зарплату я тебе платить не стану. Будешь работать за стол и крышу над головой. Ну и бензин для твоего ржавого корыта, чтобы ты мог ездить в город на лекции.

- Если это твой способ сказать «Добро пожаловать в семью», папа, то у тебя почти получилось, - заметил Эдик.

- К счастью, Андрей вполне прагматичный юноша, и не ждет от меня сентиментальных излияний. Достаточно того, что охрана не прострелила ему покрышки, когда он въехал на частную территорию без приглашения.

- Отлично, - Эдик нетерпеливо потянул меня за руку. - Знаешь, пап, нам надо все это обсудить… и вообще…

- Обсудить… да, надо, обязательно, вотпрямосейчас, - подтвердил я.

- Я почему-то так и подумал, - с совершенно серьезным выражением лица сказал Евгений Петрович, которого, надеюсь, мне не придется называть папой. - Тогда отложим наш разговор до вечера, мне уже пора на работу. Думаю, к моему возвращению вы уже закончите, хм… обсуждение.

Едва закрыв за собой дверь в комнату, мы снова начали целоваться, торопливо и бестолково, сталкиваясь носами и задыхаясь от нетерпения. Одновременно я пытался стянуть с волос Эдика резинку – почему-то это казалось мне куда более важным, чем снять с него штаны. Впрочем, это я тоже сделал – сразу после того, как справился с упрямой махрушкой, чуть не вывихнув при этом пальцы.

Уронив Эдика на кровать, я на всякий случай предупредил:

- Только не ори, ладно? А то Федор подумает, что я тебя убиваю, и явится спасать.

- Здесь хорошая звукоизоляция, - успокоил меня Эдик, нетерпеливо ерзая по простыне.

- С кем-то уже проверил? - грозно спросил я.

- Сам справился. На пробу громко выл на луну от тоски. Ни хрена не помогло, кстати.

- А у тебя загар почти сошел, - пробормотал я ему куда-то в пупок и, спустившись ниже, наконец-то сделал то, на что раньше никак не мог решиться.

Эдик не раз уверял меня, что минет делать приятно. Но тогда я толком не разобрался в своих ощущениях – куда интереснее было наблюдать за его реакцией. Он стонал, кусал губы и едва сдерживался, заставляя себя лежать неподвижно. Я понимал, что ему хочется и быстрее, и глубже, и всего сразу – но он терпит, чтобы я чувствовал себя уверенно и делал лишь то, на что готов сам. Если в такой момент парень способен думать не только о себе – это почти что признание в любви.

Так что я старался как мог, хотя довести дело до конца таким способом не рискнул – когда партер давится и отплевывается, это портит все удовольствие. Я и так сделал чертовски много для парня, еще недавно считавшего себя убежденным натуралом.

Под матрасом у него оказалась припрятана пачка презервативов со знакомой пестрой картинкой на упаковке – мой сентиментальный мальчик привез с курорта сувенир… или все-таки надеялся, что я вернусь? Спрашивать я не стал – честно говоря, разговаривать мне совсем не хотелось. Хотелось лапать его, тискать, целовать. И как следует оттрахать – за все те дни, которые мы потеряли по собственной глупости. Только очень осторожно – все-таки мы давно не были вместе.

- Что ты со мной так нежничаешь? - возмутился Эдик, когда я, протиснувшись на пару сантиметров вглубь, замер и нервно поинтересовался, все ли с ним в порядке.

- Сразу видно, без меня по девкам таскался! - проницательно заметил он и по своей милой привычке вцепился ногтями в мою беззащитную задницу.

От неожиданности я дернулся вперед и одним движением вошел на всю длину.

- Да, это мой парень, - довольно простонал Эдик, - совсем другое дело. Давай, трахни меня как следует. Я охуеть как по тебе соскучился.

К возвращению Евгения Петровича мы почти успели. Так, слегка подзадержались, минут на пятнадцать. И вовсе незачем ему было так на нас смотреть, брал бы пример с Федора – у него был такой вид, будто я старинный друг семьи, который заехал с визитом на чашку чая.

«И вовсе мы не выглядим так, как будто весь день не вылезали из постели, - мысленно продолжал я свой воображаемый диалог с отцом моего счастливого, хотя и слегка затраханого бойфренда. - Всего-то полдня, маловато конечно, но ничего – у нас все выходные впереди. Надо только за вещами в город смотаться».

