10 Глава

Дата публикации: 27 Сен, 2009

Страниц: 1
Нарис вздрогнул и открыл глаза. Сон, еще один непонятный сон… Что-то пророческое ощущалось в этом видении. Место, куда лежит путь, не примет его…

В комнате по-прежнему было душно, а неугомонный сверчок выводил свою песню под аккомпанемент тихого дыхания мальчишки. Шум во дворе утих, и, выглянув сквозь щель в занавесках, эльф обнаружил, что снаружи никого нет. Гуляки и суетливые слуги уже давно разошлись спать. Небо разгоралось, а бледная с недосыпу луна истаивала в светлеющем небе, готовясь уступить место солнцу.
Нарис тихо поднялся и вышел из номера. Слуга, дремавший на стуле за конторкой, даже не шевельнулся, когда эльф миновал его и, придержав дверной колокольчик, шагнул за порог. Ноги сами понесли его знакомым маршрутом.
Парет спал. Безлюдные улицы, затянутые в корсеты домов, подхватывали эхо шагов и чопорно рассматривали чужака сквозь цветные стекла витражей. Крепость, перешедшая в руки людей, и выглядела не оплотом времен древних войн, а детской игрушкой, забавой на час для несмышленого младенца. Центральная оборонная башня из светлого камня указующим перстом упиралась в яркую путеводную Северную звезду.
На площади было так же тихо. Яйцо храма купалось в розовеющем небе, ласкаясь к облакам-полотнам. Стражи у городской ратуши не слишком приглядывались к шагающему через площадь прохожему. Они бы и вовсе проспали его появление, если бы не выползший на уборку заспанный послушник. Шурша метлой и позевывая, метельщик хотя и не слишком усердствовал в ранний час, но все же производил достаточно шума, чтобы помешать утренней дреме.
Эльф приблизился так тихо, что послушник не сразу заметил его.
- Проводи меня к священнику, - потребовал он.
Парень поднял на него мутный взгляд и оперся для устойчивости на деревянную рукоять. Даже удивляться появлению бесшумной тени было отчаянно лень.
- Храм еще закрыт... Святейший сейчас в молениях и никого в этот час не принимает.
- Меня примет. Давай, веди, - эльф угрожающе навис над ним.
Послушник внял приказу скорее по привычке, чем под давлением страха, пожал плечами и, не бросая метлы, повел эльфа в обход храма. Сзади, в тени ротонды, обнаружилась неприметная дверца, в которую он нырнул, предупредив:
- Не входи. Если госпо… светлейший Элизар захочет принять, то сам выйдет.
Нарис поджал губы, но спорить не стал. До поры до времени приходилось мириться с глупыми обычаями людей. Шли минуты, небо светлело и наливалось синевой. Припечатывая мостовую подбитыми железом сапогами, на площадь явилась четверка городских стражей, чтобы сменить ночной караул. Где-то радостно закукарекал петух, но его нелепый крик тут же стих, разбившись о броню каменных стен.
Дверца скрипнула, появился первосвященник в простых голубых одеяниях, без приличествующих высокому сану шитья и позолоты. Судя по суровой складке меж бровей, светлейший не был расположен к долгому разговору.
- Мне нужно посоветоваться с твоей богиней, - бросил Нарис, решив обойтись без прелюдий.
- Снова? - священник еще больше нахмурился. Вчерашний скандальный визит глубоко засел в его памяти. - Разве ты не получил ответа на свой вопрос?
- У меня возник новый вопрос. И я должен получить на него ответ немедленно, - непроницаемое лицо с холодными темно-серыми глазами казалось надменным.
Старик покачал головой неодобрительно.
- О чем? Прекраснейшая Артемис не оракул и не гадалка, чтобы откликаться всякий раз как тебе понадобится совет, – он встретился глазами с эльфом, тут же отвел взгляд, обжегшись о мелькнувший гнев, и закончил сухо, совсем иначе, чем собирался: - Зайди, испроси ее милости сам. Я не буду боле помогать тебе.
Элизар направился в храм, едва разминувшись в дверях с неторопливым послушником. Эльф молча пошел следом. Они миновали жилую часть. Старик предпочитал находиться поблизости от своей богини, и потому внутренняя часть храма была отведена под бытовые нужды. Проход в молельный зал прятался за одной из резных панелей, украшавших стену.
Старик пропустил эльфа к алтарю, а сам опустился на колени перед статуей Артемис чуть в стороне. Склонив седую голову, он прикрыл глаза, не желая ни видеть, ни слышать назойливого эльфа.
Нарис прошелся по пустому залу. Остановился перед статуей, всматриваясь в лицо богини. В серой тишине, без солнечных лучей, оживлявших простую, даже грубую резьбу, лик Артемис казался посмертной маской, снятой с небогатой красавицы. Пронзительно яркая бирюза выглядела осколками льда, навечно застрявшими в глазницах. Под этим взглядом сверху вниз на явившегося в неурочный час чужака, темный эльф почувствовал себя абсолютно не к месту.
- Что ты хотела сказать мне этим сном? – поинтересовался он негромко, и замолчал, ожидая ответа.
Дерево и камень - статуя молчала.
- Ты слышишь меня, светлая? Я нужен тебе... я добровольно пришел и принес свою клятву. Ответь! – громче воззвал он, и разбуженное эхо подхватило его слова, гоняя, словно невидимый мяч, от стены к стене.
- Мне? – не успевший окончательно смолкнуть звук превратился в шелест листвы. Вокруг зашумел невидимый лес.- Разве ты принес клятву ради меня?
Стены исчезли, разрушенные временем, непогодой и корнями проросших сквозь камень деревьев, поддавшись величайшей из сил, повелевающей миром - жизни. Пахнуло травами.
- Я сделал так, как посчитал нужным. Но это играет на руку и тебе, как ни крути, - губы эльфа сложились в тонкую линию.
- Ты сделал это для себя, – зажурчал невидимый в траве ручей, меняя направление, чтобы освободить дорогу каравану муравьев, тянущих к дому поджавшего под себя лапы паука. – Но ты прав, мне это подходит.
Нарис поморщился, услышав, как богиня повторяет его слова.
- Клятва не изменила твоей сути, сын разрушения.
Застрекотал кузнечик и тут же смолк, смутившись, что посмел перебить важную беседу. Запах влажных от росы трав пьянил не хуже молодого вина. Ветер, обходительный кавалер, раскланялся с соснами, трепетно приложился к листве молодой ольхи и затих.
- Какое тебе дело до моей сути. Ты дашь мне ответ? Я должен вернуться, - Нарис раздраженно обвел взглядом царящую вокруг идиллию.
- Кровь пролитая станет кровью земли и неба… И рядом со святыней не будет места тому, кто проливал ее без меры… Тебе нужна помощь, северный волк.
Зеленый музыкант осмелел и снова выдал замысловатую руладу, зазывая на концерт подруг.
- О чем ты говоришь? – недомолвки начинали злить не отличавшегося терпением эльфа.
- Я привела Его к тебе дважды, но ты не оценил щедрый подарок.
- Привела?.. О чем ты?..
«Или о ком», - мелькнула мысль.
Каркнула ворониха, выглянув из гнезда на вершине сосны. Где-то далеко встрепенулся и ответил ей лесной мудрец - ворон.
- Знаешь, знаешь, но еще не готов принять ... – подразнил и смолк ручей. Мираж растаял, и Нарис снова очутился в храме. – Ступай. И каждому будет по вере его…
Нарис поморщился.
- Хм. Учти, если это окажется шуткой, или я не найду места, то вернусь снова, - эльф бросил взгляд на жреца, которого, судя по не изменившейся позе и благолепному спокойствию, миновали божественные откровения, и двинулся прочь через центральную дверь. Ему чудилось, будто вода, перекатываясь на мелких камешках, посмеивается ему в спину, как молодая кокетка.

