Осколки разбитого зеркала. Право сильного.

Дата публикации: 28 Сен, 2009
Название: Осколки разбитого зеркала. Право сильного.
Автор(ы): Blaze Amberit
Бета-ридеры(ы): Pti (стилистика, акцентуация)
Жанр: Приключения, фэнтези
Рейтинг: G
От автора: Рассказ по роману "Белый Волк"
Страниц: 1

* * *

За окном светало, но сквозь плотные тяжелые шторы заметить, как сереет небо, было невозможно. Ар’Нарис тор Ар’Тъелмар ин Ангморт сидел в кресле с того самого времени, как вернулся с ужина. Темный до боли впился пальцами в подлокотники, словно это помогало ему оставаться на месте. Кончики пальцев побелели, но Нарис не замечал этого. Отсутствующий взгляд бессмысленно скользил, не задерживаясь ни на каминной полке, ни на украшавшей стену трофейной голове горного дракона, побуревшей от времени.
Очистить разум. Так чтобы ничто не тревожило его. Очистить. Все замерло, затихло так, словно ничего вокруг нет. Он знал. Он все знал с того момента, как начал отдавать отчет собственным поступкам. Знал. И это знание каждый раз поднималось поперек горла волной горечи.
Дыхание эльфа было редким, и со стороны казалось, что в темном кресле застыло изваяние. Мертвое и плоское изваяние. Но нет. Изваяние все же иногда дышало, и иногда глаза фокусировались, выхватывая то кубок на деревянном столе возле камина, то брызгающее искрами полено.
Как же он ненавидел этот рассвет! Эту ночь! Эту комнату! Этот город! Все это царство-княжество! Ненавидел! Больше… больше он ненавидел только своего брата. За то, что он, Ар’Нарис тор Ар’Тъелмар ин Ангморт, был сильнее.
«Наступает миг, когда ты понимаешь, что твоя жизнь движется к финалу. Пусть тело твое продолжает жить, но дух твой медленно истаивает, исчезая…»
Серые глаза потемнели, налились свинцом гнева. Пустота исчезла и больше не вернулась. Эльф устало потер лицо ладонями, с удивлением понимая, что пальцы занемели, и он почти не ощущает их, но чувствительность быстро возвращалась вместе с тысячей жал, впивающихся в пальцы и заставляющих мышцы сокращаться против воли. На пару мгновений он пожелал, чтобы руки отнялись или лучше отсохли, но разумеется, ничего подобного не произошло. Была бы его, Нариса, воля, он бы сидел в этом кресле денно и нощно, и никогда бы не наступил рассвет. Нет, разумеется, нет. На самом деле всегда выходит по-другому.
«…это так мучительно. Это долгий процесс разрушения. Разложения в собственной скорлупе. Помоги… помоги мне освободиться…»
«Почему я?..»
Эльф поднялся, придержавшись за подлокотники. Дерево издало жалобный скрип, словно всплакнуло по пропавшему теплу. Пять шагов до зеркала. Потому что он должен соответствовать. Там будут все. И Ллиал там тоже будет. Он прикрыл глаза в жалкой попытке отгородиться от наступающей реальности, к тому же, чтобы передвигаться по комнате, ему не нужно было зрение.
«Только тому дано право наследования, кто сможет переступить через родную кровь, чтобы принять венец…»
Когда Нарис снова нашел в себе силы поднять веки, в зеркале показалось его собственное хмурое отражение. Сведенные в одну черту брови, морщина на переносице, потемневшие глаза, кажущиеся почти черными в неверном пляшущем свете огня. И лицо бледное почти до прозрачности, с заострившимися чертами. Нет-нет-нет. Никто не должен видеть. Гордость, тот внутренний огонь, который двигал им всегда. Нет. Он не позволить никому заметить следы бессонной ночи. Все так, как должно быть. Все идет свои чередом. Все… правильно. Эльф с силой провел по незваной морщине, разглаживая, по щекам, вызывая прилив крови. Умыться… ноги сами принесли его в ванную комнату. Поплескав на лицо холодной воды, Нарис растер кожу полотенцем. Никто не увидит его бледности, никто не увидит его… боли.
