Danse Macabre. Глава 3

Дата публикации: 3 Ноя, 2012

Страниц: 1

В женском туалете на третьем этаже во время летних занятий практически никого не было. Первым уроком у всех оставшихся было черчение, и многие, кому на него было не нужно, пропускали его, сидя в буфете и отчаянно накачиваясь кофе.
- Не холодно? – уточнила Джулия, убирая ведро, из которого окатила Муни водой.
- Мокро, - сострил он. – Но оно того стоит.
Шуки подводила черным его нижние веки, так подводила, что это переходило из разряда «макияж» в категорию «брутальный недосып».
- Забавно. А сначала, когда ты только позвонил, я думала «Вот козлище». Так хотелось поржать.
- Теперь есть шанс поржать по-настоящему, - заметила Джулия, вытаскивая коробочку с линзами.
- Он не рехнется? Не убежит, например, не утопится с горя? – с выразительным сарказмом предположила Симмонс, глядя на дела рук своих, пока Гудруни моргал, привыкая к линзам.
- Так ему и надо, - хмыкнул он, щурясь и двигая то одной бровью, то другой, машинально тренируя мимику, как всегда, для сцены.
- Почему, интересно, ты его так ненавидишь, а не меня? – Картер, стоявший на шухере, иногда выглядывающий в коридор. Он снова прикрыл дверь и скрестил руки на груди, оценивающим взглядом окинул загримированное «привидение».
- Угадай, - Муни стрельнул в него взглядом из отражении в зеркале, даже не оглядываясь.
- Мне тоже интересно, кстати, - Шуки подвела красным потек на щеке Гудруни и посмотрела на него с подозрением. – Придумал-то он.
- Исполнять-то вызвался Ходж, - отрезал Муни, холодно покачав головой. – Он заплатит за это. И он выбрал между мной и каким-то тупым договором не меня.
- А ты хотел бы, чтобы он выбрал тебя? И что бы было тогда? – Картер заметно напрягся и был явно раздражен, приподняв верхнюю губу и одну бровь, скорчив гримасу.
- Да ничего бы не было, - Муни это заметил и самодовольно поправил мокрую прядь челки, скручивая ее еще и пальцами для лохматости, опуская на лицо. – Он рассказал бы мне о ваших тупых планах, признался во всем, а я бы «обиделся», типа не знал ничего. И бросил бы его. 
- Ой ли, - Картер продолжал психовать. – Если бы ты не знал, не услышал тогда, ты бы в самом деле повелся на все это дерьмо, которое он тебе говорил. Лапшу тебе на уши развешивал бы спокойно. 
- Слава богу, я не такой идиот, как вы думали. И все случилось так, как хочу я. Или против меня тоже есть какой-то план «б»? – Муни взглянул сначала на девиц, а потом остановил взгляд на Картере. Тот помялся, опустив голову и глядя себе под ноги, ухмыляясь.
- Нет, - хмыкнул, наконец. – Никаких планов. Себе дороже выйдет.
- Боишься из школы вылететь, - понимающе вздохнул Муни, фальшиво сочувствуя.
- Да нет, не в том дело, - Боун раздраженно прикусил губу и покачал головой.
- Мы пошли, - Джулия с Шуки переглянулись, закатили глаза и поморщились.
Картер, двуличный мерзавец, гомофоб у всех на виду, бывший настоящий гомофоб до того момента, как Муни и ему позвонил с новостью, что все знает. 
Если бы они не согласились на участие в его спектакле, они бы вылетели из школы всей дружной четверкой. А так у них был шанс показать себя, попросить прощения у него и попасть в выпускном классе в театральный кружок, чтобы практически ничего не делать и успешно закончить школу. 
Картер поначалу орал громче всех в трубку, созваниваясь с подружками, что просто ненавидит этого «тупого гомика». И, тем не менее, именно он больше всех психовал, когда Муни позволял Роберту думать, что верит в его рассказы о вечной любви.
Он отступил на шаг, чтобы не мешать Шуки открыть дверь и выйти, а потом ногой захлопнул ее за девицами и распрямился из полусогнутого состояния. Настроение значительно улучшилось. Муни делал вид, что сосредоточенно подводит грим, чтобы он был поярче.
- Какого цвета эти линзы?.. – поинтересовался Картер.
- Белые. Ну, светло-серебристые, - так же равнодушно ответил Гудруни.
- Почти одинаковые, - пригнувшись, так что его глаза оказались на одной линии с глазами одноклассника, пояснил Картер. Муни уставился на его отражение и понял, что это так и есть. Только у Боуна не были надеты линзы. Острый взгляд, светлые глаза в обрамлении темных ресниц и подчеркнутые резкими росчерками бровей нравились наряду с характером. А характер Картера был чуть ли не идеальным в понимании Гудруни. Он умел притворяться так, как надо, сам обожал всякие театральные шутки и по достоинству мог оценить школьной примы.