 

* * *

 

Выйдя из храма, Нарис окунулся в прохладу утра и вздохнул полной грудью, стараясь унять раздражение. Напряжение последних трех дней все еще сказывалось. Вчерашнее нападение означало, что в городе кто-то узнал в нем хозяина «каравана плача». Убийца был первой из неприятностей. Скоро по следу пойдет целая свора охотников за головами, и ему, будь он хоть самым умелым из воинов, не справиться в одиночку со всеми. Пора убираться из Парета.
Но что он знает о месте, указанном Артемис? Dissal Eitrie находится в центре Южного континента, не то в долинах aberoven, не то где-то в горах за ними. Нарис никогда не интересовался святынями Светлых, и потому понятия не имел, где именно искать храм.
Эльф шел по главной улице, пока не добрался до рынка. Было уже совсем светло, и город начал оживать. Раскладывая товар на прилавках, торговки обменивались новостями и краем глаза следили за первыми покупателями. Еще полчаса, и на рыночной площади будет уже не протолкнуться от разномастных посетителей, прибывших за покупками. А пока самые шустрые могли без суеты прогуливаться среди рядов зелени, овощей, фруктов, рыбы, мяса, крикливой птицы, различных поделок и вязания, которым гордились местные мастерицы, горшками, корытами, мешками с овсом, мукой, просом, безделушками, отрезами тканей и готовым платьем. Бойкие лоточники сновали между этим разнообразием, предлагая торговцам и покупателям с пылу с жару пышки, булки, пироги и прочую печеную снедь, а так же душистый чай, который исправно кипятил владелец лавки с травами.
Нарис двинулся меж рядов, посматривая на предлагаемое изобилие без должного внимания. Взгляд скользил мимо, не находя требуемого, снаряжения для предстоящего путешествия. Мысленно он уже определил для себя маршрут, точнее, его известную часть, ту, что касалась знакомых мест. А дальше… дальше оставалось надеяться на мальчишку, навязанного ему богиней в качестве спутника. Если, конечно, он правильно расшифровал недомолвки Артемис. Придется позаботиться об одежде и лошади для Румила. Возможно, бывший раб знает гораздо больше, чем говорит. Упрямый юнец, тот еще подарочек...
На глаза наконец попалась нужная вывеска, и беловолосый, ухмыляясь, нырнул в темное чрево лавки. Хозяин, кряжистый, недобро хмурящийся гном, заслышав звон дверного колокольчика, поднял голову от шитья. Кустистые брови взлетели, не то приветствуя беловолосого эльфа, не то выражая удивление, хотя в это, учитывая нрав горного народа, сложно было поверить.
- Что надо? - в голосе не было приветливости, очевидно, покупатель не произвел должного впечатления.
- Мне нужен хороший плащ и куртка, - ответил Нарис, принимая заданный тон. Ему было совершенно плевать, нравится ли он кому-то.
Сварливый характер гномов вошел в поговорку. Они редко селились в городах, предпочитая родные подземные селения всякому иному жилью. Лишь самые терпеливые зануды держали лавки на поверхности, заламывая цены по своему усмотрению.
- Шерсть тура? - гном неторопливо расстелил перед покупателем утепленный плащ из катаной шерсти, подбитый мехом. Толстая негнущаяся ткань наводила на мысли о вершинах, где не тает снег.
- Хм... - Нарис бросил косой взгляд на хозяина. - Мне нужна кожа лучшей выделки, какую может сделать только твой народ. Два плаща, утепленных мехом.
Гном сверкнул взглядом, чуть оттаяв от признания.
- Знаток... - довольно проворчал он. - А денег хватит?
Отодвинув плащ, он извлек другой, встряхнул и расстелил перед покупателем, пододвинув поближе лампу.
- На, любуйся. У вас таких точно не увидишь.
Тусклый блеск вощеной кожи отдаленно напоминал вороненую сталь. Снаружи плащ был снабжен рядом костяных пуговиц, которые превращали его в подобие свободного кафтана. Разрезы по бокам позволяли без заминки выпростать руки наружу. А бурый стриженый мех изнутри отлично сберегал тепло.
Нарис осмотрел одежду, проверил швы.
- Сколько просишь за два?
- Шесть золотых, - гном погладил кожу, словно любимого пса. - И то даром будет.
- Хм. Шесть... Четыре. По два за каждый, и ударим по рукам. У меня нет времени торговаться, - хмыкнул Нарис, поднимая глаза на гнома.
- У меня тоже, - брови сошлись вместе, словно облачная гряда, из которой вот-вот ударит молния. - Три за один. Дешевле не отдам.
- Два. Больше не дам. Или поищу другого, более сговорчивого гнома, который понимает, что далеко не каждый придет за этим товаром, - он тоже нахмурился.
- Ищи, - гном ворча принялся сворачивать плащ обратно. - Продам тем, кто понимает, сколько приходится возиться, чтобы шкуру каменного тура выделать. Такие вещи не у каждого в мешке валяются. Тоже мне, знаток. Не цена, а подачка…
Хозяин лавки любовно разгладил плащ, потом сложил его на место, как бы невзначай демонстрируя качество товара. Желание сбыть вещь подороже боролось в нем с неприязнью к эльфу, а поскольку тот молчал, выдерживая паузу, гном, то и дело вскидывавший глаза на покупателя, злился все больше, дергая с досады себя за бороду. За плащ можно было спросить и пять золотых, но для этого требовалось ехать к вельможам, а кланяться горный народ не любил.
- Мне нужна еще куртка. И сапоги, - наконец добавил эльф, ловя неприязненный взгляд ворчуна. – Это будет хорошая сделка.
- Два с половиной, - сдался тот. - Отдам за пять оба.
- Хорошо, - Нарис удовлетворенно кивнул. - Неси остальное.
Гном выложил на прилавок два одинаковых плаща и стал паковать в кусок грубого холста. Вместе со стеганой курткой из той же кожи, армированной стальными пластинками, и сапогами сверток получился довольно объемным.
- С тебя семь золотых и пятнадцать серебряных.
Нарис полез в кошелек и отсчитал нужную сумму.
- Я благодарю тебя, daraber-a-nomeven .
Подхватив сверток, он кивнул на прощание и вышел, направляясь в гостиницу.

 

* * *

 