«Почему я?.. Почему я?.. Почему я?..»
Оделся он с особой тщательностью. Ничего парадного, все должно выглядеть строго: белая рубаха, черный камзол. Ничто не должно стеснять движений: черные брюки, черные сапоги. Ничего лишнего: пояс с оружием – два коротких меча. Он тщательно переплел косу, чтобы ни один лишний волос не выбивался из нее, откинул за спину, почувствовав, как она мазнула по бедрам. Черная. И только потом вышел, тихо прикрыв за собой дверь.
Тронный зал утопал в темноте. Высокие колонны, на которых держались своды, взмывали вверх, подобно указующим перстам. Окна в три роста взрослого воина бледнели стеклами из тончайшей слюды. Огромные подсвечники казались неотъемлемой частью стен, нарушая их монолитную гладкость.
Шаги зазвучали, им вторило эхо. Стук. Стук. Стук. В тишине его собственные шаги заставляли сердце подпрыгивать в такт. Монотонное жужжание молебна: «…ибо к Черте подходя, ясно сознаем мы, где честь, а где паденье: истаять ли ветром в поле или сгореть яркой вспышкой, подобно звезде… и нет сомнения в сердце: погибнуть ли в битве или пропасть незаметно, как роса с восходом солнечным…». От этих голосов Нариса замутило. Он повернул голову направо, где темнела череда утопленных в стене лож, просто чтобы не смотреть перед собой: туда, где на возвышении стоял высокий черноволосый эльф с тонким венцом из белого золота на челе. Глава рода, Князь Ангморта Ар’Тъелмар.
Сегодня собрался весь род до последней, двенадцатой ветви. Их лица белели во мраке лож, они готовы вершить сегодня справедливый суд. Пришли и вестницы Богини, глашатаи воли ее. Жриц было восемь – каждая занимала по углу зала. В лиловых одеяниях, с надвинутыми на головы капюшонами, они походили на статуи, драпированные кусками шелка. Нарис не мог их видеть, но чувствовал, - аж кожа зудела.
Шаги смолкли в центре огромного зала. Нарис выпрямился, чуть взлетел упрямый подбородок. Этого оказалось достаточно – взгляды встретились, скрестились, словно два клинка. И тогда Князь произнес:
- Сегодня, в день Летнего солнцестояния, я объявляю Марат Тааль. Кто решится силой оспорить право мое? – ясный голос разнесся по залу, достиг самых дальних и темных уголков, отразился от свода и эхом спикировал сверху, словно охотничий сокол. Никто не чувствовал неуловимых изменений в нем, словно жизненную силу пили – лишь на дне и осталось. Только Нарис ощущал это в скуповатой манере двигаться, в слишком прямой спине, даже во взгляде. Он внутренне содрогнулся, но не от обрушившегося звука, а от того что должен был ответить.
Он помнил отца другим – сильным и властным. Помнил, как он в первый раз дал ему подержать фамильные клинки рода Ангморт, а потом учил его воинским искусствам, как впервые посадил на коня, и как потом учил держаться в седле… Отец всегда был строгим учителем… его редкие, но от того более ценные похвалы, улыбки – моменты гордости. Сейчас же… в нем что-то надломилось, и продолжало надламываться, исчезать.
Нарис медлил, пока тишина не стала гнетущей. Неслышно сглотнул. Голос показался холодным и серым даже ему самому:
- Я, Ар’Нарис тор Ар’Тъелмар им Ангморт, желаю бросить тебе вызов, Князь Ангморта, - звук загулял по стенам, достигая всех уголков зала.
- Вызов принят, - Тъелмар поднял руку, и по этому знаку его паж приблизился к трону. Мальчишка опустился на правое колено, протягивая на черном бархатном флаге Ангморта два коротких меча. Как знакомо ладони приняли обернутые кожей рукояти. Тъелкмар взмахнул на пробу, лезвия со свистом рассекли воздух.