А еще, когда его лицо становилось таким мрачным и холодным, Муни чувствовал, что сейчас ему зададут вопрос, который жутко порадует его самолюбие и подтвердит, что уж Боун-то от него без ума совершенно искренне.
- Кто был первым, все-таки?.. Только не ври, я всегда вижу, когда мне врут. Даже если такие мега-актеры, как ты.
Если бы об этом спросил Роберт, Муни и правда сыграл бы, посмотрев на него возмущенно или как на идиота. Обязательно спросил бы: «А как ты думаешь?..»
Сейчас же он поджал губы, отводя раздраженный и заметно смущенный взгляд в противоположную от Картера сторону. Тот откровенно обрадовался, злорадно осклабился и наблюдал за этим выражением лица в зеркале.
Муни этого не планировал с самого начала, когда услышал в приоткрытую дверь кабинета вечером разговоры четверки бездельников. Не планировал этого тогда, когда в ярости придумал план мести, а потом начал обрывать телефоны девиц и инициатора всего этого шоу. Целью мести выбран был Роберт, как самый бессердечный и бессовестный ублюдок.
Ведь Картер просто предложил, он всегда предлагал какую-нибудь аферу, но ведь это не значило, что нужно было каждый раз соглашаться. Ходж же согласился на рискованный розыгрыш так легко, будто не представлял последствий.
Муни ему их показал во всей красе, но едва дошел до середины демонстрации. Роберт поймет в полной мере, чем грозят такие легкомысленные решения и такие садистские шутки над теми, кто ничего плохого не сделал.
Муни изначально даже не думал, что пока будет объяснять лучшую манеру поведения начинающим «актерам» его личного спектакля, как-то неуловимо начнет встречаться с тем, из-за кого все началось. Даже когда он заявился к нему домой, точнее, в гараж его дома, где бездельники вечно отрывались, если было скучно… он тоже не думал, что все закончится так, как закончилось. Он просто пришел поделиться новостью о том, что запланировал кульминацию «отношений» с Робертом на вечер через пару дней. Он понятия не имел, зачем сообщал это Боуну, который все гадости против него сначала и задумал, но о том, что первым был точно не Роберт, абсолютно не жалел.
Картер, по крайней мере, не играл. Да и сам Муни, скорее всего, именно такой реакции хотел, когда пришел и сказал, как бы между прочим, как идут дела с Робертом.
- Ты даже когда страшный, классный, - сообщил Картер ему в ухо сейчас, в женском туалете, в который в любой момент могли войти освободившиеся с урока пораньше девицы.
- А то я не знаю, - закатывая глаза, повернулся к нему Муни. Снова, как он и рассчитывал, как хотел изо всех сил подсознательно, Картер угадал, чего он этим добивался. Или он просто сделал то, что ему хотелось, но их желания совпадали.
Поцеловал он его со всей ревностью, которая заставляла беситься уже несколько недель с того момента, как Гудруни вынужденно с Робертом переспал. Держа за шею, чтобы не отодвинулся, прижимаясь губами к губам так, что другого варианта, кроме как открыть рот, не оставалось. Даже жуткий грим и вкус черной краски, которой Муни от души прополоскал рот, чтобы испачкать зубы, не играли особой роли.
Картер даже подозревал, что ему это доставляло дополнительное, извращенное удовольствие, он обхватил Муни за пояс рукой и затянул в крайнюю кабинку у стены.
- Это ревность, что ли?.. – будто без вопросов было непонятно, уточнил Гудруни.
- Тебе же с ним не понравилось? – чтобы убедиться, переспросил Картер, проигнорировав вопрос про ревность. Еще он будет на такое отвечать.
- Ну… он был очень нежным, - заметил Муни, отводя взгляд к потолку. – Потому что я, видимо, очень убедительно делал вид, что никогда до этого…
- Нежнее, чем я?
- Определенно. И что? Ты за это обидишься и бросишь меня, убежишь, как истеричка? – Муни усмехнулся, видя, как одноклассника перекосило от злости. Картер понял, что его спровоцировали проще некуда.
- Ты от меня не отвяжешься так просто. И только попробуй с ним помириться потом или…