Наглый луч добрался до лица мальчишки и пощекотал веки. Свет, проникавший сквозь неплотно прикрытые ресницы, теребил, требуя немедленно подняться. Румил заворочался и перевернулся на спину, не спеша открывать глаза. Еще совсем недавно его бы разбудил окрик хозяина или скрип телеги, но сегодня он выспался всласть... Свобода... Юноша улыбнулся и открыл глаза, ощущая подспудную радость от непринужденного пробуждения. Перекатив голову по подушке, он неожиданно уперся взглядом в сидящего в кресле напротив эльфа. Радости поубавилось.
- Доброе утро.
- Доброе утро, - отозвался Нарис, обдумывая, как лучше повести разговор.
Румил подавил зевок и сел. Наличие поблизости беловолосого и несмятая постель почему-то смущали его. Было неловко за свою бодрость, за недавнюю улыбку и удовольствие ото сна, словно вина за бессонницу эльфа лежала на нем. Постаравшись замаскировать это напускным равнодушием, он направился к тазу с водой.
- Я намерен отправиться в глубь материка. Мне нужно, чтобы ты присоединился ко мне, - голос Нариса прозвучал отстраненно.
Румил выпрямился, наблюдая, как вода, набранная в сложенные "лодочкой" ладони, просачивается сквозь пальцы.
- Я никуда не собираюсь с тобой. Мне нужно на Северный материк.
- Я могу помочь тебе добраться до Фенриста, - эльф нахмурился. Он ожидал чего-то подобного. Необходимость уговаривать мальчишку совершенно не радовала.
- Спасибо, я сам. Мне не нужны попутчики,– напряженная спина Румила, выдавала его упрямство и решимость.
- Попутчики тебе не нужны, но помощь - да. Как ты думаешь нанять корабль? Даже если у тебя хватит денег - ты слишком лакомая добыча для контрабандистов и пиратов, - резонно заметил эльф.
Румил молча размышлял. Здравый смысл определенно присутствовал в словах Нариса, но эта правота вызывала в нем бурю несогласия. Он может позаботиться о себе сам! И вовсе незачем брать в сопровождающие темного эльфа - бывшего работорговца, насильника, убийцу и еще невесть что…
- Я справлюсь.
Нарис ничем не выдал поднявшегося внутри раздражения.
- Что ж... значит, Артемис ошиблась, - он снова уставился в окно, словно потерял интерес к разговору.
Румил умылся и взялся за полотенце.
- В чем? Светлейшая не может ошибаться.
- В том, что указала мне на тебя, - Нарис говорил ровно. Так ровно, будто ему было безразлично, пойдет ли с ним мальчишка или нет. Но В душе кипел гнев от того, что ему приходится торговаться и зависеть от чужой прихоти.
Румил обернулся.
- Когда? - на лицо набежала туча. - Она не могла! Она явилась… тебе?
- У нее были на то очень веские причины, - раздражение брало свое, голос эльфа прозвучал резче, чем хотелось.
Румил продолжал буравить его взглядом.
- Что она тебе сказала?
Нарис не отводил глаз, продолжая бороться с раздражением. Как же ему хотелось ударить, размазать, растоптать нахального мальчишку за эту подозрительность, сомнения, желание уличить его во лжи. Как он смеет сомневаться в его словах?!
- Что ты не зря находишься рядом и что можешь помочь мне в поиске. Она намекала, что твое появление - дело ее рук, - Нарис дождался, пока мальчишка сам отвел взгляд, и отвернулся к окну. Голос снова стал сдержанным, по мере того, как беловолосый успокаивался.
Юноша вернулся к кровати и одел рубашку. Затягивая шнуровку, он обдумывал слова Нариса. Вчера, когда он сам завел разговор о возможной связи, Нарис оборвал его. «Мы никак не можем быть связаны» - бросил он, обрывая наивный лепет, попытку объяснить то, что происходило с момента их встречи. Теперь правота его догадок вне сомнения. Артемис свела их вместе, для того, чтобы помочь обоим.
- И что же ты ищешь?
Эльф молчал так долго, что Румил, уже почти потеряв терпение, собрался повторить вопрос.
- Способ убить Тиаматис.
Ему показалось, что он ослышался. Бывший раб потряс головой, не веря ушам.