И снова эхо шагов наполнило зал. В середину. В самый центр. Нарис молча смотрел, как приближается его отец, как занимает позицию напротив. Он был чуть ниже ростом, всего на пару пальцев, с усталыми блекло-серыми глазами. Это выглядело очень странно на таком гладком безвозрастном непроницаемом лице.
Церемонный поклон. Спина согнута ровно настолько, чтобы выразить почтение, не теряя достоинства, голова опущена так, что даже черная длинная косица не стремится соскользнуть по плечу вперед. Ну почему кто-то должен смотреть на этот бой? Он знал ответ. Потому что должны остаться свидетели того, что власть передана надлежащим образом. Пустота. И глаза серые, словно дым под стеклом.
Ему часто повторяли, что он очень похож на отца. Сейчас это было заметнее обычного. Манера двигаться – четкая, резкая, словно порыв ветра. Манера смотреть на других – взгляд почти материальный и тяжелый, испытывающий, решающий добыча ты или же пока еще нет. Хотелось нахмуриться – чего уж проще? Свести брови на переносице. Но лицо его было пустым. Пустым и гладким.
Тъелмар не понимал, почему сын медлит. Не выдержав паузы, он напал первым. Пара клинков со свистом рассекла воздух в том месте, где долю мгновения назад стоял Нарис. Успешно избежав рокового удара, эльф ощутил, как по венам течет знакомый жар. Бой был подобен опиуму, что обостряет и расширяет восприятие мира. Чувства исчезли, остался только танец битвы и звон клинков. Дзинь-дзинь-дзинь-дзинь. Сноп искр от столкновения металла рассыпается, метя в глаза. Но четыре удара, равные четырем биениям сердца, нанесены, оба противника успевают четырежды изменить позиции и направления движения. Пауза. Бархат под сталью – глаза Нариса и дым под стеклом – взгляд Тъелмара снова испытывают друг друга. И снова движение – танец внутреннего круга. Идеальное чувство равновесия, и почти полное слияние с окружающим пространством, когда каждая пылинка помогает изменить траекторию движения на доли градусов. Мечи ни разу не столкнулись, клинки проходили настолько близко от тел противников, что, будь их кожа обнажена, холодная ярость металла оставила бы на ней стынущие полосы. И снова пауза - испытание воли. Три гулких биения кровь перекачивается по сосудам, и только потом оба срываются в третий танец внешнего круга. Лезвия мечей мелькают, превращаясь в сероватый веер из свиста и стали. В движениях обоих ничего лишнего – только лаконичность и сухость, законченность. И цель – нанести повреждения там, где выпадет случай.
Со стороны они казались равными. И только Нарис видел, чувствовал каждой клеткой, - тот, кто стал его противником, слаб. Он слабеет с каждым каскадом. Оставалось только немного подождать. Десятый танец третьего круга – пируэт и каскад обманных выпадов на уровне бедра. Нарис почувствовал, как его противник ошибся в траектории перемещения, когда нужно было перенести вес и немного отклониться вбок. Тело эльфа отреагировало само. Точное движение наперерез, с отчетливым лязгом клинок противника отбит в сторону, а потом росчерк лезвия, рукоятью вверх от начала клинка до самого его острого конца. Нарис едва успел нагнуться, держа меч перед собой, пропуская второй клинок отца над собой, и тут же перешел в кувырок, спасаясь от второго меча.