 

 

* * *

 

Вот так неожиданно я вернулся в Дом, хотя и немного в другом качестве, но в целом моя жизнь не слишком изменилась. Мы с Федором по-прежнему отпускаем ехидные замечания в адрес друг друга. Семён встретил мою железную лошадку как старую подружку и на радостях поменял в ней бензонасос и масляные фильтры. Хмурая Катерина все так же подкладывает мне добавку, едва я опустошаю тарелку. Что касается моего бывшего босса – не знаю, кем он теперь мне приходится – он так и не оставил привычки отдавать мне распоряжения. Но я понемногу учусь давать ему отпор. Правда, из-за каких-нибудь пустяков мы никогда не спорим, чтобы не огорчать Эдика.

К счастью, Евгений Петрович по-прежнему проводит много времени на работе, а с недавних пор стал отлучаться из дому по вечерам, и в такие дни он особенно тщательно одет и причесан. Это очень подозрительно, особенно учитывая его обещание кое с кем нас познакомить в сочетании с некоей гримасой, которая по его меркам может считаться улыбкой.

Сначала я занял свою прежнюю комнату и прокрадывался к Эдику в ночи, как влюбленный рыцарь к прекрасной даме. Куда менее романтично было просыпаться рано утром и полусонным возвращаться в свою холодную постель, чтобы нас не застукал кто-нибудь из прислуги.

Несколько дней понаблюдав за моими мучениями, Эдик решил проблему в своем любимом стиле – быстро и ни с кем не советуясь. Мой камин-аут он провернул за одно утро, пока я был на занятиях: попросил Федора заказать в магазине двуспальную кровать, а горничных – с завтрашнего дня приносить в его комнату завтрак на двоих. После этого прятаться стало не от кого.

Я принял это почти спокойно – поорал на него полчасика, а напоследок пообещал хорошенько отлупить по заднице, если он не прекратит принимать важные решения за нас двоих. Правда, Эдик ничуть не испугался моей угрозы, а наоборот, как-то подозрительно заинтересовался, и мне пришлось по быстрому его отвлечь, предложив испытать новую кровать в деле. Думаю, для экстремальных развлечений в стиле СМ он еще недостаточно окреп.

Пока будем придерживаться традиционного секса – я еще летом заметил, что Эдику это идет только на пользу. Об этом я, конечно, не стану упоминать в своей дипломной работе по реабилитационной медицине, боюсь, мой научный руководитель не одобрит такой нетрадиционный метод лечения.

Теперь у меня нет сомнений, что мрачные прогнозы врачей не оправдались – Эдик в очередной раз натянул нос официальной медицине, и выздоровление будет окончательным, это только вопрос времени.

В универе я всем говорю, что живу со своим любимым человеком. На вопрос: чем занимается, отвечаю, что учится на первом курсе. Нет, пожениться не собираемся, но отношения серьезные. Главное, следить за своей речью и не употреблять личных местоимений, тогда и врать не придется. А если правда все-таки выплывет наружу – ну что же, так тому и быть, переживу.

Теперь я твердо придерживаюсь правила – никому не позволять вмешиваться в мою жизнь. Например, сразу сказал Евгению Петровичу, что он может не тратить свое драгоценное время, планируя мою дальнейшую карьеру по своему вкусу. Я уже нашел себе подходящую работу: в центре реабилитации для инвалидов, куда мы ездили с Эдиком, собираются открыть манеж. Верховая езда полезна при многих заболеваниях, поэтому там пригодится и мой врачебный диплом, и опыт спортсмена и тренера. Против ожидания, Евгений Петрович не стал со мной спорить, похоже, не только я извлек полезный урок из нашей с Эдиком истории.

Эдик собирается работать вместе со мной, в качестве волонтера, в свободное от учебы время. Возможно, в этом решении, кроме желания помочь людям, есть и капелька банальной ревности, но это не так уж важно. Главное, что он хочет вместе со мной делать что-то для других, быть частью моей жизни за стенами нашего дома. А когда двое начинают вместе строить планы на будущее – это значит, есть шанс, что у них все всерьез и надолго.

 



Страниц: 1
Просмотров: 1464 | Вверх | Комментарии (3)
Помочь проекту

Код баннера




Код баннера




Код баннера
SiteMap generator