- Убить Тиаматис? С чего это вдруг?
- У меня есть на это... свои причины, - Нарис поднялся на ноги, руки сжались в кулаки. - Ну так что?
- Мне… нужно подумать... - поглощенный размышлениями, юноша не обратил никакого внимания на угрозу в его голосе. – Значит, Артемис согласилась тебе помочь. Но при чем тут я? Что она сказала обо мне?
Эльф не отвечал, предоставив Румилу возможность самому найти ответы. Мальчишка сидел на постели, глядя сквозь Нариса. Идея уничтожить Паучиху, прозвучавшая из уст беловолосого, не укладывалась в голове. Нарис решил сменить веру? Смешно. Но разве смертному под силу справиться с богиней? Даже сама Артемис смогла лишь исказить облик Тиаматис.
- Разве кто-то кроме бога может убить богиню? - он поднял глаза на эльфа. Фигура Нариса вдруг показалась резкой, гораздо более плотной, чем окружающее пространство. Предметы обстановки и стены словно потеряли объем и яркость, почудились искусным рисунком из книги сказаний, тогда как Нарис сделался подлинным, настоящим, живым. Зажмурившись, он потряс головой и снова повернулся к эльфу. Видение сгинуло, и Румил успокоено выдохнул. Эльф в ожидании стоял возле окна, сложив на груди руки.
- Почему я? – помолчав, поинтересовался у него юноша.
Нарис нахмурился. Он сам неоднократно задавал себе этот вопрос и не находил ответа. Услышать его из уст мальчишки было странно.
- Я не знаю. Но одно совершенно точно: тебе решать, как поступить, - эльф посмотрел на мальчишку.
- Ну раз так… Я, - синева столкнулась c серым лезвием и не отступила. На секунду показалось, что взгляд сделался старше, затвердел металлом. - Помогу.
Нарис прикрыл глаза, принимая согласие. Внутри не шевельнулось ни облегчение, ни сострадание. Лицо осталось пустым и сосредоточенным. Согласен - что ж, хорошо. Парень выбрал сам. И этот выбор достоин уважения.
Юноша посидел еще несколько секунд, потом встал и занялся кроватью.
- Надеюсь, нам не нужно мчаться куда-то немедленно? Мне нужно закончить свои дела здесь... – преувеличено бодро поинтересовался он, прикидывая в уме необходимые покупки.
Нарис кивнул на валяющийся возле кресла сверток.
- Там куртка, сапоги и теплый плащ. Я что-то упустил?
Румил поднял голову, уставившись на беловолосого в немом изумлении.
- Ты купил для меня вещи? - глуповато переспросил он, растерявшись от такой щедрости.
- От этого зависит успех похода, - прохладно уточнил беловолосый. Его действия были продиктованы лишь необходимостью. Он не собирался задаривать навязанного богиней попутчика. Тон Нариса остановил просящиеся на язык благодарности и даже немного обидел. Румил устыдился своего восхищения. Поделом, ведет себя как маленький!
- Хорошо. Я куплю лошадь и... – сообщил он, надеясь хоть как-то оправдать свой дурацкий порыв.
- О коне я уже договорился на постоялом дворе. Остается провизия, - эльф уже не слушал его, всем своим видом давая знать, что не ждет благодарности. – Собирайся. Я позабочусь о еде.
Самоуверенность, с которой эльф распорядился его будущим, задела, переплавив стыд в гнев.
- А если бы я не согласился? Ты был так уверен, что я соглашусь?
Нарис безразлично пожал плечами.
- Мне не нужна лишняя одежда, - дверь захлопнулась, оставив последнее слово за эльфом. Юноша зарычал и пнул подвернувшееся под ногу кресло. "Лишняя", эта отличная одежда ему "лишняя"! Купил коня, распоряжается, даже не спрашивая, не интересуясь, что ему нужно! Снова! И зачем он согласился? Отказаться? Послать его к темной богине, пока не поздно? Как же его злит этот эльф!
Румил снова пнул кресло и от души выругался. Заряд гнева требовал выхода, и юноша занялся наведением порядка в комнате, заодно переложил сумки. Исчерпав дела, понимая, что он не может сидеть здесь до бесконечности, парень спустился вниз.