- Да кому нужна нежность, если она фальшивая, - вздохнул Гудруни и повис на нем, обняв за шею, но не трогая волосы, чтобы не вымазать испачканными в гриме руками. Он даже колени согнул, утягивая за собой вниз, так что Картеру пришлось взяться рукой за край маленького окна под потолком.
- О чем тогда ты думал, когда с ним трахался?.. Как вообще можно было… нет, я знаю, это просто план, но…
- Думал, как ты потом будешь ревновать… - с заметным удовольствием и абсолютно честно ответил Муни, подтянувшись и шепнув это в ухо. – Вы у меня оба ответили за свои дурацкие шутки. 
- Он-то – понятно, а я?
- А у тебя больше нет друга. У тебя теперь есть только я, - Муни усмехнулся. – Или ты сможешь с ним дружить теперь?
Картера затошнило от одной мысли, а потом они понеслись, как табун напуганных лошадей, фантазия захлестнула полностью, навевая отвратительные кадры. Робби трогал Муни, прикасался к нему, целовал его в губы, глубоко, слюняво, целовал его тело, смотрел на менявшееся от боли выражение его лица, слушал голос…
Руки Картера, державшие актера за пояс, сжались в кулаки, стискивая мокрую от воды одежду.
- «Только» ты? – он хмыкнул, вдруг очень даже воодушевленно на Муни посмотрев. – Это мало, по-твоему? 
- Разве я заменю лучшего друга? – с неправдоподобной скромностью надул губы Гудруни.
- Зачем друзья, если есть ты, - Картер повел плечами и отпустил его, вытащил из болтавшегося на одной лямке рюкзака камеру. – Пошли, поснимаем домашние ужасы. Звонок уже был, вроде.
* * * 
Робби трясло на каждом шагу, он оборачивался, стоило услышать что-нибудь подозрительное, а когда наткнулся на Джулию, схватился за нее, как за спасательный круг.
- Ты видела его сегодня?! 
- Кого?.. – устало и сонно переспросила она.
- Догадайся с одного раза!
- Господи, Ходж, уймись. Он мертв. Мертв, понимаешь? Не дышит и не ходит, лежит где-нибудь в кустах, червяки его поедают, отстань, я опаздываю, - она отняла свою руку и пошла медленно по коридору в сторону кабинетов.
- Да. Точно. У меня галлюцинации. Надо просто успокоиться. Они его не видят, они даже слушать не хотят, - вслух бормотал себе под нос Робби. – Боун? Нет, чушь, мы не разговариваем.
Как будто услышав, что его позвали, Картер отошел от подоконника, на котором оставил включенную камеру. 
- Как настроение? Передал привет нашему покойнику?
- Это было не смешно, урод, - отбрил его Робби, хотя всего секунду назад мечтал поговорить с лучшим другом, пусть между ними что-то и испортилось. 
- О чем ты? – Картер поднял брови вопросительно.
- О чем я? Ты звонил мне ночью. Или хочешь сказать, это Симмонс сама придумала? Она слишком тупая, чтобы звонить мне и придуриваться.
- Это был не я, - Картер поморщился. – Я давно вырос из таких шуток, если ты не заметил.
- Вот я тоже так думал, но ошибался, наверное.
- Остынь, брат, - Картер хлопнул его по плечу. – Звонок уже был, не опаздывай.
- Что сейчас?
- Анатомия, - выразительно двинув бровями, мурлыкнул Боун в ответ и сунул руки в карманы, расслабленно пошел вперед.
«О, превосходно. Они все такие спокойные… как будто ничего не случилось», - Робби по-прежнему трясло.
Утром он увидел на столе мокрые следы, но хуже всего было то, что когда он собрался спать при свете и отдернул покрывало, он увидел на подушке грязные следы рук, колючие стебли и отвалившиеся от них сухие лепестки.
Пару раз он дарил Муни розы, чтобы задобрить его, как любую девчонку.
Теперь сухие цветы лежали вдоль всей кровати под покрывалом, и до Робби дошло – когда он убежал на улицу, а не бросился к окну с клюшкой, как надо было бы, но не хватило смелости… привидение просто проникло в его комнату. Если даже поверить в невероятное и предположить, что это не призрак, а зомби, то было глупо думать, что он спрыгнет с высоты второго этажа и куда-то денется.
Когда Робби выбежал из дома, труп как раз влез к нему в комнату, ведь окно не было закрыто на задвижку. От этой мысли, от осознания того, что ночью ему вовсе не казалось, что кто-то ходит по дому и смеется, волосы на руках вставали дыбом, а на затылке просто шевелились. Робби уверен был, что скоро поседеет.
Он посмотрел по сторонам еще раз, нервно поправил челку, перевесил сумку на другое плечо, и взгляд его упал на что-то странное возле окна. Там стояли две девицы, которых он не помнил. Наверное, спортсменки, но не черлидерши. Волейболистки? Спортивные, но далеко не красивые. 