Когда настала долгожданная пауза, он опустил глаза. Алые капли падали на каменный пол. Нарис посмотрел на отца. Поперек груди, где достало Тъелмара лезвие, его строгий черный камзол был рассечен, а показавшаяся в просвете белая рубаха быстро набрякала кровью. Острия парных клинков чуть дрогнули, опускаясь. Отец… неужели он посмел ранить своего отца…
«Освободить дух можно лишь…»
Тъелмар не позволил ему медлить, не дал времени на то, чтобы передумать. Он напал – четвертый танец внешнего круга. Нарису пришлось перейти в глухую защиту, чтобы не утратить равновесия. Дзинь-дзинь-скрж… Снова сноп искр в лицо. Улучив миг, когда из защиты можно перейти в нападение, Нарис изменил на пару градусов траекторию уклонения, и, поднырнув под руку с мечом, ударил снизу. Он сам не понял, как так получилось, но оба лезвия вместо пустоты нашли плоть. Один из клинков с тихим влажным звуком по рукоять вошел в живот, рука Нариса сама довершила дело, провернула его в ране, второй до середины погрузился в грудь, засел в левом легком. Кровь брызнула, ее брызги попали прямо на руки и на лицо. Нарису показалось, будто каждое алое пятнышко жжет в нем дыру. Тъелмар покачнулся, стал заваливаться вперед, насаживаясь на лезвия мечей еще глубже. Победитель выпустил из рук оружие, чтобы поймать тело. Осторожно опустил на мозаику пола, придерживая его голову. Взгляд на пару мгновений наполнился растерянностью и сожалением. Тъелмар посмотрел на сына, дым под стеклом таял и бледнел. Умирающий запрокинул голову и застыл, устремив застывший взгляд в потолок – черты расслабились, словно в миг смерти на него снизошел полный покой и гармония. Лицо Нариса окаменело. Спокойствие?.. Но почему?.. Боль оказалась острой. Она обрушилась на него, словно волны океана. Взять себя в руки удалось не сразу. Нарис плотно смежил веки, пережидая, купаясь в горечи.
Открыть глаза он смог лишь после пяти биений сердца. Взгляд прошелся по обмякшему телу, распоротой на груди куртке, двух аккуратных отверстиях, из которых все еще торчали рукояти парных клинков. Эльф отвел несколько прядей волос с лица покойного тыльной стороной ладони, стараясь не испачкать отца в крови, потом осторожно снял венец из белого золота. Дело должно быть завершено. Такова традиция. Так гласит данное им слово. Тонкая полоска, символ власти, показалась почти невесомой, пальцы Нариса оставили на ней четыре алых отпечатка. Внутренне княжич содрогнулся от омерзения.
Выпрямился. В тишине снова зазвучали его шаги. «Стук-стук-стук», - гуляло эхо под сводом. Двенадцать ступеней до возвышения трона. Нарис обернулся, застыл, наблюдая за тем, как один за одним одетые в черное эльфы покидают ложи. Он знал каждого по имени, но сейчас все они, ветви одного древа, казались ему одинаковыми. Род Ангморт – черные волосы, серебряные глаза. Нарис стоял, видя и одновременно не видя их, презирая себя.
Зал наполнился шорохами, негромким стуком соприкасающихся с каменным полом подошв, и Нарису ничего не оставалось, кроме как дождаться, пока все стихнет. Колышущаяся масса тел, ничего не выражающих взглядов, безэмоциональных лиц. И все они застыли, как один, подняв глаза на возвышение, где стоял высокий эльф с излишне прямой спиной, чуть выше приличного поднятым подбородком… а между ним и толпой лежало тело его отца. От него к одному из углов тянулась струйка крови. Замок покоился на горе, и было неудивительно, что поверхность пола, казавшаяся такой ровной, на самом деле оказалась наклонной. Багровая линия отделила Нариса от всех остальных, провела черту.
- Венец власти в руке моей. По праву сильного он принадлежит мне, - продиктованные традицией слова зазвучали, снова тревожа эхо. – Посмеет ли кто-то оспорить мое право силы стать Князем и править вами? – он говорил для всех, но смотрел лишь на одного.
На двенадцать ударов сердца стихло даже дыхание. И Ар’Нъелофин тор Ар’Тъелмар ин Ангморт, не выдержав, опустил глаза.
Страниц: 1
Просмотров: 1837 | Вверх | Комментарии ()
Помочь проекту

Код баннера




Код баннера




Код баннера
SiteMap generator