 

* * *

 

Нарис остановился у стойки в холле, молча вперил взгляд в спину хозяина. Тот почувствовал и, еще оборачиваясь, поклонился эльфу.
- Чем могу помочь, мой господин?
- Собери припасов на пару дней. Для двоих, - потребовал Нарис тоном, не допускающим отказа. - Побыстрее.
- Как скажете, господин! Не желаете перекусить на дорогу? У нас лучшая кухня в Парете! - хозяин передал заказ слуге, продолжая гостеприимно улыбаться.
- Да. Завтрак на двоих, - Нарис отправился в обеденный зал.
Большинство мест пустовало. Постояльцы, останавливавшиеся в «Оленей голове», редко поднимались в подобную рань. И лишь вечно занятые купцы торопливо доедали завтрак.
Румил появился нескоро, к тому времени зал успел заполниться на треть. Присев напротив беловолосого, юноша попросил у подоспевшей девушки завтрак. Эльф молча пододвинул к нему миску с рагу, не прекращая жевать. Ел он очень аккуратно, иначе, чем сидящие за другими столами люди. Даже грубую оловянную ложку держал как-то особенно, двумя пальцами.
Мальчишка бросил на него один из своих «испепеляющих» взглядов, отодвигая миску.
- Я так предсказуем? Или у меня снова нет права на свое собственное мнение? – ядовито поинтересовался он, явственно желая ссоры.
- Я просто экономлю время, - ровно ответил Нарис, не поднимая глаз.
- Не надо за меня решать! – Румил рывком вскочил на ноги и вышел из зала.
Нарис невозмутимо пожал плечами и закончил есть, не обращая внимания на заинтересованные взгляды местной публики. Неспешно допив чай, он забрал мешок с едой и, расплатившись с хозяином, вышел.
Как Нарис и предполагал, Румил был в конюшне. Мальчишка нахохлившись сидел на перегородке денника, угощая Мрака кусочками оставшейся от завтрака лепешки. Нарис какое-то время рассматривал это действо от двери. Потом приблизился.
- Ты готов?
- Да. - Румил отряхнул ладони от крошек и спрыгнул. С эльфом он общался словно через силу, раздраженный необходимостью как-то сосуществовать. - Где мой конь?
- Здесь, - Белый Волк кивнул на лошадь в соседнем стойле.
Юноша ревниво оглядел коня, невольно сравнивая его с Мраком. Разумеется, длинноногий соловый конь проигрывал чистокровному жеребцу, вывезенному из-за моря. Но трехлеток был крепким, подтянутым, спокойным и весьма дружелюбным, хотя и выглядел неказисто. Покривившись, Румил протянул ему оставшийся кусок лепешки.
- У него имя есть? - поинтересовался он, не оглядываясь на эльфа.
- Придумай сам, - Нарис понял, что забыл позаботиться о седле и сбруе для Мрака, но задерживаться здесь из-за этого он не хотел . Придется ехать так. Правда, если дело дойдет до сражения - отсутствие упряжи может сыграть дурную шутку.
- Э... Рассвет? - Румил с сомнением изучал своего дылду. - Нет... Рыжик? Тоже нет...
- Пегий, - подсказал эльф миролюбиво.
Юноша покосился на него.
- Не пойдет, имя должно быть похожим на имя, - он притянул голову коня пониже, надевая уздечку.
Нарис вывел своего коня, краем глаза наблюдая за тем, как мальчишка управляется с животиной. Румил продолжал перебирать имена вслух, надеясь на наитие, которое позволит ему подобрать достойное имя для животного.
Конек оказался смирным, тем более, что новый седок ему явно понравился. Он безропотно позволил взнуздать себя и спокойно принял вес двух раздувшихся сумок.
- М... Ветер? Бегун? Добряк, - он, наконец, остановился. - Хм…ладно, пусть будет Добряк...
Нарис про себя решил, что имечко глупое, но вслух ничего не сказал. Вскочив на Мрака, он коленями направил коня на выход.
Румил поспешно забрался в седло и послал коня следом. Тот бодро затрусил за черным красавцем, покидая гостеприимный двор. Передавая ключи хозяину, мальчишка и думать забыл о теле, оставшемся в комнате. Теперь же, бросив прощальный взгляд на окна, припомнил все, вплоть до выражения лица мертвого убийцы. Что произойдет, когда труп обнаружат? Вряд ли его пустят в Парет в следующий раз. А может статься, что их с Нарисом будут искать?
Юноша притих, проезжая пост стражи возле ворот, и, встретив неприязненный взгляд одного из ошивавшихся поблизости наемников, вдруг четко осознал - будут.