Они стояли и разговаривали о чем-то, но между ними…
Между ними боком, привалившись бедром к краю широкого подоконника стоял Муни. В том виде, в котором вчера Робби видел его за окном, только теперь выглядел он, как настоящий утопленник. Глаза были белыми, будто весь цвет радужки вытек, волосы и одежда – мокрые, так что с них капало прямо на руки девиц, которыми те размахивали, активно жестикулируя.
Они смеялись, глядя друг на друга будто сквозь его плечо, хотя по идее видеть друг друга даже не могли. Вены на белом лице мертвеца проступали до жути отчетливо, а потом Робби понял, что он смотрит именно на него. И улыбается так же жутко, как прошлым вечером.
Он смотрел, как зачарованный, на покойного одноклассника, который сунул руку в карман штанов, а когда вытащил, пошевелив размокшими пальцами с сорванными ногтями, на пол посыпались мертвые, сухие лепестки. 
Он явно намекал на вчерашний сюрприз на кровати и издевался.
Девицы спокойно продолжали болтать, одна из них протянула другой телефон, просунув его между боком и локтем Муни, будто там было пустое пространство. Девицы придвинулись друг к другу, одновременно на экран этого телефона глядя, как обычно делают подруги. И ни одну из них явно не интересовало, что они вплотную прижались к самому настоящему, холодному, будто вылезшему из реки пару часов назад трупу. Одна – к его груди, вторая – к его спине.
Когда он шагнул в сторону от них, они даже не сменили позу, так и продолжая стоять вместе, обсуждать что-то, а Робби в ступоре, забыв, как дышать, смотрел, как плавно и беззвучно его ночной кошмар все с той же улыбкой удалился к двери женского туалета.
«Он туда не зайдет. Это же бабский туалет. Нет, он не может. Неужели они и там его не увидят», - причитал Ходж мысленно, но Муни оглянулся еще раз посмотреть на него, будто говоря «Смотри, как я могу теперь», меланхолично открыл дверь и скрылся за ней.
Тут же она распахнулась, и вышла Шуки, потряхивая руками, вымытыми в раковине. Сушилка опять не работала, а бумажные полотенца кончились.
- Симмонс! Что за долбанные шутки?! – Робби кинулся к ней, будто надеясь, что она сейчас признается и поможет ему поверить, что его просто мучают галлюцинации от испуга и нервов. 
- О чем ты? – она на него уставилась, не сразу сфокусировав взгляд, будто и не замечала, пока он ее не позвал.
- Ты звонила мне вчера вечером? Не говори, что не ты.
- Хорошо, не скажу, - она пожала плечами, вытерла руки о джинсовые шорты и уперла их в пояс выжидающе.
- То есть, это была не ты?! – Робби застонал, топнув со всей досадой, отшиб себе пятку. 
- Ты же просил не говорить, что это была не я, - она вздохнула.
- А кто тогда?!
- Не знаю. Спроси у Джулии.
- Это не она.
- Картер?
- Нет! – Роберт психанул, хотел было послать ее к черту или еще дальше и грубее, но потом снова поднял взгляд на дверь женского туалета и понял, что она приоткрыта. Свет в помещении был выключен, и единственным, что было видно в щель между дверью и косяком, оказался белый глаз, часть щеки с кровавым потеком на ней. И рука, бледная, с торчащими венами и сорванными ногтями, которая тряслась, капала водой и билась о стену, вызывая желание заорать и биться головой о пол, чтобы это прекратилось. 
Дверь захлопнулась, будто ничего и не было, девицы у окна продолжали болтать, а Шуки – стоять перед Робертом и дожидаться его реакции.
- Эм… я лучше пойду, - нервно выпалил он, понимая, что если и Шуки уйдет, он рехнется напротив этой двери в пустом коридоре, где спортсменки спятили и не замечали мертвеца.
- Как скажешь. Знаешь… мы все переживали, конечно. И сейчас еще немного не по себе. Но ты все-таки посиди дома пару дней, успокойся. Честно, Ходж, ты не в себе, просто перенервничал. Попей успокоительного, снотворного… расслабься.
- Сп…спасибо, - заикнувшись, машинально Роберт ее поблагодарил за проявленное внимание, глупо улыбнулся и чуть не бегом отправился в класс.
- Ага. Расслабься, - Шуки хмыкнула и отошла боком к тому подоконнику, на который Робби даже не смотрел, забрала камеру, остановила съемку и закрыла экран и объектив.



Просмотров: 932 | Вверх | Комментарии (4)
Помочь проекту

Код баннера




Код баннера




Код баннера
SiteMap generator