 

* * *

 

Они не разговаривали весь день. Поначалу Румил обижался на эльфа за его своеволие, но, заметив, что тот и ухом не ведет, обозлился и решительно запретил себе начинать разговор первым.
По мере отдаления от Парета деревни встречались все реже. Многолюдный тракт постепенно становился все тише. Дорога нырнула в лес, а брусчатка как-то незаметно перешла в утоптанный грунт, рассеченный натрое колеями, продавленными колесами повозок. Сельские телеги и пешеходов сменили караваны, гвардейские отряды и экипажи. Юноша насчитал по дороге шесть караванов и долго еще оборачивался на рабский, с сочувствием наблюдая за вереницей людей, бредущих в пыли тракта. Невольниками в основном становились преступники и должники, но благодаря таким как Белый Волк, в их число попадали и честные люди. Как попал в рабство он сам, юноше представлялось такой же большой тайной, как и его прошлое. Мервик, его бывший хозяин, утверждал, что его родич купил едва живого мальчишку за пару грошей у проезжего торговца. И хотя владелец таверны не уставал превозносить свой вклад в спасение жизни никчемного раба, Румил не испытывал ни капельки признательности. Смерть Мервика почему-то огорчала его гораздо меньше, чем смерть незнакомых ему лично рабов из каравана Нариса. Впрочем, чья бы то ни было смерть, на данный момент, была для него болезненным событием.
В раздумьях время пролетело быстро. Вечер был уже не за горами, когда впереди показались какие-то постройки. Постоялый двор состоял из нескольких строений и являл собой хорошо укрепленное подворье, обнесенное частоколом. Но ворота были открыты настежь, и несколько особо вольнолюбивых кур пощипывали травку рядом с дорогой. Солнце золотило макушки деревьев, обступавших дорогу, и дома, добавляя гостинице уюта и привлекательности.
Не говоря ни слова, Беловолосый свернул во двор. Румил следовал за ним, предвкушая кров и горячую еду. Ездить на лошади получалось все лучше и лучше, он чувствовал, как былое умение возвращается к нему, но покуда все еще уставал от долгих часов в седле. Спешившись, юноша разнуздал коня и, оставив возле ясель с сеном, резво преодолел десяток шагов до заветной двери, за которой его ждал ужин. Желудок громко заурчал, когда ноздрей достигли запахи жареного мяса и тушеных на свином сале овощей.
Хозяин, подошедший к ним, чтобы принять заказ, без суеты обмахнул стол, чуть поклонился, не слишком утруждая спину, и поинтересовался, чего желают благородные путники. Эльф заказал салат и ягодный морс. Откинув капюшон дорожного плаща, он прислонился к стене, отстраненно блуждая взглядом по залу. Отмечая солому, забившуюся в щели досок пола, и забрызганные грязью ножки столов, тусклые лампы, едва освещавшие это убожество, и лица посетителей.
Румил запросил похлебку, мясо и сыр.
- Мы будем ночевать здесь? – уточнил он, едва хозяин оставил их.
Люди шумели, угощаясь элем, закусывая, обсуждали дела и пошлины, обменивались новостями. Две девицы из прислуги сновали по залу трудолюбивыми пчелками, таская миски и кувшины на столы. В углу возле очага, затерявшись в тенях, сидел эльф.
- Еще не знаю, - беловолосый заметил его не сразу, скорее почувствовал настороженный взгляд, упёршийся прямо ему в спину. Коса цвета спелого льна обвивалась вокруг шеи эльфа несколько раз. Одежда и вышитый растительным узором плащ, похожие на те, которые носили темные эльфы, выглядели неброско, но не в пример наряднее.
Aberoven, не из простых, почему-то путешествовал в одиночку и сейчас, встретившись глазами с Нарисом, постарался как можно безразличнее отвести глаза.
Беловосый хмыкнул. Насколько он знал привычки светлых, они никогда не покидали своих долин из опасения быть пойманными и проданными.
Светлый оглядел зал и вновь вернулся к Нарису, всматриваясь. Беловолосый ответил прямым тяжелым пронзительным взглядом. Румил заинтересовано проследил направление и, заметив эльфа, прикипел к нему, позабыв об исходящей вкусным паром похлебке.
В глазах эльфа мелькнуло беспокойство, он встал и, по широкой дуге обходя их стол , вышел из зала. Румил посидел немного и поспешил следом, не соизволив предупредить своего спутника.
Нарис проследил за ним, пока бывший раб не скрылся из вида. Мальчишка нужен был ему живым и по возможности дееспособным. Решив немного выждать, Нарис продолжил есть.

 

* * *

 

Румил вышел во двор вовремя, чтобы увидеть, как светлый эльф выводит из конюшни оседланного коня.
- Постойте! - он рванулся следом, не чуя под собой ног. - Куда вы торопитесь?
Остроухий замер, обернувшись через плечо. Разглядев мальчишку, спутника темного, он нахмурился.
- Чего ты хочешь?
- Я... я хотел поговорить... - Румил остановился рядом, рассматривая его вблизи. Зеленые глаза эльфа повергли его в изумление, и изменили ход мыслей. -... Скажите, у каких эльфов синие глаза? Где мне найти таких?
Эльф помолчал, обдумывая ответ.
- Спроси у своего спутника. Ему лучше знать, - сухо ответил он, отворачиваясь.
- Мне проще у вас узнать, чем торговаться с ним...- парень вздохнул, вспомнив свои попытки разговорить Нариса. – Может, вы знаете, где их можно найти? Это очень важно для меня.
Умоляющий взгляд юноши уперся в удаляющуюся спину.
- А волосы... как они были уложены? - слова мальчишки тронули незнакомца, и он снова обернулся, держась за луку седла.
Румил зажмурился, пытаясь вызвать в памяти видение с эльфом.
- Две косички идут назад ото лба , а дальше... а дальше я не видел…- он вздохнул и открыл глаза. - Есть такая страна - Фенрист? Мне кажется, это было там…
- Да... - эльф, пристально рассматривал парня. - Есть. И там живет род, отличающийся голубым цветом глаз. Кто ты, мальчик?
- Я не знаю. Не помню. Только несколько воспоминаний, и в одном из них был эльф с синими глазами. - Юноша смотрел с надеждой. - Мне нужно найти тех, кто знает меня...
Отчаянный порыв, откровенность, с которой юноша выкладывал все о себе незнакомцу, вызывали желание помочь. Но его спутник был слишком похож на одного из проклятых ангмортцев.
- Как ты оказался в такой... сомнительной компании? – эльф поморщился.
Румил развел руками.
- Так получилось, он нашел меня и ... долго объяснять, но я обещал помочь ему в одном деле, после чего он поможет мне добраться домой. Я не знаю кто я. Хотел вспомнить… найти своих родителей.
- Ты ведь полукровка? - светлый прищурился.
- Полукровка? – непонимающий взгляд парня удивил эльфа. Либо мальчишка не видел себя в зеркале, либо…
- Но мне никто не говорил… - Румил зачем-то глянул на свои руки. Ему даже в голову не приходило сравнивать себя и... – Я - aldarven ?
Слово, пришедшее откуда-то из глубин памяти, легло на язык совершенно естественно.
- Varaldarven . Полукровка, - поправил светлый, чуть улыбаясь его искреннему изумлению от этого простого открытия. Парень действительно знал их язык. - Я еду встречать корабль с Северного материка.
Сердце Румила подпрыгнуло и застучало как бешеное. Его родичи, здесь?..
- Вы едете к ним? - он задохнулся от радостного предвкушения.
- Можешь поехать со мной, – великодушно предложил светлый. - Возможно, среди них найдется и твоя родня.
- Я хочу! Хочу с вами! – юноша качнулся к нему, кивая головой.
- Что ж... забирай коня и едем.
Румил рванулся к конюшне, ликуя от удачной встречи. То, что сообщил ему эльф - бесценно. Теперь он может распрощаться с Нарисом и… Он словно наткнулся на невидимую стену. Обещание! Беловолосый ищет способ уничтожить Тиаматис и для этого ему нужен именно он - Румил. Артемис выбрала его...
Он обернулся к эльфу, перевел взгляд на трактир, где остался сидеть темный. Отчаянье, надежда, страх, тревога, тоска – смешались в душе, превратив ее в кипящий котел, борьбу долга и желания.
- Я не...
- Поехали?.. - заметив, что парень замешкался, поторопил светлый. Голос прозвучал требовательно. Согласившись помочь мальчишке, он изрядно рисковал навлечь на себя гнев его спутника.
Румил никак не мог принять решение. На одной чаше весов лежали громоздкие, пугающе тяжелые слова "Должен", "Обязан", "Избран", на другой "Дом", "Родители", "Я". Что выбрать, от чего отказаться? Отречься от… Он уже однажды отрекся в пользу себя, ради своей свободы… Слово "предал" - ударило словно пощечина.
- Я не могу за тобой последовать. Мне нужно завершить начатое... - в глазах стояла боль. Принятое решение отдаляло его от всего, к чему он так стремился. - Но я постараюсь найти вас всех в порту. Передай им... нет, ничего не передавай...
Светлый нахмурился, не понимая причины отказа. Мальчишка так жаждал увидеть своих родственников, а теперь неожиданно передумал… Сказанного было уже не вернуть, и остроухий отмахнулся от юноши. Разобрав поводья, он вскочил на коня и пустил его галопом, словно намереваясь поскорее избавится от чувства досады.
Румил смотрел ему вслед, пока тот не исчез из виду, а потом совершенно разбитый побрел к темнеющей неподалеку конюшне. Сил возвращаться, сидеть в зале, полном народа, разговаривать с необщительным сварливым эльфом не было. Лошади и мулы - были куда более приятной компанией. В их обществе можно было признаться самому себе в слабости.
- Я не хочу быть героем... Не хочу. Хочу домой... - шептал он, кусая губы, чтобы не допустить позорных слез, искавших выхода. - Хочу знать кто я...
Беловолосый отделился от дверного проема, словно тень. Он слышал все. Разговор глупого болтливого aberoven с Румилом прояснил для него картину. А мальчишка... этот юнец удивил его. Люди, даже если в них течет часть эльфийской крови, довольно поверхностно относятся к своим словам. А тут... такая возможность. Он сам почти физически ощутил зов рода. Но мальчишка остался. То самое упрямство, или что-то еще удержало его… Нет, это не его, Нариса, дело...
Он подождал, пока Румил скроется в темноте конюшни. И бесшумно последовал за ним, остановившись возле двери.
- Твоя еда остыла. Я попрошу подогреть... Идем, - голос прозвучал тихо, но не так холодно, как обычно. – Мы остаемся.
Юноша вздрогнул, осознав, что уже не один. Одна предательская слеза все же скатилась по щеке, прежде чем он сумел взять себя в руки. Румил с трудом проглотил ком в горле, но этого было недостаточно, чтобы найти в себе силы достойно ответить эльфу. Он наскоро вытер влажную дорожку на лице и снова сглотнул, прогоняя от себя скорбные мысли о сделанном выборе и упущенных возможностях.
- Иду, - выдавил он наконец.
- Не засиживайся. Холодает, - дверь стукнула. Беловолосый ушел.
Легкие шаги стихли, оставляя его наедине с болью, но Румил уже мог сопротивляться горю. Искать утешения у темного эльфа - глупо. А объяснять ему причину своего настроения - тем более. Ни жалости, ни пощады...
Он вышел на воздух, отвязал лошадей и повел под крышу. Поставив их в свободные стойла, притащив по охапке сена, он улыбнулся своему коню, тянущему шею, чтобы проверить, не принес ли его новый хозяин какое-нибудь лакомство.
- Ничего нет, прости.. - он погладил умную морду. - Я отказался, зато я не предатель... Здорово, правда?
Конь одобрительно фыркнул. Юноша погладил его по теплой шее.
- Добрый, теплый, светлый…Буду звать тебя Лучом, – усмехнулся он, неожиданно понимая, что находит утешение в обществе жеребца. Он провел ладонью по морде, обнял, прижимаясь лбом к светлому пятну, прятавшемуся под давно нестриженой челкой, и отстранился. – Не скучай, Лучик. До завтра.
Уже на пороге он одернул куртку и, собравшись с силами, шагнул в зал. Садясь за стол, он как ни в чем не бывало продолжил трапезу, ни словном, ни жестом не показывая своей слабости.
Нарис мельком глянул на него, потягивая морс.
- Доедем до порта и наймем судно. Придется обогнуть материк морем, - он посмотрел в окно.
- До того места, которое тебе нужно - далеко? - парень завернул согретое мясо в лепешку, но есть не торопился.
- Оно в глубине материка. На какое-то время мы остановимся в порту, - добавил он и поднялся. - Пойду узнаю, что там с комнатами.



______________________________

Словарь:
Dissal Eitrie - Жемчужина в чаше (aranomen, божественный язык);
daraber-a-nomeven - Мастер горного народа (moroven);
aldarven - Искаженное «полукровка» (moroven);
Varaldarven - Полукровка (moroven).




Страниц: 1
Просмотров: 5009 | Вверх | Комментарии (167)
Помочь проекту

Код баннера




Код баннера




Код баннера
SiteMap generator